Коррекция. Глава 108
<предыдущая глава || следующая глава>
— Ха-а… — тяжело вздохнул Чонмин и схватился за голову, сидя на диване.
Опомнившись и оглядевшись, он понял, что в гостиной буквально яблоку негде упасть. Мастера по установке бытовой техники заполонили дом, смонтировав все присланное оборудование, а заодно проведя генеральную уборку. Всего за полдня квартира преобразилась до неузнаваемости. Но самым возмутительным было то, что они заменили вполне приличный диван и стол на новые. Не понимая, зачем нужно было устраивать этот цирк, Чонмин несколько раз звонил Джухвану, но тот упорно не брал трубку.
Конечно, сейчас рабочее время, и занятость — вполне уважительная причина, но Чонмина не покидало ощущение, что его намеренно избегают. Видимо, Джухван понимает, что получит нагоняй.
Все равно они рано или поздно увидятся, да и по поводу лекарств он наверняка объявится, вот тогда Чонмин и выскажет ему всё, что думает. С этой мыслью он откинулся на спинку нового дивана.
Все, что прислал Ким Джухван, странным образом соответствовало вкусу Чонмина. Нет, казалось, что все было подобрано именно под него. Диван, марка кофемашины — все это Чонмин любил.
Совпадение? Наверняка просто совпадение. Откуда Ким Джухвану знать такие детали?
Впрочем, злиться не хотелось. Раз уж непрошеные подарки уже здесь и они ему нравятся, зачем портить себе настроение?
То ли сытный ужин, доставленный курьером, так подействовал, то ли сказалось напряжение сегодняшнего дня. А может, это побочный эффект вчерашнего укола. Тело налилось свинцовой тяжестью. Казалось, стоит только закрыть глаза — и он провалится в глубокий сон.
Чонмин резко сел на диване, моргая от удивления. Домофон молчал. Если бы это были люди Джухвана, охрана бы предупредила. Но звонок раздался прямо в дверь. Звонок, который до этого момента молчал, как могила… И все же Чонмин узнал этот звук, ведь он был точь-в-точь как в квартире Шину.
Кто это? Ким Джухван? Нет. Он бы тоже позвонил снизу. Тогда, может быть…
Чонмин медленно пошел в прихожую, но когда звонок повторился, он сорвался на бег и распахнул дверь.
Он твердил себе, что этого не может быть, но в глубине души надеялся. Сколько раз он уже обжигался, сколько раз уговаривал себя не ждать, но снова и снова наступал на те же грабли. Но сегодня… Сегодня все было иначе. Увидев на пороге Ю Шину, Чонмин едва не осел на пол, готовый разрыдаться.
Боясь, что Шину расстроит его слабость, Чонмин изо всех сил сдержался и вместо слез выдавил улыбку.
Это случилось впервые с момента переезда. Чонмин отступил, пропуская Ю Шину в дом. Какое счастье, что сегодня здесь убрались.
— Ого, я здесь первый раз с того дня, как ты въехал? Вещей прибавилось.
Ю Шину скользнул равнодушным взглядом по комнате и опустился на диван.
— Нет, спасибо. Мне сейчас нельзя.
— А, точно. Ты же из больницы.
Три дня назад Ю Шину лег в исследовательский центр для тестирования нового препарата и процедур. Поэтому Чонмин понимал, почему от него не было вестей. Он знал, что там строгий режим и пользоваться телефоном свободно нельзя.
— Как ты себя чувствуешь? Лекарство подошло? Ничего не болит?
— Эй, давай по порядку. Иди сюда, садись. — Шину похлопал по месту рядом с собой. Чонмин поспешно сел рядом. — Чувствую себя нормально, поэтому и выписали. Лекарство, к счастью, подошло, болей нет. Феромоны тоже не скачут. Вроде бы все хорошо.
Но улыбка Ю Шину была горькой. Заметив тень на его лице, Чонмин лихорадочно искал слова утешения. Но он знал, что никакие слова тут не помогут. Особенно после того, как он своими глазами видел, как жизнь в этом человеке угасает. Если даже Чонмину так тяжело, каково самому Шину?
— Как только вышел из больницы, сразу захотел тебя увидеть, Чонмин. Вот и пришел. Я не помешал тебе отдыхать?
Рука Шину коснулась волос Чонмина, ласково поглаживая. В носу защипало, к горлу подступил ком.
Как давно он не слышал таких теплых слов? Измученный болезнью, Шину всегда был на взводе, замыкался в себе. Казалось, они вернулись в прошлое, в те далекие, счастливые времена.
— Нет, что ты. Я так рад, что ты пришел.
— Прости меня, Чонмин. Я… такой никчемный. Ты рядом, а мне приходится спать с омегами… Знаю, это ради лечения, но я чувствую себя последним подлецом по отношению к тебе…
— Хён, не надо. Я же сам сказал, что все понимаю. Я знаю, что у тебя нет выбора.
От Шину исходил слабый запах чужого омеги. Чонмин старался не замечать его, убеждал себя, что это необходимость, но сердце все равно сжималось от боли. И от этого он чувствовал себя эгоистом. Сначала изображает понимание, а сам мучается ревностью.
— Я тоже хочу, чтобы это закончилось. Спать с незнакомцами, причинять тебе боль… Я хочу прекратить это.
Шину накрыл руку Чонмина своей ладонью. Это было так неожиданно. Шину избегал тактильного контакта. Максимум — объятия. Ни поцелуев, ни вот таких нежных прикосновений рук раньше не было. Чонмин списывал это на то, что они оба альфы. Поэтому сейчас он был искренне поражен.
— Поэтому, Чонмин-а… Ты ведь все еще принимаешь тот препарат, чтобы стать омегой?
Чонмин отвел взгляд и кивнул, не в силах смотреть ему в глаза.
— Понятно. Нет-нет, я не давлю на тебя. Просто… я так хочу, чтобы ты скорее стал омегой… Чтобы мы могли запечатлеться, чтобы тем, с кем я делю постель, был ты. Ты же понимаешь меня?
— Понимаю. Прости, хён. Видимо, мои гены альфы слишком сильные.
— Альфа и должен быть сильным. Это правильно. В этом нет твоей вины. Хм… Знаешь, пока я лежал в центре, я слышал много разговоров. Говорят, недавно один альфа забеременел?
— А, да. Но я слышал, что смены пола там не произошло.
Чонмин не решился спросить. Прикосновение Шину, которое еще минуту назад заставляло сердце трепетать, вдруг стало казаться тяжелым и душным.
— Что ж… Ты стараешься, я знаю. Спасибо тебе, Чонмин-а. Ты — моя единственная надежда. Ты ведь знаешь это?
Шину крепко обнял Чонмина и похлопал его по спине.
— Спасибо, что не сдаешься. Правда, спасибо.
Вдохнув резкий запах омеги, исходящий от Шину, Чонмин закрыл глаза и обнял его в ответ. Все будет хорошо. Когда он станет омегой, все наладится. И для него, и для Шину. Этот кошмар закончится. Чонмин верил в это.
— Хм… Состояние такое же, как на прошлой неделе.
Услышав слова доктора Ким Ари, Чонмин кивнул. Раньше осмотры были раз в месяц, но с тех пор, как он снова начал спать с Ким Джухваном, его перевели на еженедельный режим. К счастью, резкого ухудшения не было, но он сам чувствовал, что силы постепенно покидают его.
— К ночи знобит. А иногда просыпаюсь от жара. Но благодаря лекарствам сплю нормально.
Пока Ким Ари задавала вопросы, Чонмин почувствовал на себе чей-то взгляд и поднял голову. В дверях, прислонившись к косяку, стоял Ким Джухван. Они не виделись два дня. Этот тип, который так старательно избегал его звонков, теперь нагло маячил перед глазами. Чонмина захлестнуло раздражение.
— Ким Джухван, стой там, где стоишь.
— Да-да, слушаюсь и повинуюсь. — Джухван поднял обе руки в примирительном жесте, но вид у него был до того наглый, что Чонмину захотелось его ударить.
Закончив разговор с доктором, он встал. Джухван тут же подскочил, накинул пиджак ему на плечи и приложил ладонь к его лбу.
— Знаю. Но проверить надо. Вы, сонбэ, иногда даже не замечаете, что больны, пока с ног не свалитесь.
В этом Джухван был прав. Боль стала настолько привычной спутницей Чонмина, что он порой переставал замечать, насколько плохо его состояние на самом деле.
— Вроде сегодня порядок. Поехали, я отвезу.
Сил отталкивать заботу Джухвана, как раньше, у него не было. Чонмин кивнул и пошел следом. Он сел в машину, к которой уже успел привыкнуть. Джухван, как всегда, сам пристегнул его ремень и отрегулировал климат-контроль.
— Если будет холодно или жарко, скажите.
Машина плавно тронулась. Чонмин прикрыл глаза, но вдруг, почувствовав, как к горлу подступил ком, снова открыл их. Он повернул голову, собираясь что-то сказать, и вздрогнул от неожиданности. Ким Джухван смотрел на него.