Богиня Исида: всё новое — это хорошо забытое старое.
Вечно преобразующееся, цикличное мироздание движется к новому дню, но всегда возвращается к прошлому опыту. Древние обычаи, привычки, слова и вера дремлют в человеческом культурном коде. «Всё новое – это хорошо забытое старое», гласит народная пословица, убеждая нас в многообразии архетипических образов. Религиозные верования особо подвержены влиянию архетипов, то есть схожего сакрального опыта, синтезированного в элемент коллективного бессознательного. Древние люди верили, что истина лежит в множественности её проявления, аргументируя это ограниченностью человеческого разума. Да, мир пробудился среди вод первозданного Нуна, он же был задуман Атумом, он же проявился благодаря актам Птаха, в нём же божественные демиурги Огдоады соединились в яйцо. Все мифы о сотворении были верны, они неизменно дополняли друг друга, производя единые мировоззренческие концепции. Какая бы религия ни существовала в основе государственного почитания, мы всё ещё слышим эхо прошлых культов. Из поколения в поколение традиционные символы божественности укрепляются в людском сознании. Чем они старше, тем масштабнее их влияние на наше восприятие религиозных образов – они всегда найдут выход в любых более молодых конфессиях.
Ранее исследователи рассматривали вопрос влияния древнеегипетского политеизма на традиции христианства и западную культуру, выявляя параллели между богиней Исидой и Девой Марией. Данная теория получила широкое распространение среди египтологов и религиоведов, однако её научная обоснованность требует дополнительного подтверждения. Тема нашего исследования не нова — она тоже вытекает из прошлого.
Исида (Изида) – особо значимая богиня Древнего Египта. Первые упоминания о ней восходят к текстам Раннего царства (XXXI-XXVIII веках до нашей эры). Определение первоначальной функции Исиды представляет собой сложную задачу, обусловленную расширением её сфер влияния и значительным распространением культа в последующие эпохи. Образ Исиды, занимающий центральное место в истории египетской цивилизации, особенно на ее завершающем этапе, отражает всю многослойную египетского мировоззрения. Она считалась супругой и сестрой бога Осириса, от которого впоследствии ею был рожден бог Гор, также известный как Хор, что символизировал обожествлённого фараона, благодаря чему Исида считалась матерью земного царя.
Её атрибуты и эпитеты отличались исключительным разнообразием, что отражено в иероглифических текстах, где она обозначается как «многоименная» или «тысячеименная». В греческих надписях её также называют «той, у которой десять тысяч имен». Исида пользовалась особым почитанием в контексте таких аспектов, как материнство, женственность, магия, водная и воздушная стихии, изобилие, охрана усопших, разлив реки Нил и производство хлеба. У нее было много различных ипостасей, но более всего египтян привлекал образ Исиды как «божественной матери». Эта ипостась воплотилась в тысячах статуй, представляющих Исиду кормящей грудью младенца Хора, которого она держит на коленях.
Культ Исиды вышел далеко за пределы Египта. Он проник в Грецию и Рим, а также другие страны Средиземноморья, включая Англию и Францию, где впоследствии оставил след в культурной и религиозной жизни Лютеции, современного Парижа. В Древнем Риме в IV веке до нашей эры существовало активное распространение не только самого культа богини, но и связанных с ним мистерий. По всей территории греко-римской ойкумены возводились храмы, посвященные ей, наиболее известные из них до сих пор находятся в Риме, Помпеях и Делосе. Впоследствии культ Исиды, наряду с митраизмом, стал представлять собой значительную конкуренцию раннему христианству. В рамках репрессий, направленных против язычников в Римской империи, Юстиниан I в середине VI века нашей эры принял меры по запрету культа богини.
В контексте подобной «одновременной» популяризации этих верований, выявляется сходство между Исидой и Девой Марией – центральной фигурой христианской традиции.
Вот я пред тобою, Луций, твоими тронутая мольбами, мать природы, госпожа всех стихий, изначальное порождение времен, высшее из божеств, владычица душ усопших, первая среди небожителей, единый образ всех богов и богинь, мановению которой подвластны небес лазурный свод, моря целительные дуновенья, преисподней плачевное безмолвие. Единую владычицу, чтит меня под многообразными видами, различными обрядами, под разными именами вся вселенная. Там фригийцы, первенцы человечества, зовут меня Пессинунтской матерью богов, тут исконные обитатели Аттики — Минервой Кекропической, здесь кипряне, морем омываемые, — Пафийской Венерой, критские стрелки — Дианой Диктиннской, трехъязычные сицилийцы — Стигийской Прозерпиной, элевсинцы — Церерой, древней богиней, одни — Юноной, другие — Беллоной, те — Гекатой, эти — Рамнузией, а эфиопы, которых озаряют первые лучи восходящего солнца, арии и богатые древней ученостью египтяне почитают меня так, как должно, называя настоящим моим именем — царственной Изидой.
«Золотой осёл» или «Метаморфозы» Апулея, XI.5.
Характер произведения «Золотой осёл» Апулея доподлинно остаётся неизвестным: является ли оно аутентичным отражением преданности Луция богине Исиде или же представляет собой ироническое или сатирическое изображение культа богини. Несмотря на то, что значительная часть ученых склоняется к серьезному восприятию этой работы, предполагается, что даже в случае сатиры описания в целом точны
В своём романе Апулей проводит параллели между Исидой и другими древними средиземноморскими богинями, среди которых эллинистические Минерва (Афина), Диана (Артемида), Прозерпина (Персефона) и Геката. Эти божества характеризуются статусом девственниц, при этом некоторые из них являются матерями. Согласно Плутарху, Исида рассматривалась как воплощение римской богини Прозерпины или же греческой богини – Персефоны. Одним из эпитетов Персефоны является Кора, то есть «дева». Стоит заметить, что технически, Персефона являлась супругой бога Аида. Статус «богини-девы» не всегда подразумевал физическую девственность, однако в большинстве мифов такие богини активно защищали свою целомудренность от посягательств со стороны других божеств и смертных. Кора – «дева, что не познала мужчину», символизировала непокорность, абсолютную автономию от мужского влияния, вне зависимости от наличия интимной связи. Французский археолог Андре Бернанд обнаружил греческую надпись, в которой упоминается титул «παρθένος» (целомудренный, девственный, чистый) вместе с именем Исиды [3, с. 13]. Исиду всегда окружали символы чистоты, святости партеногенезического материнства – родительницы бога, принесшего новый век египетской власти. Языческие, как и некоторые иные монотеистические религии древности, имели различные мифы о непорочном зачатии, в том числе при участии бога-мужчины как проводника своей воли начиная с IV-III тысячелетия до нашей эры. Этот фактор мог повлиять не только на дальнейшее развитие фигуры Богородицы в христианстве, но и на суть других богинь, которые, несмотря на статус девственницы, символизировали материнство.
Странствия Исиды в поисках тела мужа, муки рождения Хора и тяготы его воспитания в тростниковых топях Дельты, а также те преследования, которые она претерпела от врагов Осириса, часто упоминаются в древнеегипетских текстах всех периодов [1, с.84]. Некоторые исследователи также отмечают схожесть образов Марии и Исиды в акте защиты сына во время его младенчества. В отличии от христианского понимания богородицы, что была человеком, Исида изначально предстает богиней. Её человечность проявляется в мифологическом контексте её поведения. Она является царицей, колдуньей, божеством и матерью, бесконечно защищающей своё дитя. Исида даровала простому египтянину надежду на умиротворенное, всегаромничное бессмертие в Дуате.
На основе современных исследований, мы можем предположить, что египетская триада, состоящая из Осириса, символизирующего отца, Исиды, олицетворяющей мать, и Гора, представляющего сына, повлияла на формирование символа Святой троицы. В рамках этой гипотезы предполагается, что женское божество могло быть заменено на Святого Духа, который традиционно изображается в виде голубя. Исида же нередко представлялась в образе крылатой женщины или соколицы, «той, кто защищает своего сына своими крыльями».
Величественный ритуал Исиды — эти жрецы с тонзурами, заутренние и вечерние службы, колокольный звон, крещение, окропление святой водой, торжественные шествия и ювелирные изображения божьей матери — и действительно во многих отношениях напоминает пышную обрядовость католицизма.
«Золотая ветвь», Фрэзер Дж. Дж.
Мистически тонкое лицо с нежной, едва видимой улыбкой, ниспадающее облегающее платье, в её изящных руках то религиозные символы, то защитные знаки. Это она, Исида, представшая перед потомками в работах лучших египетских мастеров. В период эллинизма иконография богини значительно изменилась. Как упоминалось ранее, в ряде случаев Исида могла принимать зооморфные формы. В частности, в роли плакальщиц она и её сестра Нефтида часто изображались в виде птиц или женщин с руками-крыльями. В большинстве случаев Исида представлялась с троном на голове, либо солнечного диска, обрамленного коровьими рогами – символ, заимствованный у богини Хатхор. Традиционное для египетского искусства фронтальное изображение было заменено статуями в хитоне или мантии, держащей в руках систрум. Исида продолжала изображаться в роли кормящей матери младенца Гора, однако по сравнению с эпохой фараонов это изображение стало более свободным и менее каноничным.
Впоследствии, в период 1790-1820 годов, мистерии Исиды оказали существенное влияние на развитие западноевропейской культуры, искусства главным образом в XVIII веке. Данный временной отрезок отмечен феноменом египтомании. В частности, многие произведения искусства были созданы под влиянием египетских мифологических мотивов. Масонские организации декларировали наличие влияния древнеегипетской цивилизации на свои идеологические принципы и организационные структуры, в частности, некоторых мистериальных культов Исиды. Целью таких утверждений было обоснование исторической легитимности и преемственности масонских традиций.
Трижды печальна стоишь ты над Нилом, богиня Исида,
Возле песков Ахеронта, одна, исступленно терзаясь:
Самая память уже о тебе на земле исчезает.
«Молитвы к Исиде», Захаров А. А. Фрагмент из Сивиллиных оракулов.