Уточним позиции
«…большевизм мог выработать и успешно осуществить … при невиданно тяжелых условиях, самую строгую ЦЕНТРАЛИЗАЦИЮ и железную ДИСЦИПЛИНУ», Дисциплина партии вырабатывается «лишь ДОЛГИМ трудом, ТЯЖЕЛЫМ опытом…» и крепка «лишь ПРАВИЛЬНОЙ РЕВОЛЮЦИОННОЙ ТЕОРИЕЙ…».
В.И. Ленин «Детская болезнь «левизны» в коммунизме». Глава II.»
«Меня зовут Озджан Бузе. Я обращаюсь к вам из Турции как убежденный коммунист. Более пятидесяти лет своей жизни я посвятил литературной, издательской и журналистской деятельности. На протяжении всего этого пути, от эпохи старой типографской печати до сегодняшнего дня, я неизменно стремился сохранять верность марксистско-ленинской методологии, вести борьбу с позиций научного материализма и укреплять наше общее дело. Внимательно следя за публикациями вашего журнала, я вижу глубокое созвучие наших позиций. Ваша бескомпромиссная борьба против оппортунизма, ревизионизма и буржуазных фальсификаций истории, а также ваша приверженность принципу научного централизма вызывают у меня искреннее уважение. Именно это идейное родство побудило меня направить вам свою статью под названием: «Классовая борьба, объективность и материальная реальность: диктатура Сталина».
Уважаемый Озджан, спасибо за добрые слова и оценки. Однако поскольку в научно-теоретической форме классовой борьбы нет места для компромиссов, постольку приходится констатировать наличие достаточно значительных расхождений между взглядами редколлегии «Прорыва» и вашей, товарищ Озджан, точкой зрения, по целому ряду самых важных научно-теоретических вопросов. В том виде, в каком статья предложена вами, она не подходит для публикации в нашем журнале без комментариев. Статья представляет собой набор коротких фраз, претендующих на определения по большому числу коренных проблем теории, истории и практики, без обоснования и необходимых доказательств. Статья написана, как бы, для читателей хорошо знакомых с марксизмом. А «Прорыв» исходит, наоборот, из презумпции, слабого знакомства современного читателя с теорией и историей марксизма, тем более, с диаматикой.
В частности, уважаемый Озджан пишет:
«Эксплуататоров пугает не «диктатура» Сталина, а то, что он был вождём организованной диктатуры пролетариата, способной стереть капиталистическо-империалистическую систему с лица земли».
Мысль интересная, но, во-первых, если Сталин, до сих пор, пугает буржуазию как ВОЖДЬ пролетариата, то логично было бы эту мысль и развернуть, чтобы современные читатели поняли, каким смыслом наполнено слово «вождь» из лексикона самого длинного периода истории человечества, т.е. первобытного коммунизма, когда племена, возглавляемые вождями, обзаводились членораздельной речью, моралью, музыкой, поэзией, живописью и производством первых, все более совершенных, орудий труда; каковы объективные и субъективные причины живучести этой социальной роли. Слово «вождь» до сих пор отражает степень искренности уважения соплеменников к уму, знаниям, личности, опыту и объясняет высокую дисциплину исполнителей. Было бы логичнее, не тратить время на выяснение вопроса о Сталине как «диктаторе», если эта тема не пугает эксплуататоров.
Во-вторых, редакция журнала «Прорыв» уже давно не использует выражение «диктатура пролетариата», да и сам Озджан, местами, оперирует выражением «рабочий класс». Стоит напомнить, что слова пролетарии и наёмные рабы в марксизме - синонимы. Раб, пока он раб, никому и ничего не способен продиктовать.
Наёмные рабы умственного и физического труда, в своих объединениях не идут дальше структур, созданных самой буржуазией. Они объединяются через биржу труда, цеха, бригады, отраслевые профсоюзы и не поднимаются выше экономической формы СОПРОТИВЛЕНИЯ, при которой безработные вступают в КОНКУРЕНТНУЮ борьбе между собой и против самих пролетариев, чтобы занять их рабочие места и стать, хотя бы, гастарбайтерами.
Выражение «диктатура пролетариата» было навеяно нарастанием забастовочной активности начала XIX века, когда многим левым казалось, что через это массовое, экономическое, синхронное сопротивление, пролетарии сами придут к полной победе над буржуазией. Но уже в «Манифесте Коммунистической партии», в 1847 году Маркс и Энгельс пришли к выводу, что без авангарда, вооруженного строго научными знаниями, сам пролетариат не пригоден ни к какой диктатуре.
События 1848-1871 годов в Европе подтвердили верность их диаматического исследования. Поэтому они поставили себе задачу: создать теорию объективных законов прогресса человечества, чтобы, через авангард единомышленников, вооруженных научными знаниями, превратить разрозненные, конкурирующие пролетарские массы в монолитный победоносный рабочий класс.
И до Маркса, и после, возникали многочисленные теории, получившие общее название «оппортунизм». В России наибольшую известность получили такие течения оппортунистического недомыслия как народничество, экономизм, меньшевизм, позже оформившийся в троцкизм.
Марксизм - исторически первая и единственная НАУЧНАЯ система знания об объективных законах прогресса, но она, пока, с точки зрения лапидарности, обработана абсолютно недостаточно потому, что левые, в основной своей массе, до сих пор, не владеют диаматикой, а потому пролетарские массы, каждый час готовые к социальному взрыву, остаются (без своего авангарда) лишь послушным орудием получения растущих прибылей хозяевами средств существования.
Роль авангарда может выполнить только та партия, члены которой безусловно освоили и развили теорию марксизма, но, беда в том, что значительная часть лиц, присвоивших себе звание коммунистов, или ещё не освоили эту теорию добросовестным образом, или, на самом деле, являются носителями троцкизма, хотя, в строго научном смысле, у Троцкого нет теоретических работ, которые можно было бы поставить рядом с «Манифестом Коммунистической партии», с томами «Капитала», «Анти-Дюрингом», с ленинскими «По поводу так называемого вопроса о рынках», «Что делать? Наболевшие вопросы нашего движения», «Материализмом и эмпириокритицизмом», сталинскими «Вопросами ленинизма», «Экономическими проблемами социализма в СССР».
Здесь явно просматривается объективная диаматика: троцкизм ненаучен, а потому легко усваивается, прежде всего, левой молодежью. Марксизм научен, но требует героических, самоотверженных усилий для его освоения со стороны лиц, убедившихся на личном опыте, в бесперспективности, тупости рыночного бытия.
К концу XIX века Ленину стало ясно, что экономическое сопротивление пролетариев России не может привести их к победе. И проигранные, и выигранные рабочими забастовки «обучают» предпринимателей искусству дрессуры пролетариев. Если намечается спад деловой активности на рынке, необходимо (через профсоюзы) спровоцировать масштабные забастовки в соответствующих отраслях, чтобы не платить зарплаты, притормозить производство, выявит смутьянов, изолировать их. Этим приёмом особенно цинично воспользовалась Тэтчер, когда организовала многомесячную забастовку английских горняков, запланировав закрытие убыточных шахт.
В-третьих, в отличие от Троцкого, который, как и Хрущев, бросал звонкие, научно не обоснованные лозунги, например о «перманентной мировой революции», Сталин направил свой талант на реализацию ленинского плана построения первой фазы коммунизма в одной отдельно взятой стране, как мощной базы для борьбы за коммунизм в более широком круге стран. Начиная с 1922 года, Сталин очень конкретно занимался электрификацией СССР, индустриализацией, коллективизацией и культурной революцией, что позволило к 1941 году, довести потенциал СССР до абсолютно достаточного уровня, чтобы выдержать удар мирового фашизма и победить.
В своей работе «Экономические проблемы социализма в СССР» Сталин указывает на необходимость уточнения, развития терминологии, используемой коммунистами, с целью повышения научности пропаганды и близости к реальным явлениям, процессам и задачам строительства коммунизма. Однако корпус советских обществоведов не смог это осуществить в силу недостаточной научно-теоретической подготовки, поскольку многие представители его были троцкистами.
Упрощенное понимание большинством членов КПСС (в конце 80-х годов ХХ века) возможностей чисто пролетарского движения, привело инициаторов создания Российской Коммунистической Рабочей Партии, В.Тюлькина и М.Попова, к иллюзии: если все процедуры в партии проводить максимально демократично и установить 51% квоту на представительство рабочих «от станка» и крестьян от «сохи» во всех руководящих органах партии всех уровней, это укрепит доверие пролетариев к интеллигентам, явится мощным стимулом для вступления рабочих и крестьян в такую партию, и РКРП стане станет самой многочисленной и уважаемой.
Не были учтены противоречивые социально-психические особенности наёмного раба: он и созидатель, он и луддит, он и мастер-виртуоз, он и сознательный бракодел. Как и 200 лет тому назад, пролетариями умственного и физического труда, особенно гастарбайтерами, правит, прежде всего, голод, желание выбиться «в люди», в мещанском смысле этого слова, смесь зависти и ненависти к хозяевам, низкая степень доверия к интеллигентам «левой фразы». Единственный тип пролетариев умственного труда, к которым пролетарии физического труда испытывают уважение, это образованные, компетентные технологи, конструкторы, медики, инженеры, авторитет которых в среде рабочих и формировался на почве их узкого профессионального мастерства.
Не было учтено и то, что большинство житейски зрелых рабочих знали, как меняется их брат, пролетарий, когда становится «начальством», мастером или бригадиром. Рабочие понимали, что все они в ЦК и обкомы не попадут, а те, кто «сядут в кресло», быстро забронзовеют. Более того, в РКРП обнаружились кандидаты технических наук и полковники запаса, которые ради того, чтобы попасть в ЦК партии, устраивались дворниками, водителями у частных предпринимателей.
Подобные неучтенные факторы и привели к тому, что, менее чем за 10 лет, рабоче-крестьянская прослойка в РКРП истончилась, фактически, до нуля. Особенно динамично этот процесс пошел, когда Ельцин разрешил создать КПРФ парламентского типа.
Согласно теории марксизма-ленинизма, рабочим классом можно назвать только такое объединение лиц умственного и физического труда, которые не переоценивают свои религиозные, профессиональные, национальные особенности, не ограничиваются сопротивлением, а сознательно борются против тирании и диктатуры предпринимателей под руководством своего авангарда, грамотного, искреннего, проверенного практикой побед и поражений.
Поэтому становление большевизма, как авангарда российского пролетариата, связано, прежде всего, с научно-теоретической гениальностью Ленина, с его личной победой над хвостизмом плехановщины и авантюризмом троцкизма в вопросах о роли научно-теоретической формы классовой борьбы и научного централизма в партии. А Сталин оказался самым способным и искренним ленинцем.
«Был ли Сталин диктатором? - задается вопросом Озджан, и отвечает, - Да, Сталин был диктатором. Однако он был лидером такой государственной структуры, которая не нуждалась в сокрытии этого статуса за фальшивыми масками буржуазных демократий, - то есть диктатуры пролетариата, осуществляемой самим рабочим классом против эксплуататоров». Не думаю, что большинство современных пролетариев поймут смысл этого хитросплетения слов. Мне не знакомы случаи, когда бы Сталина, при его жизни, кто-нибудь, кроме идейных врагов, называл диктатором, пытаясь таким образом дискредитировать политическую систему СССР и повысить, по-горбачёвски, шарм буржуазной демократии.
Оба, применённые Озджаном слова, и вождь, и лидер научно и исторически органично соответствуют личности Ленина и Сталина. Но Сталин лишь в 1922 году был избран Генеральным Секретарём ЦК партии и, через практику побед над троцкизмом внутри партии, за счёт побед над буржуазией в НЭП, приобретал все более высокий авторитет в среде партийцев, промышленных рабочих, колхозников и во всех советских силовых и управленческих структурах.
В сознании миллиардов современных обывателей и теоретиков слово диктатор имеет отрицательную коннотацию. Слово «диктатор» - древнеримского происхождения эпохи становления РАБОВЛАДЕЛЬЧЕСКОГО государства, принятое для обозначения лица, привлечённого к управлению армией во время войны с личным правом карать и миловать. Аналогичным образом в условиях раннего феодализма в России призывали наиболее авторитетного князя с его дружиной на период вооруженного конфликта.
Признание Сталина диктатором - полемический приёмчик, частично разоружающий буржуазных идеологов, дескать, не стучите в открытые двери, мы и сами знаем, что Сталин - диктатор. Но сегодня этот приём ничего не добавляет сознанию миллионов трудящихся, которые настолько слабы в вопросах обществоведения, что сотнями миллионов явились жертвами политтехнологов, телефонных и квартирных мошенников, либералов, нацистов и клерикалов.
Поэтому гораздо важнее объяснить, за какие качества личности и конкретные прижизненные деяния, малограмотные массы России провожали Ленина в последний путь так, как не провожали ни одного диктатора, императора, сына божьего, царей, римских пап, православных патриархов или демократически избранных президентов за всю предшествующую историю человечества.
Один из самых свободолюбивых людей тюркоязычной группы народов, казахский поэт, Джамбул Джабаев, писал о своём посещении Мавзолея Ленина:
«… Знамена склонились с любовью над ним,
Проходят народы, а он недвижим,
Не слышит, как я ему - сгорблен и сед -
Шепчу по-казахски сыновий привет,
И клятву шепчу ему - ленинцем быть,
По-ленински думать, бороться и жить.
И детям, и внукам, и правнукам - всем
Поведать и в песнях, и в строфах поэм,
Что Ленин, как солнце, планету живит,
Что в Сталине ленинский гений горит».
Весьма важно продолжать объяснять людям, в силу каких свойств своей личности, Ленин смог СОЗДАТЬ большевизм и, с 1893 г. по 1923 г., 30 лет, неуклонно целенаправленно наращивал свой авторитет (в партии, в пролетарских и крестьянских массах) в качестве вождя и стратега, одержавшего при жизни ПОБЕДЫ над ВСЕМИ своими теоретическими, сословными, политическими и военными противниками.
Необходимо в деталях объяснить, в силу каких черт своей личности, в течение 30 лет, после избрания генеральным секретарём ЦК РКП(б), лучший ученик и соратник Ленина, Сталин, неуклонно укреплял свои позиции теоретика, лидера, вождя среди членов ЦК, стратега, построившего партию «меченосцев», ВКП(б), мобилизовавшего народ на ПОБЕДЫ над ВСЕМИ своими научно-теоретическими, политическими, военными противниками и тайными врагами Ленина из т.н. «ленинской гвардии» троцкистов.
Историческая практика и научно-теоретическое наследие доказывают, что Сталин превосходил всех своих современников, особенно, в вопросах диаматики. Он был мастером исторических прогнозов, организатором и стратегом Побед всемирно-исторического значения, одержанных партией и рабочим классом СССР над троцкизмом, атаманщиной, бандитизмом, кулачеством, басмачеством, мировым фашизмом, английскими колонизаторами в Палестине, французскими - во Вьетнаме, американскими - в Северной Корее.
Сталин доказал на практике, что он признанный вождь, лидер, гений, победитель поскольку был научно и морально несравненно более подготовленным, среди прочих партийцев и иностранных политиков, в вопросах теории марксизма, последовательным сторонником творчески развиваемого ленинизма.
Кто знаком с содержанием стенографических отчетов съездов РКП(б) после 1923 года, тот мог убедиться, сколь мастерски, опираясь на ленинское теоретическое наследие, Сталин разоблачал и побеждал Троцкого и троцкистов в каждой из съездовских дискуссий, всякий раз, убеждая состав Съезда голосовать за предложенные им решения текущих задач и перспективных планов.
Примечательно, что Хрущев всегда стремился наверх за счёт неприкрытой лести в адрес Сталина и скоморошества, тупой услужливости, особенно, в вопросах репрессий.
Не будет преувеличением, если сказать, что Брежнев явился одним из лучших воспитанников сталинского периода истории СССР. Оценив качество и темпы работы Брежнева по возрождению «Запорожстали», «Днепрогэс», Советской власти в Молдавии, Сталин в 1952 году кооптировал Брежнева кандидатом в члены Президиума ЦК ВКП(б).
Т.е. по законам психологии и педагогики, преемник вождя не может быть подготовлен келейно, лишь целенаправленными усилиями самого вождя. Преемник должен сам себя подготовить, абсолютно не рассчитывая на протекцию. У Маркса были два самых близких (по количеству контактов) «ученика», Энгельс и Каутский. Но только Энгельс был признан преемником Маркса сторонниками марксизма, особенно Лениным, по вполне понятным признакам.
Вокруг Ленины, тоже, вращалась целая «старая ленинская гвардия» троцкистов, но к роли преемника настоящим образом подготовил себя только Сталин, трепетнее и серьёзнее других относившийся к ленинскому, читай, марксистскому научному наследию.
Брежнев добросовестно усвоил краткий курс истории ВКП(б), был искренне убеждён в научности сталинской стратегии в ходе личного участия в его успешной борьбе с мировым фашизмом, в восстановлении и укреплении власти Советов в трёх республиках СССР, в возрождении заводов и электростанций. Он был опытным, результативным пропагандистом и воспитателем, практиком, умело решавшим организационные задачи любой сложности, в том числе, в международном масштабе.
Он подготовил, возглавил и осуществил в 1964 году бескровный партийный переворот. Будучи человеком высокой организованности, Брежнев, за короткий срок восстановил многое из того, что соответствовало принципам научного централизма сталинского периода. Он остановил правотроцкистскую перестройку Хрущева, отменив реформу Косыгина-Либермана, вновь централизовал техническое обслуживание колхозов, восстановил единый, научно-плановый отраслевой комплекс страны, распустив Совнархозы, держал «на коротких поводках» Косыгина, Громыко и самого Андропова.
Брежневу пришлось возглавить партию, образно говоря, «опущенную» одиннадцатью годами хрущёвины, отягощенную острыми противоречиями с китайскими, албанскими, югославскими, корейскими коммунистами. Долгое время, не имевший времени на написание диссертаций и книг, Брежнев был почти неизвестен академикам, писателям и режиссерам, обласканным сталинскими премиями. Значительные моральные проблемы ему создали такие интеллигенты-предатели как Солженицын, Твардовский, Некрасов, Сахаров, Зиновьев, Аксенов, Ильенков, Неизвестный, Абалкин, Арбатов, Чазов…
Благодаря Брежневу, вопреки проискам диссидентов, советский народ ещё 18 лет прожил в условиях дружбы народов, в том числе стран Варшавского договора, роста межнациональных браков, стабильных цен, незыблемости границ Советского Союза в ранге сверхдержавы за счет ракетно-ядерного паритета с НАТО, победы СССР над НАТО в войне Вьетнама против колониализма США.
Ровно в той мере, в какой Брежнев с Сусловым сдерживали правых уклонистов в КПСС, росла автаркия СССР в области ракето-, авиа- и танкостроения, росла мировая монополия страны в спорте, особенно в шахматах, а также в балете, в количестве и качестве бытовой техники длительного пользования на душу населения, росла автомобилизации обывателей. 18 лет население СССР жило в условиях огромного строительства и бесплатного распределения всей жилой площади среди трудящихся по растущим нормам и в лучшем качестве.
Но после смерти Брежнева активизировались «спящие» агенты влияния в ЦК КПСС. За дело взялись воспрянувшие правые уклонисты. Началась «перестройка» социализма по самым оголтелым «лекалам» троцкизма. Уже в 1983 году Андропов перешел к беззастенчивому демонтажу научного планового централизма и насаждению рыночной анархии.
За 3 года до ГКЧП, у ряда членов партии появилось ощущение грядущего краха, появились антигорбачевцы и антиельцинисты, претенденты на роль реаниматоров ленинизма в КПСС: Нина Андреева, Сажи Умалатова, Олег Шенин, Виктор Тюлькин, Михаил Попов, Виктор Анпилов, Ричард Косолапов, Алексей Пригарин, Анатолий Крючков, Геннадий Зюганов… Но, как показала практика, ни один из них не обладал научно-теоретической подготовкой, хоть чем-то напоминающей ленинскую или сталинскую, или, хотя бы, организаторские способности Брежнева. Поэтому, строго говоря, возрождение полноценной коммунистической партии и «диктатуры пролетариата», в том виде, в каком они себе это представляли, на просторах СНГ не состоялось.
В результате, многим, кто злословил в адрес брежневского «застоя», теперь придется много лет жить в рамках горбачевско-ельцинского наследства: постоянного роста цен, религиозных, гражданских, националистических войн, терроризма, коррупции, проституции всех возможных видов, пока не удосужатся освоить (не для зачёта на экзамене) теорию марксизма-ленинизма в целостном её варианте.
Поскольку в среде левых нет живых творческих носителей теории марксизма-ленинизма, огромные массы пролетариев умственного и физического труда ещё много лет будут опускаться до положения, неудачников, гастарбайтеров, пушечного мяса, бомжей, преступников и, следовательно, арестантов.
«Согласно марксистской теории государства, государство - пишет Озджан, - это не надклассовое пространство компромисса, а инструмент угнетения одного класса другим».
Формулировка концентрированная, но неоправданно краткая. А современное левое движение таково, что краткие формулировки развращают его еще больше. Очень часто, начинающие левые заканчивают своё самообразование запоминанием именно кратких «определений», что, как раз, противоречит марксистской методологии выработки представлений и определений. Стремление к кратким определениям - путь к догматизму, а от него легко, на практике, встать на позиции оппортунизма.
Одна из причин недавнего конфликта в «Прорыве» и состоит в том, что наши очередные оппоненты успели овладеть из марксизма только краткими определениями, а потому по всем важным вопросам впали в догматизм, типичный для «детской болезни» в коммунизме.
Предложенная Озджаном формулировка не содержит в себе указание на то, что крупная частная собственность первична, что она - причина, а государство вторично - следствие, надстройка. Эта формулировка констатирует часть факта, но не даёт представления о причинах и перспективах этой связки, об объективных законах борьбы за исчезновение из общественной практики частной собственности и порожденного ею аппарата насильственного удержания её же господства.
Поскольку крупная буржуазия покупает себе депутатов, премьер-министров и генералов, постольку каждый раз получается та или иная разновидность фашизма, максимально развращающего большинство местных пролетариев, как это сегодня происходит на Украине, в Молдове, Прибалтике, в Закавказье, Израиле. Т.е. в системе господства отношений частной собственности, государство не просто инструмент монотонного угнетения, а восстановления рабовладения в духе концепции «золотого миллиарда». Класс, купивший себе на службу аппарат угнетения, от личных телохранителей и до армии, полицейских и судей, получает ЛИЧНУЮ и постоянно РАСТУЩУЮ выгоду от угнетения противоположного класса, вплоть до изготовления из него мыла, волосяных матрасов и удобрений.
Но «определение» Озджана некоторые левые могут понять так, что в переходный от капитализма к коммунизму период, советское государство становится инструментом мести, угнетения буржуазии. Однако, как только ликвидируются пробуржуазные силовые институты, заканчивается эпоха угнетения пролетариев. Они получают возможность в несколько дней, осуществить меры формального обобществления, т.е. национализировать промышленные предприятия через «красногвардейскую атаку на капитал», национализировать банки и землю, а Сельсоветы разделить частные земли между крестьянами. Как показала практика, буржуазное меньшинство города и деревни в этот период не способно предпринять что-либо, кроме подготовки нескольких попыток контрреволюции.
К истине в вопросах ликвидации классового угнетения необходимо двигаться в русле требований закона отрицания предыдущего отрицания. Т.е., то, что уже известно относительно устройства системы угнетения, должно безусловно исключаться из грядущего общественного устройства. Важнейшей особенностью аппарата, служащего диктатуре рабочего класса (ДРК) является исключение личной, частной, персональной выгоды от наличия силового аппарата в руках рабочего класса. Все выгоды, которые образуются от работы советского силового аппарата, в РАВНОЙ СТЕПЕНИ, получает всё население страны. Общей «выгодой» от работы силового аппарата ДРК является ИСКЛЮЧЕНИЕ силового варианта возврата эксплуататоров к власти.
К сожалению, многовековая мещанская психология масс и нищета философии академических кругов эпохи хрущёвины, сказались самым печальным образом на содержании Программы КПСС. Проблема путей движения людей к полному социальному равенству не получила научного решения, или, иными словами, назначение срока построения коммунизма опередило научно-теоретическое обоснование методов его достижения. Наоборот, ставка была сделана на достижение более высоких темпов интенсификации труда, за счёт его стимулирования различиями в заработной плате.
Марксисты, создают силовой аппарат переходного периода не для угнетения кого-либо, а для предупреждения и подавления всего того агрессивного, животного, паразитического, мстительно реваншистского, что ещё коренится в сознании представителей класса собственников, теряющих власть и прибыль.
В переходный от капитализма к коммунизму период, аппарат диктатуры в виде ВЧК, уже не являлся средством угнетения, поскольку невозможно получить коммунистического производственного эффекта от бывшего меньшинства угнетателей, развращенных, изнеженных, вороватых. К тому же, многие представители эксплуататорского класса и их богословская челядь, зная себе цену, предпочли эмигрировать в страны, в которых паразитизм был ещё возможен.
До Великого Октября на смену угнетателям одного типа, приходили угнетатели другого, более изощренного типа. В октябре 1917 года, впервые в истории, человечеству была предложена принципиально ПРОТИВОПОЛОЖНАЯ модель, когда все отношения между людьми в процессе производства материальных и духовных условий развития каждой личности, строятся на основе выводов науки, а не на частных, чаще всего, больных, интересах отдельных лиц, как-то жадность, властолюбие, чванство, карьеризм, садизм, развращенность.
В переходный период насилие сохранялось лишь по отношению к лицам, склонным к паразитизму, клептомании, садизму, педофилии, и т.п. недугам. Они насильно лишались возможности проявлять эти черты своего дворянского и буржуазного морального уродства.
Только основанная на принципах частной собственности общественно экономическая формация существует постольку, поскольку это обеспечивается бесперебойной работой силовых структур. Коммунистическая общественная формация АБСОЛЮТНО не нуждается в аппарате насилия для осуществления всех своих планов.
Многие обыватели до сих пор не поняли, что капиталистическое производство существует ради производства СТОИМОСТИ в постоянно растущем объеме. Поэтому наиболее пестуемыми являются производства вооружений, наркотиков, вейпов, алкоголя, табака и… государственного долга, т.е. печатание денег. Поэтому самым ярким городом мира является Лас-Вегас, в которых олигархи и мелкие игроманы съезжаются лишь для того, чтобы умножить свои финансы вообще ничего не производя. Обращение триллионов денежных масс в этих городах происходит по формуле: сколько долларов потеряет проигравший, столько же долларов приобретет выигравший и казино. По теории вероятности наибольшие шансы выигрышей у тех, кто начал играть имея кратно большую сумму для ставок. Биржи являются наиболее спекулятивной разновидностью игорных домов для олигархов, поскольку оборот ценных бумаг и денег на биржах стимулируется фейками и политическими скандалами, измеряется сотнями миллиардов долларов в день, а то и триллионами. Ясно, что профессиональных игроков в казино и на биржах, наркокурьеров, проституток очень проблемно привлечь к труду, даже, в «непыльных» наукоёмких отраслях.
Но, например, достаточно было в СССР времён Сталина перевести наличное обращение финансовых средств, особенно в промышленности, в безналичное, чтобы исчезла объективная предпосылка для взяток, «откатов» и прочих приёмов первоначального накопления отдельными субъектами денег, для последующей ломки, прежде всего, научных норм текущего материального и культурного потребления, ради восстановления социального неравенства людей.
Рабовладельцы, феодалы, предприниматели множили свой личный паразитизм за счет роста эксплуатации растущих масс угнетённых. Но рабочий класс не может процветать за счёт эксплуатации паразитических меньшинств, бывших государственных чиновников и жандармов.
Другое дело, что участие представителей бывших господствующих классов в примитивных формах труда возможно, как-то, расчистка снега, лесоповал, рытьё котлованов и каналов. Но коммунистические производственные отношения в тюрьмах и лагерях не формируются, хотя, западные социологи время от времени в выгородках для ограниченного количества мышей или в тюрьмах для людей организуют ролевые игры, объявляя их моделями коммунизма.
Сфера производства материальных и духовных ЦЕННОСТЕЙ рассматривается марксизмом как главная в деле развития КАЖДОЙ личности, как органическая прерогатива рабочего класса, в будущем, неразрывно связанного с марксизмом-ленинизмом, творчески доработанным современными литераторами до состояния полной усвояемости её уже школьниками. Первые годы Советской власти ознаменовались периодическими случаями субботнего добровольного бесплатного труда наиболее сознательных трудовых коллективов. Ленин высоко ценил подобные инициативы, великий трудовой коммунистический почин трудящихся.
Не существует средств насилия, тем более, химического, биологического и ядерного, которое бы придумали большевики. В этом вопросе большевики всегда плелись в хвосте истории.
Все тюрьмы, вместе с комплектом компетентных охранников, кандалы, колодки, тачки с цепями… большевики получили в наследство от царизма. Все казни, начиная с «египетских», все виды посажения на кол, распятий на кресте, сожжения на костре, четвертования, колесования, разрывания лошадьми, повешения за шею, гильотинирование, массовые расстрелы, газовые камеры, электрические стулья… все это памятники рабовладельческой, феодальной и капиталистической демократии.
Нет ни одного антикоммунистического, диссидентского произведения в которых большевики превзошли бы греческих олигархов, римских патрициев, римских пап, Торквемаду, маркиза де Сада, Дракулу, Екатерину II, Салтычиху, колчаковскую и деникинскую контрразведку, начальников и жен польских, финских и, особенно, немецких концлагерей, в издевательствах над своими жертвами.
Но ни одному диссиденту не хватило наглости обвинить большевиков в использовании электрических утюгов и паяльников в качестве орудий для пыток. Характерно, как только власть в СССР перешла к предпринимателям и демократам, этот вид пыток превратился в самый распространенный и эффективный при решении финансовых вопросом главарями ОПГ.
Главное в теории марксизма - не насилие, а ИСКЛЮЧЕНИЕ из жизни общества государственно организованных и частных форм НАСИЛИЯ и УГНЕТЕНИЯ, рожденных практикой всех прежних исторических типов классов, основанных на отношениях крупной частной собственности, прежде всего, на землю, воду и научные знания.
Т.е. перед практиками и исследователями объективных законов построения коммунизма, первоначально в одной отдельно взятой стране, стояла стандартная для диаматики дилемма: построить коммунизм невозможно насилием и, в то же время, учитывая мстительность мировых паразитарных кругов, коммунизм невозможно построить без применения насилия к симпатизантам рабовладения, колониализма и империализма.
Уже в «Манифесте Коммунистической партии» Маркс и Энгельс писали о том, что в той мере, в какой капитализм будет всё больше проявлять свои самые мерзкие свойства, наиболее умственно развитые представители господствующего класса будут сознательно переходить на позиции марксизма. Лучшим доказательством состоятельности этого предположения был сам Энгельс. И сегодня, вынужденно занимаясь бизнесом, некоторые наиболее дальновидные граждане РФ, искренне помогают финансовыми и техническими средствами теоретикам и пропагандистам марксизма.
Значительное число русских дворян, генералов, офицеров, университетской профессуры, полицейских и жандармских чинов в октябре 1917 года, без паузы, пошли на службу Советской власти. Часть из них руководствовались искренними соображениями, осознав суть Советской власти, как то, Брусилов, Шапошников, Свечин, Рокоссовский, Василевский, Мерецков, Жуковский, Тимирязев, Павлов. Некоторое количество военспецов, чинов полиции, юристов, жандармов царского происхождения пошли на службу в профильные учреждения, поскольку ничем другим не владели, но не смогли порвать со своим первым воспитанием и образованием, фактически, являлись «пятой колонной», боровшейся против социализма, порой, самым мелочным образом.
«Даже самая передовая буржуазная демократия - пишет Озджан, - по своей сути является диктатурой капитала (меньшинства) над трудящимися массами (большинством). «Советская власть - продолжает Озджан, - перевернула это уравнение, развив необходимую практику диктатуры большинства - то есть рабочих и крестьян - против бывших господствующих классов, кулаков, ростовщиков и подпитывающего их империалистического окружения».
Верно, что буржуазная демократия, по своей сути, диктатура буржуазии, но у читателя может сложиться впечатление, а буржуазия всегда на этом настаивала, что возможна буржуазная, но «самая передовая демократия» . В наши дни все НАТОвские ястребы и пропагандисты ЛГБТ, нацисты прибалтийских республик, называют бандеровский режим Зеленского «самой демократичной демократией».
Но не верно выражение, что «Советская власть перевернула это уравнение…». Если бы было так, то СССР не рухнул бы. Но Советская власть не смогла искоренить предпосылки к буржуазному контрперевороту. Содержание процесса построения коммунизма таково, что оно не меняет субъектов ролями, а отрицает и систему реальных отношений эксплуатации, и систему категорий, образующих идеологию эксплуататоров, т.е. на деле коммунизм становится необратимым, когда он отрицает и буржуазный базис, и его надстройку. Практика, если она научна, она отрицает частную собственность, товар, стоимость, цену, деньги, насилие, власть, демократию, государство, диктатуру, тиранию, конкуренцию, империализм, войны, нации, геноцид, бога… и, соответственно, вводит в обиход адекватные категории: наука, интернационализм, мир, самоуправление, планомерность, общественные производительные силы, общественные фонды потребления, всестороннее развитие каждой личности… Но КПСС продолжала пользоваться словарём середины ХIХ века, разве что, введя в оборот бессмыслицу: «развитой социализм», что в переводе на русский язык означало «развитой недоразвитый коммунизм».
Субъективная причина крушения КПСС и СССР в том и состоит, что и во времена Хрущева, и во времена Андропова-Горбачева диссидентам, через романы Солженицына, Шаламова, Гинзбург, Волкова, труды Лихачева, Зиновьева… через «забугорные голоса» удалось-таки заложить мещанские западные «ценности»в сознание будущих миллионов обманутых вкладчиков МММ, обанкроченных, чтобы не сказать, нагло ограбленных, дольщиков и пайщиков всевозможных «Хопров», «Чара-банков», «Властелин», миллионов жертв телефонных, квартирных, мошенников, миллионов гастарбайтеров, миллионов беженцев из республик Прибалтики, миллионов уже погибших в межнациональных войнах и конфликтах, внедрить недомыслие, что диктатура пролетариата более тираническая форма правления, чем буржуазная демократия. Эта наглейшая ложь была рассчитана на обществоведческую неграмотность миллионов представителей технической и художественной интеллигенции и, на беду, в аппарате КПСС не оказалось теоретиков, которые смогли хоть что-то противопоставить этой перестроечной горбаёвине.
Некому было объяснить, что слово демократия - циничное изобретение греческой и римской аристократии эпохи развитого РАБОВЛАДЕНИЯ, прежде всего, для предварительного выяснения вопроса на стороне какого клана олигархов будет больше демоса и плебса, за кем пойдёт больше народа в очередной войне аристократов между собой за власть и материальные формы богатств того времени, т.е. за пространства для, как писал Аристотель, законной охоты на потенциальных рабов. Исторически демократия неразрывно связана с гражданскими войнами, рабовладельческим, феодальным и буржуазным империализмом, самым разнузданным рабовладением, работорговлей, конкистой, расовой сегрегацией и резервацией. Строго говоря, между Геростратом, Нероном, Калигулой, Черчиллем, Рузвельтом, Гитлером, Зеленским и Трампом, приведёнными избирателями к власти, нет существенных различий.
Примерно 2,5 тысячи лет демократия, как элемент надстройки, верой и правдой служила и служит исключительно крупной частной собственности и, с каждым новым витком своего развития превращалась во все более продажную служанку олигархов.
Первая мировая война была одобрена всеми демократами всех европейских парламентов, в том числе и российской Думой, кроме большевистской фракции. Поэтому невозможно найти основание, чтобы о буржуазной демократии писать, что она хоть в чем-то «самая передовая» за то лишь, что она, хронологически, следует за «демократией» феодальной по выборам, например, римских пап, православных патриархов, венецианских дожей, или князей в Великом Новгороде. Взятая, как явление в условиях частной собственности на основные средства существования человека, демократия есть система эксплуатации невежества демоса для создания всё более тиранического аппарата для еще большего угнетения массы избирателей. Такова история всех демократий, доводивших необразованный народ до той степени отупения, когда сами трудящиеся выбирали во власть Нерона, Муссолини, Гитлера, Зеленского, Трампа...
Черчилль со свойственным ему цинизмом писал: «Демократия - наихудшая форма правления, если не считать всех остальных» . Поэтому большую часть своей жизни Черчилль и посвятил борьбе со всеми остальными, в том числе, любыми демократическими странами, со всеми остальными формами правления, лишь бы расширить британскую… колониальную империю, садизм, рабовладение и работорговлю на её территории. Но именно при нем империя сдулась.
Веками, угнетенные люди, в том числе, пролетарии, не могли осуществить переворот, хотя, всегда пребывали в большинстве. Победа Октябрьской Революции в 1917 году доказывает, что субъективный фактор созрел, первоначально в России, и до такой степени, что трудящиеся впервые в вопросах власти повели себя вполне разумно, как политически монолитный класс, способный сознательно и инициативно диктовать свою волю эксплуататорскому меньшинству.
Но крушение Советской власти в СССР в годы горбаёвины и ельцинизма доказывает, что КПСС не смогла продолжить просвещение и организацию советских трудящихся, которые, поэтому, вновь перешли в разряд пролетариев, гастарбайтеров. Т.е., чтобы пролетарии вновь приобрели способность заменять буржуазную тиранию диктатурой рабочего класса, необходимо, чтобы созрели и субъективные предпосылки.
Зрелость субъективного фактора состоит, во-первых, в наличии научной теории законов прогресса общества. Во-вторых, в генерации самим капитализмом роста недовольства народных масс за счёт перманентного ухудшения их морального и материального положения. В-третьих, в наличии кадров, реально овладевших марксистской теорией и морально готовых посвятить себя борьбе за избавление человечества от идиотизма эксплуатации и войн. Как показали события, Ленин и Сталин, более других объективно соответствовали этому критерию. В 1918 году ни в Германии, ни в Венгрии, ни в Финляндии, ни в Эстонии местным пролетариям и крестьян не удалось решить задачи переходного периода по установлению диктатуры рабочего класса, поскольку местные лидеры не обладали необходимыми знаниями и авторитетом даже в своих партиях.
Современные лидеры коммунистических партий, сохранившие руководящую роль в некоторых странах, открыто заявляют о своей творческой приверженности теоретическому и практическому наследию Маркса, Энгельса, Ленина и Сталина. Практика это подтверждает.
«Диктатура Сталина - раз за разом напоминает Озджан, - не была продуктом личной концентрации власти; напротив, она являлась неизбежным, беспощадным отражением в надстройке борьбы за сохранение революции против попыток реставрации со стороны экспроприированных классов и капиталистического окружения».
Звучит пафосно, но вряд ли пролетарий умственного или физического труда из этого набора громких слов поймут, почему, при Ленине и Сталине, пролетарии побеждали в классовой борьбе, а при Хрущеве, Андропове и Горбачеве, их власть «вдруг» перестала быть «…неизбежным беспощадным отражением в надстройке борьбы за сохранение революции…». В этой фразе не присутствует партия, как связующее звено между «диктатором» и классом, который существует, борется и побеждает только тогда, когда во главе партии стоит компетентный марксист. Поздние руководители КПСС не были знатоками марксизма, следовательно, не могли быть вождями ни для партии, ни для пролетариев, а потому партии стран СЭВ с коммунистическими названиями бесславно и одномоментно ушли с политической сцены.
«Следовательно, эксплуататоры боятся не «диктатуры» Сталина, - повторяет как заклинание Озджан, - как таковой, а того, что он был лидером организованной, плановой и бескомпромиссной диктатуры пролетариата, способной стереть капиталистическо-империалистическую систему с лица земли».
Как видим, и в этой фразе Сталин опять выглядит лидером диктатуры пролетариата, как бы способного без партии стирать мировой империализм с лица Земли, а не строить коммунизм в одной отдельно взятой стране. Не соответствует действительности и, раз за разом, повторенный Озджаном тезис о пуганных эксплуататорах. Как показала практика, капиталисты - это такая разновидность идиотов, которые не боятся ничего, если появляется возможность получить 300% прибыли на вложенный капитал, не боятся даже нюрнбергской виселицы, ни палача, ни киллера. Книги Сороса и Бжезинского тому достаточное доказательство. Задача науки состоит не в том, чтобы найти, чего боятся предприниматели, а в том, чтобы выяснить, что обеспечило Ленину и Сталину Победы в их борьбе с самыми реакционными силами империализма и в одной отдельно взятой стране, и на международной арене.
Переходный период - самый сложный этап борьбы за построение коммунизма, через который не смогли пройти и парижские коммунары в 1871 году, и немецкие, венгерские, финские, эстонские пролетарии, в ходе революций 1918 года. Сложность эта заключается в мере, с которой должна сочетаться насильственная форма борьбы, которую только и понимает паразитирующий класс, и созидательная, самоорганизованная внутренняя работа класса непосредственных трудящихся. В годы Первой русской революции Ленин писал: «Советы рабочих депутатов, органы массовой непосредственной борьбы. Они возникли, как органы борьбы стачечной. Они стали очень быстро, под давлением необходимости, органами общереволюционной борьбы с правительством. Они превратились неудержимо, в силу развития событий и перехода от стачки к восстанию, - в органы восстания» [Сочинения, 4 изд., т. 11, стр. 103].
Да, Советы рабочих возникли в 1905 году, но проиграли, еще и потому, что поддались советам Плеханова, Троцкого и Гапона, а не Ленина. Понадобился научный и организаторский гений Ленина, чтобы объяснить большевикам и причины возникновения Советов, и причины их поражения. За годы, прошедшие с 1907 по 1917 годы, Ленин настойчиво проводил работу в партии, среди бастующих рабочих, убеждая их не подчиняться слепо профсоюзам, черносотенцам, меньшевикам, а создавать Советы рабочих заранее, большевизируя их, готовя их к победе в новой революции.
Когда же российская буржуазия, как и предупреждал Ленин, в феврале 1917 года свергла царя и, как всегда, увлеклась разграблением страны (как и в 1991 году), политическая власть в крупных промышленных центрах была подхвачена именно Советами рабочих. Возникло двоевластие, при котором, как показала практика, буржуазии так и не удалось превзойти Советы рабочих в организованности, последовательности действий и решительности. Ленинские работы, написанные им с февраля по октябрь 1917 года, явились важнейшим субъективным условием роста авторитета большевиков в Советах и нарастающей эффективности самих Советов.
«Тот факт, что сегодня капиталистическо-империалистическая мировая система со всеми своими пропагандистскими аппаратами - от академии до медиа - до сих пор больше всего борется со Сталиным, стремясь ежедневно совершать над ним историческую «казнь», является актуальным доказательством этого классового страха».
Редколлегия «Прорыва», исходя из собственного опыта и анализа значительного массива трудов апологетов капитала и религиозных фанатиков всех конфессий, отмечает, что всякий раз, когда к власти в тех или иных странах приходили фашисты и религиозные мракобесы, там подвергались массовому сожжению книги, прежде всего Маркса и Ленина. В СССР в течение 91-92 годов были ликвидированы библиотеки на всех крупных московских заводах. Сочинения Маркса и Ленина выбрасывались и вывозились на свалки. Не будет большим преувеличением, если сказать, что без Маркса не было бы Ленина, а без Побед Ленина на теоретическом фронте, не было бы и Сталина. Так что, плох тот коммунист, который думает, что в своём самообразовании можно ограничиться, например, трудами Сталина. Коммунистом можно стать только тогда, как учил Ленин, когда обогатишь свою память знанием всех тех интеллектуальных богатств, которое выработало человечество за всю свою историю. По крайне мере в «Прорыве» ценятся кадры, демонстрирующие примерность, прежде всего на этом, очень трудном направлении. Сегодня коммунистам очень важно учесть победоносное теоретическое наследие Хо Ши Мина, Мао Цзэдуна, Ким Ир Сена, Ким Чен Ира, Фиделя Кастро. Весьма богат, героичен и драматичен теоретический и практический опыт Мустафы Субхи, Ибрагима Кайпаккая, Абдуллы Оджалана, Кемаля Окуяна.
«Сталинская эпоха - это практическое и несокрушимое доказательство того, что гигантская индустриализация, плановая экономика и общественное благосостояние могут быть построены без капитала, без хозяев и без рыночной анархии».
Доказательству вредоносности частной собственности для воспроизводства условий жизни очеловеченного общества и посвящены все тома «Капитала». Благодаря глубокому пониманию критики политической экономии, В.Ульянов, в свои 23 года, развил теорию Маркса в работе «По поводу так называемого вопроса о рынках», сделав гениальное открытие о необходимости опережающего развития производства средств развития науки в первом подразделении общественного воспроизводства, ибо главным вопросом строительства коммунизма и является соединение объективной борьбы рабочего класса с наукой. Но как показала история, и при Ленине, несмотря на «философский пароход», и при Сталине, несмотря на все воспитательные мероприятия 30-х годов, ни, тем более, в период от Хрущева до Горбачева и Зюганова, основной массив обществоведческой интеллигенции тяготел не к поиску истин и открытию законов строительства коммунизма, а к личной карьере за счет формальной, спекулятивной, комплементарной, т.е. диссертационной формы исследований, не продвинув теорию марксизма ни на шаг к коммунизму. И то, что было несокрушимым при Сталине, за несколько лет деятельности Хрущева, Андропова, Горбачева пало под ударами дипломированного невежества, т.е. оппортунизма.
Следовательно, человечество не выйдет на прямую дорогу прогресса до тех пор, пока не ответит точно на вопрос, что не успел доделать Сталин, и что Мао, Хо, Ким, Фидель, Дэн и Си сделали правильно, что позволило им сохранить островки и очаги общественной собственности на основные средства производства и распределения.
Продолжение следует
Уважаемые читатели! Заносите в закладки и изучайте наши издания: