Под лежачий камень…
I
Современные «левые», что отечественные, что заморские, имеют множество претензий к Коммунистическая партия Китая (КПК) и Трудовой партии Кореи (ТПК). Нападки на КПК чаще всего заключаются в обвинении в том, что те свернули с пути построения коммунизма, что партийный и государственный аппарат коррумпированы от и до, что совсем не за тибетскими горами маячит реставрация капитализма. Конечно, «Прорыв» не отрицает возможности капреванша, но в данный момент нет оснований полагать, что к этому созрели необходимые предпосылки.
Все эти «левые» инсинуации хорошо знакомы любому, кто хоть раз задавался вопросом: «Существуют ли в мире страны, где сейчас строится коммунизм?». Нет ничего удивительного в том, что этот вопрос терзает многих, становясь точкой размежевания. Но ответ на него не так прост. Тут необходимо понять, что значит строить коммунизм? Опыт хрущёвских теоретических выкладок показывает, что построение коммунизма не заключается в стремлении «догнать и перегнать США» в размере урожая зерновых и овощных культур, производстве различных благ, хотя, безусловно, коммунизм не построить без конкретной материальной базы.
В марксистском понимании «строящийся коммунизм», представляет собой такую расстановку сил в стране, при которой контрреволюционные и архаические тенденции (в сфере ли экономики, политики или культуры), неизбежные на первой фазе коммунизма, по своим темпам и силе уступают прогрессивным, революционным преобразованиям. Грубо говоря, если прогресс одолевает регресс в этом своеобразном перетягивании каната, то и коммунизм в данной стране с каждым днём приближается.
С этой точки зрения, даже сознательное отступление к НЭПу в Китае после смерти Мао, продиктованное теоретическим ослаблением в партии и «замороженными» отношениями с СССР, не является фатальным ударом для коммунизма в КНР. Китайские коммунисты, внемля ленинским и сталинским положениям о тактике, согласно которым наступление коммунизма может сменяться временным отступлением, совершили отступление в области экономики, но в отличие от КПСС, сделали это сознательно, не отпустили теоретические «вожжи», сохранили руководящую роль партии, благодаря чему, в отличие от СССР, в Китае и по сей день идёт борьба за коммунизм.
Однако, у граждан Сёмина, Фреда Энгста, Комолова, иноагентов Рудого и Садонина и др. противоположный взгляд на КПК и ТПК.
В частности, они обвиняют ТПК в том, что в стране установились монархия и диктатура династии Кимов. Это есть один из тех важных пунктов, разделяющих «левое» движение. Ещё более важным вопрос о «монархии» и «диктатуре» Кимов становится для нас, как для наследников собственного «культа личности». Поэтому этот вопрос заслуживает обстоятельного рассмотрения. Поименованные критики формально наследственного способа передачи власти в КНДР упускают из виду тот факт, что утверждение биологических наследников Кима происходило в рамках конституционных процедур КНДР, и выбор народа, руководимого ТПК, каждый раз получается существенно лучше, чем выборы взяточников, дураков, воров, преступников на посты президентов и премьер министров в Южной Корее, дураковатого сына Буша в США, воров и дураков в странах Западной Европы, алкоголика Ельцина в РФ, фашистов Ющенко, Порошенко и Зеленского на Украине.
Касаемо «монархии» и «неофеодализма» в Северной Корее - этого основного тезиса либерально настроенных интеллектуалов, то его суть в том, что власть в стране захватил клан Кимов, утвердившийся впоследствии как правящая династия (об этом чуть ниже), а средства производства поделены между несколькими семьями, члены которых во время корейской войны сражались на стороне Ким Ир Сена. Получается чисто феодальная картина: монарх, узурпировавший власть, раздал своим ближайшим соратникам (читай: рыцарям, боярам, дворянам, самураям - в общем, феодалам), сражавшимся за него, средства производства, то бишь, феоды. Схожую точку зрения высказал Рузанов в видео с Олегом Комоловым на канале «Простые числа». Чаще всего под подобными «феодами» понимаются отдельные отрасли экономики. К примеру, профессор Ланьков в интервью иноагенту Кагарлицкому называл строительный сектор и сектор прибрежного рыболовства в качестве отраслей, контролируемых долларовыми миллиардерами КНДР. Но все материалы по данному вопросу либо напрямую исходят из южнокорейских источников, либо опираются на «доказательства» южнокорейской стороны. Поэтому читателю нужно самому решать, стоит ли верить капиталу, глаголящему устами Ланькова, будто в КНДР при Ким Чен Ыне расцвел теневой бизнес? Вместо того, чтобы тиражировать буржуазную пропаганду о КПК и ТПК под видом левой, сторонникам вышеперечисленных и не только ЛОМов следовало бы самостоятельно разобраться с механизмами частного присвоения результатов общественного труда в КНДР, с тем, где эта прибыль находится, и как хозяева данных средств распоряжаются ими.
Стоит упомянуть, что либерально настроенные интеллектуалы вроде Ланькова вот уже третий десяток лет пророчат реставрацию капитализма в КНДР, первая фаза коммунизма в которой должна была пасть под натиском санкций и экономической блокады. Вопреки козням Ланькова, либерального профессора южнокорейского Университета Кукмин и кандидата в доктора исторических наук, экономика КНДР стабильна, более того, она стремительно развивается. С завидной регулярностью в КНДР открываются заводы, фабрики, комбинаты, фермы и т.д. В 2024 году стартовала программа «20х10», в соответствии с которой в течение 10 последующих лет ежегодно в 20 регионах будут строить как минимум по одному крупному новому объекту. С недавних пор экономика КНДР «взвалила» на свои плечи ещё и космическую программу. Однако, Ланьков и его последователи все еще надеются на крах северокорейской экономики. Остается лишь пожелать этим господам бесконечного терпения.
Мифологема о «монархии» в КНДР на самом деле не ограничивается, как ни странно, одной только Северной Кореей. Этот вопрос не ограничивается и одной только сферой политики.
Для начала, стоит упомянуть о том, что в Корее всегда были и остаются сильными традиции конфуцианства. Конфуцианство же исторически придерживалось патриархальной теории возникновения государства. В соответствии с данной теорией, государство представляет собой прообраз семьи, и глава государства (или правящая верхушка) в нем заботится о гражданах, подобно отцу, заботящемуся о собственных детях. Северная Корея (как и Южная) на момент обретения суверенитета и образования, как отдельного государства, также несла на себе пережитки своего имперского прошлого.
Мировое рыночное сообщество привыкло, что в докоммунистических условиях «природа», как правило, отдыхает на детях и внуках усопших гениев. Часто забывается, что природа не отдыхала, например, на сыновьях Сталина, на сыне Берии, на сыне Туполева, на дочке Савицкого… Нет ничего удивительного, что «природа» не отдыхала ни на сыне, ни на внуке Ким Ир Сена. К тому же, на момент корейской войны в мире уже существовали социалистические государства, возглавляемые авторитетными партиями и вождями. Речь, конечно же, идёт о СССР и КНР. Наконец, героическая борьба Ким Ир Сена, как безусловно харизматического лидера, и ТПК вкупе со всем перечисленным составляют ту самую национальную специфику, во многом определившую особенности социализма в КНДР. Важно понимать, что ТПК, приняв в социалистическом государстве некоторые старые корейские традиции и обычаи в госуправлении, культуре и др., взяла из них лучшее. Если патриархальное понимание государства в эксплуататорских обществах призвано замазывать истинную сущность государства, то в итерации ТПК патриархальное понимание государства способствует достижению морального единства корейских рабочих, крестьян и интеллигенции - корейского трудового народа.
