Марк Вигилант: Первородная дискриминация, 4

Человек говорящий: «Нет»

Сам вопрос о «дискриминации» в целом гораздо шире. Человек – это существо, которое начинается с «Нет». Чтобы однажды суметь сказать «Да», нужно сперва вырваться из нулевой степени животного безразличия. То есть сперва нужно нарушить наивную и нерефлексивную целостность природы – провести границу, благодаря которой и появится культура. Это значит сказать «Нет»: отрицать, отказываться, быть избирательным, консервативным и ксенофобным. Чтобы затем преодолеть отрицание культурными средствами, а не промывкой мозгов или социальным обезьянничанием. Запретить подобные вещи, начиная с детства, как это пытаются сделать фанаты современной толерантности – значит превратить человека в животное, которое знает лишь дрессуру. Непохожесть других мы либо принимаем, разочаровавшись в своем предшествующем непонимании, либо попросту имитируем это принятие. Попытка навязать привычку быть открытым к любым чуждым и непривычным явлениям – это сохранение человека в статусе ребенка. По сути вы просто навязываете ему новое хитроумное «Нет» (никакой терпимости к нетерпимым), от которого некуда расти. Кстати, идеологи толерантности как раз очень любят этот образ: мол, дети лишены предвзятости и играют с кем хотят. Ну-ну, посмотрите как и во что играют дети, особенно без присмотра.

Многие мыслители (от Макиавелли, Ницше и Конрада Лоренца до современных этологов и эволюционистов) признают, что опасливость к иному существует и является «прирожденной», но немногие делают из этого выводы. Как например Лоренц, однажды заметивший, что «личный союз, личную дружбу мы находим только у животных с высокоразвитой внутривидовой агрессией, причем этот союз тем прочнее, чем агрессивнее соответствующий вид. … Самое агрессивное из всех млекопитающих – вошедший в поговорку волк, «bestia senza pace» у Данте, – самый верный из всех друзей». Почему бы ее (опасливость к иному - прим. ред) не принять с любовью и пониманием, как детей, чтобы можно было изменить? Подобный ход как-то логичнее, чем требовать от всего мира мгновенно стать развитым и открытым только на том основании, что вы сами стали таким (или скорее: думаете, что стали). Дискриминация – это не бескультурье, это своеобразное детство культуры, в котором витальные силы страстей, воображения, любопытства сплетают те личностные узелки, которые затем и позволят человеку оставаться живым и продуктивным под гнетом омертвляющей культуры.

Общества, где признают неравенство

Люди боятся чужого и непонятного, но пока им не промывают мозги – они не силятся уничтожить это. Люди вообще по своей базовой стратегии предпочитают уходить и игнорировать, а не бороться. Возьмите любого среднего обывателя, расспросив его, вы обнаружите, что ему просто комфортнее в кругу коллег, работников или даже просто прохожих, если они этнически близки ему. Но это совсем не значит, что он готов бороться с культурными заимствованиями, рвать контакты с проверенными партнерами другой национальности или отказываться от чужеземной кухни по политическим соображениям. Зачем ему это?

Когда же общество навязывает идеи, построенные на подавлении естественного (в т.ч. и проявлений симпатии к тем, кого называют «врагами») – это в конечном счете вытеснение Жизни. Например, нацисты от песнопений в адрес молодости и порыва жизни в итоге перешли к мрачному трагизму жертвенности ради государства. Но люди предпочитают пожить, а не умирать за чужую идею – не вижу повода винить их в этом. Этот переход в зрелых формах общества хорошо заметен в отношении к ритуалу. Кстати, Эко ни слова не сказал о нем в своем тексте, что позор для семиотика, так как эстетика и ритуал занимали огромное место в культуре реальных фашизмов. Витальные формы культуры любят ритуалы, но видят в них что-то вроде красивых игр, оживляющих культурное существование, фашизоидное же общество следует ритуалу с убийственной серьезностью.

Потому что существует либо общество, не забывающее о Жизни и о том, что есть что-то неподконтрольное индивиду – в нем дискриминация конвенциональна и имеет право на существование; либо общество, вытесняющее всякую дискриминацию вместе с Жизнью. Не будем забывать, что нацисты заигрывали и с идеей равенства внутри органического целого нации. Вытеснение мысли о неравенстве внутри как раз и оборачивается параноидальным поиском внешних врагов и виновных, а также уродливым навязыванием всем определенного ритуала. А вы, кстати, не заметили, как много стало ритуальных фраз-оправданий, чтобы никого не задеть? Причем даже слов уже мало, сегодня публичные люди вынуждены цензурировать и фотошопить свои публичные фото (не дай бог там будет неправильный бренд, неперерабатываемая бутылка или одежда с элементами культурной апроприации). Это тоже ритуал, убийственно-серьезный, за нарушение которого вас готовы символически распять.

#острог_социология #острог_страницы #24