Владыка демонов, пришло время платить за аренду! | 3
3. Зловещий белый цветок
— Спасибо! Хорошего дня! — сияя от счастья, я вышел из отдела кадров. Буквально сразу после вручения грамоты наступил «тот самый день». Да-да, день зарплаты — событие, способное заставить улыбнуться даже самого сурового демона! Я радовался как ребёнок с самого утра и весь рабочий день не мог скрыть улыбку. Раз уж это моя первая получка, надо бы закрыть долги, а на остаток прикупить шмоток и какого-нибудь брендового чайку. Сто лет не позволял себе так шиковать.
Помнится, после того как я в прошлый раз отправил деньги, через чёрный конверт обратно прилетело письмо. Коллекторы писали что-то вроде: «Понятия не имеем, где и как ты нарываешь бабло, но пока долг гасится, претензий нет». Мысль о том, что надо мной больше не висит угроза внезапного призыва демона-вышибалы, нереально грела душу, и вся эта каторжная жизнь в замке Короля Демонов наконец-то показалась не такой уж бессмысленной. Похихикивая, я вскрыл конверт, полученный в бухгалтерии.
Я хлопнул глазами и принялся пересчитывать монеты внутри. Осмотревшись по сторонам, я по-тихому забился в дальний угол коридора и вывалил всё содержимое конверта. С весёлым звоном на ладонь упало несколько золотых и серебряных. Мало не было, но и до богатства далеко — ровно столько, сколько обычно платят здешним садовникам.
Подождите, а где арендная плата?!
Самой важной части — денег за аренду земли — там не было! При подписании контракта мне чётко сказали, что они будут капать в конце каждого месяца, так почему их не выдали вместе с зарплатой? Насколько я знал, Натас не просто рулит всеми финансами в замке, он тут на правах премьер-министра. Такой перфекционист точно не мог так глупо закосячить.
Я на всех парах помчался к нему в кабинет. Рывком распахнул дверь, и из-за деревянной перегородки тут же высунулся в край задолбанный демон-клерк.
— Он во внутреннем кабинете, но вы вообще по записи?
— Нет, но у меня дело жизни и смерти.
Пока я лихорадочно соображал, какую бы отмазку состряпать, внутренняя дверь внезапно распахнулась, и какая-то неведомая сила буквально втянула меня внутрь. Я в панике оглянулся на клерка, но тот лишь устало уткнулся обратно в свои отчёты — дело привычное.
Меня затолкнули в комнату, где за столом сидел мужчина, увлечённо строчащий что-то чёрным пером на пергаменте. Если бы слово «аристократизм» нужно было оживить в облике демона, это точно был бы он. Сдвинув брови, он поправил очки и ледяным тоном спросил:
— Да тут такое дело... мне не доплатили... — шёпотом выдавил я, боясь, как бы снаружи никто не услышал.
Управляющий, даже не отрываясь от бумаг, тяжело вздохнул. Он сделал лёгкий жест рукой, словно отмахиваясь от назойливой мухи, и моё тело само потащило назад к выходу.
— Господин Натас! — крикнул я.
— Деньги уже у вас в комнате. По таким глупостям больше ко мне не лезьте.
Я хотел было возразить, что ничего не понял, но дверь перед моим носом уже закрывалась. И куда он вечно так спешит? Хотя ладно, вид у него реально был зашивающимся. Стоило мне побрести прочь, как гравитация кабинета снова сработала, и меня дёрнуло обратно. Не удержав равновесие, я эпично растянулся на полу.
— Ты тут как-то заикался, что прошлым владельцем этой земли был твой дед, верно?
Вот это поворот. Имя дедули... К нему стыду, я его напрочь не помнил. Дед постоянно ввязывался в мутные и опасные дела, из-за чего регулярно менял паспорта и фейковые имена, да и звал я его всегда просто «дедушкой». Краснея от неловкости, я пробормотал:
— Э-э... честно говоря, без понятия.
Дворецкий состроил такую мину, будто общался с полным придурком, и меня выставило наружу с ещё большей силой. Оказавшись в коридоре, я недовольно цыкнул. Тоже мне, нашли бациллу ходячую. Хотя, глядя на этого управляющего и его подчинённых, я подумал, что они все тут рано или поздно просто склеят ласты от переутомления.
Придя в себя, я весело насвистывая зашагал к общаге. Зайдя в комнату, я сразу заметил на кровати аккуратный сверток с золотом — Натас сдержал слово, уж не знаю, как он его туда доставил. При виде денег вся моя злость моментально испарилась.
Забрав заначку, я направился к стойке регистрации. Замок находился в такой глуши, что достать нормальные вещи было тем ещё квестом, но мисс Глория подсказала, что через ресепшен можно оформить доставку чего угодно. Немного поразмыслив, я решил заказать ништяков к чаю, пару пачек хорошего заварного листа, несколько книг и базовые бытовые вещи. Я знатный чаеман, а в здешней персоналке выбор чая был, мягко говоря, сиротским.
Видимо, из-за дня получки у стойки уже выстроился хвост из желающих что-то заказать. Очередь была небольшой, так что я пристроился в конец. Парочка демонов впереди обернулась и начала откровенно шушукаться, косясь на меня.
— Слышь, сзади... это же тот самый тип?
Да уж, грамоту-то я получил, а вот уважения среди коллег — ноль. Для всех было дико подозрительно, что обычный садовник умудрился посреди ночи вляпаться в историю с заложниками. Естественно, сплетни обросли подробностями, и меня уже вовсю малевали внебрачным сыном какого-то провинциального лорда. Сначала я думал, как бы эти слухи прикрыть, но сейчас мне уже было глубоко фиолетово.
— Кстати, слышал свежие сплетни?
— Да вон там, в западной башне. Говорят, по ночам там шляется какая-то чертовщина.
— Так мы же там живем! Какая ещё чертовщина?
Похоже, стоять в очереди ребятам было дико скучно, раз они решили развлечь себя байками. Я хоть и не пытался подслушивать, но всё было слышно слишком хорошо, а тема показалась интригующей, так что я навострил уши.
Насколько я знал, фантомы — это призраки, которые чисто по приколу пугают прохожих. Не думал, что они водятся и в замке Короля Демонов. Обычно эта братия мотается в командировки в человеческий мир, чтобы кошмарить людей и питаться их страхом.
Наверное, какой-нибудь фантом устроился работать в замок, выгорел от дедлайнов и теперь устраивает ночные партизанские вылазки, чтобы тупо снять стресс. Ну, это сугубо мои фантазии. Парни не успели доболтать, так как подошла их очередь, а затем и я сдал свой список и вернулся в комнату.
Я резко открыл глаза, сердце готово было выпрыгнуть из груди. Лоб покрылся испариной, а на ладонях остались следы от ногтей — походу, во сне я сжал кулаки со всей дури. Сам сюжет я не помнил, но послевкусие было жутким, будто мне приснился худший кошмар в жизни. Грудь сдавило, дышать было тяжело. Тяжело отдуваясь, я потянулся к тумбочке.
Кувшин был сух как пустыня. Я понял, что если сейчас засну в таком состоянии, то поймаю этот кошмар на повторе, да и пить хотелось нереально, так что пришлось вылезать из кровати. Со мной такое изредка бывало: просыпаешься в холодном поту, сердце колотится, а чё снилось — без понятия.
Взяв подсвечник, я вышел из комнаты. Ориентируясь по слабому огоньку, я побрёл по коридору. Сквозь длинные окна слабо пробивался лунный свет, а по небу на космической скорости неслись тучи. Я шёл на автопилоте: сейчас наберу водички и сразу обратно в люлю. На кухне ещё слабо пахло вечерним рагу. Наполнив кувшин, я снова вышел в коридор. Зевнул, протер глаза и вдруг заметил вдалеке чей-то силуэт.
И какому придурку не спится в такое время? Опять шпион, что ли? Да ну, бред какой-то, подумал я и тряхнул головой. И тут в памяти всплыли дневные сплетни:
«В западной башне по ночам шляется какая-то чертовщина».
Неужели я сейчас лично проверю достоверность этих слухов? Любопытство резко перевесило страх. Ещё раз протерев глаза, чтобы сфокусировать зрение, я подошёл поближе. Но передо мной был вовсе не фантом. Нарушая все законы логики, посреди коридора стоял маленький седовласый ребёнок.
В замке Короля Демонов соцпакет на уровне, так что тут вроде есть семейные блоки для персонала, но чей это малец? Ребёнок с белыми волосами залипал в абсолютно пустую стену. Я впервые видел демона с настолько белыми, чистыми глазами. Несмотря на детские щечки, лицо у него было довольно худым. Одет он был простенько — рубашка да серые штанишки.
— Эй, малыш. Ты чего тут один в темноте делаешь?
Малец медленно повернул ко мне голову. Взгляд у него был совсем не детский — дико уставший и выгоревший. Волосы белые, глаза белые, кожа бледная... Я подумал, что он вряд ли из высшей аристократии, ведь у нас как принято: чем темнее кожа и волосы, тем элитнее порода. Ответа не последовало, и я спросил снова:
— Потерялся? Где твои родители?
Ребёнок просто помотал головой. То ли не знает, то ли не помнит. Немного посомневавшись, я снял свой шарф и накинул ему на плечи. Малыш даже бровью не повёл. Поняв, что сопротивляться он не будет, я подхватил его под мышки и взял на руки. Как я и думал, он просто повис у меня на плече, как мешок.
— Ночью тут одному небезопасно. Так где твои... Эй, ты меня вообще слышишь?
— Белый... — еле слышно пробормотал он.
Голосок был настолько тихим, что я почти ничего не разобрал, а когда переспросил, малец снова ушёл в глухую несознанку. Что он там сказал? Белый? Наверное, имел в виду лунный свет, в котором его волосы прикольно блестели.
— Так ты мне ответишь или как?
Ребёнок проигнорировал мой вопрос и снова уставился куда-то вдаль. В абсолютную пустоту. Мне аж не по себе стало. Но оставлять мелкого одного в холодном коридоре было нельзя, и я решил отвести его в персоналку. Там есть камин, диваны — вполне уютно. К себе тащить как-то стрёмно, а утром сдам его в комендатуру.
В комнате отдыха, к счастью, было пусто — не хотелось привлекать лишнее внимание и ловить косые взгляды в духе «зачем ты таскаешь с собой чужого ребёнка?» Я подкинул дровишек в камин, и комната быстро прогрелась.
Малец пару раз лениво моргнул и начал откровенно клевать носом. Ну, хоть и молчаливый партизан, а всё-таки ребёнок. Я уложил его на диван, укутал шарфом как одеялом. Залипнув на огонь, я походу и сам вырубился. Проснулся на рассвете. Камин почти потух, а вокруг — ни души.
До меня дошло, что мелкий испарился. Вот это фокус. Сам ли он ушёл или кто забрал — а я проспал весь движ, обидно даже. На диване остался только мой шарф, аккуратно сложенный стопочкой.
Я обшарил всю персоналку и коридоры — тишина. Надеясь, что малец благополучно добрался до родителей, я побрёл к себе, думая о том, какой странный это был ребёнок.
— Так я не понял, у тебя чё, депрессия из-за кошмаров или ты реально за того мелкого переживаешь?
Левиафан спросил это, играючи поднимая штангу весом за триста килограмм. После того как мы закрыли дело со шпионом, мы как-то незаметно сдружились и частенько болтали о всяком. Правда, этот качок вечно затаскивал меня в качалку под предлогом, что спорт делает жизнь лакшери. Общался он всё так же прямолинейно и в приказном тоне, но я уже привык. Честно говоря, кроме Левиафана мне и поговорить-то в замке было особо не с кем... Да и ему, походу, тоже! Перекосив лицо, я ответил:
— Ну, если выбирать, то всё вместе. Кошмары — ладно, дело житейское, а вот малец из головы не идет. Переживаю.
— Хочешь, пробью по базе? — оживился он. — Что за предки такие, которые бросают ребёнка гулять по ночам? Оформим им выговор с занесением...
— Да ладно тебе! Это же всего один раз было... Не надо никого прессовать! — в панике закричал я.
В этом и был весь косяк Левиафана — он всегда решал проблемы максимально радикально. Когда я недавно пожаловался на дурацкие сплетни, он сразу размял кулаки со словами «сейчас я найду автора и проведу с ним беседу», а когда я в ужасе отказался, заявил, что я просто дрыщ, поэтому меня и задирают, и погнал меня тренироваться. Сам-то он всю жизнь так жил, но обычные люди так дела не ведут.
Ну... командир легиона — он и в Африке командир легиона, чё тут скажешь.
Его рельефный торс под майкой и мощная шея невольно приковывали взгляд. Даже мне, мужику, захотелось такую форму. Заметив мой залипон, он вернул штангу на стойку, сел и удивленно спросил:
— А, да так... Ну у вас и рама, конечно, господин Левиафан. Форма просто топ.
— Ха-ха! Ещё бы, я же командир! Я с самого рождения в идеальной форме, даже банальной простудой ни разу не болел!
У него был редкий талант: на любой комплимент отвечать в духе «ну я же крутой», вызывая у собеседника лёгкое чувство неловкости и ступора. В качалке повисла тишина, нарушаемая лишь звоном железа. Сделав вид, что качаю пресс, я технично слился.
И что хуже: помнить свои кошмары или забывать их? Судя по тому, как меня штормило после пробуждения, сюжеты там были лютые. Но пытаться вспомнить их — наверное, просто тупое любопытство. Мой успокаивающий чай наконец-то доехал, так что оставалось надеяться, что сегодня обойдется без ночных ужасов.
Вот уж не думал, что мы снова пересечемся. Опять поймав кошмар, я вышел проветриться и побродить по саду. Услышав шуршание, я заглянул за куст и обнаружил там вчерашнего партизана, который активно ковырялся в клумбе. Нафига портить нормальные насаждения? Малец уставился на меня, а потом резко отвернулся и побрёл дальше.
Выглядел он всё так же задолбанным, но то, что он хотя бы двигался, делало его более похожим на нормального ребёнка. Понятно, что портить плоды чужого труда — не дело, да и в саду полно опасных магических тварей, так что мелкого надо было тормозить. Я поплёлся за ним, пытаясь завязать разговор:
Ребёнок покрутил пальцами, что-то чертя на ладошке, и выдал:
Я прыснул от смеха. Сдержав улыбку, увидел, как малец надулся и снова принялся ковырять клумбу. Я подбежал, перехватил его руки и офигел — все пальцы были в царапинах от острых листьев и шипов. Я включил строгого взрослого:
— Так нельзя. И цветочкам больно, и сам поранился.
Малец уставился на свои ладони. Я достал платок, обмотал ему пальцы, взял на руки и унёс вглубь сада. Разрешения у начальства я, конечно, не спрашивал, но пара ягод погоды не сделают. Как садовник я немного застремался тырить плоды, но оправдание у меня было железное — спасение голодающих детей.
— Потерпи секунду, сейчас чё-нибудь сообразим!
К счастью, я наткнулся на куст дикой фасоли. У нас возле старого дома такой же рос, мы мелкие вечно его обносили, когда карманных денег не было. Прямо ностальгия накрыла. Я сорвал стручок, вылущил бобы и протянул мелкому. Они хоть и не дозрели, но прикольно хрустели. Но малец, пожевав секунду, смачно сплюнул. Я опешил:
— Гадость какая, — скривился он.
Я закинул остатки бобов себе в рот. Ну да, горчит, мелкому такое точно не понравится. И как я это в детстве ел? Я огляделся в поисках альтернативы. Рядом росла азалия. Сорвал цветок, убрал хвостик и попробовал — сладенько. Засунул один лепесток мелкому в рот, и у того аж глаза округлились от удивления.
Малец выглядел дико мило, и я решил ещё немного прогуляться с ним по саду. Мы нюхали цветы, дегустировали фрукты. Что прикольно, даже самые агрессивные растения типа Эрики будто понимали, что перед ними ребёнок, и вели себя тише травы. Благодаря этому мы круто провели время. Я параллельно читал ему лекции по ботанике, рассказывая про свойства растений. Мелкий, которому на вид было от силы лет шесть-семь, либо молчал, либо отвечал односложно. На вопросы о себе — та же история:
То ли реально не знает, то ли я ему просто надоел. Но раз он мирно сидел у меня на руках, я решил, что первый вариант ближе к истине. Наслушавшись моих историй, малыш начал засыпать и в итоге уснул, намертво вцепившись в мой воротник. Глядя на то, как он сопит, я прям расплылся в улыбке. Но встал вопрос: где его уложить? В итоге я снова побрёл в персоналку.
По пути нам абсолютно внезапно встретился один демон. Знакомое лицо. Как всегда, при полном параде, фрак сидит идеально. Я аж обрадовался встрече посреди ночи и решил поздороваться первым:
— Господин управляющий, доброй ночи!
Правда, судя по его мине, радовался я один. Натас скрестил руки на груди, покачал головой и протянул руку:
Малец к этому моменту уже проснулся и протирал глаза. Услышав голос, он шустро сполз с моих рук и побрёл к дворецкому, разок обернувшись на меня. Так его зовут Лучи. Но куда больше меня шокировал сам факт наличия у Натаса ребёнка.
— Да просто... он тут каждую ночь один колобродит, вот мне и стало интересно, чьих будет.
— Меньше суйте нос в чужие дела.
Я лишь почесал затылок от такого резкого ответа. Ну алло, ребёнок ночью шляется, это же логично — переживать! Я с ним вообще-то уже вторую ночь нянчусь. Видимо, поняв, что перегнул палку, Натас перевел взгляд с мелкого на меня, вздохнул и выдал:
— Чего? Племянник? Вы же вообще не похожи...
Походу, я опять ляпнул лишнего. Заметив, как от него повалила тёмная аура, я быстро исправился:
— Ой, то есть... он дико милый! А чего он в замке-то живёт? Где предки?
— Они мертвы, так что закроем тему.
Я мысленно влепил себе фейспалм. Ну кто ж знал-то... Лучи ещё совсем кроха, а Натас, получается, потерял близких, так что его паршивое настроение вполне можно понять.
Я глянул на Лучи и поймал его пустой взгляд. Так вот откуда эта пустота — последствия травмы из-за потери близких. А я, дурак, битый час допрашивал его про родителей. Вот почему он просто молча качал головой. Чувствуя себя последней сволочью, я заикаясь произнес:
— Это было давно. Оставьте свои дежурные соболезнования при себе и идите спать.
Мне ничего не оставалось, кроме как заткнуться, поклониться и уйти. С одной стороны, суровость управляющего помогла быстро замять неловкость, но сегодня он был дико колючим.
Родителей нет, дядя вечно на работе — и кто тогда занимается Лучи? Теперь понятно, почему он каждую ночь бродит один. Мне стало дико жалко мальчишку, которому явно не хватало банального тепла. Всего два раза виделись, а я уже привязался. Решил, что в следующий раз обязательно куплю ему какую-нибудь игрушку, и с этими мыслями завалился спать.
Выходные начались просто шикарно. Обычно по субботам я дрыхну до обеда, потом лениво плетусь за выпечкой в замковую пекарню и гуляю по саду. Но сегодня был особый план. Я спустился на склад, чтобы забрать свои заказы. Среди прочего там были пазлы и игрушки для маленьких демонов. С бюджетом у меня пока было туго, но Лучи засел у меня в голове, так что я решил раскошелиться.
Кладовщик, конечно, посмотрел на меня как на умалишённого, когда увидел список, но я с пафосным видом выдал ему цитату: «Если в душе горит огонёк, то даже взрослый демон может заценить детские игрушки». Было понятно, что Натасу наши тусовки не понравятся, но этот тип со времён подписания контракта ни разу не был со мной вежлив, так что я решил забить.
Я же не насильно его тащу, мы просто случайно пересекаемся и играем, чё в этом такого? Тем более из-за кошмаров спать всё равно не хочется... Короче, я дико ждал нашей встречи. Собирал пазлы у себя, валялся на кровати, и незаметно наступил вечер.
Как я и думал, малец снова бродил по саду. Он вовсю уплетал те самые ягоды, которые я ему показывал. Управляющий его вообще не кормит, что ли? Я аж разозлился на секунду, но к Лучи подошёл с улыбкой. Велел ему подождать, сбегал в комнату за пледом и ништяками. Так начался наш ночной пикник прямо на траве.
Ветер приятно шуршал листвой. Я расстелил плед в уютном местечке за кустами, расставил чашки, разложил печенье — вышло дико лампово. Было темновато, но я захватил фонарь, так что всё окей. Лучи чай даже не пригубил, зато печенье уничтожал в промышленных масштабах. Я спросил:
— Лучи, ты вообще на пикниках бывал?
— Ну вот как сейчас: сидим на травке, жуём вкусняхи, болтаем.
Кто бы сомневался. Смахнув скупую мужскую слезу от жалости, я протянул ему чашку:
— На, глотни чайку. Это на травках, дико полезно для здоровья!
Лучи понюхал чашку, сделал глоток (я специально остудил, чтобы он не обжёгся), но тут же скривился и вернул посуду на плед.
Даже то, как он вредничал, выглядело дико мило. Он забил на чай и вернулся к уничтожению выпечки. Я сам ещё ни кусочка не съел, а запасы уже таяли на глазах. Ладно, мне не жалко, решил спросить о главном:
— Лучи, а ты чё днём делаешь, раз по ночам не спишь?
— Днём я прячусь от других демонов. Тогда и сплю, так что сейчас ни в одном глазу.
— Залезаю в шкаф или под кровать, меня там никто найти не может.
Оказывается, говорить он умеет нормально, просто раньше не хотел. Я прям загордился мелким. Но вот эта тема с прятками от персонала выглядела странно. Стесняется, что ли? Вопросов стало ещё больше, но Лучи к этому моменту доел всё печенье и уже вытряхивал крошки из корзины прямо в рот.
— Слушай, тебя точно нормально кормят? — застремался я.
— Кормят много, но я всё равно вечно голодный.
Я выдохнул — ладно, хоть не голодает. Тут я достал карты, и у мелкого аж глаза загорелись. Ночной движ продолжался по полной программе.
Едва переставляя ноги от усталости, я припёрся в библиотеку. Понятно, что после истории со шпионом тут было немного стрёмно, но того очкарика здесь больше не было. Масштабы здешней библиотеки просто поражали. В прошлый раз я толком ничего не разглядел, а тут — стеллажи до самого потолка, забитые книгами под завязку.
Настоящая книжная крепость. На втором и третьем ярусах за столами сидели демоны и увлечённо читали, кто-то даже лазил по стремянкам на колёсиках, чтобы достать нужный том. Напротив входа была зона за высокими перегородками — туда обычным смертным ход был закрыт, там хранились особо важные архивы. Задавив в себе любопытство, я побрёл искать детскую литературу.
К счастью, там нашёлся небольшой стенд со сказками. Я выбрал парочку книг, которые подошли бы для Лучи, типа «Как стать крутым демоном» или «У меня выросли рожки и хвостик». Пока я думал, чё бы взять почитать себе, ко мне подошёл бледный как смерть библиотекарь.
— Да нет... просто смотрю, чё тут у вас есть интересного.
Он оглядел меня с ног до головы и велел идти за ним. Мы пришли к разделу с литературой про здоровье.
— А мы тут зачем? — не понял я.
— Я, конечно, сам выгляжу не фонтан, но вам бы точно не помешало подлечиться, — выдал он.
Я невольно потрогал свои осунувшиеся щёки. Ну да, из-за кошмаров я толком не спал, а ночные тусовки с Лучи добавили мне синяков под глазами, но получить такой совет от ходячего трупа — это мощно. Поблагодарив его, я принялся изучать полки. И тут мне на глаза попалась книга с шикарным названием:
«Демон, которому снятся кошмары, выглядит несексуально».
При чём тут секс и кошмары — без понятия, но заголовок зацепил. Решил полистать в поисках лайфхаков. В основном там был бред в духе «если ты демон и ловишь кошмары — ты лузер и тебя надо лишить лицензии». Но, продравшись через этот хейт, я наткнулся на одну дико интересную мысль:
«Если вам стали часто сниться кошмары, на это есть три причины. Первое: вас прокляли. Второе: у вас сильный стресс из-за проблем. Третье: рядом с вами находится растущий инкуб».
Проклятие? Да вроде я никому дорогу не переходил, чтобы ловить такой негатив. Проблемы? Ну, стресс у меня всегда фоном, но не до такой же степени. А вот третий вариант... Растущий инкуб?
Я начал сопоставлять факты. Кошмары начались как раз тогда, когда пошли слухи про чертовщину в западной башне, а там как раз тусовался Лучи. Учитывая его бешеный аппетит и возраст, у мелкого походу как раз начался период созревания. Пазл сложился! Я полез искать инфу про особенности роста молодых инкубов и узнал много нового:
«В период созревания инкубы плохо спят по ночам из-за переизбытка тёмной энергии. При этом они могут неосознанно транслировать свои кошмары тем, кто находится рядом. Взрослые особи воруют жизненную силу через эротические сны, а вот такие побочные эффекты в виде жутких, но забывающихся кошмаров — типичные приколы растущих организмов. Происходит это на автомате, так что сам малец ничего не догоняет».
Когда я понял, что виновником моих ночных ужасов был этот карапуз, мне стало дико жалко его. У него тут вовсю перестройка организма идёт, а его дядя-робот хоть в курсе вообще? Судя по его вечно занятому виду, шансы были равны нулю. В общем, я принял волевое решение: побуду для Лучи временным опекуном!
Так начались мои будни в качестве личной няни для Лучи.
С того дня я выскреб последние копейки и заказал мелкому кучу деликатесов и полезного чая. Решил устроить ему полный пансион. Заметив, что он вечно чешет голову, я присмотрелся и обнаружил у него на висках крошечные серенькие рожки, спрятанные в волосах. Такие мимимишные рожки.
Вот оно, родительское сердце... Я аж чуть не разрыдался от избытка чувств, но перед мелким сдержался, надо же держать марку. Всё-таки порода Натаса давала о себе знать — у высших демонов созревание всегда начинается раньше, так что мне было дико жалко Лучи, которому приходилось несладко в таком нежном возрасте.
Кто-то скажет, что я слишком лезу не в своё дело, но мне было плевать. Я сам прекрасно знал, каково это — расти без должного тепла... Возможно, это был просто мой эгоизм. Но пока я изливал на него свою любовь, время шло.
Лучи потянул ко мне ручонки. Я уже на автомате подхватил его и перенёс куда просил. Мы ушли с привычного маршрута и спустились в подвал, остановившись перед какой-то странной дверью. Вместо ручки там была живая гаргулья. Я ради прикола ткнул её пальцем, но та недовольно огрызнулась:
— Куда ты лезешь, низший демон? Тебе сюда ход закрыт!
Ну зашибись, теперь меня даже дверные ручки прессуют... Но раз она тут на правах охранника, лучше было не нарываться, а то ещё огребу. Лучи, глядя на мою кислую мину, весело захихикал. Он был такой милаха, что я не удержался и чмокнул его в макушку. Малец удивленно захлопал глазами:
— Поцеловал. Потому что ты у нас дико милый.
Лучи завис, о чем-то думая. Он и раньше любил залипать в пустоту, но в последнее время стал слишком часто вести себя как умудрённый опытом взрослый. Пока я умилялся этой картине, он снова заговорил:
— Раз я такой милый, выполнишь мою просьбу?
— Ни вопр. Каприз молодого барина — закон. Чё надо?
— Мне нужно зайти на этот подземный склад. Пошли со мной, поможешь найти одну вещь.
Меня будто обухом по голове стукнули. Я в панике огляделся по сторонам и зашептал:
— Ты с дубу рухнул? Откуда ты вообще знаешь про этот склад? И чё за вещь?
— Моя вещь, я её потерял. Она точно там.
Мы общались каждый день, но в этот момент мне показалось, что передо мной стоит совершенно незнакомый ребёнок. Атмосфера вокруг него резко изменилась. Я решительно мотнул головой:
— Ноу вэй. Это опасно. И вообще, шнырять по складам замка Короля Демонов — это чистая уголовщина. Нас повяжут.
— Да расслабься, если поймают, я скажу Натасу, чтобы нас отпустили.
Игнорируя мои протесты, малец положил руку на гаргулью. Та послушно склонила голову, и дверь со скрипом открылась, явив нам уходящую в кромешную тьму лестницу. Оттуда пахнуло таким холодом и загробными звуками, что у меня аж мурашки по коже побежали.
Лучи сделал шаг вперёд, а потом обернулся, типа «ну ты чё, идёшь?» Увидев, что я замялся, он решил врубить тяжёлую артиллерию в виде детского обаяния. Наклонил голову, захлопал своими белыми глазками и выдал:
— Братишка, ты чё, меня бросишь?
— У-у, запрещённый приём... — застонал я.
Когда я просил его звать меня братом, он и ухом не вёл, а тут сразу вспомнил, какой он милаха, когда надо. Я отвёл взгляд, пытаясь не вестись на провокацию. Куда угодно, но только не на этот стрёмный склад. Я не знал, злиться мне или плакать, поэтому решил включить классическую пугалку для детей:
— Там же темень глаз выколи, тебе не страшно? Вдруг там чудища живут?
— Да вряд ли. Ты же взрослый демон, неужели боишься такой ерунды?
— Ещё как боюсь! А если мы там потеряемся?
Поняв, что я не иду, малец просто припустил вниз по лестнице. Моя пугалка сработала с точностью до наоборот — вместо того чтобы испугаться, он походу решил взять меня на слабо. Шёл так уверенно, будто он тут хозяин.
— Лучи! Я серьёзно, я не пойду!
— Окей, закрой дверь с той стороны, — донеслось из темноты.
И на этом он испарился во тьме. Я посветил фонарёвым светом вниз, но там уже никого не было видно.
И чё делать? Пойти за ним? Да ну, там же темень, он дороги не знает, сейчас испугается и сам вылезет. Или его охрана тормознёт. Я решил подождать у входа, уверенный, что через минуту он прибежит обратно в слезах.
Но прошло довольно много времени, а Лучи всё не возвращался. В подвале стояла мертвая тишина, и у меня начался мандраж — вдруг с ним реально чё-то случилось? Или он уже заблудился? Поймав дикую панику, я рванул вниз по лестнице.
Ноги дрожали как желе, но я упрямо шёл вперёд, подсвечивая дорогу фонарём. Пробежав по серым кирпичным ступеням, я упёрся в массивную железную дверь, утыканную острыми шипами — видок у неё был максимально криминальный.
И тут я заметил кое-что странное. Два здоровых демона-охранника, которые были раза в три шире меня, валялись у стены. Фиолетовая кожа, гора мышц... Я шёпотом позвал:
Они бросили оружие и просто спали без задних ног. Ран не было. Я поднёс палец к носу одного из них — точно, дрыхнут. Неужели это работа Лучи? Я вообще перестал понимать, чё тут происходит.
Пометавшись у двери, я понял, что выбора нет — надо заходить. Я дико переживал за мелкого. Если его поймают за такими делишками, ему-то, может, ничего и не будет, а вот меня точно пустят на фарш. Кряхтя, я толкнул тяжелую железную дверь и зашёл внутрь.
За дверью воздух показался ещё более ледяным. Склад напоминал настоящий лабиринт из комнат. Чего тут только не было: оружейка со щитами и копьями, продуктовый склад с сырами и вином, и даже комнаты с какими-то надписями на древнем языке. Стоило мне случайно задеть рукавом одну из дверей, как меня пробрал такой озноб, что я сразу отскочил подальше. Кое-где на стенах горели свечи, но для такого огромного подвала это было каплей в море. Сориентироваться было нереально.
— Лучи! Ты где? Лучи! — закричал я.
Местечко оказалось дико опасным. Ну да, раз тут стоит такая охрана, это явно не обычный чулан для швабр. Надо было жестче тормозить мелкого у входа, я крупно закосячил. Если нас спалят, Лучи, может, и отмажется, а вот мне светит пожизненный эцих с гвоздями. Почему я вечно влипаю в какой-то криминал? Мне хотелось побыстрее найти Лучи и сделать отсюда ноги. Но стоило мне сделать шаг...
Произошёл полный провал — в прямом смысле. Я наступил на какую-то железку, и пол подо мной просто исчез. Пока я летел вниз, в голове пронеслась мысль: «Хоть бы там внизу не было острых кольев». К счастью, обошлось. Я больно ушибся, но остался цел. Фонарь разбился, и я остался в полной темноте.
Не успел я выдохнуть, как раздалось шипение и пошёл резкий запах газа. Походу, токсичный туман. Всё, приплыли.
Я зажал рот одеждой и растянулся на полу, но дышать-то хочется. В итоге я наглотался этой гадости. Навалилась дикая слабость, сознание поплыло, и перед глазами начали всплывать глюки. В комнате кто-то был. Силуэт становился чётче, и я обомлел, когда узнал его. Это был Лучи, который сидел на корточках и тихо шмыгал носом.
Я попытался позвать его, но он даже не обернулся. Малец пытался сдерживать слёзы, но всхлипы всё равно прорывались. Я пополз к нему, но расстояние между нами будто не уменьшалось. И тут до меня донеслось его бормотание:
— Хнык... я им устрою вендетту.
Услышав голос, я похолодел. Это был не Лучи. Это был я сам в детстве. Чумазый, ободранный малец с грязными руками, полный злости и обиды на весь мир.
Хватит. Я не хочу на это смотреть. Я зажал уши, тяжело дыша. Глюк будто издевался надо мной, нашептывая: «Ты просто проецируешь на Лучи своё паршивое детство. Вся твоя забота — чистой воды эгоизм».
нет, это не так! Я давно забил на эти воспоминания!
— Я больше не хочу быть один...
Я уже не понимал, кто это сказал — я или мелкий из глюка. Голова раскалывалась, сознание окончательно уплывало. Мне дико хотелось проснуться. И тут скрытая в углу дверь с грохотом распахнулась. Газ немного выветрился, и в комнату кто-то зашёл. Ко мне подошёл то ли реальный Лучи, то ли очередной глюк:
Судя по его обычному пофигистичному тону, это была реальность. Я вытер слезы рукавом. Тело вроде начало слушаться, но стоило попытаться встать, как словил дикий вертолет и сел обратно. После пережитого глюка смотреть на Лучи как прежде было сложно. Но я постарался сделать вид, что всё пучком:
— Лучи, наконец-то я тебя нашёл. Пошли отсюда.
— Я ещё не нашёл то, чё искал.
— Нет, мы уходим. Это дико опасно!
Я сам не заметил, как сорвался на крик. Высказался и сразу почувствовал себя ничтожеством, сорвавшимся на ребёнка. Лучи, правда, даже ухом не повёл. Я сбавил тон и добавил помягче:
— Давай я тебе лучше новую такую штуку куплю? Оформим доставку, и...
— Ты так боишься остаться один? — внезапно выдал он.
Я замер, внутри всё похолодело. Малец посмотрел мне прямо в глаза, и так как я сидел, мы были на одном уровне.
— Я же слышал. Ты боишься, что тебя бросят, да?
— Ну, остаться одному в стае обычно означает, что тебя выкинули. Но если ты изначально один, то вообще пофиг. Только слабые людишки вечно сбиваются в кучи.
Чем больше он говорил, тем сильнее меня накрывало дежавю. Где-то я уже слышал эти пафосные речи. Но хуже всего было то, что его слова били по самым больным местам, вызывая дикое чувство стыда.
Колени дрожали, но я заставил себя встать и быстрыми шагами пошёл к выходу. Лучи молча поплёлся за мной. Кое-как отыскав дорогу, мы выбрались наружу, когда уже вовсю занимался рассвет. Я был настолько выжат, что хотелось тупо доползти до кровати.
— Лучи, на сегодня завязываем, я к себе.
Я почувствовал, как он слабо ухватился за мой рукав, но сделал вид, что не заметил, и просто ушёл. После этого я довольно долго к нему не подходил.
Лучший способ забить на дурные мысли — это как следует поработать ручками. Со стороны кажется, что работа у нас однотипная, но на самом деле у садовников дел выше крыши: таскай тяжелые мешки с удобрениями, стриги ветки, поливай, поливай сорняки.
Занимаясь благоустройством, я заметил, что цветы, которые я недавно посадил, начали засыхать. Капризная флора дико реагировала на любые изменения: недольешь — сохнут, перельешь — корни гниют. Глядя на эти увядающие бутоны, я ловил полное бессилие. Подперев подбородок рукой, я тяжело вздохнул, думая, не выдрать ли их вообще с корнем.
— Выращивать растения — та ещё головная боль, да?
Рядом со мной появилась мисс Глория, протягивая бутылку воды. Я уныло кивнул:
— Да я вроде старался дать им всё необходимое, но походу чё-то пошло не так.
— Ну, им тоже непросто. Сказать-то, чего им не хватает, они не могут, — улыбнулась она.
Тут она была права. Я уже начал загоняться, что если бы этот участок вел кто-то другой, цветы бы чувствовали себя лучше.
— Но если проявить терпение, в один прекрасный день они удивят тебя своим ростом. Природа намного сильнее, чем нам кажется.
Мисс Глория улыбнулась так, что у неё вокруг глаз собрались лучики морщинок. Сразу видно — опыт. Я окинул взглядом наш огромный сад. Собрал волю в кулак, поднялся, обрезал сухие ветки и аккуратно дозировал удобрения. Будем надеяться, ещё расцветут.
Слова мисс Глории нереально мотивировали. Я на этой волне перетаскал кучу тяжелых камней для ландшафта и навёл порядок на дальних клумбах. В общем, перевыполнил план раза в два. Вечером в столовке пересёкся с Левиафаном, мы посидели, поболтали о всякой ерунде.
— ...ну и короче мои цветы... э-э...
Я попытался встать из-за стола, но тут у меня дико закружилась голова. Я знатно покачнулся, и если бы Левиафан меня не перехватил, я бы точно поцеловался с полом. Помассировав гудящую голову, я неловко отмазался:
— Чё-то меня штормит, походу сегодня на работе перетрудился.
— Вид у тебя умотанный, дуй давай в комнату и ложись спать, — буркнул он.
Я ради шутки попытался изобразить качка и напряг бицепс, но глянув на руку Левиафана, которая была раза в три шире моей, тихонько опустил рукав. Вернувшись к себе, я просто мешком рухнул на кровать.
Я не видел Лучи уже неделю. Без сна было хреново, но проводить с ним время было весело, а тут я запереживал: вдруг он там один бродит по тёмным коридорам? Всё-таки он просто ребёнок, накосячил слегка, а я завёлся из-за своих старых детских комплексов. Походу, я просто трусливо прятался от него, прикрываясь усталостью из-за кошмаров.
Всё тело ломило, усталость накопилась конкретная. Из-за вечных кошмаров спать было тупо невозможно. Вспомнилось, как в детстве, когда я не мог уснуть, дедуля садился рядом и гладил меня по голове своими натруженными руками. Но его больше нет в живых... Мысли ушли в полный депрессняк, и под этот шумок я заснул.
Я вижу себя маленького посреди двора. Я со злостью топчу собственный огород, ломаю стебли и ору во всё горло. А из дома какая-то тёмная тварь вечно мне чё-то втирает. Я затыкаю уши, пытаюсь убежать, падаю, поднимаюсь, кричу до хрипоты, но паника не отпускает. Это бесконечное поле никак не кончается, полное ощущение, что я завяз в болоте. Я побежал быстрее, закричал и... проснулся.
На лбу было приятное прикосновение. Кто-то аккуратно вытирал мне пот и слезы с лица. Я был весь мокрый. Сфокусировав взгляд, я увидел Лучи, который сидел прямо на краю моей кровати. Лицо у него было как обычно кирпичом, но мне показалось, что он искренне рад меня видеть.
— Ты как тут оказался?.. — прохрипел я.
— Понял, что тебе нужна помощь, вот и пришёл.
Я слабо улыбнулся. Докатился: взрослый мужик ловит утешения от мелкого карапуза. Не хотелось выглядеть жалко перед ребёнком, поэтому я сходил умыться. Лучи послушно ждал меня на кровати.
— Давно не виделись... Как сам?
— Да так себе. Натас спалил, что я брожу по ночам, и посадил меня под домашний арест.
Уж не знаю, реально ли его заперли или он просто преувеличивает, как все дети. Но то, что управляющий хоть как-то за ним следит, уже радовало.
Пауза затянулась, было немного неловко. Я за последнее время вел себя перед ним вообще не как взрослый: сначала наорал, теперь вот проснулся в слезах. Решил искусственно взбодрить голос и сменить тему:
— Кстати, ты же тогда вещь свою так и не нашёл? Напиши, чё за штука, я...
— Поможешь достать? — перебил он.
— Ну... нет, давай я тебе лучше новую куплю!
Взгляд у Лучи снова стал пустым, как при первой встрече. Я понял, что подсознательно всегда застревал на этом его взгляде, но пора было поговорить серьезно:
— Эта вещь реально настолько важна? Стоит того, чтобы так рисковать?
— Она изначально была моей, так что я её верну. Она мне дико нужна.
Обычно он ничего не просил, а тут проявлял такую упёртость — видать, реально ценная вещь. Но какого фига его шмотки лежат на секретном складе подвала, я не догонял. Может, просто капризничает? Пока я сомневался, Лучи недовольно надулся:
— И чего ты вечно меня тормозишь? Раньше же всегда помогал, чё бы я ни попросил.
— Да потому что подвал — это не шутки. Я за тебя переживаю, мелкий.
Я аж дар речи потерял. Лучи хоть и стал говорить намного лучше, да и рассуждал иногда как взрослый, в базовых эмоциях вообще не шарил. Пришлось разложить всё по полочкам:
— Ну ты же ещё мелкий. Переживать за тебя — это абсолютно нормально.
— Хм, то есть если ты слабый или мелкий, надо просто сидеть и не отсвечивать?
— Да никто тебе не говорит сидеть и не отсвечивать. Я просто хочу, чтобы ты рос в безопасности и видел только хорошее. Я всю эту неделю, пока мы не виделись... только о тебе и думал, переживал.
Высказал всё как на духу, аж от сердца отлегло, хоть и комок в горле встал. Лучи завис, переваривая инфу. А потом посмотрел мне прямо в глаза и выдал то, чего я вообще не ожидал:
— Я тоже переживал, когда ты пропал, Ромейн.
— Мне сказали, что тебе вечно снятся кошмары, вот я и пришёл проверить, вдруг надо разбудить. Сорри, что заставил волноваться...
«Переживал», «сорри»... У меня аж челюсть отвисла, услышать такое от этого партизана было чем-то нереальным. На душе стало дико тепло, но одновременно накрыло чувство вины. Ну я и сволочь. Меня надо в лаве утопить за то, что пока этот золотой ребёнок обо мне думал, я сидел и жалел себя, устроив полный игнор. Аж сердце сжалось, глядя на его понурый вид. Лучи грустно добавил:
— Ладно, забьем на эту вещь. Хотя я уже почти её нашёл...
Блин... Ну чё я за демон такой? Избегал такого шикарного пацана. А Лучи тем временем продолжал уныло бубнить:
— Оставалось просто взять и вынести...
Голосок у него был такой несчастный, что у меня в голове прямо ангельские голоса запели. Может... реально помочь разок? Он же родственник Натаса, ну поймают нас — неужели племянника строго накажут?
Лучи сложил ладошки у подбородка и уставился на меня умоляющим взглядом. Против этих белых глаз устоять было нереально. Я сжал кулаки:
— Точно сможем быстро забрать и свалить?
— Зуб даю! — подпрыгнул он, расплывшись в довольной улыбке.
Походу, он только этого и ждал. Оформив договор на мизинчиках, что никто не спалится, мы отправились во вторую подземную экспедицию.
Когда мы спустились, охранники у ворот как раз открыли глаза, но Лучи резко задвинул меня себе за спину. Глаза у мелкого закружились спиралями, и амбалы синхронно рухнули на пол, захрапев как сурки.
— Это щас чё за фокус был? — обалдел я.
Задав лишние вопросы на потом, мы прибавили шагу. Оттащили спящих туш в сторону и толкнули тяжелую железную дверь. Лучи с пафосным видом зашагал впереди — видать, шнырял тут регулярно. Он вел меня какими-то тайными тропами, попутно устраивая экскурсию:
— Это пещера с аметистами, круто восстанавливает силы.
— А это кости древнего демона. Если человек к ним прикоснется, словит стопицот проклятий. Входит в топ-13 опасных артефактов.
— Туда не лезь, это мимик, часто в лабиринтах водится.
Откуда у мелкого карапуза такие познания, я без понятия. Он с диким азартом всё мне расписывал. После того как я в прошлый раз словил тут ловушку, чувствовал себя полным лохом, пока Лучи технично обходил все углы. Подвал оказался даже интересным, и страх окончательно улетучился. Я кивал на его объяснения, но всё же решил напомнить:
— Лучи, мы вроде за вещью пришли, не?
— Ну да. Просто подумал, что тебе будет прикольно посмотреть...
Он смущённо почесал щеку. Получается, он реально хотел поделиться со мной своими секретными местами. Эх, если бы я в прошлый раз не затупил, у нас бы уже тогда были крутые воспоминания. Я крепко обнял мелкого:
— Хотел со мной затусить, да? Откуда дорогу-то так хорошо знаешь?
Малец начал брыкаться, пытаясь вылезти из объятий, и с гордым видом выдал:
— Да я тут постоянно тусуюсь, когда скучно. Если чё-то вынести попытаешься, сразу набежит толпа скрытых гаргулий, а просто гулять можно без проблем.
— Но у тебя-то план как раз чё-то вынести... — напомнил я.
— Так это моё родное, так что система не сработает, — отмахнулся он.
Звучало сомнительно, но раз он тут ориентировался как бог, я решил поверить. Правда, затягивать тоже не стоило, и я попросил его ускориться. Лучи завернул в какой-то секретный коридор, и тут я залип на огромную картину на стене. Подсветил её фонарем — старинное полотно, но масштаб просто запредельный.
На самом верху был изображен брюнет с длинными волосами, в черных доспехах и с горящими красными глазами, смотрящими на всех как на грязь. Даже от картины веяло дикой мощью и пафосом. Чуть ниже красовалось сломанное золотое копье — символ Небес, а в самом низу на коленях рыдала златовласая девушка, протягивая руки вверх.
Я сразу догадался, чё это за сюжет. Столетняя война Диаблос. Святая дева пыталась запечатать Короля Демонов, но словила полный фейл и погибла, после чего у людей начались темные века.
Пока я залипал, Лучи крикнул впереди:
— Ты чё застрял? Сам же просил быстрее.
Но взгляд от картины оторвать было сложно. В учебниках истории эту святую деву вечно малевали тупой и беспомощной, а тут она выглядела дико несчастной. Хотя для демонов она по-любому главный враг. Оставив искусство, я побежал за Лучи.
Мы дошли до маленькой обшарпанной двери, за которой оказался обычный чулан с хламом. Никаких крутых артефактов, просто склад временного хранения, где всё было завалено вещами под завязку. Полки были выше моего роста, и Лучи шустро запетлял между ними, начав шуршать коробками.
— Подожди секунду, сейчас найду.
Я решил не мешаться под рукой, раз понятия не имею, чё мы ищем, и просто стал разглядывать полки. И на четвертом стеллаже я наткнулся на кое-что дико знакомое.
Я протер пыль с какой-то побрякушки — чистая медь. Рядом стояла шкатулка с камнями, золотые браслеты и куча другого золота-серебра. Но прикол был в том, что все эти вещи... стояли у нас дома! Дедуля вечно прятал эти сокровища со словами «надо переждать пару лет, потом толкнем». Кое-что мы продали, но самое ценное он хранил до последнего. Я после его смерти заглядывал в нашу хижину на равнине, но про заначку даже не подумал. А она, оказывается, переехала сюда. Пока я пребывал в полном шоке, Лучи радостно крикнул, размахивая фиолетовым мешочком:
Чё там было внутри, разобрать я не смог, но надо было сворачивать лавочку:
— О, супер, поздравляю. Ну чё, валим, пока нас не повязали?
Я из последних сил заставлял себя не пялиться на дедовы шмотки. Лучи-то не при делах, так что не надо вызывать подозрений. Обратно мы шли молча. Подвал больше не казался интересным, все мысли были заняты этим золотом.
«Может, прихватить с собой? Да ну, спалят. И откуда оно тут? Когда нашу хижину сносили, просто сгребли всё добро? Это же откровенный грабеж!»
Правда, качать права в моей ситуации — затея так себе. Если вскроется, чё дед хранил в подвале, меня первого и закроют. Интересно, Натас вообще в курсе, чьё это бабло? Почему ничего не спросил? Может, реально не знает, чё это за побрякушки...
Заметив, что я плетусь как черепаха, Лучи обернулся:
— Ромейн, ты чё завис? Плохо прет, что ли?
— Да всё пучком, не парься, — я погладил его по голове, пытаясь успокоиться.
Если бы управляющий знал происхождение этих вещей, он бы мне устроил допрос с пристрастием. Раз молчит — значит, инфы у него нет. Фух, пронесло.
Лучи, внимательно следивший за моей мимикой, залез в мешочек, достал оттуда какую-то штуку и с милой улыбкой протянул мне:
Это был конус светло-коричневого цвета. Я понюхал — аромат был просто лакшери: сначала цитрус, а потом раскрывается чем-то дико уютным и сладким.
— Ага, но непростые. Это магический артефакт, заказывает сны по твоему желанию.
Магическая штука? Такие вещи стоят как крыло от самолета, их хрен достанешь. Я удивленно уставился на него, а Лучи просто выгреб из мешка ещё горсть этих конусов и рассовал мне по карманам.
— Вообще-то я для себя их брал, но раз ты ловишь кошмары на регулярной основе, делюсь. Штука мощная, так что кошмары улетучатся в миг. Зажги перед сном и...
У меня аж внутри всё сжалось от нежности, я просто сгреб его в охапку и крепко прижал к себе. Он сначала подёргался для вида, но потом расслабился и уткнулся подбородком мне в плечо. Такой милаха.
— Надо же, какой заботливый. Молодчина.
— Да говорю же, я себе брал! — надулся он.
— Всё равно ты лучший, — я обнимал его, понимая, что вся эта эпопея с подвалом была затеяна ради меня. Понятно, что благовония ему и самому были нужны, но то, что он обо мне подумал — это прям высший класс. Я-то думал, что я тут один в роли няньки выступаю, а Лучи, оказывается, тоже обо мне пёкся.
Я без остановки гладил его по мягким волосам, ловя полный кайф от этого момента. Когда наконец отпустил его, Лучи стоял весь пунцовый и отводил взгляд — засмущался, карапуз. Дико милое зрелище. Я потянулся было поцеловать его в щеку, но он выставил ручонки:
— Так, хорош нежностей, сам же орал, что надо валить, пока рассвет не наступил.
Мы рванули к выходу. С мыслью, что благодаря подгону Лучи я наконец-то посплю нормально, бежалось дико легко. Добрались до лестницы, миновали спящую стражу, толкнули дверь на свежий воздух. Первые лучи солнца нереально били по глазам. И стоило нам сделать шаг на улицу...
Голос был настолько ледяным, что у меня аж пот по спине потёк. Медленно, со скрипом повернув шею, я обнаружил стоящего у стены управляющего. Вокруг него бурлила такая тёмная аура, что малейшие сомнения отпадали — нам крышка. А Лучи с абсолютно невозмутимым видом выдал:
Я чуть не выпал с его пофигизма — малец вообще не догонял всю серьёзность ситуации. Натас перевел свой убийственный взгляд с мелкого на меня. В глазах читалось чёткое «сейчас я тебя закопаю». Меня затрясло как осиновый лист. Мозг лихорадочно пытался родить хоть какую-то отмазку, но выдал полный бред:
— Э-э... д-доброе утречко! Ну, утречко же реально доброе, да? Ха-ха...
Твою маковку, чё я несу?! Лучше бы просто молчал. Я судорожно вытер пот со лба, натянув самую дебильную улыбку в своей жизни. После бесконечной паузы дворецкий наконец покачал головой:
— Лучи — за мной, а вы, Ромейн, шагом марш к себе в комнату. Поговорим об этом позже.
Я выдал это на автомате, радуясь, что остался жив. Хотя фраза «поговорим позже» звучала как приговор. Начни он разбираться прямо сейчас, я бы точно улетел в вулкан без суда и следствия. На негнущихся ногах, чисто как зомби, я двинулся прочь, но Лучи меня тормознул:
— Погоди, у меня разговор есть.
Если бы в Макае устраивали конкурс на самого бесстрашного демона, Лучи бы взял гран-при, сто пудов. Вообще забил на испепеляющий взгляд Натаса и подошёл ко мне. Управляющий лишь потер висок и выдал:
— Ладно, Лучи. Как договоришь — жду в кабинете.
И с этими словами он технично испарился. Только тогда я смог нормально выдохнуть:
— Фух... думал, мне хана. Чё за дело-то?
— Спросить хотел, — Лучи замялся, чё на него вообще не похоже. Смотрел на меня с таким видом, будто сам застремался.
— Нас походу теперь долго не отпустят погулять. Если мы потом пересечемся... короче, ты же будешь со мной дружить дальше?
Понятно, что за такие покатушки по складам Натас его закроет дома под замок, но мы же в одном здании живем, пересечемся по-любому. Я активно закивал:
— Само собой! Пока я работаю в этом замке — мы банда.
Лучи расплылся в такой искренней улыбке, что у него аж глазки зажмурились. Совершенно нетипичная для него сентиментальность. Он подлетел, обнял меня за шею и чмокнул в щеку.
— До встречи! — крикнул он и пулей убежал по коридору.
Я ещё долго стоял на месте, потирая щеку и залипая ему вслед. Наконец заставил себя дойти до комнаты, достал благовония мелкого, понюхал — шлейф просто космический. И внутри чё-то так приятно зашевелилось.
Каждый божий день я ждал этого вызова, мысленно прощаясь с жизнью. И вот сегодня этот час икс настал — Натас вызвал меня на ковер. Сделав глубокий вдох, я толкнул дверь приемной. Там всё было вылизано до блеска, как и в мой первый визит. Управляющий стоял у окна, меланхолично залипая на улицу.
— В-вы меня вызывали?.. — заикаясь, выдавил я.
— Да, присаживайтесь, — кивнул он.
Я сел на диван. Он был дико мягким, но ловить кайф от комфорта времени не было — я молился, чтобы меня прямо отсюда не депортировали в кандалах. Пока я мысленно заказывал себе надгробие, он начал:
— Господин Натас, у меня есть оправдание! Лучи сказал, что потерял там вещь, вот мы и полезли... Я понятия не имел, что этот склад под грифом «секретно»! А там столько всего лежит, мы просто краем глаза...
— Я вроде ещё не закончил, — ледяным тоном перебил он.
Лицо у него в этот момент было такое, будто ему на новый брендовый костюм случайный прохожий уронил мороженку, а когда попытался вытереть — сделал только хуже, испортив ткань напрочь. Я резко захлопнул рот и аж язык прикусил. От страха даже боли не почувствовал. Активно закивал, признавая его правоту. Натас продолжил:
— За то, что тусовался с Лучи, конечно, мерси, но ты вроде как взрослый демон и должен тормозить мелкого, когда он лезет в криминал, а не возглавлять это шествие.
— Полностью согласен, тупанул, признаю.
— Хм... Про подвал чтоб рот на замок. Тебе туда вход закрыт, уяснил?
— Всё понял, буду нем как рыба.
Дворецкий внезапно подошёл ближе и сел прямо рядом со мной, хотя свободных мест было навалом. Я поднял голову, мы встретились взглядами, и он выдал с каменным лицом:
Я не догнал, про чё речь, но переспрашивать в такой атмосфере было себе дороже. Быстро прокрутил в голове всё, чё заметил в подвале. Чуйка подсказывала, что пахнет жареным, так что я решил уйти в глухую несознанку:
— Да я вообще ничего не видел! Всё, чё там было, уже стёрлось из памяти!
Я был готов унести этот секрет в могилу, лишь бы выжить. Но факап подкрался незаметно. Натас сменил тактику:
— Давай без экивоков. Ты же узнал то золото на полках?
И почему мои худшие опасения вечно сбываются? Я продолжил отпираться:
Но из-за паники отмазка вышла максимально палевной. Натас резко поднялся. Я уже приготовился ловить удар, но он просто подошел к столу, достал огромную коробку и вывалил её содержимое прямо на кофейный столик. Передо мной с весёлым звоном рассыпались те самые дедовы сокровища из подвала. Я застыл как статуя. Такого поворота я точно не ожидал.
— Всё это добро мы нашли, когда сносили ту хижину на равнине.
Я только молча потел. Он добил:
— Ценник у этого хлама солидный, так что мы решили проверить происхождение. Тот тип, который продал нам участок, испарился, так что баланс не сходился. И угадай, чё показало расследование? Практически всё это бабло — конфискат, добытый кражами и мошенничеством. Кое-какие шмотки вообще под грифом «магическая угроза». В хижине нашли следы двух демонов, и у одного из них...
Натас выудил из этой кучи серебряный кулон на цепочке, открыл его и повернул ко мне:
Там красовалась моя детская фотка. С подписью — Ромейн. Дедуля подарил мне эту штуку на днюху, а я посчитал её дико деревенской и засунул под кровать, а эти ищейки её откопали. Улики железные, отпираться бессмысленно. Дворецкий глянул на часы и продолжил:
— Вообще, чё там хранил у себя ворюга — не моя забота, золото пустим в госбюджет или вернем хозяевам, делов-то. Вопрос в другом: это ведь вещи твоего деда, да?
Вещи сто пудов дедовы. Раз он умер, то теперь вроде как мои. Но качать права на этот конфискат я не собирался — криминал же чистой воды. Хотя дедуля не был банальным грабителем.
Он был... топовым скупщиком краденого в преступном мире.
Но сказать об этом Натасу — увольте, я же сам во всем этом дебоше соучастником шел. Допрос продолжался:
— Молчишь. Ты тогда сказал, что не помнишь его имя. Ответь хотя бы на один вопрос: его звали Валефор?
Попал в яблочко. Инфа у него была стопроцентная, крыть нечем. Я и сам забыл это имя, но стоило его услышать, как всё вспомнил.
Я не мог вымолвить ни слова. Но Натас и так всё понял — моё молчание было красноречивее любых «да». Я зажмурился, молясь про себя: «Ну пускай произойдет чудо и меня кто-нибудь спасет отсюда!»
И тут двери с грохотом распахнулись. В кабинет завалился какой-то парень и весело крикнул с порога:
— Я вернулся! Вы чё, издеваетесь, отправлять меня в такую командировку на край света?
Первым делом я заметил его шикарные фиолетовые длинные волосы. Парень кокетливо подмигнул своими желтыми глазами, на нем была обтягивающая фиолетовая рубашка и брюки в полоску, а сзади вовсю вилял фиолетовый хвостик. Он повернул голову в мою сторону:
— Опа, а это кто у нас тут такой симпатичный?
Подпишитесь на премиум подписку, чтобы читать главы раньше всех!
Перевод сделан командой Radar Novels| Подписка на премиум