Михаил Куликов: О КРИЗИСЕ СОВРЕМЕННОГО ЗАПАДА (Часть 1)
Коснемся темы западного общественного дискурса.
Даже для пещерных либералов давно уже не является секретом тот факт, что в России на всех социальных уровнях рулит #национал_инфантилизм. Однако Запад давно движется в том же направлении. Можно упрекнуть нас в том, что мы лезем не в свое дело, но #Острог_дискурс гораздо шире русологии. В поле наших интересов #постэпоха и глобальные вопросы ее снятия. Одна из наших ключевых тем – это будущее Культуры как таковой. Избрав такой ракурс, игнорировать самую влиятельную сегодня в мире культурную традицию невозможно.
Обратив пристальный взор на социокультурные реалии современного Запада, нельзя не заметить, как социумы этой цивилизации, особенно в ядерном ареале – старушке Западной Европе, постепенно накапливают груз инфантилизма и неадекватности. Впрочем, трещащие по швам дискурсивных (или кредо-) идентичностей Штаты, пусть со своей спецификой, но отстают в этой олимпиаде всего лишь на пару очков (оценки различных судейских коллегий разнятся). Россия тут, конечно, впереди планеты всей, но речь сейчас не о ней. Попытаемся разобраться в сути проблемы, указать причины и выявить скрытые механизмы ее возникновения. Это поможет нам сделать оценку возможного развития событий. Начнем с постановки.
Представим публичное пространство в виде театра, на сцене которого разыгрывается пьеса современности. В центре внимания освещенная софитами авансцена как место средоточия культурного мейнстрима (массовая культура, пресса, искусство, публичная политика, авторитетные персоналии, популярные интернет-площадки и т.д.) Сейчас это домен определенной идентичности, которая конституируется неким размазанным и плывущим в своих смыслах подобием идеологии (для простоты назовем это неолиберализмом). Успехи этой идентичности по умолчанию правых во всём людей (не путать с «правыми», хотя некое «правое» крыло среди них есть) в деле социального доминирования привели к «новому пуританству», установлению репрессивных практик самоцензуры и массовому пассивно-агрессивному расстройству личности. Притом, что сама идеология мертва – все держится на выстроенной ей ранее мифологии, с ее набором табу, ритуалов и образов мыслей, которая вступает в положительную обратную связь с комплексом вины и «бременем белого человека». Эта мифологема европейского гуманизма с его неадекватным восприятием человечества как неделимого целого сквозь призму либеральной антропологии (по теме см. мою статью в группе: «Галерея культурных типов») становится пассивным залогом идентичности «прогрессивного человека». Описанная Качинским («Индустриальное общество и его будущее», ч.1, Острог16) психология «левака» стала проявляться во все более обширных слоях населения, ставя в центр общественного внимания разнообразные «угнетаемые» меньшинства (впрочем, иногда действительно угнетаемые, но это дела не меняет). Получается, что меньшинства, которые сами являются инкапсулированными идентичностями, с радостью пользуются повышенным к себе вниманием, сдвигая все далее в сторону абсурда порог социальной толерантности, который давно потерял из вида оставленную позади границу адекватности.
Отдельная тема – табу на осмысление расовых различий как компенсаторное проявление антиколониализма. Вкупе с практикой социальных преференций бывшим «жертвам преступной колониальной политики» это порождает феномен инверсии расизма в самом плохом смысле. Несмотря на декларируемое равенство рас, индивид рассматривается именно через призму расовой принадлежности в медвежьей услуге инфантилизирующей опеки. А если где-то пришло в плюс, в другом месте обязательно уйдет в минус, и переливание благ идет именно по расовому признаку, только дающей стороной становится вчерашний гегемон. Страдает от расизм-инверта не только публичное поле, но и целые научные направления; необходимому попущению подлежит разве что область медицины (например, расово-ориентированные фармацевтические разработки для борьбы с генетически обусловленными заболеваниями, более распространенными среди определенных популяций).
Можно подумать, что я сгущаю краски. В самом деле, в интернете можно найти тысячи примеров неполиткорректного поведения европейцев и постевропейцев иных континентов. Речь, однако, не о том. Напомню, что здесь мы касаемся именно культурной авансцены. О других участках речь пойдет ниже. Если сомневаетесь и в этом приложении, попробуйте, будучи жителем среднего европейского города, поделиться на своей странице в Фейсбуке мыслями, ну, к примеру, насчет плюсов национал-социалистической идеологии, пусть даже сто раз расшаркавшись перечислением ее очевидных минусов и дежурным осуждением. Особенно если вы популярный блогер, или просто обладаете большим количеством подписоты. Не удивляйтесь, если в ближайшие после такого поста дни количество френдов «вдруг» упадет процентов на девяносто. Что уж там, под угрозой может оказаться даже ваша карьера. Все помнят историю с фон Триером, заикнувшимся как-то о том, что он в чем-то сочувствует Гитлеру? Она далеко не единственная, разве что одна из самых заметных.
