Троя. Одиссей и все-все-все

Итак, я обещал вам Трою, древний и почти легендарный город в Малой Азии, наиболее всего известный по эпическим поэмам Гомера. И вот наконец настал тот момент. Мы едем в Трою.

Попасть туда из Чанаккале – дело нехитрое – в туристический сезон вы будете на каждом шагу спотыкаться об желающих ~~впарить~~продать вам тур в Трою. Но не спешите на это вестись. На самом деле, существует общественный транспорт (микроавтобус), на котором вы без проблем доберётесь прямиком до самого входа на руины Трои. В интернете информации об этом маршруте нет (ну, почти нет – а та, что есть, только на турецком языке), так что приготовьтесь – сейчас я снабжу вас уникальной информацией.

Для того, чтобы попасть в Трою, вам нужно дойти по улице Ататюрк до моста через речку Сары-Чай (на Google-карте она почему-то именуется «Çanakkale stream»).

Здесь у причала стоит множество всякого водного транспорта. Хозяин этого катера решил не париться и назвал его просто: «Гондола».

Место отправления микроавтобуса на Трою. Вообще под мостом Ататюрк начинается множество пригородных маршрутов, так что, если вы планируете путешествовать по полуострову Анатолия (она же – Малая Азия) – то вам стоит обратить своё внимание на эту стоянку.

Итак, полчаса езды на микроавтобусе с огромной красной надписью «TRUVA» на всю ширину капота – и мы у входа в национальный парк Троя. У нас всё ещё действуют наши «MuseumPass Türkiye», так что мы не покупаем билеты, а просто заходим внутрь. И первое, что мы там видим, это, конечно же, ещё один троянский конь (первого мы видели в центре Чанаккале). В этого коня можно даже залезть и помахать кому-нибудь рукой из окна. Но сейчас там почему-то закрыто.

Рядом с конём, на старом дубе, нас приветствует персидская белка. Таких здесь много, и они неизменно будут сопровождать нас по всему маршруту нашей прогулки.

Вокруг аккуратно разложены всевозможные археологические находки – такие, как этот керамический водопровод.

И, конечно же, мраморные колонны.

Пройдя дальше вглубь территории, мы наконец оказываемся перед руинами той самой Трои, также известной под вторым, параллельным, названием – Илион. Существует легенда о том, что город был основан неким Илом, сыном Троса. В результате город стал называться в честь Ила – Илион, а государство, в честь его отца – Троя. Ко временам Гомера оба эти названия слились воедино и стали применяться к городу.

На самом деле, не существует какой-то одной Трои, которая выглядела вот так, и ни как иначе. Дело в том, что этот город много раз разрушался и заново отстраивался на прежнем месте, прям поверх руин предыдущих построек. А потому холм, на котором мы сейчас стоим, представляет собой большой «слоёный пирог», где на каждом уровне – остатки какой-то одной из многочисленных Трой, стоявших на этом месте в разные временные промежутки (их обычно нумеруют римскими цифрами от I до IX, где I – это самая древняя из Трой). И почти все те уровни, кроме двух верхних, относятся к бронзовому веку. О да, это было очень давно. Могу даже смело сказать, что все эти руины гораздо древнее, чем что бы то ни было из того, что мне доводилось видеть за всю свою жизнь. Добавлю ещё, что момент падения Трои в ходе Троянской войны (а это – 1184 год до н.э.) многие называют началом конца бронзового века, за которым наступили так называемые «тёмные века», сопровождавшиеся упадком культуры и утратой письменности. Итак, почти всё, что мы сегодня увидим, было возведено ДО этого момента.

Кажется, что этот «слоёный пирог» из троянских построек уходит вглубь Земли до самого её ядра, но на самом деле вся эта слоистая структура ограничена снизу скальной породой, находящейся примерно метрах в десяти под земной поверхностью. Именно на ней стояли постройки самой первой Трои, возникшей примерно в XXX веке до н.э.

Собственно, то, что мы сейчас видим, это – остатки мощной северной башни, построенной во времена Трои VI (1750-1300 гг. до н. э.) и несколько раз существенно перестраивавшейся во времена Трои VII (1300-950 гг. до н. э., время действия Илиады) и Трои VIII (720-85 гг. до н. э.), откуда, собственно, и возник весь этот «слоёный пирог». Ещё рядом с ней, на склоне, есть остатки античного театра, который раскопан только частично. Ну а дальше, за склоном, начинался так называемый нижний город (по-нашенски – посад, по-восточному – рабад).

Ещё одна – бегает по многочисленным находкам археологов.

Людей они не боятся совсем и подпускают к себе очень близко.

А мы тем временем обходим другой дорогой и поднимаемся наверх – в укреплённую часть города. Здесь хорошо сохранилась городская стена Трои VI, за которой стоят остатки двух дворцов.

Здесь видно как высокое качество кладки, так и качество обработки камней. Напомню, что всё это сделано вручную каменотёсами второго тысячелетия до н.э.

Здесь всё ещё копают.

Сразу за дворцами начинаются остатки обширного храмового комплекса, построенного во времена Трои VIII прям поверх городской стены.

Внизу хорошо видны остатки северной башни – той, которую ещё недавно мы разглядывали снизу (вон с того деревянного помоста). В центре башни сохранился большой колодец.

Ещё отсюда неплохо виден вход в пролив Дарданеллы со стороны Средиземного моря. Контейнеровоз справа как раз только что вошёл в пролив и направляется в сторону Стамбула. Когда-то очень давно на месте этих полей находилась лагуна, доходившая почти до самой Трои, тем самым делая её портом. Со временем лагуна заполнилась илом и превратилась в сушу, так что ко времени действия «Илиады» здесь уже ничто не напоминало о древнем водоёме.

Итак, вот оно, то самое место, где развивались события «Илиады». Примерно там, у входа в пролив, располагался лагерь греков, основательно обустроенный и хорошо защищённый (а вот интересно, куда смотрели троянцы в то время, пока греки всё это возводили). Ну а само сражение происходило посередине между Троей и греческим лагерем – то есть, примерно там, где сейчас торчат опоры ЛЭП. Ну или чуть подальше. Собственно это сражение и занимает собой почти весь сюжет «Илиады», во всех подробностях и на зависть современным авторам сценариев к голливудским «боевикам».

Напомню, что началась вся заваруха по простой, банальной и, я бы даже сказал, прозаической причине – не поделили женщину (речь о Елене Троянской). Да и сами события Троянской войны, если отбросить в сторону всё поэтическое и патетическое, сильно напоминают события из 1990-х – разборки район-на-район (если вы такое застали). Странно только, что с момента похищения Елены греки аж целых десять лет раскачивались прежде, чем пойти с войной на Трою. Впрочем, будем считать, что Елена стала формальным поводом, а фактическую причину скрыли от нас те три тысячи лет, что прошли с падения Трои.

Что же касается сюжета «Одиссеи», то – скажу вам, что отсюда до материковой Греции не так уж и далеко: до Афин по прямой – 300 километров, а до ближайшего греческого острова (это, кстати, тот самый знаменитый Лесбос) – что-то около 65 км. Если вы – Одиссей, возвращающийся домой после затяжной гулянки с обильными возлияниями и мордобоем, то вам неизбежно придётся как-то объяснять своей жене, где вы шлялись последние десять лет. И объяснение типа «задержался в дороге» здесь точно не прокатит.

Такой вот взгляд на творения древнего поэта получается, если добавить к их восприятию немного юмора и здорового скептицизма. А вообще лично мне интересна в них не поэзия и даже не сюжет, а то, как древние люди видели окружающий мир. Для них боги жили среди людей (ну, почти), испытывали вполне человеческие страсти, судьбы богов были неразрывно сплетены с судьбами людей, а в каждом внешнем явлении, случайном либо необъяснимом с точки зрения тогдашних знаний, им виделось проявление того или иного бога, за которым мог стоять аж целый мистический сюжет. Да, всё именно так, как сказал один из персонажей фильма Андрея Тарковского «Сталкер»: «В каждом доме жил домовой, в каждой церкви – бог». В наш век рационализма и прагматики, временами доходящей до абсурда (та самая победа сил разума над силами добра), подобное видение мира сохранилось, пожалуй, только в некоторых детских сказках.

А, впрочем, мы отвлеклись. Продолжаем гулять по древней Трое.

Остаток какой-то ооочень большой амфоры.

А вот и всё, что осталось от храма Афины (Троя VIII). Он был построен уже после исхода отсюда троянцев времён «Илиады», когда преобладавшим населением города стали греки. Храм представлял собой прямоугольное в плане строение, окружённое со всех сторон мраморными колоннами, на которые опирался мощный каменный резной потолок.

А вот и один из обломков того потолка.

А вот ещё.

Представьте себе, как вся эта конструкция могла бы выглядеть в целом, сколько всё это весило и сколь мощны должны были быть колонны, на которые всё это опиралось (к вопросу о том, зачем древним грекам понадобилось такое количество мощных каменных колонн).

Основания от тех колонн.

Я тут вас уже основательно запутал с нумерацией временны́х периодов существования Трои. Давайте попробуем всё это распутать.

Ещё во времена неолита в окрестностях будущей Трои существовало небольшое поселение, которое теперь условно называют Кумтепе или Троя 0. Возникло оно примерно в 4800-х годах до н. э. и реколонизировано в 3700-х годах до н. э. Считается, что именно выходцы из Кумтепе были основателями Трои.

(2920-2550 гг. до н. э.) Самая первая Троя представляла собой каменное укрепление диаметром около 90 метров, территория которого была застроена примитивными глинобитными домами. Просуществовав в таком виде четыре века, этот первый город погиб в результате пожара.
(2550-2250 гг. до н. э.) Вторая Троя была уже крупным и высокоразвитым городом, окружённым мощной крепостной стеной из известняка, надстроенной сверху кирпичом-сырцом. Тогда же впервые появился и нижний город. Он был окружён деревянным частоколом сложной конструкции. Внутри каменных стен жила городская знать, в то время, как в нижнем городе находились дома простых горожан. Троя II, как и её предшественница, была уничтожена мощным пожаром, оставив после себя, помимо двухметрового слоя золы, множество предметов быта – таких, как всевозможная керамика, украшения из меди и полудрагоценных камней, золотые сосуды и всякого рода оружие.
(2250-2200 гг. до н. э.) Первые археологи, раскапывавшие Трою в XIX веке, действовали неаккуратно и перемешали культурные слои, соответствующие Трое III, IV и V, чем сильно усложнили дальнейшие исследования (так, например, были уничтожены остатки какого-то крупного строения, существовавшего в шестой и седьмой Троях, которое могло оказаться резиденцией правителя). Во времена Трои III были частично восстановлены прежние городские стены, построенные при Трое II. По-видимому, население города сильно сократилось по сравнению с предыдущим периодом. Только в культурном слое Трои III были найдены остатки строений, целиком (снизу доверху) выложенные из камня, который, по-видимому, в изобилии присутствовал на руинах Трои II (и до, и после этого времени из камня здесь выкладывали только фундаменты и нижние части стен до высоты цоколя, остальное же достраивали из кирпича-сырца).
(2200-1900 гг. до н. э.) От культурного слоя Трои IV нетронутыми осталось только несколько фрагментов, потому об этом периоде мало что известно. По-видимому, город был ещё раз возведён с нуля на остатках прежних построек, причём планировка Трои IV не совпадала с предыдущей. Именно в это время у горожан получили распространение купольные печи, остатки которых удалось откопать археологам.
(1900-1750 гг. до н. э.) Об этом периоде известно только то, что город, по-видимому, снова был перестроен поверх предыдущего, включая и городскую стену.
(1750-1300 гг. до н. э.) Троя VI – это существенно более крупный город, чем все его предшественники. Укреплённая часть города, защищённая новой мощной крепостной стеной шести метров в толщину, достигла в диаметре двухсот метров, нижний же город был примерно раза в два больше. Многочисленные археологические находки этого времени говорят нам о том, что уклад жизни троянцев сильно поменялся. Возможно, к этому времени Троя была заселена каким-то новым этносом, принёсшим с собой множество новшеств – таких, как, например, водопровод. Тогда же троянцы начинают массово использовать одомашненных лошадей (напомню, что процесс их приручения начался в степных районах Поволжья и Прикаспия примерно в третьем тысячелетии до н.э.). В этот период Троя вновь становится центром влияния и мощным конкурентом соседям-хеттам.
Кстати, что касается этноса, населявшего Трою, то греки называли этот народ тевкрами. Кто они были такие, откуда взялись, и кто является их ближайшими родственниками – достоверно не известно. На этот счёт наука выдвигает целую гору гипотез. В последнее время, например, стало считаться, что официальным языком Трои был лувийский. Однако культура древних греков была весьма популярна у троянцев, а потому многие из них (преимущественно – городская знать) носили второе греческое имя и, без сомнения, владели греческим.
Благодаря хеттам и их языковым особенностям, в этот период появляется ещё одно, третье название Трои – Вилуса (впрочем, кажется, никто, кроме хеттов, это название на практике не использовал).
Погибла шестая Троя в результате мощного землетрясения.
(1300-950 гг. до н. э.) Этот период обычно подразделяют на две части: VII-A (от начала и до падения города в Троянской войне 1194-1184 гг. до н.э.) и VII-B (вся оставшаяся часть). Вообще Троя VII – это, по сути, хорошо отремонтированная после землетрясения Троя VI, где проживал тот же самый этнос. Суммарное население города на то время составляло от шести до десяти тысяч жителей, что по меркам бронзового века было очень много. И именно к этому времени относятся события «Илиады». Завоевание Трои греками произошло столь стремительно, что на улицах нижнего города осталось множество незахороненных тел. Собственно после этого нижний город превратился в город мёртвых, а какая-то более-менее заметная жизнь теплилась только внутри крепостных стен. Остатки Трои VII сильно пострадали при пожаре, после чего стали активно заселяться фригийцами – одним из так называемых «народов моря», приход которых стал катализатором коллапса бронзового века.
(950-85 гг. до н. э.) Троя VIII – это уже город железного века. В этот период территорию некогда большого и могущественного города стали осваивать и заселять греки. Полуразрушенная городская стена времён Трои VI вновь была отремонтирована, а территория внутри неё застроена домами в греческом стиле. В это время легенды о могуществе древней Трои получили большое распространение, так что вновь возрождённый город становится объектом массового туризма (о да – туристы были и в железном веке). Самыми известными «туристами», посетившими Трою на волне интереса к её прошлому, стали персидский правитель Ксеркс I, а также легендарный царь и полководец Александр Македонский. Кстати, примерно в эти времена Гомер написал обе свои знаменитые поэмы. Считается, что перед этим он даже побывал в здешних местах.
История Трои VIII завершилась ещё одним мощным землетрясением, которое в очередной раз всё здесь разрушило.
(85 г. до н. э. - 500 г. н. э.) В первом веке до н.э. всё средиземноморское побережье Анатолии подпадает под власть тогда ещё молодой Римской республики, позже трансформировавшейся в империю. С этого момента на некогда безжизненных руинах Трои вновь возникает активность, только теперь её основным населением становятся римляне, традиционно считающие троянцев своими прямыми предками. Согласно легенде, после взятия и разрушения города греками в 1184 году троянец Эней, родственник царя Приама, вместе с остатками городского населения, после длительных скитаний, в конце концов оказался на Апеннинском полуострове. Там, смешавшись с местным населением, эти троянцы дали начало новому народу – латинам. Именно к этому народу принадлежали легендарные основатели Рима – Ромул и Рем. Потому римляне, заселившие территорию Трои, относились к её руинам весьма трепетно, стараясь поддерживать остатки легендарного города в хорошем состоянии и не давая им разрушаться. Продолжалось это до самого распада Римской империи, после чего Троя окончательно обезлюдела.

О да, вы уже обратили внимание, какими временными интервалами я тут оперирую: не годами и не десятилетиями, а веками и тысячелетиями. Много поколений людей успело родиться и прожить свою жизнь в каждой из тех Трой, и всем им этот город казался вечным. Нам же, с высоты наших веков, кажется, что те (всего каких-то там) три с половиной тысячелетия истории Трои пролетели быстрее, чем неделя празднования Масленицы.

Тем временем мы подошли к остаткам мегарона, сооружённого во времена Трои II. Мегарон – это тип жилища, который был распространён в Древней Греции и в конце концов стал прообразом для планировки греческих храмов. Конкретно этот мегарон был построен из самана поверх каменного фундамента (как и все дома Трои того периода), причём одной из его стен являлась городская стена (то есть, мегарон был к ней пристроен с внутренней стороны). Вон он, справа, остаток той стены.

Как мы помним, Троя II погибла в пожаре. Потому и саман здесь покраснел (обжёгся от бушевавшего на городских улицах огня). Реставраторы изрядно потрудились, чтобы не дать этому сооружению разрушиться (обожжённый саман – вещь очень хрупкая). Чтобы укрепить стены, им пришлось использовать современный саман тех же размеров, предварительно покрашенный в красный цвет, чтобы современная кладка не отличалась по виду от исторической.
Тент наверху – это не только защита саманных стен от непогоды. Его повесили именно на той высоте, на которой до раскопок находилась поверхность земли. Так что – можете себе представить, какой объём работы пришлось проделать археологам, чтобы раскопать этот мегарон.

А это – как раз тот самый, обожжённый саман, видевший гибель Трои II в огне пожара.

Я едва её не спугнул, сделав какой-то энергичный жест, находясь в метре от неё. Но здешняя фауна привыкла не бояться человека – и мой жест был оставлен без внимания. И уже только тогда я заметил, что в метре от меня находится кто-то, на кого я просто обязан наставить объектив.

Это, собственно, зарянка (она же – малиновка). Когда я делал этот кадр, я подошёл к ней почти вплотную. Она посмотрела на меня, поразмышляла какое-то время о моих возможных намерениях в отношение неё, и всё же на всякий случай решила улететь.

Здесь очень хорошо виден тот «слоёный пирог», с которым пришлось иметь дело археологам. Каменное возвышение слева в кадре – это фрагмент цитадели Трои II, основание стены, находящееся перед ним – это остаток дворца тех же времён, а каменная кладка в траншее, прямо под стеной дворца, это – остатки городских стен Трои I (самой древней).

А это – так называемая траншея Шлимана.

Немецкого археолога XIX века Генриха Шлимана обычно называют первооткрывателем руин Трои. На самом деле, это – не совсем так. Шлиман действительно был первым, кто по-настоящему серьёзно здесь покопался и докопался до построек бронзового века. Но дело в том, что местонахождение Трои было хорошо известно и до Шлимана. К примеру, у того же самого Клавихо, ссылками на которого я достаю вас уже довольно давно, в записи от 6 октября 1403 года упомянуто, что, проходя в проливе между материком и островом Тенедос (ныне остров именуется Бозджаада), с материковой стороны, у входа в пролив Дарданеллы, они увидели руины древнего города Троя,

…от которого остались разрушенные здания и остатки обвалившихся стен, показывающие их направление, и обломки крепостных башен. Все эти развалины замков, стен и зданий указывали на местонахождение города. Город начинался на равнине, несколько удаленной от моря, и доходил вглубь до высоких гор, как казалось по тому месту, где проходил защитный вал, охватывая много миль.

Впрочем, возможно, что Клавихо и его спутники приняли за руины Трои что-то совсем другое, что Троей не являлось. Словом, не будем преувеличивать заслуги Шлимана, но и преуменьшать их тоже не стоит.

Шлиман столь страстно желал поскорей докопаться до гомеровской Трои и копал столь энергично, что вместо Трои VII, в которой происходили события «Илиады», докопался сразу аж до Трои II. Проскочил. Впрочем, в контексте Трои, как говорится, тысячелетие туда, тысячелетие сюда – разница небольшая. И именно там, в Трое II, Шлиман нашёл самый знаменитый троянский клад, который он поспешил назвать «кладом Приама» в честь легендарного троянского царя, пусть даже он и родился тысячелетием позже. После множества хитросплетений судьбы предметы из «клада Приама» в конце концов внезапно обнаружились в Москве, в Пушкинском музее, где были впервые выставлены в 1996 году.

Крепостная стена Трои II. Видно, сколь мощны были укрепления этого древнего города.

Каменный пандус и остатки городских ворот Трои II.

Всё вместе.

Поблизости от пандуса – остаток колодца времён Трои VIII. Изначально его глубина составляла 37 метров.

Ну что же, городские стены Трои II мы уже отыскали, теперь же посмотрим на стены Трои VI. Вот одна из них. Примерно в центре кадра, перед большим выступом, это – остаток городских ворот. Этот проём был заложен уже при Трое VII, по-видимому, ради повышения обороноспособности (кстати, это место находится как раз напротив пандуса Трои II). И именно эти стены защищали Трою во время событий, описанных в «Илиаде». Ну а фундаменты ниже – это остатки строений нижнего города Трои VI.

Некоторые строения нижнего города неплохо сохранились. Ну а на горизонте, где-то слева, находится бухта, во времена Трои VI-VII служившая портом.

Это неожиданно, но городская стена здесь двойная.

Выше, сразу за городской стеной, хорошо сохранился фундамент крупного строения (он – слева в кадре), возможно даже – двухэтажного. Возможно даже – дворца. И (чем чёрт не шутит) возможно даже – дворца легендарного царя Приама. И, кстати, обратите внимание на качество подгонки камней. Это сделано людьми, не знавшими железа. Между домом и городской стеной когда-то находилась широкая аллея, которая была застроена уже при Трое VII (это – те фундаменты, что видны слева внизу).

Пройдя чуть дальше вдоль городской стены, обнаруживаем под ней остатки святилища, сооружённого во времена Трои VIII поверх остатков нижнего города. Напомню, что это – время, когда Троя была заселена греками. Во времена Трои IX, когда здесь стали преобладать римляне, святилище было существенно перестроено, но всё ещё продолжало использоваться по назначению.

А теперь мы с вами спускаемся в нижний город. Там, где сохранились фундаменты Трои VI-VII, видно, сколь плотной здесь была застройка в то время. Однако, когда здесь стали хозяйничать римляне (а это – времена Трои IX), нижний город оказался застроен со свойственным им размахом. Это, как я понял, были римские бани.

Примерно напротив них стоял – одеон.

Здесь проходили лекции, концерты и театральные постановки. Когда-то всё это было накрыто крышей, опиравшейся на колонны. Ну а зрительный зал вмещал до двухсот человек (на табличке почему-то указано, что до двух тысяч).

Это, возможно, остатки крыши одеона.

А вот и главный въезд в Трою VI. Дорога, вымощенная камнем, ведёт прямиком к южным воротам укреплённой части города (точнее, к тому, что от них осталось). По центру мостовой – дренажная канава, которая была накрыта сверху брусчаткой уже во времена Трои VII. Ещё здесь есть остатки нескольких каменных обелисков, которые стояли на въезде в город.

Продолжение мостовой и остатки застройки нижнего города. Улицы здесь были узкими и кривыми, а дома стояли плотно друг к другу.

По другую сторону от главных городских ворот находился булевтерий (зал советов). Зал булевтерия был отгорожен от внешнего мира глухой стеной для того, чтобы совет мог действовать в полностью закрытом режиме (обстряпывать дела без посторонних глаз).

На выходе с территории древней Трои стоит небольшой музей, посвящённый работе археологов. Его экспозиция состоит главным образом из фотографий. Одну из них, наиболее примечательную, я не удержался и переснял. На какие только ухищрения не пойдёт фотограф ради хорошего кадра.

Дальше нас ждала небольшая прогулка до деревни Тевфикие. Расстояние до неё – меньше километра, так что дошли мы довольно быстро. Вообще сама деревня, по слухам, стоит того, чтобы по ней погулять, но нам ещё нужно было успеть побывать в Музее Трои и при этом не опоздать на последний микроавтобус до Чанаккале. Словом, от прогулки по деревне пришлось отказаться.

Вон то большое ржавое сооружение – это, собственно, и есть Музей Трои.

И про ржавчину я не шучу – оно действительно облицовано ржавым железом с таким рассчётом, чтобы всё вместе, в совокупности, создавало ощущение чего-то очень старого, древнего, давно забытого, повалявшегося в сырой земле. Не уверен, что их задумка удалась.

На площадке перед музеем выставлено то, что не поместилось внутри.

В принципе, тут довольно много интересного, и всё это можно посмотреть без покупки билета. Впрочем, у нас всё ещё есть наш «MuseumPass Türkiye», так что и в этот музей мы тоже попадаем бесплатно.

Первое, что бросается в глаза при входе в музей, это – современная реплика древнегреческого судна (кажется, это – монера, но какая-то маленькая). Самым главным оружием древнегреческих кораблей был таран, а для того, чтобы кого-то протаранить – нужно сперва как минимум догнать таранимый объект. Ну а вопрос быстроходности тогда решался очень просто: нужно плыть быстрее – значит посадим на судно больше гребцов. Нужно ещё быстрее – значит будет ещё больше гребцов. Так стандартная монера имела на борту двенадцать пар вёсел и, соответственно, двадцать четыре гребца (потому я и сказал, что эта монера какая-то маленькая – обычно они были длиннее, чтобы всё это нормально помещалось). Потом оказалось, что гораздо удобней будет посадить гребцов в несколько рядов, где каждый из рядов орудует своим рядом вёсел. Так появились диера (два ряда вёсел) и триера (три ряда вёсел). Во время экспериментов с современной репликой древнегреческой триеры «Олимпия» гребцам удавалось разогнать её до девяти узлов (17 км/ч).

А вот с рулевыми вёслами создатели этой реплики что-то недорассчитали. Какие-то они чересчур маленькие для судна таких размеров. Подозреваю, что, если спустить его на воду – то управляемость у него будет хуже, чем у коровы на льду.

Парусное вооружение древнегреческих судов позволяло ходить под парусом только при попутном ветре (косые паруса тогда ещё не изобрели), так что основной движущей силой здесь были гребцы.

Пифосы – огромные керамические сосуды для хранения продуктов (обычно их закапывали в землю по горловину). Ближайший аналог пифоса – центральноазиатский хум.

А вот и самая знаменитая разновидность древнегреческой керамики – амфоры. Они использовались для транспортировки продуктов питания (чаще всего – вина или масла). Остроконечное дно нужно для того, чтобы устойчиво воткнуть амфору в песок, ну а форма горловины чаще всего делалась такой, чтобы на неё можно было легко накинуть специальный амфорный узел, за который и осуществлялась переноска амфор (керамические ручки хрупки и не выдерживают большого веса, так что ими старались не пользоваться).

Капители ионического ордера (ну, вы помните, их всего три: дорический, ионический и коринфский).

Ещё здесь есть остатки всевозможных статуй, найденных на раскопках города.

Надгробия с объёмными изображениями умерших. Вообще античные погребальные обряды по нынешним меркам выглядели довольно странно. Например, к похоронам запросто могли быть приурочены спортивные состязания (за примером далеко ходить не надо – одно такое состязание подробно описано всё в той же «Илиаде»).

В наиболее древние времена умерших кремировали, а прах захоранивали в керамических урнах. При этом в захоронения детей, как правило, помещали детские игрушки (конечно же, терракотовые) и статуэтки богов.

Всевозможные лекифы, аскосы, скифосы и прочие ~~непонятные слова~~виды античной керамики.

Три пелики и лебес (это – тот, что с крышкой).

Ну, тут, наверное, и так всё понятно.

Продолжая тему всевозможных Александрий, таковая была и на западе Анатолии: Александрия Троадская или просто Троада. Основана была греками к югу от Трои, а в римский период существовала как колония. Однажды там даже побывал Апостол Павел. Ну а это – всевозможные находки с некрополя Троады, располагавшегося за пределами городских укреплений. Хоронили там, главным образом, ветеранов римской армии.

К югу от Александрии Троадской находился ещё один небезынтересный город – Хриса (нынче на том месте – деревня Гюльпынар), возле которого располагалась Сминфея – святилище Аполлона, возникшее во II в. до н.э. Слово «сминтей» на языке Мисии означает «мышь»: согласно легенде, Аполлон защищал от мышей урожаи. Все эти предметы оттуда.

Фрагмент фриза с раскопок Ассоса – ещё одного древнего города, к югу от Хрисы (ориентир – современная деревня Бехрам).

Всякого рода стеклянные изделия римского периода.

Саркофаг начала IV века до н.э. По-видимому, в нём был захоронен воин, погибший во время греко-персидского сражения. Саркофаг этот был откопан в районе деревни Алтыкулач (это – в глубине Анатолийского полуострова), и изображения на нём прекрасно сохранились (даже цвета отлично видны).

На севере Анатолии в античные времена тоже присутствовала «движуха». Эти предметы – с раскопок древнего города Парион, что на выходе из Дарданелл в Мраморное море (ныне примерно на этом месте стоит деревня Кемер). Основан он был в VII веке до н.э. колонистами из Милета и Пароса и из небольшой рыбацкой деревни разросся до крупного города, который в правление Октавиана Августа получил массу привилегий и стал одним из излюбленных мест отдыха римских воинов.

Ещё античные статуэтки. Не помню, откуда они, но, в любом случае, это всё – где-то здесь, в Анатолии.

И снова стекло.

Ну а теперь – совсем старенькое. Камень с человеческим лицом… Ладно, шучу. Каменная стела с изображением человеческого лица, сохранившаяся ещё со времён Трои I.

Примерно как-то так должно было выглядеть жилище простого троянца времён Трои I.

Реконструкция ткацкого станка времён Трои I и сотканной на нём ткани. Кстати, ткани тогда у троянцев были главным образом из шерсти.

Грузила (такими натягивали нити в ткацком станке) и швейные иглы времён Трои I.

Много грузил.

Ну а теперь – чуть более позднее. Верхняя половина кратера (специального сосуда для смешивания вина с водой {да-да, так античные люди издевались над вином}), времён Трои VI.

Те, кто в античные времена использовал для письма глиняные таблички (греки), в контексте истории оказались в гораздо более выгодном положении, чем те, кто писал на деревянных досках (троянцы) – просто потому, что древесина не столь долговечна. И если о жизни и культуре Древней Греции мы знаем очень много (непосредственно из письменных источников тех лет), то о троянцах мы знаем гораздо меньше. Долгое время даже считалось, что они, возможно, совсем не имели письменности, пока однажды на раскопках Трои не была найдена печать на лувийском языке. Ну а то, что вы видите на этом фото, это – текст мирного договора, заключённого в 1280-х годах до н.э. между извечными соперниками – троянским правителем Алаксанду и хеттским царём Муваттали II. После обжига такой таблички что-либо дописать в неё или исправить становилось невозможно, так что, если вы решили оформить свой договор подобным образом – то знайте, что он будет полностью защищён от любых приписок или поправок, и сохранится неизменным в течение ближайшей пары тысяч лет.

Ну а это, как вы уже догадались, предметы из тех времён, когда человечество научилось добывать и обрабатывать железо. Лезвие кинжала, якорь,…

Кажется, античной керамикой невозможно не любоваться.

Афродита. Без головы. Голова потерялась где-то в глубине веков, прошедших со времён Трои IX

Троя II, кажется (судя по размерам укреплённой части).

Хотя нет – при Трое II никаких колесниц ещё не было. Так значит, это – Троя VI? Тогда она – какая-то несоразмерная.

Как я уже писал, в греческий и римский периоды (это – Троя VIII и Троя IX соответственно) всё, что связано с Троянской войной, здесь стало невероятно популярно и обрело форму культа. И это заметно по археологическим находкам тех времён, которые нередко изображают персонажей либо сцены из «Илиады».

Остатки стелы с греческими надписями времён Трои VIII.

Надгробия I века н.э.

Остатки какого-то музыкального инструмента.

Питьевой фонтан.

На верхнем этаже музея полным-полно всевозможных греческих и римских римских статуй разной степени сохранности.

Саркофаг Поликсены (V век до н.э.). Конечно же, в нём была похоронена никакая не Поликсена (дочь легендарного царя Приама), а некий 40-летний мужчина. Название же появилось уже в наше время – благодаря изображённому здесь сюжету. На этой стороне изображена сцена жертвоприношения, совершаемого Поликсеной.

А с этой стороны – похороны Поликсены (сидящая женская фигура слева – это её мать, царица Гекуба).

Римский император Адриан. Статуя эта создана непосредственно в годы его правления (117-138 гг. н.э.) человеком, видевшим его лично.

Ещё один римский император, Октавиан Август. Точнее, он – самый первый римский император, так как именно при нём Римская республика окончательно переросла в империю. Создано также во времена его правления.

Откопать что-то похожее на всё то, что мы сейчас видели, для археологов – большая удача. Чаще всего им приходится иметь дело с грудами вот таких черепков. Иногда даже получается собрать из них нечто цельное.

Под конец у нас оставалось уже совсем мало времени, так что последние экспонаты мы смотрели почти бегом. Ну, я ещё успел выбежать на крышу музея и сделать оттуда несколько снимков.

Деревня Тевфикие, как она видна с крыши музея.

Наше возвращение домой происходило в два этапа. Сперва мы, конечно же, добрались на микроавтобусе до Чанаккале (пока приехали – было уже темно). Поужинав в одной из многочисленных кафешек, идём в гостиницу и, проходя мимо ресепшна, спрашиваем про такси до аэропорта. Администратор нам в ответ, без особого энтузиазма, махнул в сторону стоянки такси через дорогу. Но нам это такси понадобится в три часа ночи. Будут ли там такси в это время?… К нашему удивлению, в три часа ночи там стояло как минимум два такси (похоже, стоянка реально круглосуточная). Водители тусовались возле круглосуточной кофейни там же, рядом со стоянкой. Словом, попадание в аэропорт не стало проблемой даже в такое время суток.

Аэропорт Чанаккале – странное место. Это – довольно крупный аэропорт с большим количеством персонала, но при всём при этом обслуживает он только один-единственный утренний рейс на Анкару. Всё остальное время в нём, по-видимому, ничего не происходит. Ну ладно, допустим, что в туристический сезон здесь появляется ещё один рейс – на Стамбул. Но, в любом случае, был ли смысл строить такой большой аэропорт ради такого маленького графика?

От Чанаккале до Анкары самолёт добрался примерно за час, из которых почти всё время заняли набор высоты и снижение (это – Boeing 737). Потом был аэропорт Анкары. В нём – один-единственный терминал, что удобно для пересадок, но этот терминал очень большой – так что будьте готовы к длительному пешему марш-броску с рюкзаками, который вас точно взбодрит даже если вы вылетели из пункта отправления в пять утра, а проснулись – в половине третьего ночи. Ещё – нам показалось, что в аэропорту Анкары чересчур фанатично относятся к мерам безопасности (всевозможных проверок там было раза в два больше, чем обычно). Не знаю, с чем это может быть связано. Так или иначе, но все эти процедуры мы прошли и примерно в половине шестого вечера приземлились в аэропорту Ташкента.

Вот такая история.

Техническая информация:

Наименование объекта: Троя
Альтернативное наименование: Илион
Статья на Википедии: https://ru.wikipedia.org/wiki/Троя
Географические координаты: 39.9572417, 26.238475
Высота над уровнем моря: 49 m
На Google-карте: 39.9572417,26.238475
На Яндекс-карте: 39.9572417,26.238475
Почтовый адрес: Турция, 17000, ил Чанаккале, д. Тевфикие

Первоначальная публикация данного материала: https://pilottttt.dreamwidth.org/458651.html