Испачканные простыни. Глава 83
<предыдущая глава || следующая глава>
Тэхён, бросивший ранее фразу о том, чтобы Хэган внимательно следил за происходящим, теперь, казалось, отбросил любые колебания и толкался внутрь с неистовым напором. Даже глубже, чем раньше. Видимо, до этого момента он вводил член не полностью. Ощущение было таким, словно нутро Хэгана не просто заполняли до отказа, а пробивали тяжёлым тараном место, которое никогда прежде не было потревожено. От этого чувства распирающей тяжести стало трудно дышать.
Хэган пытался хоть как-то восстановить дыхание, но всякий раз, когда он чувствовал, как чужое присутствие придавливает его нижнюю часть тела, все попытки шли прахом. И это несмотря на то, что умелый Тэхён подстраивал свои движения под его поверхностные вдохи. Как бы сильно Хэган ни кусал губы, сдержать стоны не удавалось — они срывались против воли. Растерянный взгляд блуждал, не в силах ни на чем сфокусироваться.
С каждым движением Тэхёна проникновение становилось всё глубже. Лишь когда Хэгану показалось, что его живот до отказа забит членом, Тэхён прекратил с силой вбивать его внутрь. Его руки, удерживавшие верхнюю часть тела Хэгана, чтобы тот не вырвался, скользнули вниз, к бёдрам. Хэган, повинуясь ощущениям, опустил глаза и увидел то самое место, на которое Тэхён указывал раньше. То ли ему показалось, то ли бугорок на животе действительно выступал сильнее, чем прежде.
Но не успел он толком рассмотреть этот изгиб, как тело сильно тряхнуло. Удар ощущался так явственно, словно он во что-то врезался.
Тэхён, на мгновение отстранившись, снова загнал член до упора. Нутро Хэгана тут же сжалось, словно пытаясь преградить путь захватчику. Каждая клеточка тела, воспринимающая ощущения, казалось, сосредоточилась исключительно на входе и выходе члена — чувствительность зашкаливала. И чем острее она становилась, тем стремительнее боль и наслаждение стучались в его сознание, с такой скоростью, что вынести это было почти невозможно. Всё, что мог делать Хэган — это стараться не потерять рассудок.
Тэхён двигался в рваном ритме, не совпадающем с тем, как сжимались внутренние стенки, обхватывающие его член со всех сторон. Когда стенки сжимались, он забивался глубже, а стоило напряжению слегка спасть, оттягивал член назад и тут же снова пронзал нутро. Каждый раз, когда стимуляция достигала глубины, в глазах темнело. Тело била крупная дрожь, а то самое место, которое невозможно было точно определить, горело, словно в огне. Хэган схватился за живот, как солдат, пытающийся защитить рану.
Видимо, приняв это за просьбу о помощи, Тэхён потянулся к нему.
Он с нажимом накрыл ладонь Хэгана, словно проверяя. Тон его голоса казался обеспокоенным, но, судя по тому, что он ни на секунду не прекращал мелко и часто долбиться внутрь, помогать он не собирался. Даже сейчас он сжал пальцы на бедре Хэгана, не давая тому сбежать.
— Почему здесь? Я ведь делаю всё, как мы договаривались.
Голос, втекающий в ушную раковину, пока он слегка покусывал ухо, звучал безмятежно, будто ничего не происходило. Его поведение разительно отличалось от того, что было раньше, когда он медленно втирался внутрь, следя за реакцией Хэгана. Даже когда Хэган, не выдержав напора сзади, бессильно повалился на кровать, Тэхён не обратил на это внимания: он продолжал притягивать его к себе и вбиваться вверх, верный лишь инстинкту, требующему излиться. Возможно, поэтому, рухнул торс Хэгана или нет, их бедра двигались слитно, как детали единого механизма. И Тэхёна не волновало, способен ли Хэган это выдержать.
Всё тело безумно тряслось. После нескольких попыток Хэган с трудом потянулся к изголовью кровати. Он собирался опереться на него и приподняться, но в этот момент член внутри медленно, тяжело провернулся по кругу, и ослабевшая рука соскользнула по гладкой поверхности.
Перед глазами вспыхнул свет. Язык онемел. Удовольствие было настолько колоссальным, что лишило сил даже закусить губу, чтобы хоть как-то заглушить стон. Тэхён, не упустив момент, ударил в то же самое место еще раз. Хэган, не в силах больше терпеть, издал болезненный стон и уронил голову.
Он не ударился лбом об изголовье только потому, что Тэхён успел подставить ладонь. Впрочем, даже если бы он ударился, боль была бы ничтожной по сравнению с тем, что творилось с его телом сейчас. Стон, вырвавшийся секундой ранее… Хэган был уверен, что мужчина не должен издавать таких звуков. И уж тем более — он сам. Потрясённый тем, что это сорвалось с его губ, Хэган, чьё сознание мигало, как перегоревшая лампочка, пробормотал:
— Ага, я слышал. И меня это дико возбудило.
Голос был таким же влажным, как и язык, который тщательно, словно смазывая слюной, прошелся по ушной раковине. Хэган почувствовал, как Тэхён приподнимается у него за спиной. Член по-прежнему оставался внутри. Позади раздались чмокающие звуки. Хэган кожей ощутил, как губы медленно спускаются вдоль позвоночника.
— Что же делать? Я в замешательстве. — Тэхён бормотал это в перерывах между поцелуями. — Хочу кончить тебе на спину, вдоль позвоночника.
— Но и на ваше стонущее лицо полюбоваться хочется.
Пупок защекотало. И не только потому, что член, готовый к извержению, скребся где-то внутри. Тэхён просунул руку между животом Хэгана и простынёй и принялся пальцем щекотать его пупок. Воспользовавшись тем, что Хэган вздрогнул, он рывком потянул его верхнюю часть тела назад.
Руки Хэгана оказались в захвате. Тэхён заломил ему локти так, что заныли плечи, зафиксировал в таком положении и дал ясный ответ:
— Так что, Хэган, не смейте уставать так быстро. Если станет тяжело, лучше просто откиньтесь назад. Поняли?
Но, как и сказал Тэхён, это было только начало. Последовали толчки такой силы, что кровать ходуном ходила. Прицельные удары били точно в простату, и даже пытаться сопротивляться было непозволительной роскошью. Хэган осознал, что та передышка, когда ему дали возможность за что-то ухватиться, была своего рода милосердием со стороны Тэхёна. Теперь же, не в силах даже закрыть рот, он просто трясся в такт чужим движениям и послушно раскрывался, пропуская всё глубже.
— В следующий раз не будем использовать эту позу. М? А то мне не видно ваших милых сосков.
Тэхён одной рукой крепко обхватил живот Хэгана, а другой принялся лениво пощипывать его сосок. При этом снизу он продолжал вбиваться так плотно, что не оставалось зазора. В ушах стоял гул от непристойных хлюпающих звуков.
— Я так забуду, какого они цвета. А мне надо помнить, чтобы потом дрочить.
У Хэгана не было времени раздумывать, стонать или нет; сил хватало лишь на то, чтобы напрягать рот, стараясь не пускать слюни.
Поскольку лизать соски не получалось, он, видимо, решил за неимением лучшего вгрызться куда придется. Тэхён принялся в буквальном смысле по-собачьи вылизывать щеки и шею Хэгана, чья голова моталась из стороны в сторону, словно сломанный маятник.
Если бы оставались засосы, этому действу был бы хоть какой-то результат, но он специально расслаблял губы и лишь мягко проводил языком, так что никаких следов не оставалось. Иными словами, он мог вылизывать его так хоть всю ночь. Участки кожи — то ли снаружи, то ли где-то под ней — нестерпимо зудели, заставляя поджимать пальцы ног.
Темп толчков нарастал. Теперь он вбивался внутрь ещё до того, как затихал предыдущий стон. У Хэгана не было сил, чтобы убедиться в этом визуально, но, судя по ощущениям, Тэхён сдержал слово: он бил в одну и ту же точку, в то самое «хорошее место» Хэгана. Член, раздвигающий узкое пространство, больше не пугал.
В голове то вспыхивало, то мутнело. Грязные звуки шлепков плоти о плоть, в реальность которых трудно было поверить, оглушали. По ощущениям, развязка для Тэхёна была уже близка. От чувства, что член внутри набухает еще сильнее, кружилась голова. Хэган не знал, что тот может стать еще больше. Размер и так был непосильным с самого начала, так что он думал, что у Тэхёна уже полная эрекция.
Разведенные бёдра Хэгана мелко дрожали от возбуждения. Тело инстинктивно приняло позу, поняв раньше разума, что если раздвинуть ноги максимально широко, будет не так больно. И всё же, когда Тэхён в последний раз с силой впечатался в него, судорога прошила тело до самого копчика.
Тэхён медленно вытащил член, и ощущение было таким, словно он вытягивает за собой слизистую. Он отпустил руки Хэгана, которые удерживал, пока исступленно долбил его до звона в ушах. Хэган уткнулся лицом в мягкую простыню. Удивительно, но Тэхён не стал его сразу поднимать, и на то была причина. Сзади, с небольшими паузами, доносились глухие стоны.
Спина стала мокрой, будто он был в пропитанной потом футболке. Тэхён прижал дёргающегося Хэгана к кровати, не давая встать, и до последней капли излился на него сверху. Когда теплая жидкость, обильно смочив спину, потекла по ложбинке ягодиц, Хэган невольно задался вопросом: как он вообще терпел, пока в нем копилось столько спермы?
С лица Хэгана тоже градом катился пот. Сердце всё ещё бешено колотилось. Казалось, тело не могло адаптироваться к стимуляции, превысившей допустимый предел.
Впрочем, не только тело, но и разум пребывал в смятении. Тяжело дыша, он всё ещё не мог поверить в то удовольствие, которое испытал, пока Тэхён его трахал. Прямо перед тем, как Тэхён вынул член, Хэган определенно двигал бёдрами ему навстречу. Словно знал, что так член войдёт глубже и достанет до самой чувствительной точки.
Он предполагал, что секс с Тэхёном будет хорош. Поэтому и предложил это первым. Но чтобы настолько…
Хэган, погруженный в хаос своих мыслей, замер. Матрас рядом прогнулся, и он увидел Тэхёна, который лежал прямо перед его носом и наблюдал за ним. Он принял ту же позу, в которой лежал Хэган — распластавшись на животе.
В одно мгновение их губы соприкоснулись и разъединились. Перехватив взгляд Хэгана, Тэхён улыбнулся: