Про естественный отбор и рыночную конкуренцию
В буржуазной пропаганде естественный отбор превозносят как вершину «разумности системы» - дескать, мудрость природы построила такую систему, что все происходит «само» и дает наилучший результат, а потому, перенося отбор на общество, капиталистическая конкуренция и «борьба всех против всех» есть высшее благо, а право сильного – лишь следствие «естественной разумности природы».
Марксистская критика всегда более упирала на сложность общества, на неприменимость законов естественного отбора к обществу, на опосредованность сознанием всей деятельности человека. Но есть один аспект, который рассматривался несколько меньше остальных элементов критики. Дело в том, что сам по себе отбор не есть оптимальный, а наоборот, крайне затратный, ненадежный и ограниченный инструмент.
Если взять принцип естественного отбора в его кибернетической абстракции (мы пока абстрагируемся от влияния условий на изменение генов, что на текущий момент в эволюционной биологии 100% доказанный фактор), то можно легко увидеть, что для того, чтобы вид эффективно приспособился к изменениям, необходимо ЯВНО ИЗБЫТОЧНОЕ КОЛИЧЕСТВО В ПОПУЛЯЦИИ. Причем чем больше элемент случайности в появлении «полезных» изменений, тем больше должна быть избыточность. Например, если для успешного воспроизводства в условиях направленного развития и создания условий достаточно 1% от популяции (и то лишь для реализации генетического разнообразия), то для случайного отбора может не хватить и 200. Потому что основные показатели изменений очень зависимы от огромного множества условий. Для закрепления случайных изменений опять-таки необходимы многочисленные итерации этого процесса. Например, процесс вымирания мамонтов растянулся на несколько тысяч лет, что дало тысячи поколенческих итераций, но все равно не дало им ни малейшего шанса приспособиться. И это норма – в природе огромное число процессов отбора заканчиваются НИЧЕМ, то есть, результат гарантирован только при условии бесконечности итераций случайных изменений и отбора. При конечности итераций или количественной недостаточности отбираемых признаков сотни тысяч и миллионы энергоемких операций отбора идут на помойку.
Идея буржуазии, что «рынок и конкуренция отберут лучшие по качеству товары», во-первых, есть лукавство (так как сама буржуазия великолепно знает эмпирически, что такого не происходит, а отбор даже в самых идеальных условиях «свободного рынка» останавливается на том этапе, когда товар такого качества, что «уже можно продать хоть с какой-то прибылью»), а во-вторых, сокрытие того факта, что для относительно эффективного отбора даже в идеальных розовых снах австрийской школы необходима ИЗБЫТОЧНОСТЬ производства и КОРОТКИЙ СРОК ЖИЗНИ продукции. То есть, для того, чтобы даже в абстракции получить качественную продукцию по такой схеме, предполагается, что будет произведено не нужное количество продукции, а N*потребность, где N>1 и (N-1)*потребность отправится на помойку. На практике же происходит все одновременно – если конкуренция в каком-то сегменте чуть высока, то идут дикие перепроизводства и расточительные отборы, с закапыванием произведенного бульдозерами, а если она низка, то обществу скармливается продукт паршивого качества, а в целом мы имеем и то, и другое вместе взятое.
Еще хуже, когда буржуазия отбор распространяет на подбор кадров. Перебор работников с целью найти «лучшего» приводит к тому, что до тех пор, пока этот «лучший» случайно найдется, на этом месте успеют посидеть десяток худших. Особенно забавно это выглядит, когда методом проб и ошибок очередной совет акционеров подбирает топ- и не совсем топ-менеджеров. Наблюдал, как за полгода сменилось 5 финансовых директоров, причем трое не проработали и трех недель. Не, метод до какой-то степени даже работает, но по издержкам и количеству неудачных отборов он в принципе вполне сравним с рандомайзером. Более чем уверен, что на небольших выборках у рандомайзера даже может быть больше шансов.
Гораздо эффективней целенаправленная подготовка и повышение квалификации кадров – не существует никаких препятствие подготовить любого человека на любую должность, если он психически, интеллектуально и социально в рамках нормы. Но капиталист, как заправская свинья, обычно лезет и лезет в одну и ту же лужу «отбора», несмотря на то, что в конечном счете издержки отбора гораздо выше целенаправленной подготовки. Только накушавшись неудачных отборов, капиталист начинает догадываться, что вместо перебора Вась, которые с разной степенью не подходят, проще выучить за то же время одного Васю до нужной кондиции. Но таких капиталистов относительно немного – резервная армия труда и собственная вера в благостность отборов не позволяет им выйти за рамки этой парадигмы.
Если посмотреть алгоритмически, то пока что математика не знает не ресурсоемкого алгоритма оптимального отбора – все принципы предполагают и множественные итерации, и излишние выборки.
Иными словами, любой вид стихийного неразумного отбора не может быть эффективней разумного выбора и тем более сознательного формирования изменений. Совершенно неслучайно два прорыва в «зеленой революции» случилось в 20 веке каждый раз, когда в естественный отбор вносилась толика разума. Мичуринская биология сформировала основную методику разумного выбора при искусственном отборе и вплотную подошла к управлению изменениями (криомутагенез, например), а в 80-х научились целенаправленно редактировать генный материал, и тут поперла генно-модифицированная органика, и генная инженерия из магии для избранных стала ПОЛНОЦЕННЫМ ПРОИЗВОДСТВОМ.
Это не может не быть вполне достаточным аргументом в пользу того, чтобы организовать производство на РАЗУМНОЙ основе, не полагаясь на случайные отборы и вообще какие-либо НЕУПРАВЛЯЕМЫЕ ПРОЦЕССЫ. Управляемость производства – это основополагающий принцип производства вообще. Любой капиталист без раздумий уволит того капитана, который свое судно оставит без управления, рассчитывая, что «невидимая рука океана» приведет его в порт, но это не мешает ему рассказывать о благостности капитализма как социальной реализации «естественного отбора природы» и нахваливать как благостно все «саморегулируется отбором». Так вот, общественная собственность и научное плановое управление производством как раз и есть способ прекратить отбор до минимума. Ведь любой отбор и подбор параметров есть следствие НЕДОСТАТОЧНОЙ ТЕОРЕТИЧЕСКОЙ ПРОРАБОТКИ ВОПРОСА. Если производство продукта не может учесть потребительских или технических его качеств, то неизбежно возникает либо отбор из излишне произведенных продуктов с разными качествами, либо подбор этих качеств приближениями в каждой новой серии. Никто не предполагает, что резко удастся этот механизм исключить совсем – относительность познания предполагает, что такие ситуации в принципе возможны, хотя бы за счет неполноты познания на каждом этапе, особенно на первой стадии коммунизма, когда и организация производства будет в процессе трансформации и будет действовать много исторически сложившихся факторов. Но тем не менее, человечество сделает огромный шаг вперед в ЭКОНОМИЧЕСКОЙ ЭФФЕКТИВНОСТИ ПРОЦЕССОВ, ИСКЛЮЧИВ ОТБОР из общественного производства.
Уважаемые читатели! Заносите в закладки и изучайте наши издания: