Руководство по дрессировке
<предыдущая глава || следующая глава>
Глава 73
Всякий раз, когда я, проводя время с Раем по ту сторону барьера, случайно засыпал, родители, наблюдавшие за нами через мониторы, тут же приходили меня забрать. И каждый раз Рай неизменно скалился при их появлении, всем видом выражая настороженность.
Враждебность достигала пика в тот момент, когда они поднимали меня на руки, чтобы унести.
Разумеется, стоило родителям появиться, как поднималась суматоха, и я просыпался. Открыв глаза, я оглядывал растерянных мать и отца.
Как только они отводили взгляд от Рая и сосредотачивались на мне — сонно трущем глаза, — осыпая поцелуями и прочими проявлениями любви, Рай переставал излучать убийственную враждебность.
Иными словами, Рай начал немного ослаблять бдительность по отношению к матери и отцу только после того, как наша семья стала открыто демонстрировать подобное поведение. Объятия, поглаживания по голове, ласковые подшучивания.
Возможно, язык тела, показывающий близость и ценность отношений, был для монстра куда понятнее любых слов.
— Со Сухо. — Голос Сону Сона вырвал меня из раздумий.
Я вздрогнул, возвращаясь к реальности. Сону Сон, судя по всему, был озадачен тем, что я внезапно затих, погрузившись в воспоминания. Встретив его изучающий взгляд с абсолютно каменным лицом, я обернулся на Кота, который пристально смотрел на нас двоих сверху вниз.
Телесный контакт. Я об этом даже не думал, да и осуществить подобное на практике — задача не из легких.
— Вы не будете против, если я возьму вас за руку?
Разумеется, согласие собеседника было обязательным условием.
Я собирался лишь обдумать эту идею, но вопрос сорвался с языка сам собой, опередив мысли.
Сону Сон на мгновение замолчал, ошеломленный моим внезапным предложением.
Раз уж слова были произнесены, отступать было некуда. Я кивнул, и в его черных глазах промелькнуло редкое для него волнение.
— Кажется, Кот реагирует на дистанцию между нами, и я хотел бы кое-что проверить.
Стоило мне объяснить истинную причину, как Сону Сон перевел взгляд на Кота.
Монстр, опустив передние лапы, которыми до этого опирался на барьер, все еще наблюдал за нами. Почувствовав на себе взгляд Сону Сона, Кот округлил глаза и зыркнул на него в ответ — в этом взгляде сквозили эмоции, которые никак нельзя было назвать дружелюбными.
Сону Сон, ничуть не стушевавшись под этим взором, повернул голову обратно ко мне. Он молча протянул руку, и я одними глазами выразил ему благодарность.
Ладонь Сону Сона была жесткой и мозолистой. На ощупь сразу чувствовалось, что жизнь у него была далеко не гладкой. Стоило нам крепко сцепить руки и встать вплотную друг к другу, как реакция последовала незамедлительно.
— Ки-и-у! Ки-инг! — Кот прижался круглым носом к барьеру и начал жалобно скулить. В этих звуках отчетливо слышался негативный оттенок.
Это было не столько ревностью, сколько отторжением и замешательством при виде того, как я поддерживаю с кем-то близкие отношения.
— Он оценивает отношения через физический контакт?
Сону Сон, видимо, тоже уловил суть происходящего и удивленно приподнял бровь.
— Ему это так не нравится... Не выйдет ли обратного эффекта?
Я интуитивно понимал: такие действия станут отличным катализатором, чтобы растопить лед недоверия, которое Кот испытывал ко всем, кроме меня.
Пусть сейчас он бунтует, не желая признавать очевидного, но велика вероятность, что со временем яростный напор Кота по отношению к Сону Сону пойдет на спад — так же, как это когда-то случилось у Рая с моими родителями.
Я искоса взглянул на Сону Сона. Не знаю, склонен ли он потеть от природы или ему просто непривычен физический контакт с другим человеком, но, вопреки его сухому и бесстрастному выражению лица, его ладонь была влажной.
Хотя он и смотрел на Кота, я чувствовал, что он странным образом не может сосредоточиться. Кажется, на сегодня чего-то большего, чем просто держаться за руки, от него требовать не стоит.
Я слегка поклонился мягко улыбающемуся Ё Вонджину.
Я на секунду задумался, уместно ли говорить «давно», учитывая прошедший срок, но, вспомнив, сколько всего произошло с момента нашей последней встречи в исследовательском центре, молча согласился.
— Как вы поживали все это время? Ничего не случилось?
Я понимал, что это дежурный вопрос, но, независимо от этого, в голове пронеслись события последних дней.
— ...Господин исследователь? — Ё Вонджин осторожно вглядывался в мое лицо, видя, что я медлю с ответом. Отогнав непрошеные воспоминания, я встретился с ним взглядом.
— Да. У меня все было хорошо. А у вас, капитан?..
— Разумеется, у меня тоже. Просто немного замотался из-за разных дел.
Я с сомнением посмотрел на его лицо, пока он невозмутимо улыбался в ответ. Не знаю, что еще произошло за это время, но выглядел он так, словно перенес немало душевных терзаний — лицо еще больше осунулось. Если это, как он говорит, исключительно от занятости, то еще куда ни шло.
Поскольку наше последнее расставание оставило слегка неприятный осадок, я внимательно следил за поведением Ё Вонджина, но не заметил в нем ни сожаления, ни какой-то подозрительной скрытности по отношению ко мне.
Присев на место, предложенное Ё Вонджином, я огляделся. Сегодня меня пригласили в здание, где жили или работали офицеры корабля, включая самого капитана. Оторвав взгляд от темного, спокойного цвета пола в приемной, которая казалась слишком просторной для двоих, я спросил:
— Могу я узнать, по какому поводу вы хотели меня видеть?
— Для начала, как насчет поесть? Самое время проголодаться. — Улыбнувшись, Ё Вонджин указал на еду. Особого голода я не чувствовал, но молча взял палочки.
После того как я съел несколько кусочков и вытер губы, Ё Вонджин посмотрел на меня с беспокойством. Видимо, отсутствие аппетита было слишком заметным.
— Надо было все-таки пригласить вас в то же место, что и в прошлый раз. Еда не пришлась по вкусу?
— Нет. Дело не в этом. — Я бросил быстрый взгляд на его приборы, которые он отложил еще раньше меня. — Кажется, это вы, капитан, почти ничего не съели.
— А, я поздно пообедал, так что я в порядке. — Гладко парировав, Ё Вонджин пристально посмотрел мне в лицо. — Если у вас возникли какие-то трудности... пожалуйста, расскажите мне. Вы помогли мне, господин исследователь, и я тоже хочу помочь вам.
Избегая этого приторно-сладкого взгляда, я закрыл рот и уставился на столовые приборы.
Похоже, он имел в виду, что раз я ему помог, то не стоит стесняться изливать ему душу в ответ... Но я понятия не имел, что такого грандиозного я для него сделал, чтобы он говорил о возврате долга.
— Я же говорил вам. Благодаря вам, господин исследователь, я смог собраться с духом. Вы слишком недооцениваете мою искренность.
На его изможденном лице засияла все та же безупречная улыбка. К подобным шутливым добавлениям я уже, пожалуй, привык.
— Спасибо за заботу, но я в порядке. К тому же я сейчас сосредоточен на порученной мне работе.
— Вот как. — Ё Вонджин пожал плечами, не скрывая разочарования. Кажется, он понял и принял тот факт, что я не намерен раскрывать ему душу.
— Хм... Вообще-то, это как раз то, о чем я хотел сегодня поговорить. — Он виновато опустил брови. — Вы ведь занимаетесь выжившим, которого доставили с поверхности? Мне неловко, что я невольно добавил вам работы.
Так он об этом беспокоился? Я слегка наклонил голову набок.
Строго говоря, выжившего мне поручил Сону Сон. Да, доклад ушел капитану, и дело продвигается после его одобрения, но раз Ё Вонджин не поручал мне это напрямую, причин для беспокойства у него не было. Похоже, он на удивление мягкосердечен.
— Вам не за что извиняться. Время прихода и ухода с работы у меня все равно не меняется.
— …Что? — В ответ Ё Вонджин округлил глаза, а затем рассмеялся приятным грудным смехом. Впервые я видел, чтобы он смеялся так искренне и громко.
— Ваши слова заметно облегчили мне душу. Я слышал, что другие исследователи боятся даже приближаться к нему, поэтому я много размышлял, не было ли ошибкой размещать выжившего в исследовательском центре.
— Я слышал, что в больнице были в замешательстве из-за его высокой агрессивности и невозможности применить анестезию. Да и физическая сила у него далеко за пределами уровня обычного взрослого мужчины. Я тоже считаю, что решение содержать его под охраной в исследовательском центре было правильным.
Больница не подходила для содержания тела, обладающего такой мощью. Неизвестно, какой ущерб могли бы понести беззащитные пациенты или медперсонал в случае попытки побега.
Ё Вонджин кивнул, соглашаясь с моими словами, и задал вопрос:
Хотя мы договорились о регулярных отчетах, первый еще не был отправлен, поэтому в его глазах читалось любопытство. Я опустил взгляд, мысленно систематизируя текущее состояние выжившего.
— Состояние здоровья удовлетворительное, способность к усвоению языка довольно высокая. Поскольку некоторые вещи он знал изначально, обучение проходит легко.
— Его психологическая нестабильность и агрессивное поведение значительно смягчились, поэтому несколько дней назад мы приступили к занятиям.
Глаза Ё Вонджина загорелись интересом.
— Я думал, вы пользуетесь популярностью только у монстров...
— Понял, понял. Больше не буду.