Жуки в янтаре. Глава 119
Пустельга потянулся было к банке пива на столе, но замер. Мгновение он молча смотрел на Исайю, лишь моргая, а потом произнес:
– То, что меня вышвырнули за два дня до Дня Х, тоже было достаточно внезапно, – парировал Исайя.
– А, ну да, это верно, – кивнул Пустельга. Словно обретя наконец способность двигаться, он сделал глоток пива и снова поставил банку на стол.
– Мы несколько месяцев отлично работали вместе, и я всё гадал, почему вдруг запрос на замену прямо перед самым крупным делом, да еще и всего за два дня до него. Верить или нет – твое дело. Я говорю тебе это, потому что не хочу, чтобы тебя арестовали с поличным вместо меня.
– Хм, – Пустельга снова взял банку. Он молчал, но выглядел очень растерянным. Мысль: "И стоит ли этому верить?" была ясно написана у него на лице. Исайя, конечно, понимал. Он и сам бы сомневался.
– Так, – Пустельга медленно допил остатки пива, наконец смял пустую банку и спросил: – Что я должен делать?
– О? – Пустельга удивленно поднял бровь и швырнул банку. Смятая жестянка описала высокую дугу и точно угодила в мусорное ведро в углу комнаты.
– Просто установи винтовку и жди. Сделай вид, что выполняешь приказы Честера или Мэнни, а в День Х просто не стреляй. Жди.
– Получить деньги, ничего не делая? Отлично, – Пустельга с довольным видом кивнул, беря новую банку пива. Открыв ее, он залпом осушил почти половину. На этот раз он пил заметно быстрее. Звук глотков, эхом разносившийся по тесной комнате, казался почти веселым. Микки проводил его завистливым взглядом.
– Эй, скажи честно, – произнес Пустельга, ставя заметно полегчавшую банку на стол. – Почему ты мне все это рассказываешь?
– Я же сказал. Будет неприятно, если тебя арестуют вместо меня.
– Нет, тот ты, которого я знаю, – отрезал Пустельга, – тот ты, которому было бы плевать. Сказал бы: "Это не мое дело, какая разница?" – и завалился бы спать дома.
Исайя не стал спорить. Он чувствовал на себе взгляд Микки, говорящий: "Ну и бессердечная же ты скотина", но проигнорировал его.
– Ты же не знаешь слова "товарищество". И "боевое братство" тоже.
– И вряд ли дело в какой-то там постельной привязанности, – взгляд Микки сменился с "бессердечной скотины" на "распутного гомосека". – Мы же с тобой не так уж и часто спали. Раза три? Четыре? Это ничто по сравнению с парнями, с которыми ты кувыркался в Кабуле. С ними у тебя только и было, что жрать да трахаться.
Микки в конце концов просто зажмурился и отвернулся. Кажется, ему уже просто противно было смотреть.
– Так почему ты специально пришел ко мне домой и любезно все рассказал? А?
Исайя поднялся. Вынув из кармана куртки кнопочный телефон, он положил его на стол и сказал:
– Потому что хочу подставить Честера.
Когда они прибыли в отель "Уильямс", было уже больше одиннадцати вечера, близилась полночь. Исайя назвал имя Микки, и администратор на ресепшене любезно предоставил информацию о бронировании.
– Господин Максимилиан Апельт? Вы бронировали семейный люкс. Расчет был на троих гостей.
Не просто номер делюкс с дополнительной кроватью, а целый семейный люкс. Явно непозволительная роскошь для бюджета ФБР.
В любом случае, теперь их было на одного меньше, так что смысла в семейном люксе не было. К тому же, чтобы присматривать за Микки, лучше было находиться в одной спальне. Исайя попросил поменять номер на тот, где можно курить. Среди люксов таких не оказалось, пришлось брать номер делюкс с двумя односпальными кроватями.
– В брифинге было сказано, что вы курите очень редко… – пробормотал Микки в лифте, делая вид, что говорит сам с собой, но так, чтобы Исайя точно услышал.
– Говорил же, не верь брифингам. Кто вообще слил эту чушь?
Исайя молча уставился на табло лифта.
На самом деле он курил не так уж часто. Максимум – одну-две сигареты в неделю. Но странным образом с недавних пор его постоянно тянуло закурить. Точнее, с того самого момента, как он услышал от Микки о плане Брана. Мысли путались, в груди стоял ком, и это становилось невыносимым.
Если бы он пил, то напился бы. Если бы употреблял наркотики, было бы проще. Один укол – и все проблемы решены.
Но, к несчастью, он не делал ни того, ни другого. Единственное, что он себе позволял, – это сигареты. Конечно, они не помогали так, как алкоголь или наркотики. Но сам процесс – вдохнуть, выдохнуть, – повторение этих простых действий немного проясняло голову, и это было приятно. Словно в тумане появлялся крошечный просвет.
Вскоре после того, как они вошли в номер, завибрировал телефон. Теперь уже не нужно было гадать, в каком кармане брюк он лежит. Телефон остался только один.
– Чем обязаны звонку столь занятого человека? – язвительно бросил Исайя, нажав кнопку ответа и даже не поздоровавшись.
– Как номер? – Бран тоже пропустил приветствия.
– Неплохо. Но твоя шестёрка здесь, – при словах Исайи Микки, сидевший на соседней кровати, широко раскрыл глаза. Кажется, он понял, что это Бран.
– Моя шестёрка? С каких это пор агент ФБР стал моей шестёркой? – Бран валял дурака.
Обычно Исайя подыграл бы, но сейчас настроения не было. Он плюхнулся на кровать и ответил:
– В общем, просто чтобы ты знал.
– Но почему вы вместе? В семейном люксе же вроде две спальни.
– Поменял на делюкс. Одного я отправил подальше. Слишком поздно представился по всей форме.
– Кого отправил? Билли? Максимилиана?
– Как хочешь, – равнодушно бросил Исайя. Сказав это, он подумал: "А не слишком ли резко прозвучало?"
И точно, из трубки донесся голос с нотками смеха:
При звуке этого невозмутимого тона всякое зарождавшееся чувство вины улетучилось. Одновременно вспыхнула ярость.
– А ты думал, я не буду злиться? – Исайя неосознанно повысил голос. Он чувствовал, как Микки рядом затаил дыхание и смотрит на него. Внезапно он опомнился. Прежде всего, Бран был начальником Микки. Ему не хотелось подрывать авторитет Брана перед подчиненным.
– Я ясно сказал. Я хочу быть тебе полезным, – собрав все свое терпение, Исайя произнес это как можно спокойнее.
– Верно. Твоя безопасность – это и есть помощь мне.
– Бран, – Исайя все же сел на кровати. Проведя рукой по лицу, он устало сказал: – Если бы ты понимал мои чувства, ты бы так не поступил.
– Да, мне жаль, – на удивление легко извинился Бран. Неужели он действительно осознавал, насколько возмутительно поступил? – Но ведь и ты должен понимать мои чувства. Значит, ты должен меня понять. Разве нет?
– Не цепляйся к словам, как ребенок. Это ребячество.
– Любовные ссоры всегда ребяческие.
– Какая еще люб…! – вскрикнул было Исайя в замешательстве, но тут же опомнился и пробормотал тише: – …Твоя шестёрка рядом.
– Ну и что? Мой голос он все равно не слышит.
– Может услышать, – Исайя, заранее чувствуя себя неловко, убавил громкость звонка. Понимал ли Бран его состояние или нет, но он продолжал говорить невозмутимым тоном:
– Неважно. Включи громкую связь, почему бы и нет?
Казалось, он нажал не на ту кнопку. Почувствовав, что спорить бесполезно, Исайя молча завершил вызов. Телефон тут же зазвонил снова. На этот раз сразу с запросом на видеозвонок.
– Ха… – Исайя вздохнул, держа в руке бешено вибрирующий аппарат. Было ясно, что Бран будет звонить, пока он не ответит. Рядом Микки то и дело бросал на него косые взгляды. Исайя подумал было уйти в ванную, но решил, что это покажется Микки подозрительным, и просто ответил на звонок, сидя на кровати.
– Зачем ты повесил трубку? – спросил Бран, как только соединение установилось.
– Ты совершенно не умеешь врать, – в такой ситуации оправдания звучали бы жалко. Исайя решил не упираться и поднес экран смартфона ближе к лицу. Еще мгновение назад он кипел от злости, но, увидев лицо Брана, немного успокоился.
Неизвестно, какие у него были дела в столь поздний час, но Бран был в безупречном костюме без единой складки. А знакомый фон позади…
Света, скорее всего, не было, но вокруг было довольно светло. Может, из-за полной луны?
– Макс сейчас на соседней кровати?