закулисье.
Что ж... первый рабочий день в таком серьëзном месте..? Главная моя задача — фотографировать моделей, проходящих по подиуму. Для всего. Журналов, постов в социальных сетях, газет и постеров. Важнее всего сохранять спокойствие и сосредоточиться на работе...
Тут очень шумно, это жесть как пугает и мешает. Ещë и людей куча.. Присутствует желание свалить домой и наконец погрузиться в эту уютную мне тишину. Даже если толпа задавала настроение восторга, я всë равно чувствовал дискомфорт, хотел сбежать отсюда.
Все модели были, безусловно, сногсшибательны, но ждал я именно его. Именно фотографии с ним я хотел скинуть работодателю с гордостью и нетерпением. Самый фотогеничный. Самый изящный. Сексуальный, яркий, строгий, броский. Он будто полярная звезда. Его видно везде, всегда.
Матвей Крименов.
Честно признаюсь, я его тайный и самый главный поклонник... Нет, не сталкер. Просто однажды на выставке увидел фотосет студенческой дипломной работы в виде дизайнерских нарядов с его участием. Сначала просто загляделся, потом залюбовался и в итоге всю выставку простоял, рассматривая именно эту работу. Все думали, что я восхищаюсь дипломом, но восхищался я именно тем, кто был изображëн на фотографии. По подписи внизу борда нашëл его фамилию и инициалы, отыскал его соцсети, узнал, что он возвращается в модели после долгого отсутствия и тут же поставил себе цель — работать с ним. Не важно, в каком формате, главное, чтобы моя работа хоть как-то была с ним связана.
И вот, я стою здесь. По подиуму прошли около десятка моделей. Я фотографировал их с профессиональной сосредоточенностью, всë же иногда хмурясь от шума за своей спиной. Но всë заглохло, когда увидел его. Наконец-то, та синяя макушка, которую я так ждал. В горле образовался ком от восхищения его образом. Я, наверное, прозвучу как фанатик или гей, а может даже всë вместе, но, смотря в объектив камеры, я думал только о том, насколько же он изящен. Матвей был смесью ловкой змеи и текучей кошки, только резкая и чëткая походка выдавала в нëм человека.
Низкие джинсы идеально сидели на его бëдрах, обнимая кожу так крепко, что были видны изгибы колена и тазобедренных костей. Но это вовсе не мерзко. Красиво... А эта футболка.. Я даже в какой момент хотел завизжать вместе с девушками в зале, но удержался..
Наделал столько фотографий, что мама не горюй. их было около пятидесяти за полминуты его выхода. хотя, возможно, и больше. я не считал время. Я смотрел на него и фотографировал каждое его движение, каждый шаг. Заметив, что парень смотрит именно на меня, я не постеснялся запечатлеть этот момент с колотящимся в груди сердцем.
Я смотрел на него до конца. Даже когда вышла другая модель, я смотрел... Но, кажется, единственный заметил, как у Матвея, стоило ему зайти за кулисы, тут же подкосились ноги и он повалился на пол. За шумом гудящего зала и музыки этого никто не услышал, но я почувствовал ту вибрацию пола. И только через неë ко мне пришло озарение. Матвей такой.. маленький..? Нет, вернее, тощий. Эта вибрация пола было не как от увесистой махины. На него как будто просто упали одни кости. Это было даже жутко.
Ко мне пришла только одна мысль: подойти, спросить о самочувствии, возможно, помочь. Крименов действительно выглядит так, будто доводит себя ради красоты. Он прекрасен, но эта худоба внезапно насторожила меня. Только тогда я заметил. Заметил, что нормальный человек не должен так выглядеть.
***
Конец показа. Все разошлись, модели ходили по коридорам за кулисами вперемешку с персоналом, фотографами, организаторами.. Я выслушал похвалу от начальника, поулыбался ему, поблагодарил и пообещал скинуть обработанные фотографии следующим утром. Придëтся не спать..
Но, внезапно зацепившись глазами за синие волосы, я машинально последовал за Матвеем. Незаметно, чтобы он мог если что сам меня заметить. Но этого не произошло. Парень зашëл, видимо, в гримëрную, или как это у них называется, и захлопнул за собой дверь. Выглядело это.. напряжëнно. Но я решился подойти к ней и тихо, скромно постучать, чтобы не выглядеть наглым.
Мне открыли не сразу, но через несколько секунд я увидел перед собой своего кумира. Скромно улыбнувшись ему, я подметил его неважный вид, поэтому сказал кратко, даже без запинок:
— Здравствуйте, Матвей, меня Владимир зовут. Я тут первый день фотографирую такие.. "важные" показы, ну и.. хотел задать несколько вопросов, так сказать. Позволите зайти?
Тот похлопал глазами, устало так, а после пожал плечами и молча позволил мне пройти. От этого молчания я даже застеснялся ещë больше, но держал себя в руках. Главное не оплашать, чтобы он меня не выгнал...
— Можно на "ты", что уж. В каком-то смысле теперь работаем вместе же, — подал голос Матвей.
Я обомлел. Понял, что вообще впервые слышу его голос. Я видел его только на фото, а говорил он только текстом в соцсетях. Он такой.. мягкий, молодой и лëгкий, но при этом высокий и чутка резкий.
Прокашлялся. Ответил:
— Ой, хорошо.. Ну это.. Я тебя впервые-то увидел на выставке студенческих дипломов, там ты был в коллекции «Зазеркалье», помнишь?
Парень улыбнулся, будто вспомнил что-то родное, и кивнул.
— Да-а, я тогда только возвращался в модельное.
— Вот! Я как тебя там увидел, так сразу понял, что хочу с тобой работать. Ты во мне аж второе дыхание к фотографии открыл. Никогда так не стремился пойти выше.. Считай, я здесь только из-за тебя.
Крименов сделал неловкую гримасу, после чего улыбнулся и прикусил нижнюю губу. Смутился, загордился собой. Я это видел и был рад именно такой реакции.
— Это.. приятно слышать. Я не ожидал, хах.. Спасибо, реально, — усевшись на стул перед зеркалом, он вздохнул и снова поднял голову на меня в ожидании чего-то.
— Да ну прям там, — колхозно махнул рукой я. — Это тебе спасибо. Кстати очень эффектно смотришься сегодня. И это.. Я из-за чего вообще хотел поговорить-то с тобой! Я пока фотографировал, признаюсь, смотрел на тебя до конца, и заметил, как ты за кулисами.. ну.. упал.. Ты не беспокойся, я за пределы этой комнаты эту инфу не разнесу, просто душе неспокойно... Ты как? Ты же не худеешь ради красоты? Я не специалист в этой теме, но придерживаюсь мысли, что сначала здоровье, а потом внешность.. Эм.. Ладно, неважно. Но ты, короче, не делай себе хуже, ладно? Ты нормально себя чувствуешь? Я могу воды принести, если надо.
Матвей побледнел. Заметно, очень сильно. Он встал со стула и отошëл в другой угол комнаты. Мне даже показалось, что я напугал его, но тот просто задумчиво повернулся ко мне спиной.
Как-то постепенно я заметил, как в комнате стало душно. Даже тошнотворно. Воздух будто в одно мгновение сжался. Даже зеркало потемнело.
«Это такая химическая реакция..? Ой, тьфу.. Что я несу.. Боже, голова..», — начал мысленно бредить я, схватившись за голову и вздохнув с тяжестью.
В глазах поплыло, но я не терял сознание. Это сама комната... Стены стали искажаться, будто в них врезались какие-то формы снаружи. Потолок покрывался мерзким на вид чëрно-зелëным грибком. Освещение стало совсем слабая, лампы и люстра мигали. Я подумал, что схожу с ума, и уже был готов уйти, чтобы не грохнуться прямо перед кумиром, — позор, не правда ли? — но сердце застучало, когда я заметил, что силуэт Матвея как-то неестественно искажается. Поднял взгляд на него. И замер на месте. Ноги пристыли к ковролину. Я хотел закричать от ужаса, но не мог. Будто сонный паралич.
Оно вытянулось ввысь, горбясь под потолком, его конечности стали чересчур длинными, будто их растянули, как пластилин. Это нечто слишком резко вывернуло туловище на сто восемьдесят градусов, хотя ноги даже не оторвались от пола. Оно поломалось, оно было таким нереальным и ужасающим, что я хотел разреветься. Я точно попал в кошмар, иначе не мог объяснить самому себе происходящее.
Его вид лишь напоминал Матвея, но в остальном оставалось чудовищем. Лицо исказилось в жуткой улыбке от уха до уха, будто рот был разорван.
Существо вбилось в угол между потолком и стенами, но затем его длинные руки потянулись ко мне. Я так и не мог двинуться. Думал, что так спасусь из живого ужаса. Его ноги бëдрами остались "смотреть" в стену, но всë, что было ниже колена, захрустело и развернулось в мою сторону, зашагав ко мне.
Медленно, по-животному, будто растягивало момент, любовалось моим страхом.
Двигалось и двигалось. Конечности растянулись по всей комнате, наконец схватив меня за лицо. Длинные гнилые ногти царапали щëки и веки, будто готовились разорвать плоть, пробраться внутрь...
Я чувствовал желание блевануть. От страха, кома в горле, отвращения и потерянности в реальности.
Эта улыбка оказалась прямо передо мной, я снова захотел закричать, срывая горло, как вдруг всë исчезло. Меня словно вырвало из кошмара. Матвей снова стоял там, в углу, но уже лицом ко мне, и внимательно смотрел на меня. В отличие от той твари, его глаза были не чëрными, а разноцветными. Но смоляное пятно на губах заставило напрячься. Я, тяжело дыша, попятился назад и стал трясущимися руками нащупывать ручку.
«Ну нахер..».
— Стой, — голос прозвучал как грохот молнии. Я послушно остановился и, готовясь упасть в обморок от всего, что только что испытал, всхлипнул. — Я не позволю тебе уйти, пока ты это помнишь.
Я распахнул глаза. Сначала даже не понял о чëм он. Но потом до меня дошло. Это всë было.. реально?
— Какого.. — сипло, дрожа пролепетал я.
«Нет.. Нет, я сваливаю».
Резво развернувшись, я дëрнул ручку вниз, но тут же рука сзади схватила меня за воротник и дëрнула назад. Испугался я даже не самого этого действия, а силы, с которой оно было применено...
Моя голова врезалась в пол, на мгновение я потерял координацию от такого улара, но быстро пришëл в себя и заорал из-за инстинкта самосохранения, лишь бы меня кто-то услышал. Тут же Крименов увалился на меня и заткнул мне рот подолом своей футболки. Я в истерике забрыкалкался. С моих глаз потекли слëзы. Я пытался выбраться, но до сих пор боялся причинить боль Матвею. Вдруг что-то не так понял..?
Синевласый потянулся наверх, схватился за спинку стула и дëрнул еë вниз. Стул повалился на меня так быстро, что я не успел среагировать, прикрыться. Твëрдое дерево ударило меня по голове. На несколько мгновений картинка перд глазами размылась. Я понял, что вот-вот вырублюсь.
— Пожалуйста, не надо.. — из последних сил отчаянно прошептал я, когда футболка выпала из моего рта. — Прошу, Матвей...
— Твоя работа — фотографировать, и не задавать лишних вопросов, — с клокочущей в горле яростью процедил парень. — Зачем ты спросил именно это.. Ты сам виноват в том, что умрëшь.
Услышав эти слова я снова пришëл в себя, и теперь понял, что происходит. Надо бежать. Плевать, кто Матвей такой. Плевать, что с ним будет. В первую очередь надо выбраться отсюда. Он просто псих.
Когда Крименов снова встал на ноги, начав рыться на столе, я быстро сообразил и чуть ли не пополз в сторону приоткрытой двери, в бреду хрипя «помогите».
Но я не успел. Матвей оказался быстрее. То ли его конечности снова растянулись, то ли он на адреналине действовал так точно, но смог схватит меня за волосы, поднять голову и заставил посмотреть на себя.
— Попробуй теперь кому-то сказать, что видел это.
В его руке блеснули раздвинутые ножницы. Она замахнулась надо мной, и всë, что я успел сделать — это завизжать, срывая голос от бешеного ужаса. концы инструмента вонзились в мои глаза, вызывая дикую и острую боль. рот снова заткнуло что-то, похожее на ткань. Но я больше не мог чувствовать. Не мог видеть. Меня ничего не волновало кроме безумной боли и мысли, что сейчас я умру...
Последнее, что я почувствовал — то, как тонкие пальцы отпустили волосы, уложили мою голову на пол и напоследок поправили мою чëлку. Вернее, даже не это, а то, как некоторые волосы прошлись по кровоточащим глазам. Будь я способен на это тогда, меня бы точно стошнило...