ВЕЧЕРНЯЯ, РЕАЛИСТИЧНАЯ

Читаешь в прессе, что в мире творится, новости телевизионные смотришь, в интернете про наших последние сплетни, прикидываешь, что из всего этого выйдет, для страны и мира в целом, и так на душе тошно... С друзьями и роднёй созвонишься, в США и Израиле, статьи авторов собственного института посмотришь, про Ближний Восток, которые не журналисты, по больше части бестолковые, и не блогеры писали, а профессионалы, так и вообще жить не хочется. Опять же, годы идут. В прошлый раз, как страну уронили и она распалась, молод был, силы были, оптимизм, от незнания и непонимания того, как мир устроен, внуков ещё не было, и ничего не было. Только дети маленькие. Опять же, в справедливость верилось и в то, что наверх люди по заслугам попадают, а не по блату и дурной случайности. Легче жилось. Сам выгребал, друзья выгребали — мало-помалу выгребли. Теперь так не получится. Годы не те. Да и вокруг не тот коленкор.

О чём писать, когда на душе пасмурно, как у крота в норе? Папа в таких случаях говаривал: «И скучно, и грустно, и некому морду набить в минуту душевной тревоги», да умер он давно. Ещё в 83-м, с восьмого на девятое марта. Угораздило же в праздник второй инфаркт схватить. Так что до больницы довёз, там на врачей с медсёстрами оставил: наивный был, не понимал, что этого никак делать нельзя. С утра, в семь, справочная сказала: состояние у него средней тяжести. А в девять, когда с работы позвонил, сообщили, что умер. Ночью. В жизни себе не прощу. Почему раньше не приехал? Почему с ним не остался — денег бы дал, что ли? Тогда с врачами было неплохо, но с медсёстрами и нянечками-то плохо было всегда. Оптимизация это только усугубила и отлакировала. Кому-то денег насыпала полны карманы. Кого-то вовсе в миллиардеры вывела, особенно при правильном начальстве, которое знает, с какой стороны хлеб маслом намазан. А другого у нас теперь и не бывает. Оно поголовно монетизировано.

С другой стороны, может, повезло? Оба в мир иной с разбегом в несколько месяцев ушли, и папа, и тесть. Им и шестидесяти не было. Какие пенсии? Какой возраст дожития? Один за месяц до свадьбы, второй через полтора месяца. Тесть, знаменитый сварщик, от рака лёгких скончался. В больнице в Киеве полгода лежал, забор им вокруг больницы сварил. Его там от плеврита лечили. Потом сказали, что рак, вылечить невозможно — метастазы пошли и домой отправили, умирать. Ну, он там через пару месяцев и помер. Один раз виделись: хоть узнал, что у любимой дочки парень появился, но до свадьбы не дожил. Её хотели отменять из-за траура — хорошо не стали. А то б второй наложился, и последующие. Чёрная полоса в обоих семьях пошла: за десять месяцев шесть покойников, плюс все мыслимые повороты судьбы, вроде свадеб, разводов и рождения сына. Пока закончилось — ни бабушек с дедушками, ни обоих отцов. Период был такой.

Медицина чудес не делает, да и не делала никогда. Но её хотя бы нормами дурными ещё не пластовали, чиновничьими, сволочными и бандитскими, конвейерными, на выжимание из людей и бюджета денег рассчитанными, как сейчас. Формально на больных ориентировалась и врачи ещё уважаемыми людьми были, а не шестёрками при богатых сволочах, назначенных над ними ещё более богатыми бюрократами. У многих призвание было, идеалы... По крайней мере, у лучших. То ли с дореволюционных времён осталось. То ли войны и эпидемии такими сделали. Всего того, подлого, что по нынешним временам в медицине, науке, образовании и во всех прочих областях нашей жизни проросло, в них тогда не было. И непонятно, вернётся ли. А то коронавирус обрушился, а у нас как всегда: ни хрена не готово, а что было готово, то закрыто, перепрофилировано или снесено. В Москве и то заметно, с её мэром-плиточником, так уж что про провинцию говорить...

Можно, конечно, строить из себя оптимиста, с соседями сравнивая, да что с того? Кому какая радость, что у них ещё хуже? Что толку от развала страны её населению? Разве про КПСС, которая наш рулевой, над ухом не гундит никто, да первобытные инстинкты, самые подлые и гнусные, теперь не национализм погромный, а патриотизм, в противовес той большевистской интернационалистической заразе, которая сделала из Российской империи, бывшей тюрьмы народов, СССР со всеми его заморочками. Опять же, мракобесие темнейшее, дикий фанатизм и какие угодно психопатические извращения теперь — свобода религии. И принудительного психиатрического освидетельствования больше нет. Заводи секту — не хочу. Мрачно пишет автор? А это ещё не мрачно. Это пока по-доброму. Вот если б кадры правящие пофамильно развернуть и на дела их посмотреть попристальнее, да особо отметить, кто наркоторговец, а кто просто бандит... Но этого мы делать не будем. Зачем людей нервировать.

Как там, примерно про такие же времена, у Сапковского было? «Час презрения»? Сильную написал книгу. Поляк — не поляк... Человек больно умный. Глаз зоркий, перо живое, слог на заглядение. Читаешь — зачитываешься. У нас Сергей Лукьяненко так же пишет, по крайней мере, лучшие книги. И это сильно выручает. Что всё издали и всё писать разрешают, особо не шельмуя авторов. Что мир можно поглядеть. Своё попробовать создать, для страны, если от государственных инстанций отгородиться удастся, чтоб не изгадили. Нормальные наверху не перевелись, встречаются, но редко. Так что их дешевле обходить, пока получается. Редко это у кого долго проскакивает, но если везёт... А как везти перестанет — сомнут, сожрут, отберут, что смогут, уничтожив, что им не пригодится. Просто так, из неприязни к чужому результату и зависти к тому, что кто-то где-то нормально жить умудряется. Спасибо по-любому никто не скажет, и помрёшь под забором. К этому готовым надо быть. Как напорешься, легче будет.