Рыночная экономика, а вернее анархия производства при рыночной экономике, её синусоида спадов и оживлений оставляют неизгладимый след на надстроечных институтах общества и в сознании членов этого общества. Масла в огонь подливает и культивирование у народонаселения рыночных стран обывательского мышления, которое блокирует возможность творческого мыслительного процесса, этого всепроницающего света познания. Здоровый мыслительный процесс должен проникать в самую суть предмета, «считывая» информацию, заложенную в нём. Обывательское же мышление, проявляющееся в разных формах, уводит внимание от объективной реальности, «отрывает» его от предмета познания, от истины, в результате чего само представление индивида о действительности ей не соответствуют. Будучи наполнен противоречащими друг другу идеями, человеческий разум уже не способен трезво оценивать правдивость той или иной информации, для него перестает существовать объективность категории «истина».
И если в естественных науках истинность того или иного утверждения более или менее легко доказуема в силу специфики предмета и метода отраслей естественных наук, то истинность законов в обществоведческих науках не всегда легко доказуема, главным образом, из-за сложности предмета данных наук и из-за кровной заинтересованности правящего класса в торможении общественного прогресса в этой области.
Поэтому в обществоведческих науках царит диктатура плюрализма, которая любой идее априори присуждает частичную истинность и частичную ложность. «В чём-то правы консерваторы, в чём-то правы либералы. В чём-то одном правы коммунисты, а в чём-то другом правы буржуазные идеологи.» Естественно, что человеческий разум, сформировавшийся в подобном мировоззренческом беспорядке, к любой идеологии и теории будет холоден, так как ему с младых ногтей навязывалась идеологема о несовершенстве и относительности любой политической теории.
Подобная вакханалия в различных областях науки приводит среднестатистического гражданина в состояние, когда он поглощён скептицизмом. Он не доверяет ни государству, ни СМИ, ни мнениям дипломированных экспертов из разных областей, ведь в любой идее (а тем более радикальной) должны быть как плюсы, так и минусы. Ну а истина, вроде как, должна быть где-то посередине. И чем дальше от этой золотой середины, тем менее привлекательной для обывателя становится теория.
Поэтому, когда правильно проводимые марксистами (в данном случае Кимом и Си) тактика и стратегия приводят их к заслуженному авторитету среди трудящихся масс, у обывателя не возникает мысли о том, что массы могли осознать верность политики марксистов и поэтому согласились с ней. Обыватель в этом случае ничтоже сумняшеся приходит к выводу, что массы были одурачены или же их силой заставили согласиться с линией марксистов. Добавьте к этому себялюбие рыночных интеллигентов, которое не позволяет им расставаться со своим личным мнением, пусть даже под натиском фактов, и у коммунистических вождей не останется ни малейшего шанса не оказаться диктаторами.
В сознании обывателя попросту не может уложиться то, что население целой страны достигло политического единомыслия. Обыватель не верит этому единомыслию, так как в его стране нормой жизни является ситуация, при которой население искусственно разделяется на несколько групп и ведёт скрытую гражданскую войну, называемую в народе демократией.
То же самое относится и к гражданам, устраивающим плач Ярославны по представителям оппозиции в СССР в 1920-1930-е годы. Современные последователи Троцкого не могут простить Ленину и Сталину того, что те сначала теоретически, а затем организационно разбили меньшевиков, левых коммунистов, децистов, троцкистов, бухаринцев и далее по списку. Ну, а абсолютную и безоговорочную народную поддержку Ленина и Сталина в борьбе с вышеперечисленными оппортунистами троцкисты и либералы объясняют не иначе, как промыванием мозгов сталинской пропагандой или запугиванием. Не укладывается в голове, зараженной буржуазными предрассудками, что большинство населения страны, пронаблюдав теоретическое и политическое банкротство оппортунистических группировок, признало правоту ленинской и сталинской команды. И не просто так, а в результате общественной практики, подтвердившей правоту ленинцев и сталинцев.
Если копнуть поглубже, то проблема вождизма ведёт нас к вопросу о свободе, а вернее о её определении. Свобода в смысле буржуазных правопорядков заключается в возможности лица делать всё, что тому взбредёт в голову в рамках законодательства. Следовательно, несвободой является невозможность, запрет делать всё, что заблагорассудится гражданину. Поэтому американский избиратель, раз в четыре года, приходя на избирательный участок и голосуя за очередного миллиардера (по совместительству сатаниста, педофила, наркомана, каннибала - нужное подчеркнуть), который ввергнет страну в международный конфликт, экономический кризис или массовые беспорядки, является свободным, а гражданин Северной Кореи или Китая, вот уже несколько лет живущий при бессменном лидере стремительно развивающейся страны, несвободен. Что-то здесь не так. Может быть, свобода заключается не в возможности выстрелить себе в ногу? Может быть, свобода совершения абсурдных или неправильных выборов не есть свобода?
Свобода в марксистском понимании заключается в совершении осознанных действий, отвечающих объективной необходимости. Человек, не состоящий на учете у психиатра, не устроит одиночный пикет против правил дорожного движения, так как необходимость их соблюдения предельно ясна. Хотя правила дорожного движения и ограничивают человека в выборе действий, но почему-то пешеходы не очень тяготятся запретом переходить оживленную трассу в неположенном месте. Смысл этого запрета слишком очевиден, чтобы кому-нибудь в голову пришло оспаривать его. И когда человек не нарушает правила дорожного движения, так как понимает, что за этим может последовать угроза его здоровью или общественной безопасности, он вовсе не несвободен. Он осознал необходимость соблюдения данных правил и просто согласился с ними.
Поэтому, если против Ким Чен Ына или Си Цзинпина ежедневно не поднимаются мятежи и восстания, это не значит, что население КНДР и КНР запугано и несвободно. Как раз-таки наоборот. Китайское общество, а тем более северокорейское не выкинули за борт истину: свобода есть осознанная необходимость, они единодушно согласны с проводимой Кимом и Си политикой.
Более того, научно выверенная политика лидеров КНДР и КНР результирует в успешном строительстве коммунизма, расширении фондов общественного потребления, постоянное повышение культурно-технического уровня трудящихся.
Если говорить о КНДР, то это промышленный подъём после пандемии: открытие завода по производству солнечных батарей и светодиодных ламп в Пхеньяне, завода напитков Самчжиёнской голубики в Самчжиёне, садоводческие и рыбоводческие заводы в нескольких провинциях. Совсем недавно, 4-го июня Ким Чен Ын посетил завод по обогащению урана в Йонбене, построенный в прошлом году. Что касается фондов общественного потребления, то нельзя не упомянуть о том, что с 1974 года в стране упразднена система налогообложения. Кроме того, недавно экономика КНДР достигла уровня, при котором она способна обеспечить школьникам школьную форму и рюкзаки за счёт государства.
Что касается Китайской Народной Республики, то в данном случае мы располагаем более широкими сведениями об экономике. Приведу данные по результатам 14-й пятилетки в КНР. Глава Национальной комиссии по развитию и реформам Чжэн Шаньцзе подвел итоги пятилетнего периода на пресс-конференции. По его словам, эта пятилетка обозначилась ростом ВВП на уровне 5,5% в год, а экономический прирост превышает $4,9 триллионов долларов США. Что немаловажно, он отмечает, что 86,4% прироста ВВП были обеспечены за счёт внутреннего спроса. В китайской экономике всё большую нишу занимают наукоемкие производственные процессы, о чём свидетельствует рост расходов на НИОКР на 50%. И конечно, нельзя не отметить стабильный рост средней продолжительности жизни китайцев на один год каждые пять лет. Средняя продолжительность жизни в КНР составила на момент конца 14-й пятилетки 79 лет. Следующая же пятилетка, согласно четвертому пленуму ЦК КПК 20-го созыва должна стать пятилеткой стабильности.
