Взаимосвязь | 24

Изменившийся взгляд

Поздний вечер пятницы. Закончив встречи вне офиса, Бан Хэ И и Ча Джу Хёк зашли в лифт. Они спускались с десятого этажа, и на каждом этаже внутрь втискивались всё новые и новые люди. Бан Хэ И начало оттеснять назад, она пошатнулась. Тогда Ча Джу Хёк взял её за руку и задвинул себе за спину. Люди заходили до тех пор, пока лифт не запищал о перегрузе. Ча Джу Хёк обернулся и тихо спросил:

— Вы в порядке?

— Да.

Бан Хэ И смотрела на спину Ча Джу Хёк, к которому ее прижали вплотную. От него исходил едва уловимый, приятный аромат. Подняв глаза, она увидела его широкую, надежную спину и плечи. Бан Хэ И облизнула пересохшие губы. Они впервые находились так близко друг к другу. Сегодня что, такой жаркий день? Вроде и в пот бросает, и в горле пересохло.

Спуск на подземную парковку казался бесконечно долгим. Почему так медленно? Людей слишком много, а Ча Джу Хёк слишком близко. Прямо перед глазами его черные, ухоженные волосы. Кажутся такими мягкими. Так и хочется прикоснуться... Испугавшись собственных мыслей, она крепко зажмурилась. С ума сошла, Бан Хэ И! Сердце билось слишком быстро. До странности быстро.

Люди, не вышедшие даже на первом этаже, гурьбой повалили на подземной парковке. Выйдя из лифта, Бан Хэ И наконец выдохнула сдерживаемый воздух:

— Фух.

— Вы в порядке? Народу было слишком много, да?

Услышав его мягкий голос, она подняла голову и моргнула. От взгляда его глаз, полных заботы, сердце вдруг екнуло.

«Мама! Почему тебе не выйти за дядю замуж?» — и почему слова дочки вспомнились именно сейчас? Отводя взгляд, Бан Хэ И ответила:

— Всё нормально.

Кончики ушей Бан Хэ И, быстро идущей к машине, покраснели.

Сев в машину, Ча Джу Хёк посмотрел на нее через зеркало заднего вида и спросил:

— Вы не проголодались? Время уже позднее.

— Нет, всё хорошо.

Сказав это, Бан Хэ И осеклась и неловко улыбнулась.

— Простите. Давайте поедим. Вам тоже нужно поесть, Ча Джу Хёк.

Он лучезарно улыбнулся:

— А чего бы вам хотелось?

— Да чего угодно.

— Случайно не любите чачжанмён?

Ее глаза округлились:

— Чачжанмён?

— Да.

Когда-то давно сонбэ обожала чачжанмён. Вспомнилось, как она заказывала его в комнату студенческого клуба и уплетала за обе щеки.

— И правда, давно я чачжанмён не ела. Поехали. Поедим чачжанмёна.

Для того, кто на диете, чачжанмён — это одновременно и строгое табу, и предел мечтаний. Ему нельзя это есть, но раз уж это любимое блюдо сонбэ... На лице Ча Джу Хёк, ищущего китайский ресторанчик, сияла счастливая улыбка.

Китайский ресторанчик оказался неподалеку. Окинув взглядом интерьер, напоминающий старые добрые закусочные, Ча Джу Хёк сказал:

— Кажется, мы пришли по адресу.

Бан Хэ И тоже кивнула. Сразу видно — здесь вкусно готовят. Им принесли заказанный чачжанмён и тансуюк. Глядя на дымящуюся лапшу в черном соусе, Ча Джу Хёк сглотнул слюну.

— Я ем его впервые за несколько лет.

Глаза Бан Хэ И округлились:

— Чачжанмён?

— Ага. Для меня это запретная еда.

Его глаза блестели, пока он тщательно перемешивал лапшу. А потом, набив полный рот, он удивленно распахнул глаза. Вкусно. Да не то слово! Это просто божественно!

— Как вкусно! Ешьте скорее!

Глядя, с каким упоением Ча Джу Хёк заглатывает лапшу, Бан Хэ И налила ему теплого жасминового чая и поставила чашку перед ним:

— Ешьте помедленнее. А то несварение будет.

Ча Джу Хёк уплетал чачжанмён так, что щеки раздувались, и счастливо щурился. Бан Хэ И прищурилась, разглядывая его. И почему его улыбка так похожа на улыбку Бан Да Ми? Она ела свою порцию и наблюдала за ним. Сначала не замечала, но чем больше смотрит, тем больше он похож на ее дочь. Но почему? Почему они так похожи? Для этого ведь нет никаких причин.

Моментально прикончив тарелку, Ча Джу Хёк с сожалением облизнулся. С ума сойти. Лапша проскальзывает в горло, даже жевать не надо, и кажется, что в мире нет ничего вкуснее.

Бан Хэ И со смешком предложила:

— Съешьте еще порцию.

— Нет, одной вполне достаточно.

Слова-то он сказал правильные, но взгляд так и не отрывался от пустой тарелки. Бан Хэ И тихонько рассмеялась, впервые увидев его таким, словно ребенка. Подняв голову, Ча Джу Хёк слегка покраснел:

— Я, наверное, странно выгляжу, да? Раз уж начал есть, не могу остановиться...

— А сколько вы его не ели?

— Восемь лет.

Глаза Бан Хэ И распахнулись:

— Восемь лет не ели?!

— Да. Там же просто бомба из калорий и сахара. Токпокки я, кстати, тоже восемь лет не ел.

Бан Хэ И восхищенно выдохнула:

— Вот это сила воли. Но, Ча Джу Хёк, вам больше не нужно худеть. Вы и сейчас отлично выглядите.

Лицо Ча Джу Хёк зарделось, а глаза засияли от радости. Эти слова сонбэ стоили больше, чем чья-либо похвала в мире, — словно восемь лет его усилий наконец-то признали. Он хотел было переспросить: «Правда?», но сдержался.

— Спасибо.

Стать мужчиной, на которого сонбэ сможет опереться. Это его конечная цель. В итоге, поддавшись на уговоры Бан Хэ И, Ча Джу Хёк заказал еще порцию чачжанмёна. Бан Хэ И смотрела на него с нежностью. Оказывается, он бывает и таким. Раньше она видела только его взрослую, серьезную сторону, а сейчас он вел себя на свой возраст, и это казалось ей милым и близким.

Закончив ужинать и сев в машину, Ча Джу Хёк спросил сидевшую рядом Бан Хэ И:

— Уже поздно, может, отвезти вас домой?

— А можно?

— Вы время видели? В офисе тоже рабочий день уже закончился.

Лицо Бан Хэ И просветлело:

— Тогда, может, так и сделаем? Я сегодня и правда устала.

— Доставлю в лучшем виде.

Ча Джу Хёк направил машину к ее дому. По пути Бан Хэ И спросила:

— Ча Джу Хёк, а каким вы были студентом?

— Я?

— Да.

— Хм... Как я уже говорил, я был робким, замкнутым парнем, который ни с кем особо не общался. А потом поступил в университет и встретил вас, госпожа кандидат. Вы всегда были полны энергии, всегда в центре внимания, и я вами восхищался. Думал: «Хочу быть таким же». Это стало моей мечтой. И я старался. И теперь моя мечта сбылась. Ведь я помогаю вам, находясь так близко.

Бан Хэ И повернула голову и посмотрела на него. По одному лишь голосу и выражению лица было понятно — он говорит искренне, не просто ради красного словца. Она и сама не понимала, что ее взгляд на Ча Джу Хёк сильно изменился по сравнению с их первой встречей.

Они приехали. Отстегивая ремень безопасности, Бан Хэ И сказала:

— Точно больше не хотите поужинать? Может, подниметесь, поедите с Бан Да Ми?

Сердце Ча Джу Хёк забилось быстрее. Ему очень хотелось, но...

— Нет. Отдыхайте сегодня. А я и так слишком много съел, надо пойти позаниматься спортом.

— Спортом?

— Да. Обязательно.

Бан Хэ И мягко улыбнулась:

— Поразительное усердие. Хорошо. А какое у нас завтра расписание?

— Завтра вам нужно будет учить танцевальные движения для уличной агитации. До начала официальной предвыборной кампании осталось совсем немного.

— Танцевальные движения?

— Да. Мы уже переделали песню, так что теперь вам предстоит выучить хореографию.

Лицо Бан Хэ И скривилось:

— Обязательно?

— Другие кандидаты, даже те, кто в возрасте, тоже танцуют. Сейчас это тренд.

Бан Хэ И вздохнула. Она понимала, о чем он. Но танцы...

— Ладно.

— Тогда я заеду за вами завтра утром.

— Пока. Спасибо за сегодня. И чачжанмён был очень вкусным.

— До свидания.

Убедившись, что Бан Хэ И зашла в дом, Ча Джу Хёк похлопал ладонями по рулю и издал беззвучный победный крик. Она сказала, что он отлично выглядит! Сама сонбэ! Опустив зеркало заднего вида, Ча Джу Хёк покрутил головой в разные стороны и довольно улыбнулся.

— Ты справился, Ча Джу Хёк.

С улыбкой он завел машину. Теперь нужно ехать домой и тренироваться. Кругов десять пробегу — может, съеденное и сгорит? Желание и дальше выглядеть в глазах Бан Хэ И так же хорошо гнало его вперед. Всю дорогу до дома его губы непроизвольно растягивались в улыбке.

В последнее время каждый день казался ему счастливым до смерти. Словно сон наяву. Если так пойдет и дальше, может, когда-нибудь сонбэ увидит в нем мужчину? Сегодня в китайском ресторане она смотрела на него так тепло. Это зеленый свет!

И тут в его голове всплыл голос Бан Да Ми:

«Дядя, ну выходи за маму, а?»

От воспоминаний об этих словах его глаза округлились, а лицо стремительно залилось краской. Остановившись на красный свет, он принялся отчаянно тереть лицо руками:

— Оу...

Его глаза блеснули. А что, если... если и правда? Вдруг однажды он действительно женится на сонбэ... От таких фантазий у Ча Джу Хёк покраснело не только лицо, но и уши, и даже шея. Его глаза возбужденно сияли. Вот бы и правда так случилось! Стать одной семьей с сонбэ и Бан Да Ми... Светофор переключился на зеленый, и Ча Джу Хёк, тронувшись с места, так и не смог сдержать смешок.

Приняв душ, Бан Хэ И открыла дверь ванной и замерла. Прямо перед ней, вежливо сложив ручки, стояла дочка. Бан Хэ И с улыбкой спросила:

— Что такое?

Девочка поклонилась и торжественно произнесла:

— И сегодня вы отлично потрудились, матушка.

Глаза Бан Хэ И весело сощурились. Когда дочка чего-то хочет, она всегда называет ее «матушкой».

— Что-то нужно?

Выпрямившись, Бан Да Ми сверкнула глазами:

— Вкусный был чачжанмён?

— Угу.

— Вы же с дядей ели, да?

— Угу.

— Я вот тоже люблю чачжанмён...

Глядя на то, как дочь мнется, Бан Хэ И расхохоталась. Ну конечно!

— Тоже хочешь чачжанмён?

— Да! И бабушка тоже говорит, что хочет.

— Хорошо. Сегодня на ужин — чачжанмён.

Глаза Бан Да Ми расширились, и она запрыгала от радости:

— И тансуюк тоже хочу!

— Ладно. Закажем.

Девочка бросилась на кухню, на ходу громко крича:

— Бабушка! Чачжанмён! И тансуюк тоже разрешили!

Идя вслед за дочерью, Бан Хэ И счастливо улыбалась. Ну как тут отказать такой милашке?

В то время как Бан Да Ми уплетала лапшу, перемазав всё лицо черным соусом, Ча Джу Хёк бегал по парку. По лицу катился крупный пот, дыхание сбилось, но он бежал без остановки. Мысль о том, что всё это — путь к сонбэ, придавала ему сил, а сердце переполнял восторг. В его сознании отчетливо рисовалась картина того, как он вместе с Бан Хэ И идет к алтарю...