Испачканные простыни. Глава 84
<предыдущая глава || следующая глава>
Хэгану потребовалось время, чтобы осознать, что Тэхён лишь жалел, что не видел его лица, пока трахал его сзади.
Одной этой фразы хватило, чтобы оценка Тэхёна в голове Хэгана мгновенно изменилась. «Этот парень не просто «сумасшедший ублюдок». Он наглухо отбитый псих».
Хэган даже не сразу смог усмехнуться. Его тело, всё ещё не отошедшее от экстаза, безумно дрожало.
«Сам же только что поставил меня раком и трахал так, что я в себя прийти не мог, а теперь что, черт возьми? «Я скучал»?»
Хотя член Тэхёна уже вышел из него, низ живота всё ещё казался тяжелым, словно туда подвесили камень. В итоге Хэгану пришлось напрячь пресс и грудные мышцы, поднимая торс, будто он отжимался. Тэхён снова двинулся следом. В отличие от Хэгана, чьи движения были заторможенными, словно к телу привязали мешки с песком, Тэхён развернулся к нему с раздражающей легкостью. Эта очевидная разница в выносливости задела Хэгана.
— Если бы ты поскучал еще два раза, я бы…
План наорать на Тэхёна и спокойно лечь, уставившись в потолок, провалился. Хоть он и поднял верхнюю часть тела, развернуться и сесть нормально не получилось. Причиной тому стало то, что предстало перед глазами, когда он повернулся направо. А точнее — то жуткое нечто, что болталось у Тэхёна между ног. Хэган несколько раз зажмурился и снова открыл глаза, не веря увиденному.
Его губы округлились и, казалось, забыли, как закрываться. Он беззвучно открывал и закрывал рот, как рыба, прежде чем смог выдавить из себя хоть слово.
Хотелось верить, что ему показалось, но отрицать реальность было невозможно. Тем более что Тэхён, видя, как Хэган в упор пялится на его член, даже не подумал прикрыться. Наоборот, он с интересом наблюдал, выставив всё напоказ, словно говоря: «Смотри сколько влезет». Даже когда Хэган прохрипел что-то сорванным голосом, его взгляд не мог оторваться от огромной багровой плоти.
Он видел множество мужских членов. Всю жизнь занимаясь спортом, где потеешь от малейшего движения, и принимая душ с товарищами по команде после матчей, он привык видеть десятки голых мужиков. Но сколько бы членов он ни повидал, еще ни разу не был так впечатлен.
Обычно объектом восхищения становился сам Хэган. Даже за границей, пусть и реже, чем в Корее, коллеги в душевой иногда округляли глаза, удивляясь размеру достоинства Хэгана. Один парень даже спрашивал через Джинёна, не смешанная ли у него кровь.
«Нет, если отбросить всё это… при таких размерах…»
— …За такую дубину разве не надо платить отдельный налог, блядь?
Он был абсолютно серьёзен. Кажется, эта штука могла бы ходить сама по себе. Она, наверное, и налоги бы платила исправно — то, чего Хэган сам еще ни разу не делал, — и по пути еще за продуктами бы сгоняла.
На мгновение повисла тишина. А затем Тэхён расхохотался. Тот самый смех, который Хэган слышал ранее, когда сказал, что хочет секса, но не знает, как трахать мужчину. Этот смех снова сотряс его и исчез. Тэхён протянул руку и притянул к себе ошарашенного Хэгана за затылок. Хэган, не успев опомниться, подался вперёд всем телом. Лицо Тэхёна оказалось прямо перед ним.
В отличие от смешливого тона, взгляд, скользнувший со лба Хэгана вниз по всё ещё разгоряченному от возбуждения лицу, был липким и тягучим. Хэган вдруг остро ощутил руку, поддерживающую его затылок. Несмотря на кажущуюся легкость жеста, он знал: если эта рука захочет удержать, вырваться будет непросто.
— Хэган, вы говорите такие вещи, даже не представляя, как это звучит для человека, лежащего с вами в одной постели.
Тэхён зафиксировал голову Хэгана, не давая отстраниться, и прижался к его губам. Корочка засохшей крови, едва державшаяся на нижней губе, отлетела под напором грубого поцелуя. Хэган тут же почувствовал резкий металлический запах крови и попытался сомкнуть губы, но Тэхён не остановился. Он прильнул к закрытому рту, старательно вылизывая щель между губами, собирая слюну, которую они не успели вытереть, и кровь, сочащуюся из ранки. Всё это без остатка исчезало у него во рту.
Можно ли назвать облизывание губ лаской? И можно ли назвать поцелуем то, что происходит вот так, глядя друг другу в глаза? Для тех, кто только что со звериным рыком сплетался телами, этот поцелуй казался слишком осторожным, даже интимным. Единственным звуком были короткие стоны Хэгана, когда язык Тэхёна задевал ранку.
Кончики носов соприкоснулись, и в тот момент, когда Хэган встретился взглядом с глазами под густыми ресницами, его губы сами собой приоткрылись. Язык Тэхёна, словно только этого и ждал, скользнул внутрь. Он сосал его член, да что там, даже пальцы на ногах облизывал, но от языка Тэхёна пахло лимоном. Может, это передалось от самого Хэгана, съевшего две конфеты. Неважно, от кого исходил этот аромат. Когда их языки сплелись в одно целое, мягко проходясь по нёбу, казалось, что даже на переносице выступил пот.
В конце концов Хэган первым закрыл глаза. Руки, которые он не знал, куда деть, пока его трахали, теперь легли на шею Тэхёна. Кожа оказалась даже более гладкой, чем выглядела. Пусть не такой нежной, как у женщины, но в том, как твердые мышцы перекатывались под пальцами, было свое удовольствие. Осмелев, Хэган слегка потер кожу. Вспоминая, как Тэхён касался его самого, он расслабил пальцы и начал мять его плечи, словно делал массаж.
Когда рука, блуждавшая у ключицы, спустилась к предплечью, он почувствовал, как язык Тэхёна дрогнул. Может, предплечье — его эрогенная зона? Нет. Судя по собственному опыту, когда ласкают уши, реакция куда сильнее. Тэхён хоть и удивился на миг, но продолжал целовать, мягко толкая Хэгана обратно на подушки, так что вряд ли это было от сильного возбуждения.
Да что ж такое-то? Хэган мял его тут и там, словно игрушку-антистресс, но особой реакции не было. Нахмурившись от досады, он замер. Тэхён внезапно прервал поцелуй и убрал мокрую от пота чёлку со лба Хэгана.
— Сильно поранились? Тут больше шести швов.
Тело отреагировало быстрее, чем он успел понять, о каком шраме речь. Хэган вскинул руку и растрепал волосы, которые Тэхён так бережно убрал назад. Стоит прядям упасть, и шрам, спрятанный в незаметном месте, исчезает. Тэхён не стал мешать ему портить прическу. Он лишь продолжал опираться на локоть рядом с подушкой, не наваливаясь весом, и тихо спросил:
— Поэтому вы носите челку? Чтобы скрыть шрам?
Как они вообще перешли к такому разговору посреди секса? Но с Тэхёном всегда так было. Хэган не планировал ничего подобного, но вот они уже поели, поговорили, а теперь и трахаются. И даже раны, которые он никому не показывал, перед этим человеком он раскрывал сам. Даже сейчас, обнажив шрам, который прятал от всех, в голове Хэгана всплывали лишь оправдания, чтобы разрушить стену недоверия.
Тэхён наверняка уже догадался о причине шрама. Ведь той ночью, когда они смотрели на звезды, Хэган сам рассказал о той аварии. Вспомнив обстоятельства, решиться на ответ было несложно. И все же, от того, что он снова изливает душу именно ему, стало неловко. Он буркнул, как угрюмый подросток в пубертате:
— Разве не поэтому это называют шрамом?
Он точно врач, раз смог подсчитать количество стежков на шраме многолетней давности. Значит, и значение слова «шрам» должен знать прекрасно. Но ответа долго не было. Хэган, не выдержав любопытства, приподнял веки. Тэхён теперь смотрел не на шрам, а на самого Хэгана. Стоило их глазам встретиться, как губы Тэхёна дрогнули, словно он тоже ждал взгляда Хэгана.
— Нет. Это шрам, потому что место зажило. — Он медленно опустил голову. Его губы коснулись волос, прикрывающих шрам. — Это значит, что боль уже позади.
Шрам, прижатый его губами, казалось, запульсировал, словно подтверждая его слова. Хэган слегка повернул голову, чтобы Тэхён больше не мог говорить прямо в это место. Сердце колотилось так сильно, будто вот-вот взорвется, и это было странно — ведь Тэхён сейчас даже не долбил по его простате.
Вслух он ничего не сказал, так что Тэхёну, наверное, показалось, что ему просто неприятно это слушать. Но тот не стал спорить и послушно переместился на другой участок лба. Только прижавшись губами к чистой коже, он продолжил:
— Честно говоря, Хэган, вы красивы, что бы ни делали. Так что в следующий раз откройте лоб. Все будут смотреть на лицо Хэгана, а не на шрам.
Хэган неловко отвел глаза, но их взгляды снова встретились. Тэхён ухмыльнулся.
— Хоть мне и нравится смотреть на вас одному, но боюсь, это потеря национального масштаба.
— А если совсем нет — пойдемте платить налоги вместе.
Вот же… Хэган фыркнул, и Тэхён прижался к нему лбом. Они были слишком близко, чтобы лицо полностью поместилось в поле зрения. Но он чувствовал его дыхание. И ту близость, которую создают люди, делящие один воздух в замкнутом пространстве.
Тэхён, который знал этот факт лучше кого бы то ни было, сладко прошептал:
Это звучало как предложение, но головка его члена уже настойчиво протискивалась в сомкнутое колечко мышц. После недавнего войти было легко, но у Хэгана, который только что детально рассмотрел член Тэхёна, потемнело в глазах. И это ведь он ещё немного опал после эрекции, разве нет? Хэган закрыл глаза рукой.
Тогда он был слишком шокирован, но сейчас, подумав об этом, почувствовал себя обманутым.
«Псих гребаный, была причина, почему он не показывал свой член. Я думал, у нас примерно одинаковые, или даже мой немного больше. А я, не зная этого, еще и переживал за задницу этого гада, думая, что ему будет больно, если я вставлю свой».
— Что? Член слишком большой, вставить не можешь? Где твоя совесть, блядь…
Если бы ему не было так хорошо, он бы давно ему врезал. Послышался легкий смешок. Даже с закрытыми глазами Хэган ясно представил улыбку Тэхёна. Наверняка у него сейчас то самое лицо, которым он так умело соблазняет людей. Через мгновение Тэхён поднял ногу Хэгана и поцеловал колено.
— Что же делать? Кажется, мы зашли слишком далеко, чтобы взывать к совести.
Тэхён закинул его ногу себе на плечо и без предупреждения вогнал член до самого основания одним мощным толчком. Тело Хэгана подбросило так сильно, что рука, закрывавшая глаза, отлетела в сторону. Поскольку они лежали лицом к лицу, скрыть выражение лица, искаженного от смертельного наслаждения, не удалось. План спрятать эмоции с треском провалился.
Едва восстановив дыхание, он резко вскинул голову и посмотрел на Тэхёна с возмущением, на что тот лишь сморщил нос в улыбке:
— Я ведь честно признался, что я вор, так что, Хэган, давайте без фолов, хорошо?