привет из лета! или несвоевременные итоги

В импровизированном отпуске на Волге, во время которого отдыхаю умом и телом (поскольку, вероятно, души у меня нет) практически одновременно закончил смотреть мини-сериал "Патрик Мелроуз" и читать роман Карла Уве Кнаусгора "Прощание", которые объединены темой переживания взрослым сыном смерти своего отца, подспудно раскрывающей их сложные и травмирующие отношения на протяжении жизни. Метафорическая фигура отца, поскольку реального отца я потерял ещё в раннем подростковом возрасте, в последнее время часто всплывает в разных контекстах моей повседневной жизни. Так, например, появился локальный мем, в соответствии с которым я так усердно писал диплом на заочном отделении истфака, поскольку пытался преодолеть Эдипов комплекс, видя в научном руководителе фигуру отца, старался оскопить и занять его место на интеллектуальном поприще.
Биографический роман (как сейчас модно называть- написанный в жанре автофикшн) Карла Уве Кнаусгора "Прощание" является первым из 6 книг одиозного цикла "Моя борьба" - магнум опуса норвежца. Книгу Кнаусгора я вновь купил по виртуальным советам моих многоуважаемых друзей из питерской окололит. тусовки, достаточно часто фигурирующих в подобных заметках. Причём первый совет от К. Сперанского (тг Мальчик на скалах) оказался отложенного действия и возымел эффект лишь во время прочтения антиромана Календарь II, последней книги Е. Алехина (тг Писатель Е. Алехин), в котором тот несколько раз останавливается на прозе Кнаусгора. Принимаясь за чтение Прощания, специально припасенного для отпуска, я уже мысленно сравнивал Кнаусгора с Уэльбеком, моим любимым современным французским писателем. То ли так сказался совет Е.Алехина, у которого Уэльбек тоже находится в числе любимчиков, то ли предисловие и комментарии переводчиков на обложке романа, в которых упомянаются близкие и Кнаусгору, и Уэльбеку темы: секс, алкоголизм, смерть (трио, формирующее мою любовь к современной прозе). Однако дальше предварительного сравнения дело не пошло. Раз уж мы здесь так много обсуждаем фигуру отца и Эдипов комплекс, было бы странно не упомянуть дедушку Фрейда и вновь на него не сослаться. У Фрейда есть два конституирующих для бессознательного и определяющих поведение субъекта влечения: сексуальное влечение(либидо) и влечение к смерти/ эрос и танатос. Так вот, Уэльбек пишет как бы из либидозного влечения. Смерть - тревожный фон сексуальной жизни и одновременно ее неизбежный и закономерный финал. Занимаясь сексом, персонажи Уэльбека отсрачивают смерть и пытаются стимулировать удовольствия в судорогах и конвульсиях, впрочем, практически всегда безуспешно. Кнаусгор же напротив пишет из влечения к смерти. Секс - фон жизни, местами раздражающий, местами занятный, но все же только фон. В целом, Прощание пропитано смертью и тяжёлым, с едва проступающими нотками смиренной благодарности, отношением к жизни. Однако проза Кнаусгора вызывает моментную эрекцию (сцены подросткового секса действительно эротичны), проза Уэльбека длительную половую дисфункцию. Есть и ещё одно отличие. Проза Уэльбека полностью соответствует духу времени. Она талантлива, но бессердечна, трогательна, но отстраненно холодна. Морализаторство по поводу тотальной неудовлетворенности и обреченности человека в ситуации постмодерна Уэльбек оставляет для своей публицистики и эссеистики. Проза Кнаусгора же представляется одним из последних качественных образчиков модернистской литературы. В тексте нет морализаторства, зато есть серьёзное, вдумчивое, даже глубокое отношение как к жизни, так и к писательскому призванию и мастерству. Есть совсем уж модернистские пассажи, натуралистически описывающие функционирование человеческой психики, есть даже объёмные вставки описания величественной природы Норвегии, совсем в духе романтизма. От этого к концу книги становится несколько утомительно читать. Впрочем, я уже купил вторую книгу цикла - "Любовь".