Жуки в янтаре. Глава 93
– Нет, не знал. Вот это действительно была ошибка, – сказал Исайя бесстрастно, поднимаясь с подоконника. – Хотел проделать дырку в этом красивом личике, но, увы, не вышло.
Исайя и Брану хотел что-то оставить. Будь то сожаление, шрам или унижение – что угодно. Он хотел, чтобы воспоминание об этом вызывало у него, как и у него самого, леденящий душу ужас, который заставляет задыхаться.
– Врать ты не умеешь, – но Бран всё так же спокойно произнёс это, как ни в чём не бывало. И именно эта невозмутимость делала Исайю ещё более жалким. Как бы он ни бесился – не мог задеть Брана даже на йоту.
– Где я соврал? – не глядя на Брана, Исайя вышел из офиса.
– Значит, ты и правда целился в голову? – спросил Бран и вышел следом. – Среди всех этих зданий, на расстоянии меньше каких-то жалких 400 ярдов, ты совершил такую идиотскую ошибку? Ты?
– Да. Так что считай это за честь. Твоя любовница попала в те редкие 2%, – заворачивая за угол коридора, нервно бросил Исайя. Чем быстрее становились его шаги в поисках лифта, тем быстрее становился и его голос. – Я давно хотел её убить. Каждый раз, видя её рядом с тобой, я сходил с ума от этого желания. И когда появился шанс... у меня дрожали руки. Доволен?
Он хотел поскорее выбраться из этого лабиринта коридоров. Здесь было слишком душно и беспорядочно. Но сколько поворотов он ни делал – проклятый лифт так и не показывался. Тем временем Бран, оказавшись совсем рядом, наклонил голову и заглянул в лицо Исайи.
– Почему ты так злишься? – улыбаясь, спросил он. И от этой улыбки, слишком прекрасной, Исайя заорал ещё яростнее:
– Потому что она тебе не подходила! – он знал, что вопрос был не об этом, но ему было всё равно. Главное было задеть Брана. – Не подходила она тебе. Эта потасканная русская.
Правда это или нет – не имело никакого значения. Но чем больше он говорил, тем больнее он делал самому себе. Будто попал в трясину. Чем больше барахтался, пытаясь выбраться, тем глубже засасывала бездонная топь.
– А кто, по-твоему, мне подошёл бы?
Наконец, за последним поворотом показался лифт. Исайя, будто не слыша, поспешил к нему и нажал кнопку.
– Неужели… ты? – Бран остановился рядом и задал вопрос: – Менее потасканный, чем Ирина, Исайя Коул?
– Что за чушь, – искренне фыркнул тот. Это было абсурдно во многих отношениях. – Я никогда такого не хотел.
Из-за того, что лифт остановился на втором подземном уровне, подниматься наверх пришлось довольно долго. К тому же здание было старое, и сам лифт двигался мучительно медленно.
Исайя с тревогой смотрел на медленно сменяющиеся цифры, когда вдруг рядом раздался голос:
– Бран... Прости, что убил Ирину.
Исайя вздрогнул от неожиданности и обернулся. Бран на него не смотрел. Он глядел прямо перед собой – на закрытые двери лифта. Точнее, на их отражение в этих дверях.
– Но если возникнет похожая ситуация, я снова сделаю тот же выбор.
В отражении двери лифта двое мужчин, казалось, стояли рядом, но это было не так. Исайя сделал пару шагов вперёд, чтобы нажать кнопку. Только тогда Исайя понял, что Бран смотрел на его лицо, невидимое с его позиции, через отражение в двери лифта.
Бран наконец повернул голову. Их взгляды встретились, и, видя растерянность Исайи, Бран спокойно улыбнулся:
– Конечно, ты этого не помнишь.
Эта одна фраза вырвала изнутри давно угасший, но всё ещё живой гнев, и он снова вспыхнул с прежней силой.
– Почему ты снова заводишь разговор о том времени?
Он ничего не мог противопоставить, когда Бран поднимал ту тему – он и вправду ничего не помнил. Даже если Бран всё выдумал, Исайя не мог этого доказать.
Но помимо этого, ему не нравилось, когда Бран говорил о том времени. Ему не нравилось, как тот с удовольствием рассказывал о воспоминаниях, которых у него не было.
– Почему ты всё время вспоминаешь то, чего я даже не помню?
– А ты сам? Почему тогда ты всё время возвращаешься к прошлому? – как будто поджидая, спросил Бран.
– Что?.. – пробормотал Исайя, не найдя, что ответить.
– Почему ты смотришь не на меня, стоящего перед тобой, а на того, кем я был двадцать лет назад?
Над головой раздался звон – лифт прибыл на 25-й этаж. С тихим шорохом двери открылись за их спинами. Но Исайя не двинулся с места. Бран взглянул на него и усмехнулся. Затем, почти шёпотом, сказал:
– Потому что тогда я был твоим идеальным богом, верно?
– Проще поклоняться несуществующему совершенству, чем видеть все изъяны реального человека, стоящего перед тобой. Правда ведь? – Бран улыбнулся и вошёл в лифт.
Исайя так и остался стоять, не в силах пошевелиться, только смотрел на него пустым взглядом. В последний момент, прямо перед тем как двери начали закрываться, Бран схватил его за руку и почти силком затащил в лифт.
Пока лифт спускался на подземную парковку, они не обменялись ни словом. И в машине по пути к зданию Тейтон – тоже.
Лишь по прибытии в здание Тейтон, обсуждая способы входа и вопросы безопасности, они смогли обменяться несколькими словами. Но никаких личных разговоров не было. Только деловые вопросы. Даже если бы Исайя захотел поговорить о чём-то другом, он не знал, что и как сказать. По крайней мере, Исайя чувствовал именно так. А Бран… казалось, не был настроен на какие-либо разговоры.
– Вы пришли? – раздался голос.
Когда они добрались до квартиры 2208 и нажали на звонок, дверь открыл Сэмюэль, который, по-видимому, уже ждал внутри.
– Честер звонил, да? – сказал Бран, входя и распахивая дверь пошире.
Исайя, машинально следовавший за ним, на пороге неожиданно замер на секунду. Он был уверен, что это будет обычный пустой офис, но перед его глазами раскинулась ничем не примечательная гостиная обычной квартиры. В последнее время стало модным переделывать офисные здания в жилые помещения – похоже, это как раз тот случай.
– Да. Только что. Ну, где-то минуты три назад, – ответил Сэмюэль и протянул Брану смартфон Исайи.
Когда Сэмюэль ушёл, Бран снял пиджак и устроился на диване в гостиной. Честно говоря, Исайе самому хотелось снять пальто – в помещении было неожиданно душно, видимо, Сэмюэль прибавил отопление.
Но почему-то снять пальто он так и не смог. Лучше бы он это сделал сразу, ещё при Сэмюэле, как только вошёл. А теперь, когда они остались вдвоём, раздеваться казалось неловко. К тому же это была не безликая офисная комната, а довольно уютно обставленная квартира – с рождественскими гирляндами на стенах, с пушистым белым ковром на полу… Всё это только усиливало странное ощущение.
В итоге Исайя сделал вид, что осматривает квартиру, чтобы хоть как-то избежать этой паузы. Он наугад открыл первую попавшуюся дверь – и, как назло, попал в спальню. Поколебавшись у выключателя и пару раз щёлкнув светом, он спросил как бы между прочим, стараясь говорить непринуждённо:
– Как ты вообще нашёл такое место?
– В приложении Airbnb, – отозвался Бран из гостиной.
– Значит, дом сдаётся под жильё.
Что ж, логично. Исайя посмотрел на аккуратно застеленную кровать квин-сайз* и пробормотал себе под нос. Впрочем, даже если бы он не знал, всё равно по мелочам было заметно, что здесь останавливаются постояльцы: например, шкаф в ванной, набитый белоснежными полотенцами, одноразовые средства гигиены, аккуратно разложенные попарно, или диван-кровать в гостиной, который можно использовать вместо обычной кровати.
Размер кровати (матраса) ширина от 153-160 см длина 200 см.
Вернувшись в гостиную, Исайя наконец снял пальто, повесил его на вешалку и подошёл к окну. Отодвинув шторы и открыв раму, он увидел в наступивших сумерках вдалеке силуэт церкви Святого Патрика. Отсюда она казалась заметно ближе, чем из офиса The Bell Financial.
– С такого расстояния и с закрытыми глазами попасть можно.
– Более чем реально, – сказал Бран, поднявшись с диван-кровати.
Он подошёл к Исайе и, скрестив руки на груди, стал смотреть на церковь, утонувшую во тьме.
– После вечерней мессы будет ещё темнее, так что придётся взять ночник.
– Возни, конечно, будет… – пробормотал Бран себе под нос и закрыл окно. Затем он вернул Исайе смартфон. – Позвони Честеру. На громкой связи..
Исайя, сдерживая вздох, взял смартфон. Найдя в истории вызовов нужный номер и нажав кнопку вызова, он услышал около четырех гудков, прежде чем Честер ответил.
– Эй, засранец, ты чего трубку не брал?
– Ссал, – небрежно ответил Исайя. Ему было лень ломать голову над ответом для Честера, поэтому он сказал первое, что пришло в голову, но, увидев, как Бран, сидя на диван-кровати, тихо улыбается, он запоздало почувствовал неловкость. Исайя быстро отвернулся к окну.