Руководство по дрессировке
<предыдущая глава || следующая глава>
Глава 42
Для Мин Югона не составляло труда понять, нравится мне происходящее или нет. Дело было не только в выражении моего лица или поведении. Как можно было не заметить, как я крепко сжимал его член и обильно кончал. Как и то, что я инстинктивно опасался этого сексуального возбуждения, от которого в голове становилось совершенно пусто.
Способа остановить Мин Югона, который, видя мое наслаждение, начал неистовствовать, не было.
Я отчётливо чувствовал, как мои ягодицы беспомощно сминаются под его яростным напором. Мин Югон безошибочно бил в ту самую точку, от которой я, предчувствуя оргазм, начинал биться в агонии. Перед глазами будто вспыхивали звёзды. Я выгнул спину и крепко вцепился в плечи Мин Югона.
Ощущение того, как толстый и твёрдый член Мин Югона вторгается в меня, рождало такое странное удовольствие, что я невольно задумался, а так ли всё и должно быть. Я приоткрыл рот, пальцы на ногах сжались. Бесстыдные стоны, куда более откровенные, чем раньше, срывались с моих губ. Неужели я могу издавать такие звуки?.. Даже в порыве страсти меня внезапно пронзил стыд.
Он, не моргая, смотрел на меня, а затем, оперевшись рукой о кровать рядом с моей головой, наклонился. Он начал покусывать мою щёку с такой силой, будто собирался оставить след, затем медленно провёл языком по коже вниз и впился в мои приоткрытые губы долгим, тягучим поцелуем. Влажный язык проник внутрь и грубо исследовал мой рот. Это был торопливый поцелуй, словно его действия не поспевали за желанием.
В надежде, что он хоть немного успокоится, я обвил руками его шею и послушно ответил на поцелуй. Но это, кажется, лишь сильнее возбудило его, и движения бёдер Мин Югона внезапно ускорились.
Раздался шлепающий звук соприкасающихся потных тел. Сила толчков постепенно нарастала, и мои ягодицы уже должны были гореть, но у меня не было и мгновения, чтобы это почувствовать, потому что всё моё внимание было приковано к члену, проникающему в меня. Содрогнувшись всем телом, я изо всех сил заколотил по спине Мин Югона.
Чв-вак… с влажным звуком отделяющихся друг от друга слизистых Мин Югон оторвался от моих губ.
Я был поражён тем, что сверху он вылизывал моё ухо, а внизу всё так же яростно трахал меня.
Перед глазами всё плыло, и я не мог нормально говорить. Я замотал головой и снова попытался открыть рот, но удовольствие, взрывавшееся от каждого удара по самой чувствительной точке, мешало выговорить даже короткий слог.
Подступающий оргазм заставлял меня лишь терзать в руках несчастную простыню. Мин Югон поцеловал меня над бровью и, не давая передышки, продолжал вбиваться в меня. Ощущение, что я вот-вот кончу от того, что кто-то так неистово в меня толкается, было настолько непривычным, что я рефлекторно задёргал ногами, пытаясь вырваться. Но сбежать от Мин Югона, который крепко прижимал меня к кровати, было невозможно.
Мин Югон, выдыхая горячий от жара его тела воздух и прошептал:
— Если чувствуешь, что скоро… можешь кончить первым.
Его рука, которую даже из вежливости нельзя было назвать нежной, сжала мой член. Выдержать стимуляцию одновременно спереди и сзади, оставаясь в здравом уме, было невозможно. В горячей, пылающей голове на миг стало ослепительно пусто.
Дыхание перехватило. Всё тело напряглось, и мой зажатый в его руке член начал извергать плоды этого наслаждения.
Естественно сократившиеся внутренние мышцы сжали член Мин Югона, словно тиски. Его тяжёлое дыхание заметно дрогнуло.
Раздувшийся до предела внутри меня член содрогнулся и изверг семя. Странное ощущение тёплой субстанции, заполняющей меня изнутри, быстро распространилось по телу. Принимать в себя сперму Мин Югона сразу после пика наслаждения, не успев даже насладиться послевкусием, было необычным чувством, от которого волоски на теле вставали дыбом.
– Ха-а… – протяжно выдохнул Мин Югон и, даже кончая, продолжал вжиматься в меня бёдрами. Он словно пытался оставить в моём теле как можно больше своего следа.
Распластанный под ним, я подрагивал и дёргался, встречая его взгляд, в котором ещё не угасло возбуждение. На его лице, смотревшем на меня сверху вниз, одновременно читались удовлетворение и желание.
Никогда бы не подумал, что у Мин Югона может быть такое выражение лица.
– …Ты сейчас невероятно развратный, Со Сухо.
Мин Югон оглядел моё лицо и усмехнулся. С трудом переводя дыхание, я прищурился и смерил его взглядом. Уж кто бы говорил.
Наконец прекратив двигаться, он медленно приподнялся на руках. По изгибам его идеально очерченных мышц стекали капли пота. Ещё раскрасневшееся лицо и блестящее тело создавали невероятно эротическую картину. Впрочем, моё тело было не менее скользким.
— Видимо, выгляжу уставшим, — парировал я, чувствуя, как постепенно успокаивается моя вздымающаяся грудь. – Но почему ты тогда меня не слушаешь?
– Что значит «м-м»? Ты же прекрасно знал, что я хотел сказать тебе, чтобы ты остановился.
На мой упрёк Мин Югон улыбнулся так, будто его поймали с поличным.
— Просто мне показалось, что тебе очень хорошо.
Возразить было нечего, поэтому я просто замолчал. Я перевёл взгляд на свой живот, липкий от спермы, которую я сам же изверг. Снаружи всё было в моём семени, а внутри – в семени Мин Югона. Полный хаос.
Кстати говоря, презерватив мы использовали только для того, чтобы растянуть меня рукой, а во время самого секса — нет. …Может, поэтому было лучше? Потому что я мог полностью чувствовать Мин Югона.
Конечно, то, что было хорошо — это хорошо, но конец есть конец.
– Теперь вытащи, — бросил я обессиленным голосом и опёрся на локти. Но прежде чем я успел отодвинуться, Мин Югон схватил меня за талию.
Лишь спустя мгновение я осознал, что Мин Югон поднял меня и усадил к себе на бёдра. Я замер, широко раскрыв глаза от внезапной смены позы, и, вцепившись в его грудные мышцы, мелко задрожал.
Словно предвидя моё удивление, Мин Югон слегка приподнял моё тело, так что его член вышел наполовину.
– Что ты творишь? Не отпустишь?
Тем не менее, из чувства обиды я заколотил по руке, которая меня держала. Мин Югону, казалось, было совсем не больно. Он лишь широко улыбался и поглаживал мою кожу большим пальцем. Моё чувствительное тело вздрогнуло даже от этого лёгкого прикосновения. В довершение всего, я почувствовал, как сперма, которой он наполнил меня, начала вытекать. Хотя наружу она, скорее всего, не вытечет, ведь отверстие всё ещё было плотно закрыто.
– Ты знаешь, что у тебя тело обычно холодное, а вот здесь — невероятно горячо? – с похотливой интонацией произнёс Мин Югон, прижимая меня к себе. Затем, слегка качнув бёдрами, он провёл членом по моим внутренним стенкам, недвусмысленно давая понять, о каком «здесь» идёт речь.
– Хм-м, – коротко простонал я и прикусил губу. Ощущения в сидячем положении были какими-то другими. Гораздо более напряжёнными. Даже сейчас казалось, что он вошёл глубоко, и я не мог представить, что будет, если он войдёт полностью.
Мин Югон, похоже, и не думал выходить из меня. Скорее наоборот, всем своим видом он намекал на продолжение. От его члена, который то и дело настойчиво толкался в меня, я невольно сжал мышцы живота. Мин Югон нахмурил свои ровные брови и низко заурчал. Его карие, пылающие жаром глаза встретились с моими.
Он потёрся лбом о моё плечо, ластясь, и я на мгновение замолчал. Слова отказа не шли с языка. Было бы ложью сказать, что меня не влекло нарастающее возбуждение.
Но я подумал, что если мы сделаем это ещё раз, завтра моё тело точно будет умирать. В худшем случае, я, может, даже не смогу встать с кровати. Хоть это и выходной…
Пока я размышлял, Мин Югон поднял голову и нежно меня поцеловал. Я слегка приоткрыл глаза и посмотрел на его лицо, прижавшееся ко мне.То, как он смотрел мне прямо в глаза, вбирая в себя мои губы и покусывая их, казалось настойчивой просьбой. А член, разделявший мои ягодицы, уже давно стоял как камень.
Я опустил взгляд. Силы у меня ещё оставались, так почему бы и нет.
Стоило мне приоткрыть рот, как Мин Югон, уже начавший углублять поцелуй, вдруг замер. С секундным опозданием он, кажется, пытался понять, было ли это разрешением или нет.
– …Делай уже, — я бросил ему это в качестве подтверждения. И слегка отвернул голову. Смотреть ему в глаза было немного неловко.
Мин Югон, глядя, как я отворачиваюсь, молчал, о чём-то думая, а затем сжал мою талию с такой силой, будто собирался оставить на ней отпечатки своих пальцев.
– Вхожу, – сообщил он странно осипшим голосом.
Я думал, что морально подготовился, но всё равно бессознательно крепко обнял Мин Югона за шею. Обнимал ли я когда-нибудь Мин Югона вот так, цепляясь за него? Смесь стыда и чувства защищённости заставила мои уши вспыхнуть. Горячее дыхание Мин Югона коснулось моей шеи. И тут же безжалостная рука схватила меня за талию и потянула вниз.
– Ха! – я судорожно втянул воздух и откинулся назад.
Член Мин Югона вошёл до самого конца, и его головка, проникнув ещё глубже, достигла места, до которого нельзя было достать пальцами. Я, конечно, предполагал, что в такой позе он войдёт глубже, чем когда я лежал, но чтобы настолько… Хоть я и не видел, но, казалось, точно знал, чего он коснулся.
В отличие от моего сравнительно спокойного разума, тело не выдержало шока и начало дрожать. Моё сознание, на мгновение сосредоточившееся только на ощущении, пронзившем живот, внезапно осознало всю ситуацию: и то, что Мин Югон держит меня, и то, что мы оба с головы до ног промокли от липкой жидкости, которую я только что изверг.