Как Спиридон перестал молчать, когда на него кричат
Спиридон пришёл ко мне взрослым мужчиной с частым очень узнаваемым запросом.
Он не мог противостоять кричащим на него людям. Стоит перед ними опустив голову, молча и не возражая. Как будто застыл, а в голове в это время пустота.
А потом приходил стыд.
И уже потом... Ух сколько блестящих вариантов ответов он придумывал потом! Но поздно.
Когда мы начали разбираться, стало очевидно: Спиридон позволял на себя кричать, потому что глубоко внутри не чувствовал собственной ценности. Крик другого человека не казался ему чем-то из ряда вон выходящим, а скорее привычным и даже в какой-то мере заслуженным. Как будто он был уверен, что кричат только на тех, кто этого заслуживает.
Корень этого конечно оказался в детстве.
Отец Спиридона был строг, часто ругался, а то и прохаживался ремнем по спиридонову мягкому месту.
Спиридон никогда не испытывал особой любви к отцу. Скорее Спиридон боялся отца. И когда отец в очередной раз гневался, Спиридону ничего не оставалось делать, как молчать и терпеть, опустив голову.
Произошло вот что: мальчик Спиридон, чтобы выжить, вынужден был молчать, ведь против отца, от которого зависит твоё благополучие и жизнь, не попрешь. И это была хорошая на то время стратегия выживания. Но в его голове навсегда поселился Критикующий Родитель, та самая фигура, которая всегда знает, что ты неправ, и готова наказать. А сам Спиридон застрял в состоянии Адаптивного Ребенка, того, кто в ответ на агрессию может только замирать, подчиняться и молчать.
И дальше этот внутренний отец начал работать против Спиридона уже без всякого внешнего повода. Когда на Спиридона кричал начальник или кто-то чужой, внутри тут же включался старый сценарий: Критикующий Родитель говорил «ты заслужил», а Ребенок покорно опускал голову. Так Спиридон оказался в заложниках у части собственной психики.
Поэтому работа пошла не в сторону тренировки уверенных фраз или отстаивания границ, а глубже. Нужно было не просто «научить его защищаться», а пересобрать внутреннюю конструкцию. Освободить Спиридона из плена Критикующего Родителя и дать его внутреннему Ребенку право на злость и защиту.
В процессе работы Спиридон наконец-то начал выражать гнев. И гнев его был на отца. За страх, за боль, за непонимание. За всё, что пришлось вынести.
И уже после этого Спиридон начал видеть и другую сторону отца. Как тот переживал за его будущее. Как слишком сильно боялся его ошибок. Как по-своему, грубо, но всё-таки заботился и любил.
И вместе с этим пришла любовь к отцу. Хотя отца уже не было в живых. Фигура отца перестала быть только Критикующим Родителем. Она заняла место Защитника. Ведь если тебя любят, переживают за тебя, значит ты достоин этого. Ты достоин уважения.
В результате Спиридон потихоньку перестал замирать перед чужой агрессией. Крик других людей перестал вводить его в транс. Стала появляться даже не мысль, а какое-то возмущение «Да какого хрена?!», которое стало давать энергию на ответ.
Не сразу конечно, но что-то в нем, похожее на стержень, ощущалось все больше и больше.
Это и есть тот самый путь от «я не имею права» к «я имею право». Спиридон не просто научился огрызаться. Он вернул себе чувство собственной ценности. Ту самую базовую уверенность, что с ним нельзя обращаться как попало просто потому, что он это он, а не безродное ничто.