Провести черту
Анонсы глав и другие переводы новелл на Верхнем этаже телеграмма
<предыдущая глава || следующая глава>
Глава 80. Наступающий рассвет (6.10)
Он долго ждал его здесь. Нет, даже не так – он искал его дольше, чем сидел в этом месте. Это была встреча, которую он воображал десятки, сотни раз. На этот раз они могли поговорить. Он мог видеть его глаза, обращённые к нему, мог слышать его голос.
Нужно было улыбнуться. Ему всегда нравилось, когда он улыбался. Сотни вопросов вспыхнули в голове, и тысячи ответов растворились.
«Ты ведь любишь, когда я улыбаюсь. А мне нравилось, когда улыбался ты.»
Хейвен долго смотрел на его профиль, но мужчина ни разу не обернулся в его сторону. Хотя раньше он всегда находил его, даже если тот прятался во тьме.
Хейвен собирался только взглянуть на его лицо и уйти. Просто увидеть, как он выглядит сейчас, как вырос — и этого было бы достаточно.
Но подавленное желание вспыхнуло вновь. «Может, просто заговорить? Просто... заговорю. Я так долго терпел, так что немного можно, верно?» На лице Хейвена появилась улыбка, которая нравилась Хиону.
— Если будешь так пить, то сильно не опьянеешь.
Это всё, что он смог произнести. Лишь тогда Хион повернул к нему голову.
Хейвену показалось, что он вот-вот перестанет дышать. Нет, это была эйфория. Когда тёмные, ясные глаза устремились на него, кончики пальцев заныли от лёгкого покалывания.
Освещение в баре было старым, желтоватым, но его глаза, казалось, не поглощали ни единого луча света. Они оставались такими же чёрными.
Несмотря на шум, голос Хиона прозвучал чётко.
«Так вот какой твой голос, когда ты вырос. Вот так ты говоришь, став взрослым. Вот ты какой теперь. Всё такой же.»
Хейвен содрогнулся — этот голос, слаще, чем в юности, проникал прямо в душу. Казалось, глядя на того, кто не узнаёт его, он сможет легко развернуться и уйти. Но сильнее было другое чувство — упоение. Он понял: ему не выбраться из этого водоворота эмоций.
Была и злость, и недоумение. Он думал, что же такого в этом парне, что он выбрал такой трудный путь. Но именно поэтому он так жаждал встречи. Ему было интересно, каким он стал. Хотелось увидеть хоть раз — этого жалкого человека, который потерял даже память.
И тогда Хейвен, возможно, смог бы полностью стереть его из памяти и жить в Баситроксе, как сын премьер-министра и как будущий премьер-министр.
— А ты не знал? У кого деньги, тот и хозяин. Как тебя зовут?
Глухая, сухая эмоция быстро вспыхнула пламенем, и он сам оказался в нём, по пояс увязнув в огне. Он хотел этого мужчину. Того, кто смотрел на него своими ясными глазами. Того, кто называл имя, которое когда-то принадлежало ему самому. Ноа или Хион – это не имело значения. Когда Хейвен был Ноа, Хион протянул ему руку.
«Если ты представляешься как Ноа, то для меня ты — Ноа.»
Хейвен прижал Хиона к стене, и тот едва заметно поморщился. Даже так он был прекрасен. Каждое движение бровей, сомкнутые веки, округлившиеся щеки — всё заставляло сердце Хейвена бешено колотиться. Он тут же захватил его губы, крепко сжав ладонями ягодицы.
Но он не мог, он слишком долго ждал, чтобы делать это медленно. Вместо ответа Хейвен сорвал с него одежду. На теле Хиона больше не было синяков — лишь едва заметных шрама, вероятно, оставленные после тренировок.
Этот момент всегда оставался для Хейвена самым горьким сожалением. Почему, когда он приходил в его комнату, ему даже в голову не приходило стянуть с Хиона этот проклятое теплое пальто? Тогда бы он увидел синяки первым. Тогда бы понял, что Хион вовсе не в порядке. Тогда, возможно, он смог бы забрать его оттуда раньше. Возможно, тогда Хион бы не забыл его.
Когда губы Хейвена спускались вниз, целуя и покусывая тело Хиона, тот выдохнул. Хейвен хотел вонзить зубы в эту бледную кожу, хотел оставить на ней следы, доказательство, что теперь он здесь. Как он вообще мог смотреть на это тело и не касаться его?
К несчастью для Хиона, Хейвен знал его слабые места. С самого детства он не мог устоять перед его улыбкой. Вот почему Хейвен всегда улыбался, глядя на него. И сейчас, когда он широко улыбнулся и задал этот вопрос, Хион покраснел до ушей и отрицательно мотнул головой. «Ну вот, видишь?» Хейвен тихо рассмеялся и впился зубами в его шею.
«Я вернулся, Хион-а», — так и не сказанное вслух приветствие растворилось в поцелуе.
Хейвен мотался по разным странам, меняя личность, но, даже будучи всего лишь секс-партнером Хиона, продолжал думать о нём. Он подделал список участников совместных учений с «Лактеей», купил ему теплую одежду и чайные листья, помогающие заснуть— всё, что могло понадобиться Хиону, который мёрз и страдал от бессонницы. Он хотел дать ему так много, но пока мог предложить лишь это.
Только благодаря Хиону он мог снова и снова возвращаться в лабораторию, терпя невыносимую боль. Потому что после каждого эксперимента его ждали дрожащие руки, обнимающие его. «Всё в порядке. Сегодня было не так плохо.» — этот улыбающийся мальчик был его спасением. В детстве для Хиона Хейвен был Ноа. Но теперь Ноа — это был сам Хион. А Ноа означало покой.
Изначально Хейвен хотел уничтожить Харфрокс. И он был полон решимости. Он знал о нём больше, чем кто-либо другой. О Мендерах, Тейкерах, Блокерах — обо всём.
Но чем больше времени он проводил с Хионом, тем больше его цель менялась.
В тот момент, когда он увидел отчаяние на лице Хиона среди руин войны, его многолетняя решимость рассыпалась в прах. Всё, что он делал, было ради Хиона. А значит, Хейвен не мог совершить то, что он ненавидел. Вместо этого Хейвен решил увезти его в Баситрокс. Там, в его родной стране, он мог бы держать его в своих объятиях, и оставить в его жизни лишь те дни, которые стоили памяти.
Это стало единственной целью его жизни.
Только повзрослев, Хион снова вернулся в лабораторию Сиделя. Его рука с усилием сжала дверную ручку. Снаружи он был абсолютно уверен, что Хейвен должен быть здесь, но теперь, оказавшись на пороге, его охватил страх — а вдруг за этой дверью его нет? Боялся, что все планы Хейвена пошли прахом. Боялся, что он так и не смог выбраться из того здания. Прокрутив ручку, Хион еще долго колебался, прежде чем медленно толкнуть дверь.
Само здание, несомненно, было старым, и ни единого следа человеческого присутствия здесь не наблюдалось, но эта комната отличалась. В этом довольно чистом помещении на подоконнике и на столе стояли свечи, а в камине горел огонь. Это было не совсем то же самое, что комната Хейвена в прошлом, но всё так же аккуратно.
И… на кровати, заваленной мягкими пледами, сидел Хейвен.
Услышав звук открывающейся двери, Хейвен, сидевший лицом к окну, повернул голову в его сторону. На его лице не было ни тени удивления. Возможно, это было логично — потому что даже его приход сюда, скорее всего, был частью плана Хейвена.
Когда Хион не смог заставить себя подойти первым, Хейвен поднялся и шагнул к нему. Его обножённый торс без рубашки, был обмотан бинтами — последствие выстрела, сделанного Хионом.
— Лиам сказал, что вчера ему приснился сон, в котором появился ты. Я подумал, может, ты сегодня появишься, – Хейвен улыбнулся.
От того холодного, ледяного выражения лица, что Хион видел во сне Лиама, не осталось и следа. Эта улыбка напомнила ему Ноа в детстве. «Как я мог тебя забыть?» Хион молчал, и Хейвен, встав напротив, протянул руку. Его рука убрала растрепавшиеся волосы Хиона со лба.
— Я знаю, у тебя много вопросов. Я всё расскажу. Но сначала позволь мне немного позлиться.
Даже сейчас, глядя на безмолвного Хиона, Хейвен, видимо, думал, что тот просто растерян. Похоже, он не догадывался, что Хион уже вспомнил прошлое. Что ж, это было естественно — даже для самого Хиона внезапное возвращение памяти стало неожиданностью.
— Каково это было – сбежать, бросив меня?
Судя по всему, он имел в виду тот случай, когда Хион оставил его и Лиама, уехав на поезде. Несмотря на улыбку, с которой он встретил Хиона, сейчас его лицо исказилось от недовольства.
— Приятно было сбежать? Я ведь говорил, что бегство – твоё хобби, — фраза, прозвучавшая с искренней злостью, заставила Хиона в ответ нахмурить брови.
— … А ты? Что в тебе настоящее?? Думаешь, я не злюсь, раз молчу?
— Я же сказал, что сейчас всё объясню.
— Тогда с этого и начинай, зачем сразу злиться?
Хейвен на мгновение замер, затем коротко вздохнул.
— Считай, что тебе повезло, что я не набросился на тебя с поцелуями, как только увидел.
Хион лизнул пересохшие губы, удивленный, что Хейвен может говорить такое, даже злясь.
— Хватит нести чушь. Рассказывай, побег отсюда с помощью взрыва – это был твой план, и ракетный удар по моему дому – тоже твоих рук дело, верно?
Хейвен, только что готовый разразиться гневной тирадой, замолчал. Видимо, он не ожидал, что придется объяснять этот поступок.
Хейвен знал, что у Хиона стёрли личность. Примерно догадывался, как тот зарабатывал деньги и хранил их. Но чтобы заставить его уйти из Харфрокса и покинуть Уайт Форест, другого способа не было. Лишившись всего, он должен был двигаться дальше.
<предыдущая глава || следующая глава>
Анонсы глав и другие переводы новелл на Верхнем этаже телеграмма