***
Основная ошибка уважаемого Бориса Поршнева, рецензию на труд к-го мы начали выкладывать, на наш взгляд заключена в предположении, что палеантропы: хищные суггесторы и их жертвы - были разными животными. Т.е. резко отличались друг от друга. Потому Поршнев и искал всю жизнь реликтовых гоминоидов в лесах и на горах.
Между тем в животных заложены опасение и страх к иным видам как эволюционная фича, необходимая для выживания. У людей это называется ксенофобия - и чем больше отличаются друг от друга виды и подвиды человека - тем больше ксенофобия, боязнь чужого. И если это звериное чувство сильно даже сейчас, при мировой расовой конвергенции, то на заре человечеств оно должно было быть еще сильнее.
В мире насекомых паразиты, проникающие в социальный организм муравейника, например, стремятся максимально слиться с окружающими и не выделяться, используя для маскировки мимикрию, химию и даже трупы социальных насекомых. В этой же логике хищный суггестор, паразитируя на общине людей, может преуспеть только будучи неотличим. Другой он только по своим навыкам, скиллам внушения.
Недавно мы выкладывали в кинозале фильм "Нечистая сила". Помните ту троицу: Щербатый, Башмак и Корыто? Мы не черти - прямо утверждали они. А сила их состояла в суггестии - непреодолимом внушении морока, создающего магический фон в обычных жизненных ситуациях. Еще один пример - карельская троица из эссе Д. Алтуфьева "Беломор-пленэр". Это не какие-то черти, а совершенно осязаемые люди, однако обладающие суггестией и интердикцией практически по Поршневу, способные погружать прошеных и непрошеных гостей в совершенно сказочный контекст, буквально иную реальность, которая та - да не та.
И в ней они могут ощутимо меняться сами, создавая пласты фольклора про оборотней и прочих мистических существ, трансформирующихся и сбрасывающих кожу - или менять восприятие окружающего, расширяя сознание спутников и становясь Проводниками, как в фильме "Сталкер", например. Добрая треть сюжетов культового сериала "Секретные материалы" создана именно на этом. Успех этого канадской малобюджетной саги вызван помимо прочего подбором и игрой актеров в главных ролях. Самая паранормальная пара телеагентов является зеркальным отражением нормы. Малдер являет собой классический тип "худая нервная брюнетка", а Скалли - асексуальный мужской тип материалиста, которому остался шаг до сумасшедшего ученого навроде Дока из "Назад в будущее". По Вейнингеру это идеальная пара, пусть инвертированная, но нас занимает не это. Просто Малдер с преобладанием правополушарного влияния стал главным медиумом, архичувствительным к суггестии, а Скалли с левополушарным - дежурным скептиком. Впрочем, мы отвлеклись.
Знаток нечистой силы Гоголь отмечал, что в присутствии человека нечистая сила говорить толком не может, предпочитая на разные лады повторять слова наблюдателя. Здесь прямая параллель с текстом Поршнева и речевом контакте. Однако это не значит, что современного потомка суггесторов можно вычислить по бедной речи - в своей бытовой ипостаси он ничуть не отличается от других. Скорее напротив, искать нужно среди например поэтов, использующих заклинательные и невербальные посылы, вводящие в транс напрямую через эмотику - и разумеется такие поэты редко состоят в Союзе писателей, чаще это маргиналы и самородки.
Еще одна страта - это городские шаманы. Тут вообще ошибиться трудно, ибо если такой сабж не шарлатан, то он точно суггестор. И к этой страте относятся, разумеется, гадатели и толкователи снов. Помните сказку Шварца "Тень" - или два поставленных по ней фильма? Ученый Теодор-Христиан и его злой двойник Христиан-Теодор на самом деле один человек, мимикрирующий суггестор. Тени находятся в родстве ко снам - и потому он рассказывал Принцессе сны - но не свои, а ее. Сны это эфемерные создания подсознания, и человек чаще всего не в состоянии не то что понять, а даже просто вспомнить и рассказать свой сон. Тем не менее, сны крайне важны - это все знают. И тогда знаток, способный восстановить ваш сон лучше вашего и истолковать его, становится ведущим.
