ОБОРОТЕНЬ 🐺 34 ГЛАВА
Как только девушки переступили порог собственной комнаты на втором этаже общежития, Джонс начала расспрашивать свою соседку о том, что случилось на мероприятии, почему она скрылась в учебном корпусе. Маршалл же просто молчком села медитировать…
„Я хочу знать весь план.“
Ведь планировалось воспользоваться этим полнолунием, чтоб найти те самые три оставшиеся кости. В то время как сама Инаду должна будет найти нужное заклинания в своих воспоминаниях. Но Дейзи никак не могла отступить:
— Хоуп! Я волнуюсь. — После этих слов ведьмочка тягомотно вздохнула, обдумывая, сделала оборот вокруг своей оси и сказала при выдохе: — Ладно. Я спускала этот месяц, так как понимала, что ты пережила… — На этом моменте трибрид неохотно раскрыла глаза и услышала следующие слова, сказанные слегка с грубым оттенком: — Уже пора отпустить. Прошлого не вернуть.
Но Хоуп их решила упустить. Сделав вид, что не услышала, она слегка улыбнулась и спросила Дейзи, проявляя золотую искру от природы оборотня в собственных глазах:
— А ты не опоздаешь на историю мистических искусств? — Эта лекция у первого курса была запланирована на сегодня в вечернее время, после вечеринки. Испугавшись, что забыла об этом, Джонс посмотрела на часы в комнате и практически сразу рванула на учебу, но Маршалл обнадежила соседку перед тем, как она покинула комнату: — Ты не волнуйся, со мной все в порядке.
Оставшись в одиночестве, Хоуп захлопнула дверь и магией запечатала ее.
„Чтобы никто не помешал…“
Лекцию "История мистических искусств" вела Глава факультета ведьмовства, мисс Беннет. Она является одной из важных лекций для первого курса, но также туда могли прийти и другие ученики.
„Тут нет никакой практики. Вот почему это — история.“
В основном на таких занятиях изучают различные гримуары, которые хранятся в библиотеке института на третьем этаже, и разбирают всякие заклинания, записанные на их страницах. Конечно, этот процесс нужен не просто так: они учатся пользоваться ими на уроках по ведьмовским искусствам, где большинство времени уходит на магическую практику.
Первокурсница Джонс села на свое привычное место, и ей компанию составили старшеклассницы Зальцман, сев рядом. Пока профессор Беннет рассказывала историю первого заклинания из гримуара своей семьи, девчонки разболтались:
— А где Хоуп? — шепотком спросила блондинка, пока брюнетки записывали конспекты в свои тетради.
— В комнате.
Дейзи Джонс хоть и делала маленькие заметки с мыслью в своей голове:
„Ненароком будет тест.“
Но, когда наступила маленькая пауза в речи Бонни Беннет, она решила дополнить свой ответ комментарием:
— С ней все в порядке.
Дальше Лиззи Зальцман разговорилась про ту часть конкурса «Мисс Мистик-Фоллс», которая пройдет завтра. И неожиданно, даже для нее, в ее белокурой голове возникла одна мысль:
„У мамы много платьев в шкафу… Она и не заподозрит о пропаже одного.“
Хоуп Маршалл встретилась со своей соседкой в подсознательном мире, где услышала нужное заклинание. Но поняв, что не сможет его выучить за оставшееся время, хозяйка решила отдать контроль над телом той, кто знал слова.
После этого решения они разболтались обо всем: о жизни, о тревогах — гуляя по детским воспоминаниям трибрида, которая никак не могла налюбоваться своими родителями.
„Они были хорошей командой.“
Но это взаимодействие прервало влияние полной луны. Точнее, Хоуп нужно было вернуться в реальность, чтобы уйти с территории института для сотворения этого поискового заклинания. Из общежития она легко выбралась, но у главных ворот ее поймали.
— Куда направилась?
— Мисс Форбс, мне нужно домой. Моя кровь у вас есть… Поэтому, думаю, это роли не сыграет. И я хочу развеяться. Побегаю у дома… — Хоуп рассказывала о своих «планах» на эту ночь.
Но вдруг в кармане делового пиджака Форбс заиграл рингтон, и она, остановив студентку на полуслове, отошла для разговора. Маршалл же оставалась на месте пять минут… Десять минут… Никто так и вернулся.
По итогу всё прервалось только тогда, когда девушка рухнула на холодный асфальт. Она понять-то толком ничего не успела, смогла почувствовать лишь холодный укол в правом плече.
Тьма вокруг. Мороз по коже. Очнувшись, трибрид почувствовала всё это, но еще некоторое время не могла открыть глаза. Сосредоточившись на этой мысли и набравшись сил, она смогла раскрыть их и очутилась в довольно темном помещении, где пробивались лишь слабые лучи лунного света.
Там была не только она. Рядом лежали и другие ребята… Все студенты института были там, в темницах, которые находились в катакомбах под основным зданием.
„Тут все… И оборотни, и вампиры, и ведьмы.“
— Что случилось? — произнесла Хоуп, потирая свою голову, как бы спрашивая саму себя.
Тут же на ее голос отозвался парень из темницы по соседству:
— Хоуп, все хорошо? — Андрес сидел за решеткой, которая разделяла два помещения, в каждом из которых находились студенты. Там, где сидела Хоуп, видимо, проснулась лишь она. Снаружи, в коридоре, стоял мужчина в маске и с ружьем в руках. Маршалл незаметно для него подошла к Море и увидела, что в его же темнице сидели еще и Хокинс, и Гризли: оба уже находились в сознании. — Луна еще восходит, но я уже чувствую ее влияние.
— А я чувствую знакомый запах.
Железная дверь, что разделяла само здание и пещеры, обустроенные для обращения оборотней, хлопнула, и зашел он. Шатенка сразу поняла, кто это…
— Здравствуйте, — четко и ясно промолвил только вошедший мужчина средних лет и, встав напротив первой решетки, уперся на свою трость. — Я уверен, что тут не все звери... Поэтому мы и не стали сразу всех убивать. Но также я знаю, что среди вас имеются оборотни, так что с восходом полнолуния они все будут истреблены.
Арджент махнул рукой, и мужчина, который до его прихода расхаживал по коридору, а затем прислонился к железной двери, направил дуло своего ружья прямо на девушку, которая сидела в первой камере. За ним повторили и другие охотники…
„У каждой клетки было свое ружье… Красота.“
Ведь у каждой решетчатой двери хоть один охотник да стоит. Правда, за решетками просыпается все больше и больше студентов. Джаред сразу ушел после своих слов.
Главный среди ворвавшихся в институт охотников сразу после своей мини-речи в подвале поднялся на второй этаж и зашел в кабинет полноправного директора этого заведения. Там тоже стояло несколько вооруженных людей.
— Все в порядке?
Мужчина подошел к дивану, на котором лежала блондинка, которая уже некоторое время отходит от вколотого ей препарата.
„В принципе, да… Сперва обстреливают чем попало… А потом и колют всякую дрянь. Мрази! Но самочувствие в норме.“
— Да, — но дала короткий ответ.
Кэролайн уже хотелось избавиться ото всех на вампирской скорости, но Аларик ее остановил, поднявшись на ноги между этими собеседниками, и сказал:
— Что вы тут делаете? Мы ничего не нарушали.
— Вы укрываете зверинец, который убивает людей. Оборотни — зло во плоти.
От последнего предложения у Зальцмана широко раскрылись глаза, ведь подобное он слышит впервые. После кратковременного удивления на его устах появилась легкая усмешка, после чего прозвучал вопрос:
— Вас волнуют только оборотни?
С этим вопросом директор отступил назад на пару шагов, тем самым уступая место своему заму. Форбс успела лишь сделать глоток крови Арджента, как ей в грудь влетела целая обойма.
Но охотники смогли выбраться, заперев кровожадную девушку и мужчину средних лет в кабинете. Ведь одна пуля смогла пробить ее череп, пока ее начальник отвлекся на книгу в книжном шкафу позади.
Агент ФБР, прикрывая открытую рану на своей шее, все-таки смог отдать приказ:
— Убивайте всех.
Этот приказ Рей, один из приближенных его людей, должен был передать другим людям отряда, потому сразу направился в катакомбы. Джаред же отправился в машину под руку своей «правой руки».
В темницах катакомб из-за влияния полнолунного света некоторые оборотни непроизвольно уже дрожали, но у них были защитники - вампиры, полностью пришедшие в себя.
„Блин, почему у меня судьба такая?!“
Только вот, в первой темнице от железной двери, очнулась лишь Хоуп Маршалл.
„Какова вероятность, что сюда скинули только гибридов? 70 или 80 процентов? Нет, блин. Даю голову на отсечение, что все студенты в одной клетке со мной — оборотни. Ах!“
У нее была буквально секунда, занятая мыслью об такой «успешной» судьбе, чтобы избежать попадания пули, так как первый выстрел был направлен в ее тело, чего она не ожидала…
„Кто, идиоты, вам сказал, что я — оборотень?“
Хоуп применила заклинание простого барьера, и пуля отрикошетила на небольшом расстоянии от руки в стену. Охотник, ничего не поняв, зарядил следующую обойму, и так продолжалось бесконечно долго, пока не надоело…
— Кольцо у тебя? — трибрид обратилась к Волчонку, которого защищали голодные вампиры.
Они не могли вырваться из западни за счет последствий препарата и пуль, которые ловят своими телами. Они попадают то в область сердца, то в область груди, но…
„Что сделают обычные… Возможно, серебряные пули вампирам?“
— Да.
Ответив, Андрес повертел черное кольцо на своем пальце.
— Тогда твоя задача - все здесь разрулить.
Хоуп подмигнула и большим потоком магии открыла все двери.
Потом пошла прямиком к выходу, где, перехватив ружье ожидавшего там охотника, разбила ему голову, применив несколько боевых приемов. После чего, выбравшись за железную дверь, она быстрым шагом отправилась в гости к семейству Арджентов.
„Так… Ну, он по-любому там. Тут я не чувствую этого отвратительного запаха.“
Там, внутри этих катакомб, также из темниц выбрались вампиры. У них в распоряжении остался весьма вкусный «ужин».
Но вместе с этим «ужином» там присутствовали оборотни… Точнее, обычные люди, готовые в любой момент обернуться в зверя, ядовитого для обычного вампира, поэтому кто-то, осознав сложившуюся ситуацию, прокричал:
— Вампиры и ведьмы, быстро отсюда! Вон!
Вампиры забрали своих однокурсников и студентов факультета ведьмовства. Джереми забрал Бонни и Эмму, оставив Андреса за старосту в такой ситуации, так как он был единственным оборотнем в сознании.
За железной дверью, внутри катакомб, остались лишь оборотни и несколько обескровленных трупов. Когда Гилберт закрывал дверь, так как некоторые уже грызли кости в обличии волков, Мора передал ему свое колечко со словами:
— Отдайте его Маршалл.
Вампирша-блондинка уже выломала дверь директорского кабинета и поспешила на голоса, доносившиеся с первого этажа. Мужчина пошел за ней, взяв с собой арбалет.
— Все хорошо?
Спустившись вниз, Кэролайн обнаружила студентов в фойе главного здания института на ступеньках одной из лестниц в центре. Она сначала пришла в ужас от увиденной картины: все ее ученики были в крови. Но потом выдохнула огромный груз.
„Вух… Переживать не стоит. Это же не деревянные пули.“
Притом, ранений от этих пуль было мало, и тем более практически все ранения уже зажили.
„Ах… Девочки?“
Вспомнив о более уязвимых подругах-ведьм, Форбс направилась в одну из комнат отдыха, где по словам Хокинса отдыхали ведьмы. Когда она нашла их, лежащих на диванах, то сразу начала их будить, трепать, но ее остановил Гилберт:
— Успокойся. С ними все хорошо, они просто спят.
Кэролайн поднялась на ноги и вновь осмотрела всех ведьм.
— Где они? Где Лиззи и Джози? — обеспокоенная мать спросила охотника, крепко вцепившись в его руку.
— Не знаю... — ответил он в глаза Кэролайн и машинально высвободился из захвата. Осознав свое прошлое действие, Джереми положил руки ей на плечи и предложил помощь: — Я пойду посмотрю... Может быть, они спрятались. А ты пока успокой их папочку.
Охотник подмигнул и пошел в общежитие через задний выход. Практически сразу после его ухода в комнату зашел директор института и начал глазами пробегать по спящим ведьмам, вероятно, в поисках своих дочерей, но его отвлекла вампирша:
— Рик. — И только сейчас Зальцман заметил обеспокоенную девушку, которая никак не хочет показывать свое состояние, но это у нее плохо получается. Бегающий взгляд и бледная кожа ее выдают. Но Форбс все равно твердо произносит: — Девочек нет. Но Джереми их ищет. Рик… — От услышанного… Или чего-то еще мужчина средних лет медленно спускается на колени, придерживая правой рукой левую часть груди. — Рик!
Молодая девушка — единственная, что была в сознании в этом месте — на вампирской скорости успела подхватить его и опустила напряженное тело к себе на колени.
Затем Кэролайн, окруженная звуком тяжелого дыхания, прокусила свое же запястье, которое потом положила ему на губы. Аларик все еще находился в сознании, так что был в силе разомкнуть их, и только тогда пара капель железного привкуса смогла просочится внутрь и начать оказывать свойственный им эффект: сердцебиение выровнялось, а дыхание нормализовалось.
Спустя довольно продолжительное время трибрид в человеческом обличии, хоть зов луны и манит обратиться в хищного зверя, уже приблизилась к месту назначения. Им являлся дом семейства «Арджент».
„Как же хорошо вышло… Все уже тут.“
Хоуп скрылась перевести дух в ближайших кустах и в свое удовольствие раздумывала над тем, как будет уничтожать «злодеев этого года», ведь застала это семейство в полном составе в помещении огромного и пустого гаража, где Джареду обрабатывали шею.
„Укусили? Вампир? Уже кто-то постарался. Но я закончу…“
С такими мыслями она направилась туда тихим и аккуратным шагом. Остановившись перед раскрытыми воротами пару раз стукнула в стену.
— Можно?
„Ха… Это риторический вопрос. Я не вампир, так что мне можно войти хоть куда… и без приглашения.“
Но они никак не могли понять прикол этого вопроса, потому недоуменно уставились на девушку, которая легко переступила линию здания и неспеша направилась в сторону охотников.
Не прошло и секунды, как вокруг раздался крик, вместе с которым раненный охотник отталкивает женщину от себя и велит бежать в дом:
— Сицилия! Беги...
Мужчина, который стоял рядом с Арджентами, в тот же момент налетел на Маршалл с ножом в руке. Но все его действия были бесполезны: Хоуп ничего не стоило парировать все удары, выхватить нож из его рук и успеть кинуть в сторону убегающей жены.
Правда, нож попал в дверь, но с его лезвия все равно упали пару капель красной жидкости. Сицилия в мгновение ока схватилась за руку и забилась в ближайший угол у двери, прижав кусок какой-то ткани к тонкому, но кровоточащему порезу на левом плече. Джаред поспешил в ее сторону, пока Хоуп продолжала отбиваться от Мариуса.
„От этого охотника чувствуется одна сплошная «СМЕРТЬ», но…“
Но также, ей показалось, что эта негативная энергия исходит не от него.
„Она просто его окружает. Он ничего подобного не желал... Не хотел убивать...“
Прийдя к такому выводу, Маршалл решила его просто вырубить. Но Арджент выстрелил из дробовика.
„Красота! Значит, он и своих не жалеет.“
Этот выстрел в большей степени прошелся по охотнику, трибрид же отделалась несколькими царапинами на лице… Мертвый мужчина стоял к убийце спиной еще несколько секунд, а потом его ноги подогнулись в коленях, и он свалился.
„Видимо, доверял? А оно вон как вышло.“
Остаток этой туши Хоуп повалила сама при быстром приближении. Пока Джаред не успел перезарядить дробовик, ей нужно было вырвать это оружие из его рук, чего она и добилась в итоге.
Когда он стал безоружным, девушка выпустила свои коготки и направила их в сторону его лица. Ее же лицо в тот момент полно самых ужасных и долгожданных эмоций...
Жажда мести. Скорбь. Гнев. Все это было видно по ее ярко-желтым глазам, которые не сулили ничего доброго в эту майскую ночь с первого на второе мая.
Гилберт уже проверил все комнаты, где могли скрыться близняшки Зальцман, и нигде их не нашел. Тогда решил пройтись и по первым этажам. Двери были открыты везде, кое-где даже выломаны, а на полу везде лежали снотворные бомбы.
Джереми зашел осмотреть комнату Кэролайн. На первый взгляд девочек нигде не видно... И по какой-то причине охотник додумался проверить в шкафах, за шторами...
Как только нашел двойную пропажу, спящую под кроватью, то сразу набрал телефон подруги:
— Алло. Да, я их нашел… Мы у тебя в комнате.
— [Звони сестре! У Рика пару секунд назад случился сердечный приступ... И ведьмы мне не нравятся. Они какие-то вялые.]
— Хорошо.
Гилберт сбросил Форбс и набрал Сальваторе.
„Все равно… Елена всегда выключает на ночь свой телефон.“
Джереми протяжно вздыхает, так как и Деймон почему-то не отвечает. Тут-то простынь и зашевелилась — Лиззи выглянула из-под места укрытия, и, осознав ситуацию, спокойно спросила:
— Джер, что случилось?
Кристофер Арджент спокойно занимался выполнением домашнего задания у себя в комнате на втором этаже, как, вдруг, слышит какой-то грохот, доносящийся с первого этажа. Потом еще один, но более громкий.
И все же молодой человек решил выяснить, что там случилось, для чего вышел из комнаты.
— Мама, что у вас гремит? — спросил парень, стоя на лестнице. Потом, вдруг, слышит протяжный выстрел, который заставляет его подойти к двери, ведущей из дома в гараж, с вопросом: — Что вы дела… — но он не договорил.
Перед его взором предстала ошеломительная картина: его подруга, Хоуп Маршалл, занесла откуда не пойми взявшиеся когти прямо на его отца, Джареда Арджента; его мать, Сицилия Арджент, лежала у дверного проема. Правда, она была уже без сознания. Кристофер Арджент не мог поверить в увиденное и просто остолбенел.
В то время как глаза девушки упали на парня, открывшего дверь, она не смогла полоснуть по чудовищу, который погубил всю ее стаю и буквально пару минут назад хотел избавиться от студентов местного института, на глазах у его сына.
„Я-то — не чудовище.“
Неожиданно Хоуп ощутила жгучую боль в своей лодыжке. Оказывается, в этот момент промедления, Джаред воспользовался ядовитым клинком порезал им ее ногу.
„Где успел взять? А главное... Что за дрянь?“
Маршалл не могла медлить… Ей нужно было быстро излечиться, поэтому убежала в обличии волка, обратившись прямо на их глазах.
— Мама! — Младший Арджент обеспокоенно подошел к матери, которая уже спокойно обтирала свою рану. За нее переживать не стоит, она лишь играла роль «мертвой добычи». — Папа, ты в порядке?
— Да. — Старший Арджент встал на ноги и, облокотившись на стену, сказал: — Теперь увидел, каковы они, эти звери?
— Она - не зверь…
Перед глазами Криса появилась яркая улыбка его подруги в свете полной луны, который падал через открытые ворота прямо с небосвода.