Все эти успехи в коммунистическом строительстве, достигнутые благодаря компетентности руководства ТПК и КПК, заботливое отношение руководства этих стран к безопасности и условиям жизни своего населения естественно приводят к искренней любви населения КНДР и КНР к своим вождям и партиям. И вот это-то совсем непостижимо для рядового американца, француза или британца. Оно и понятно, лидеры буржуазных стран служат не трудящимся, с какой же стати трудящиеся должны уважать таких лидеров? А так как примитивное обывательское сознание путём нетрудных аналогий додумывает, что вожди КНР и КНДР ничем не отличаются от лидеров США, Франции и т.д., то и отношение к населению КНР и КНДР становится высокомерным и надменным, дескать, мы-то своих остолопов на дух не переносим, а вы своих на руках носите, дураки!
Что же касается «диктатуры династии Кимов», то лидеры Северной Кореи, в отличие от «коммунистов» постсталинского СССР, сделали правильные выводы из захвата власти хрущёвцами в КПСС. Они правильно оценивали субъективный фактор коммунистического строительства. Им, как и китайским коммунистам, очевидной представлялась ограниченность демократического централизма, позволившего провести чудовищные в своей безграмотности и подлости решения XX и XXII съездов, поэтому корейцы избрали самый надёжный способ обеспечения страны лидером - выращивать его «вручную». Об этом уже писал т. Редин в статье «Партийные принципы чучхе и научный централизм»:
«… в ТПК в явном виде наблюдается системно обеспеченная преемственность руководства…»
Само собой, что такой способ подготовки высших кадров партии не даёт 100% гарантии от реставрации капитализма в стране. Но он куда более надёжен и состоятелен в деле обеспечения устойчивости диктатуры рабочего класса в КНДР.
Корейские коммунисты, находясь под прессингом крупнейшего империалистического государства (которое, как известно, проводит свою внешнюю политику не только путём санкций, блокад и бойкотов, но и путём шпионажа, диверсий и диссидентства в недружественных ему государствах), не могли позволить себе такую роскошь, как выборы лидера «из народа». Поэтому работа по подготовке лидера партии и страны ведётся от и до буквально с «штучным товаром».
Понятное дело, что при благоприятной внешнеполитической обстановке, при достижении определённого культурно-технического уровня корейского народа руководство ТПК перейдёт к иным способам формирования высших звеньев своего управленческого аппарата.
II
Среди претензий к КПК и ТПК особняком стоит недовольство «левых» тем, что эти партии де не поддерживают международное коммунистическое движение, не участвуют в борьбе иностранных коммунистов, не создают новый Интернационал и в целом неактивны вовне. Если напрячь память, то можно вспомнить, как троцкисты обвиняли в том же сталинскую ВКП(б): Сталин выбрал курс на построение социализма в отдельно взятой стране вместо разжигания мировой революции, а во время войны вообще распустил Коминтерн. Так что, не отличающиеся оригинальностью современные левые и в этом аспекте лишь перепели старую троцкистскую песню. Но давайте разбираться.
Бытие едино - так гласит диаматический метод. Единство бытия, его неразрывность означают, что различные формы, в которые заключена материя, влияют друг на друга, как жидкость в сообщающихся сосудах. Уход нескольких производителей, скажем, с автомобильного рынка вызовет повышение активности оставшихся. И если производители на рынке осуществляют свою деятельность во многом неосознанно, рефлекторно, то государства низшей фазы коммунизма проводят политику целенаправленно, но суть остается одна: субъект при принятии решения отталкивается от конкретных условий, в которые он поставлен в тот или иной момент, его действия являются реакцией на окружающую его среду, разница лишь в том, в какой мере он осознаёт причину и последствия его действий.
Конкретно-историческая обстановка на международной арене начала 20-х годов ХХ века сулила коммунистическому движению неплохие перспективы в Восточной и Юго-Восточной Азии и даже в Европе. Послеоктябрьский период обозначился Бременской и Баварской Советскими Республиками в Германии, Гилянской Советской Социалистической Республикой в Иране и Монгольской Народной Республикой в Монголии. Империалистический мир затрещал по швам после Октября. Все это обоснованно вселяло оптимизм в руководство РСФСР. Реакцией на подобную обстановку в мире явилось образование Коминтерна в марте 1919 года. Поэтому же, среди всего прочего, и Конституция СССР 1924 года имеет ярко выраженный характер манифеста, благодаря Декларации об образовании Союза Советских Социалистических Республик в качестве первого раздела. Это обозначало активную позицию СССР по отношению к коммунистическим партиям зарубежных стран.
Однако, к началу 1930-х годов благоприятная обстановка сменилась упадком коммунистического, да и всякого народно-освободительного движения в мире. Так как «ставка» на зарубежных коммунистов не сыграла, Советский Союз был вынужден налаживать контакты с капиталистическими странами. Увы, в начале 1930-х годов СССР ещё не был автаркией, пришлось продолжить торговать с капстранами. И коммунистическую риторику вовне необходимо было умерить ввиду того, что в обозримом будущем коммунистическое движение не откликнется активной борьбой. Это и послужило материальным источником сталинской доктрины о построении социализма в отдельно взятой стране.
К слову, если бы наши леваки были чуть внимательнее, они бы заметили нечто ещё более «крамольное» у Сталина. В 1939 году в отчётном докладе на XVIII съезде партии Сталин написал, что в отдельно взятой стране можно построить… даже коммунизм. Тут у всякого бесперспективного левака, ум которого кишит схемами, уже не должно остаться ни малейшего сомнения в оппортунизме и авантюризме Иосифа Виссарионовича. Не иначе как оппортунизмом в глазах леваков выглядит роспуск Сталиным Коммунистического Интернационала в 1943 году. Это же прямой саботаж мировой революции! Как завещал академик Яковлев, это прекрасный повод, чтобы ударить коммунистом-интернационалистом Лениным по красному императору Сталину. Но под лежачий камень вода не течёт, а в 1930-е и в первую половину 1940-х годов международное коммунистическое движение представляло собой именно камень на плечах Советского Союза, который и сам пребывал не в лучшем положении. И речь идет не только о форсированной подготовке к предстоящей войне, но и сложности обстановки внутри ВКП(б). Посудите сами, перед войной - троцкистско-бухаринский заговор, в послевоенные годы - ленинградское, мингрельское дела и дело врачей. На слабость марксистских кадров и на наличие оппортунистических элементов не раз указывали не только Сталин, но и Жданов в 1947 году, выступая на дискуссии по книге Александрова «История западноевропейской философии», даже Маленков рассуждал об этом на последнем сталинском XIX съезде партии. В такой сложной ситуации Сталину было абсолютно нецелесообразно (а говоря прямо - самоубийственно) тратить поистине драгоценные силы и ресурсы на поддержку компартий зарубежья. Причём, это далеко не означало полный разрыв с этими партиями. Вдумчивый читатель знает о создании Коминформбюро в 1947 году и его международной роли. Да и Мао с Кимом понимали, что Советский Союз сам находится в очень непростом положении. Более того, Мао Цзэдун в 1949 году посещал с дипломатическим визитом СССР, а Ким Ир Сен и вовсе занимал командные должности в РККА.
Отсутствие широкой поддержки коммунистам зарубежья (хоть мы и убедились, что это не так) и послужило для левых поводом к тому, чтобы обвинить Сталина в измене делу коммунизма и, что немаловажно, к противопоставлению Сталина-государственника Ленину-интернационалисту. Но что-то подсказывает мне, что будь Ленин на месте Сталина, он действовал бы точно так же. Однако ум неисправимого левака не в силах воспринять эту преемственность классиков марксизма. Если мы принимаем Маркса, Энгельса, Ленина и Сталина классиками, а их наследие как единый монолит, то и сами классики для нас должны выступать как один прогрессирующий субъект. К тому же, в данном вопросе между Лениным и Сталиным нет даже умозрительного противоречия, ведь Ленин писал о социализме в отдельно взятой стране ещё в 1915 году в работе «О лозунге Соединенные Штаты Европы».
Великая Победа над фашизмом обернулась для мира крахом колониальной системы, а для СССР оживлением в отношениях с коммунистами всего мира. Неоценимый вклад Советский Союз внёс в победу коммунистов в Китае и Корее. Успехи преследовали коммунистов и в Восточной Европе. Внезапно поборник социализма в отдельно взятой стране оказывает колоссальную помощь коммунистам за границей, внезапно государственник оказывается сторонником мировой революции.
Между Сталиным и Лениным не было и не могло быть никакого противоречия в вопросе поддержки мирового коммунистического движения. Ровно так же, кстати, как нет противоречия между Сталиным и Лениным в вопросе территориального устройства СССР, что педалируется в нашем историческом сообществе, но это не имеет отношения к предмету данной заметки.
В период, когда коммунизм в мире был силён буквально, руководство первой Социалистической Республики было настроено оптимистически, исходя из того, что оно наблюдало на международной арене. Когда же коммунисты в капстранах были подавлены в силу объективных процессов (к примеру, фашизация Европы), СССР, адекватно расценивая приоритеты, направлял все силы на защиту социализма у себя.
Схожим образом дело обстоит и с КНР и КНДР сейчас. Развал СССР, поражение коммунизма в странах Европы и общий неутешительный фон диктовали КНР и КНДР скромность во внешнеполитической риторике. Поэтому принято ругать ТПК за реверансы в сторону национализма. В данном случае «левые» игнорируют специфику исторической обстановки, в которой совершалась корейская революция. Ким Ир Сену (как и Кастро, кстати) пришлось иметь дело, по большей части, с националистически настроенными революционерами, главной целью которых являлось не построение коммунизма, а освобождение от японского колониализма. Как следствие, революция в Корее имела ярко выраженный элемент национально-освободительного движения, который нельзя игнорировать. Отголоски этого национально-освободительного движения в корейской революции остаются и по сегодняшний день. И, тем не менее, ТПК принимает все меры к тому, чтобы воспитывать население КНДР в интернационалистском ключе. В известной степени этому способствуют наладившиеся отношения с Российской Федерацией, что нельзя не приветствовать.
Да, в среде несознательных сторонников общественной собственности принято упрекать ТПК за «национализм», однако, имеют ли они на это право? Что они сделали для того, чтобы обложенная международными санкциями страна начала доброжелательно относиться к ним? Может быть, международное коммунистическое движение (коего и нет, как такового) всецело поддерживает КНДР в её нелегкой борьбе с самым крупным империалистическим хищником? Увы, пока симпатизантов КНДР не так много в среде российских «левых», градус троцкизма среди которых куда ниже, чем среди европейских собратьев по разуму. Из плена либеральных бредней не могут вырваться иноагент Рудой и артист погорелого театра - Майснер, обвиняющие КНДР в национализме и вождизме (как будто вождизм есть нечто плохое); выступавший против материалистической диалектики иноагент Садонин, отрицающий наличие социализма в Северной Корее по причине того, что в стране запрещены компьютерные игры; заявляющий, что «сейчас не из кого создавать коммунистическую партию» Сёмин, утверждавший вслед за Wall Street Journal, что «больше 90% внешнеторгового оборота КНДР приходится на страну победивших рыночно-коммунистических ценностей», подразумевая, конечно, КНР, и намекая, тем самым, что и КНДР мало чем от нее отличается.
В силу вышеперечисленного и ещё ряда факторов подобные «коммунисты» не внушают доверия лидерам КПК и ТПК, ежедневно сталкивающихся с тяжелейшими проблемами и достигающих успехов в самых разных сферах. Спросите себя, мог ли внушить доверие Ким Чен Ыну «Союз Марксистов» иноагента Рудого? Или, быть может, РКРП пользовалась бы уважением Си Цзиньпина? Какая из наших организаций, занимающихся всем, чем только можно, но только не коммунизмом, может по-настоящему заинтересовать КПК и ТПК? Про европейских «камрадов» и заикаться не стоит. Неспособные быть авторитетом среди своих и у себя в стране закономерно не являются авторитетами для тех, кто достиг реальных успехов в коммунистическом строительстве за рубежом.
«Левым» стоит в первую очередь трезво посмотреть на себя и самим себе задать вопрос: «А почему КПК и ТПК не поддерживают мировое коммунистическое движение?». КПК и ТПК обязательно будут поддерживать мировое коммунистическое движение, если последнее появится и начнёт одерживать победы. Если вы «у себя на земле» будете активно и грамотно осуществлять практику, если завоюете реальный авторитет у населения, то и вниманием существующих стран соцлагеря обделены не будете. Ну, а если и в этом случае КПК и ТПК не будут поддерживать мировую революцию, тогда и у нас будет полное право обвинить их в оппортунизме.
К слову, после развала СССР, в 1992 году в КНДР была опубликована Пхеньянская декларация «Защитим и продвинем вперед дело социализма», подписантами которой на момент 2017 года были более 300 партий из 156 стран мира. Таким образом, КНДР обозначила свою готовность к поддержке мирового коммунистического движения. Учитывая вышеперечисленное, думается, что КНДР так или иначе осуществляет поддержку зарубежных компартий, но делает это в скромных размерах и непублично по очевидным причинам. Тем не менее, некоторые факты известны. Например, в 1970-х годах в КНДР активно приглашались члены различных зарубежных компартий для обучения партийной работе и борьбе в условиях внешнеполитической блокады. В принципе, 1970-е годы обозначились для КНДР как период активнейшей внешнеполитической деятельности. Таким образом, Северная Корея осуществляла военную помощь освободительному движению в Анголе, значительную часть которого составляли члены Ангольской коммунистической партии. Кроме того, во время Вьетнамской войны КНДР поставляла ДРВ оружие и боеприпасы, а также направляла зенитчиков и летчиков. Также в 1980-х во время гражданской войны в Мозамбике КНДР открыла военную миссию и направляла военных советников в помощь ФРЕЛИМО. И это далеко не весь перечень. Таким образом, КНДР всё же оказывает помощь иностранным коммунистам. Так что дело остается за самими партиями.
В последнее время в нашем левом сообществе наблюдается тенденция трезвого отношения к КНДР. И далеко не последнюю роль в этом сыграло улучшение отношений между Северной Кореей и Россией. Тут нужно оговориться о том, что интернационализм заключается не в одних лозунгах по типу «у пролетария нет отечества», как это может казаться некоторым представителям левого движения, а в деятельности, направленной на борьбу с мировым империализмом, на объединение всех прогрессивных сил против этого империализма. С этой точки зрения, КНДР делает всё в её положении возможное, и Договор о стратегическом и всеобъемлющем партнерстве РФ и КНДР, деятельность Северной Кореи в рамках этого договора (в том числе и военное присутствие в Курской области) есть пример борьбы северокорейцев с американским империализмом.
Сегодня есть кружки и группы, относящиеся к КНДР если и не с симпатией, то, как минимум, не враждебно. Появляются товарищи, изучающие идеи чучхе, о чём в начале десятых нельзя было и мечтать. В целом, заметные корчи американского и европейского империализма, вселяют оптимизм, сулят улучшение положения вещей в отношении КНДР и не только. Дело за «малым» - самому стать субъектом политики, что означает постановку цели овладения марксизмом в полной мере и неуклонного движения к ней.
Уважаемые читатели! Заносите в закладки и изучайте наши издания: