Письмо Р.С. Землячки в Оргбюро ЦК РКП(б) (14 декабря 1920 г.)
Цит. по: Сорокин А. Красный террор омрачил великую победу Советской власти... Родина. – 2016. – № 8.
РГАСПИ. Ф. 17. Оп. 84. Д. 21. Л. 29-33.
Дорогие товарищи! Пользуюсь возможностью передать Вам все наши нужды в письме, которое, знаю, наверняка попадет в Ваши руки. Очень жалею, что лично не могу передать Вам все то сложное, что имеется налицо в Крыму.
Начну с обстановки. Буржуазия оставила здесь свои самые опасные осколки - тех, кто всасывается незаметно в среду нашу, но в ней не рассасывается. Контрреволюционеров здесь осталось достаточное количество, несмотря на облавы, которые мы здесь проделали, и прекрасно организованную Манцевым (1) чистку. У них слишком много возможностей, благодаря всей той сложной обстановке, которая окружает Крым.
Помимо несознательности, полной инертности бедноты татарской, действует здесь, и я сказала бы в первую очередь, попустительство, слабая осознанность момента и слишком большая связь наших работников с мелкой и даже крупной буржуазией. От Красного террора у них зрачки расширяются и были случаи, когда на заседаниях Ревкома и Областкома вносились предложения об освобождении того или иного крупного зверя только потому, что он кому-то из них помог деньгами, ночлегом. На местах бывали случаи, что ответственные работники (мною смененный секретарь Севастопольского комитета и др.) прибегали с заявлениями, что снимают с себя обязанности и пр. Мягкотелость и неумение организационное (Крымское подполье не могло дать школы, отсутствие пролетариата не выработало твердости) дали возможность меньшевикам и буржуазии (не спецам) проникнуть во все области работы и захватить - первыми профсоюзы, второй (2) весь аппарат Советского строительства. По отношению к первым нами объявлена беспощадная борьба, которая ни к чему не приводит, ибо меньшевики перекрашиваются в коммунистов, в отношении же советской буржуазии чистка дала такие результаты в главном аппарате Крымревкома: 2/3 были отданы в Особый отдел, остальные - частью сняты, частью работают с грехом пополам.
Рабочие совершенно не были до нашего приезда вовлечены в организационную работу. Никакой работы в массах не производилось. Местная подпольная организация обнаружила полную оторванность от пролетарской массы (3).
Мы чрезвычайно страдаем здесь от присылки из разных мест шкурников и инвалидов. Дело доходит до того, что командир полка присылает в Крым коммуниста для работы. Все это шкурники, никчемная публика. Нами послан ряд телеграмм с требованием не командировать нам людей без ходатайства с нашей стороны. Но люди прибывают, и я многих откомандировываю обратно.
Сегодня я получила наконец инструкцию от Вас и письмо Ник[олая] Ник[олаевича] (4). С точкой зр[ения] ЦК (5) (об автономии) Областком совершенно согласен.
Из этого письма видно, что ЦК почему-то совершенно не осведомлен о составе Областкома и Крымревкома. В первый входят утвержденные Вами я, Бела Кун и Немченко (6) и после нам присланный Дм[итрий] Ил[ьич] Ульянов. Мы кооптировали татарина Ибраима (7) и т[оварища] Лиде (8). В Крымревком входят тт. Бела Кун, Лиде, Гавен, Идрисов (9) и кооптированный там Фирдевс.
Из Областкома уезжает Немченко в Москву, согласно его просьбе. Он хороший и честный работник, но не может органически перестать быть меньшевиком. И член партии с 1920 года (10). Из материала, при сем приложенного, Вы увидите наше отношение к нему. Ибраим очень слаб (11). Дм[итрий] Ил[ьич] занят своими санаторскими делами. Тов[арищ] Лиде остается заместителем Бела Куна. Вся работа сваливается на меня. Опереться почти не на кого. Работа в Крымревкоме сейчас начинает налаживаться. Аппарат есть. Линия тоже. Но периферия и подпорка слабы, в силу всего вышеизложенного.
В отношении главной задачи, которая стоит перед Крымом - создания Всероссийской здравницы (12), ничего еще не делается. Вакханалия в этом отношении полная. Я бросила изрядное количество людей на эту работу, но сомневаюсь, чтобы они были хорошо использованы.
Теперь один из самых больных вопросов - это вопрос о 4-й Армии (13). Она пьянствует и занимается грабежами почти в большинстве своем вместе с командирами и комиссарами (14). И против этого мы, конечно, бессильны, поскольку политической работы в этой армии не ведется никакой. Начпоарм 4 (15) Шкляр, по общему нашему мнению, совершенно не способен наладить такую ответственную работу. Кроме того, он назначен сейчас Замчлена Реввоенсовета и из Крыма уехал. Управление армией крайне слабое. Реввоенсовет существует на бумаге. Части оторваны от центра и предоставлены сами себе. Нет уверенности в том, что они завтра не окажутся в лагере Махно. Наше общее мнение, что и на эту сторону надо обратить внимание. Особый отдел армии совершенно не справляется со своей работой. Необходимо, чтобы т[оварищ] Евдокимов (16) вернулся в Крым, иначе мы будем иметь в самом близком будущем сильные затруднения.
Самый большой вопль у нас о Северных работниках, не шкурников и не инвалидов (17). Необходимо закрыть двери в Крым всем бездельникам, иначе Крым погибнет. Сюда уже ломится достаточно никчемных людей.
Бела Куна мы настойчиво просим вернуть нам.
Официальный доклад, более подробный, я высылаю одновременно с этим.
Р. Самойлова-Землячка (18).
Некоторые примечания от авторов публикации документа (А. Сорокина и Е. Григорьева):
(1) Манцев Василий Николаевич (1889-1938) - руководитель органов госбезопасности. В ВЧК с 1918 г., в 1920 г. - начальник Особого отдела и тыла Юго-Западного и Южного фронтов, в 1921-1923 гг. - председатель Всеукраинской ЧК, председатель ГПУ УССР, нарком внутренних дел УССР и член коллегии ОГПУ СССР. Репрессирован.
(2) Так в тексте.
(3) Далее следует текст, написанный черными чернилами; предшествующая часть написана зелеными чернилами.
(4) Крестинский Николай Николаевич (1883-1938) - партийный и государственный деятель. В 1917-1921 гг. - член ЦК партии, в 1918-1922 гг. - нарком финансов РСФСР, в 1919-1921 гг. - секретарь ЦК, в 1919-1920 гг. - член Политбюро и Оргбюро ЦК РКП(б). Репрессирован.
(5) "С точкой зр[ения] ЦК" - подчеркнуто карандашом.
(6) Немченко Павел Иванович (1890-1937) - политический и профсоюзный деятель, один из лидеров крымских меньшевиков, с 1920 г. - большевик. В 1920 г. - член Крымского обкома РКП(б). С 1921 г. на профсоюзной работе. Репрессирован.
(7) Дерен-Айерлы Осман Абдул-Гани ("Ибрагим") (1888 - 1949) - партийный и государственный деятель. В партии с 1918 г., в 1920 г. входил в состав Крымского обкома, организатор мусульманской секции. В 1924-1926 гг. - председатель СНК Крымской АССР. Репрессирован.
(8) Лиде (Лидэ) Адольф Михайлович (1895-1941) - партийный деятель. В 1920 г. - член РВС 9-й армии, 13-й армии и 4-й армии Южного фронта, член Крымревкома и бюро Крымского обкома РКП(б); в 1921 г. - ответственный секретарь Крымского обкома РКП(б).
(9) Идрисов Сулейман Измайлович (1878 - не ранее 1934) - нарком земледелия в правительстве Крымской ССР в 1919 г., в 1920-1921 гг. член Крымревкома и заведующий Крымземотделом. Репрессирован.
(10) Фраза "И член партии с [19]20 года" вписана автором сверху.
(11) Фраза "очень слаб" подчеркнута карандашом.
(12) 29 ноября 1920 г. В.И. Ленин командировал в Крым наркома здравоохранения Н.А. Семашко для обследования лечебных заведений. По возвращении из поездки Семашко подготовил проект декрета о превращении Крыма во всероссийскую пролетарскую здравницу. Декрет СНК "Об использовании Крыма для лечения трудящихся" был подписан В.И. Лениным 21 декабря 1920 г.
(13) 4- я армия Южного фронта (образована 22 октября 1920 г., расформирована 25 марта 1921 г.) принимала активное участие в боевых действиях против войск П.Н. Врангеля в Крыму и ликвидации отрядов Н.И. Махно.
(14) Слова "вместе с командирами и комиссарами" вписаны автором сверху.
(15) Начпоарм 4 - начальник политического отдела 4 армии.
(16) Евдокимов Ефим Георгиевич (1891-1940) - руководитель органов госбезопасности. В ВЧК с 1919 г., в ноябре 1920 г. - январе 1921 гг. начальник Особого отдела Юго-Западного и Южного фронтов, одновременно начальник Крымской ударной группы. Репрессирован.
(17) Так в тексте.
(18) На последнем листе документа штамп Секретариата ЦК РКП(б) с указанием номера входящего письма (N 21749) и даты 29 декабря 1920 г., на первом листе документа пометки "29/XII" и "Крестинскому".