
Когда Микки Маус, позвякивая ключами от сейфа, купил студию 20th Century Fox, гики всего мира выдохнули: мутанты возвращаются домой. Перспектива увидеть Росомаху и Капитана Америку в одном кадре кружила голову. Казалось бы, формула успеха проста и обкатана Кевином Файги годами: берем лучшие комикс-арки, добавляем бюджет, фирменные шутки и получаем миллиард. Но именно здесь кроется подвох. Как бы мы ни боготворили эпоху Криса Клермонта, экранизировать его истории в третий раз — это самоубийство.

Рекламная кампания сериала Wonder Man («Чудо-человек») от Disney+ набирает обороты, и, судя по всему, этот проект Дестина Дэниела Креттона (режиссера «Шан-Чи») станет куда важнее для лора киновселенной, чем предполагалось. Мы уже знаем, что Яхья Абдул-Матин II сыграет Саймона Уильямса — голливудского актера, ставшего супергероем (или наоборот).

На протяжении десятилетий «Звездный путь» (Star Trek) относился к своему «лору» серьезнее, чем Ватикан к догматам веры. Каждая серия, каждый диалог и каждая техническая схема в справочниках должны были идеально стыковаться с тем, что было сказано в 1966 или 1987 году. Этот груз знаний превращал сценаристов в заложников «Википедии», а создание глубоких, многослойных персонажей часто приносилось в жертву технической достоверности. Однако именно эта маниакальная дотошность сделала франшизу глобальным феноменом для гиков.

Кажется, Николь Кидман изобрела устройство для управления временем, иначе объяснить ее продуктивность просто невозможно. Обладательница полного комплекта наград (от «Оскара» до «Эмми») продолжает работать с такой интенсивностью, что начинающие старлетки могут только нервно курить в сторонке. 2026 год рискует стать годом Кидман: актриса появится как минимум в четырех крупных проектах.

Когда Apple TV+ берется за адаптацию культовой киберпанк-классики, которую Голливуд боялся трогать 40 лет, скептицизм — естественная реакция. Однако оглушительный успех Pluribus — самого просматриваемого сериала платформы за 2025 год — меняет расклад сил. Винс Гиллиган доказал, что современный зритель готов к сложным нарративам, а Apple TV+ — чуть ли не единственный стриминг, способный стать достойным домом для легендарного «Нейроманта».

Пока фанаты зачеркивают дни в календаре до премьеры «Мстителей: Судный день», Интернет кипит теориями. Роберт Дауни-младший сменил броню Железного человека на зеленую накидку Виктора фон Дума, и ставки высоки как никогда. Против величайшего диктатора Латверии собирают всех: от побитых жизнью Мстителей до Фантастической четвёрки и даже, по слухам, Людей Икс из параллельных вселенных. Стратегия понятна — навалиться толпой и надеяться на чудо.

Долгое время научно-фантастический триллер 1996 года «Прибытие» (The Arrival) носил клеймо обидного промаха. Выйдя в десятилетие, когда балом правили мускулистые парни, спасающие мир с помощью одной сигары и ядерной боеголовки, фильм просто не вписался в повестку. Картины вроде «Дня независимости» Роланда Эммериха или сатирического «Звездного десанта» Верховена приучили зрителя к масштабным взрывам и прямолинейным вторжениям, где инопланетяне имеют наглость парковать свои тарелки прямо над Белым домом.

С момента выхода первых «Сумерек» Кэтрин Хардвик прошло уже 18 лет. За эти годы сага пережила всё: от истеричного фанатского обожания до глобальной ненависти, от ярлыка «самое глупое кино в истории» до неожиданного ренессанса в эпоху TikTok. Долгое время история Беллы Свон, влюбившейся в светящегося на солнце вампира Эдварда Каллена, считалась эталоном кринжа. Однако сегодня, в 2026 году, можно официально заявить: этот период закончен. Мы живем в эпоху постиронии и переосмысления, и «Сумерки» заняли свое почетное место в зале славы поп-культуры.

Убийство ключевого персонажа в начале блокбастера — это как первая нота в симфонии: она задает тон всему произведению. До грандиозного финала Саги Мультивселенной остается около года, и рекламная машина Disney заработала на полную мощность. Первые три трейлера фильма Avengers: Doomsday уже показали нам Криса Эванса (да-да, Стив Роджерс снова в деле), Тора и даже Людей Икс, подтвердив амбиции братьев Руссо.

На протяжении десятилетий «Звездные войны» жили и умирали (а потом снова воскресали, спасибо Энакину) благодаря своему чувству мифа. Это не просто очередная франшиза, гоняющаяся за трендами; это современный фольклор, построенный на архетипах, оперных эмоциях и Галактике, которая всегда казалась больше, чем любой отдельный персонаж. Именно поэтому последнее творческое решение студии относительно фильма Star Wars: Starfighter должно вызывать у фанатов скорее нервный тик, чем радостный трепет.