БОРЬБА ЗА ЧИСТОТУ

Борьба за чистоту природы давно превратилась в свою противоположность так же, как борьба за права человека в целом и отдельных его групп в частности, все и всяческие свободы, безопасность детей и прочее в том же роде. Международные организации, включая составляющие костяк ООН, стали мафиями, инструментом борьбы за передел мира в руках тех, кто им платит. Значительная часть зоозащитников, правозащитников и прочих активистов - неважно, чего именно, наносят вред всему тому, что защищают, сопоставимый с тем, против чего они борются. О сути дела речь больше не идёт. Борьба ведётся или против символов, или против конкурентов, или против тех, на кого случайно выпал жребий. Чтобы борцы не простаивали. Ибо идея овладевшая массами - огромная сила и хрен ей, этой силе, умные ушлые люди дадут пропасть зря. Та же углеводородная экономика. Те, у кого нефти, газа и угля нет стараются пришибить эту сферу деятельности и тех, у кого они есть. И от потенциальных конкурентов избавляются, или хотя бы их ослабевают. И своё проталкивают, дорогое, и, кстати, до предела вредное, неутилизируемое и неэффективное. Вроде электромобилей или ветряков. Главное, чтоб не русский газ, не гидроэнергетика и не атомные технологии. Особенно последние вредны. Так что пускай у американцев они будут, а всем остальным их не надо. Те же немцы от них отказались. Восточных европейцев придавили. Японию после Фукусимы притормозили. Опять же, пластик. Не фреоны, про которые всё с аферой "Дюпон" вокруг озоновой дыры давно всё ясно. Не двуокись углерода, с выбросом которой предписано бороться на всех уровнях непонятно зачем, если не считать обнуления промышленности. При том, что любой вулкан... Но обычный пластик. В океане. Переработка которого действительно нужна. Тем более, что все суда всех стран мира свой мусор в океан скидывают и за это их никто не штрафует. А надо. Основа пластикового мусора: прессованные пустые бутылки из корабельных отсеков для мусора, рваные сети и прочее добро такого рода. Мусорные острова скоро начнут собираться в мусорные материки. Ну и? Штрафы за невыгруженный на берег мусор, технологии сбора и переработка собранного. Всё. Без толп, криков в ООН, Грет Тунберг и прочего пустопорожнего. Всем польза, моря и океаны чистые. Но нет. Это скучно. Этим заниматься никто не будет. Денег, конечно, можно заработать. Но их и так можно заработать. На криках и публикациях. И даже больше. А поскольку чем меньше делаешь, тем больше кладёшь в карман, тем лучше ничего не делать, демонстрируя крайнюю занятость. Блогеры не писатели, но загребают, дай Б-г Шекспиру. Основная масса борцов, неважно за что, хоть против апартеида и за свободу Манделы, хоть за права палестинцев и Арафата, хоть против Асада и всех прочих арабских авторитарных лидеров, люди искренние и даже бескорыстные. Всеми ними движут лучшие побуждения. Как у наших, когда царя свергали. И царь тот был никакой. Его только и свергать. И апартеид был плох. Мандела, правда, оказался не лучше, а Арафат много хуже тех, против кого они боролись. Но тут, кто предьявит? И вообще, любая схватка за всё хорошее против всего плохого в мире идёт с такими преступлениями, такой грязью и кровью и такими провокациями... Как тот же майдан на Украине со всеми его последствиями. И тут уж кто кого. Или победит старое, плохое. Или новое, куда более страшное. Или совсем апокалипсис приключится. И не тот, который пытались остановить борцы за прогресс и прочие добрые люди всех стран и народов, а тот, который они сотворили своими руками, сами того не хотя. Кого-то из них он накроет. Как и большую часть обывателей. Прочие пойдут бороться за другое в другие места. Всепобеждающий маразм шагает по планете. На текущий момент с лицом Греты Тунберг, юного шведского хунвейбина. В старом мире она бы рот на начальство открыла так, как открыла, её бы пристрелили. Или сожгли, как ведьму. Или посадили в монастырь или дурку, до конца её дней. Но мир новый. Он юродивых пестует и на щит возводит. Так что впереди много разного. Бестолкового. Подлого. Глупого. Отнимающего у человечества надежду на будущее. И что со всем этим делать не знает никто.