Треугольный дом в Раштоне (англ. Rushton Triangular Lodge, 1593-1597)

Треугольный дом в Раштоне (англ. Rushton Triangular Lodge) — здание, построенное между 1593 и 1597 годами сэром Томасом Трешемом (Sir Thomas Tresham, 1543 – 1605). В настоящее время находится под охраной Комиссии по историческим зданиям и памятникам Англии (Historic Building and Monuments Commission for England).
Томас Трешем, происходивший из католической семьи, в юности не уделял существенного внимания вопросам религии, но в 1580 году, после прибытия в Англию католических миссионеров, стал ярым католиком. Его крайне недолюбливали за активное применение практики «огораживания» общинных земель. После казни 50 человек за бунт и вырубку живых изгородей во время восстания в Мидленде его называли самым отвратительным человеком в Британии. За ряд других преступлений, включая отказ перейти из католиков в протестанты, он был оштрафован на крупную сумму и заключен под домашний арест на пятнадцать лет в конце XVI века.
В год своего освобождения из тюрьмы, 1593, он спроектировал и построил в течение четырех лет небольшой изысканный домик на окраине принадлежавшего ему поместья в Раштоне, городе в Нортгемптоншире, чтобы выразить свою глубокую веру в Святую Троицу. На фасаде здания надпись — «Tres Testimonium Dant» («Есть три свидетеля») — это цитата из Евангелия от Иоанна, отсылающая к Троице. Но использование числа три также является своеобразным каламбуром, связанной с фамилией Трешема. Его жена, Мюриэль Трешем, называла его «Добрый Трес» в своих письмах.
Каждая из трех стен имеет длину 33 фута (возраст Христа на момент его смерти), в каждой из стен по три окна треугольной формы. Возведеное над частично надземным цокольным этажом, сооружение имеет два дополнительных этажа и треугольный дымоход, который причудливо возвышается над центром постройки.
На каждом из трех фасадов в каменной кладке высечены латинские тексты:
Aperiatur terra & Germinet Salvatorem: «Пусть земля разверзнется и произведёт Спасителя». (Исайя 45:8);
Quis separabit nos a charitate Christi?:«Кто отлучит нас от любви Христовой?» (из Послания апостола Павла к Римлянам, 8:35);
Consideravi opera tua, Domine, et expavi: «Я размышлял о делах Твоих, Господи, и устрашился» (Аввакум 3:2)
В каждой из фраз 33 буквы, что тоже несет смысловую нагрузку.
На всех окнах первого этажа изображен крест – объект религиозного поклонения, отсылающий к распятию Христа. Перекладины креста украшены трилистниками. На четырех щитках вокруг каждого окна первого этажа изображены фамильные гербы Трешемов и родственных им семей. Некоторые из щитков оставлены пустыми. На них должны были быть выбиты гербы тех, кто породнился бы с Трешемами в будущем. Герб Трешемов — голова кабана, держащая трилистник, — изображен на всех нижних окнах вместе с его щитом.
Трешем не оставил объяснения использованных в изобразительной программе символов, но внимательное изучение декора показывает, что он не так невинен, как кажется на первый взгляд. Хотя Троица не вызывала споров, значение мессы и её ритуалов было источником глубоких разногласий между протестантами и католиками. Совершение католической мессы было незаконным, но многие католики делали это тайно, и сэра Томаса обвиняли в этом его арендаторы.
Примером внешне безобидного символа является изображение голубки, кормящей своих птенцов, на левом фронтоне северного фасада: это отсылка к Деве Марии, почитание которой католической церковью вызывало неодобрение у протестантов. Чаша, вырезанная на юго-западной стороне дымохода, символизирует сосуд с вином, которое, согласно католической вере, во время мессы буквально превращается в кровь Христа, тем самым предлагая «Салюс» (спасение) тем, кто его выпивает. Вырезанная на другой стороне дымохода монограмма IHS – первые три буквы греческого имени Христа – часто изображалась на Святых Дарах, которые вкушали во время мессы.
Другие символы и слова на верхних уровнях дома также явно отсылают к католической мессе.

В елизаветинскую эпоху искусство тяготело к иносказательности, к использованию символов и аллегорий. Аристократы, такие как Трешем, были высокообразованными, начитанными, свободно писали на латыни и прекрасно знали Библию. В библиотеке Трешема хранились различные книги с эмблемами, и, похоже, он получал удовольствие от их создания. Треугольный дом в Раштоне — это памятник вере Трешема, но также и «пример елизаветинской любви к аллегории».
Известный историк архитектуры Николаус Певзнер (Sir Nikolaus Bernhard Leon Pevsner, 1902 — 1983) считал это здание настолько архитектурно значимым, что использовал его фотографию для обложки первого издания (1961) своей книги « Здания Англии: Нортгемптоншир». Фотография также использовалась на обложке более позднего издания. Выбор этого необычного треугольного здания для обложки трактата, посвященного стране, архитектура которой на протяжении веков была подчинена прямому углу, возможно, лучше всего объясняется тем фактом, что в 1961 году диагональ была дизайнерским феноменом, процветавшим как геометрический мотив по всему миру. По словам Джо Джарретта (Joe Jarrett), исследователя в области математики, Трешем владел экземпляром издания «Начал» Евклида Генри Биллингсли 1570 года. Джарретт пишет: «Будучи поклонником архитектуры, Трешем придавал большое значение линиям, углам и числам, и слова Джона Ди о важности математического труда для истинно духовного существования, кажется, вдохновили его на собственные философские размышления. «Какая мне польза от знания того, как разделить имущество на части, если я не знаю, как разделить его с братом?» «Ты знаешь, что такое прямая линия, но какая тебе от этого польза, если ты не знаешь, что такое прямая в жизни?» (Epistulae morales, 88.11, 13).

Источники: