Записки Дриады. «Просьба» ч.2
Солнце ещё не поднялось, но город уже затаил дыхание в предрассветной тишине. Лёгкий туман стелился по улицам, цепляясь за низкие крыши и ползущую зелень, будто сам лес подкрадывался к городу. Порт дышал сыростью и солью. Фонари догорали, оставляя после себя лишь слабое послевкусие света.
Дриада ждала у своего корневого домика, затягивая через плечо простую сумку из тканого льна. На ней был зелёный плащ с капюшоном, в котором пряталась волна голубых волос. Она несла с собой: травы, свёртки сушёных мух и ароматную прикормку из слизи, добытой в подземельях — всё, чтобы приманить нужную жабу. Поверх свёртков была бережно положена карта, сделанная вручную.
У входа стоял Georgu, как всегда, собранный. На нём была та же звёздная мантия, но сегодня она выглядела более практично: застёгнута на все пуговицы, подол аккуратно подбит. Очки сползали на нос, он всё время поправлял их нервным движением.
— Ты уверена, что нам туда? — пробормотал он, не ожидая ответа, скорее сам себе. — Северные болота — место нестабильное. Влажность, магические выбросы… и эта жаба, если она вообще существует.
Дриада посмотрела на него исподлобья. Не ответила. Только взяла свёрток с вяленой рыбой, положенный у её порога, и коротко кивнула в сторону тропы за городом. Маг вздохнул. Он выпрямился, поправил ворот мантии, как будто надел броню. Его лицо оставалось собранным, но в глазах проскальзывало то ли сомнение, то ли лёгкое раздражение.
— Хорошо, — тихо сказал он. — Тогда пошли.
Они пошли молча, их шаги почти не слышны на мягкой дорожке, усыпанной опавшими листьями. Пухлый мох словно провожал их, сжимаясь от утренней прохлады. Где-то вдалеке протяжно каркнула ворона. Между ними царила тишина. Дриада шла чуть сзади, чувствуя, как природа отзывается на её присутствие: листья тянулись, цветы разворачивались ей вслед. Georgu шёл вперёд, отслеживая направление и время, изредка поглядывая в небо — в уме он уже выстраивал карту магических потоков, которые мог бы использовать в случае непредвиденного. Так начался их путь — сквозь болотный север.
К сумеркам дорога привела их к краю леса, где начинались влажные, мшистые равнины. Воздух стал плотнее, тише, будто сам мир затаился. Где-то вдалеке булькнуло, как от глубокой лужи, и птицы в кронах замолкли.
Они разбили лагерь у старого упавшего дерева, обвитого лианами. Его корни образовывали естественную арку, а мох под ногами был таким мягким, что казался ковром. Дриада присела у основания и, не теряя времени, стала раскладывать свёртки. Она достала маленькую жестяную коробку — в ней была прикормка. Её сладковатый запах сразу смешался с запахом мокрых трав и болотной воды.
— Мы встали близко к источнику воды, — заметил он, глядя в сторону, где между деревьями блестела лужица, — если твоя жаба где-то рядом, то, возможно, она появится ночью. Или на рассвете.
Дриада ничего не ответила. Она сидела, глядя на прикормку, как будто просила землю помочь. Склонив голову, она положила ладони на мох и задержалась так — словно слушала. Маг украдкой бросал взгляды. Она всё ещё была для него загадкой. Бесшумная, чуткая, и в то же время — упрямая, даже дерзкая. Он вспоминал, как она смотрела на него в совете. Слов не было, но в её взгляде всё было сказано.
— Знаешь, — сказал он вдруг, — если это всё правда, ну, про жабу, про голос… — он осёкся. — Я помогу. Просто не думай, что я против тебя.
Она подняла на него взгляд. Долго смотрела. Потом слегка кивнула. Это был не совсем благодарный кивок — скорее признание того, что она слышит.
Ночь спустилась быстро. Они легли каждый по свою сторону поваленного дерева. Сквозь листву проглядывали звёзды, и звёздная отстрочка на его мантии сливалась с небом. Она смотрела на эти искры и, впервые за долгое время, чувствовала не одиночество — а чьё-то молчаливое, почти неловкое, но искреннее присутствие рядом.
Влажный воздух леса наполнялся чужими запахами, будто сам лес следил за ними. Где-то вдали ухнула птица, и Georgu слегка привстал, оглядываясь в темноту. Его очки блеснули в лунном свете. Он не был трусом, но от звуков, не поддающихся логике, внутри всегда что-то сжималось.Дриада, казалось, дремала, но глаза её были открыты. Она прислушивалась к шорохам — к дыханию трав, движению корней. Лес говорил с ней, но сейчас его голос был напряжённым. Она села, медленно, не издавая ни звука.
— Ты это тоже слышишь? — шепнул парень, стараясь не тревожить воздух громким голосом.
Дриада кивнула. Она уже держала в руках коробку с прикормкой. Пахучая приманка вызывала отклик в окружающей тьме: кусты неподалёку зашевелились. Вначале — мягко. Потом — чуть громче. Будто что-то ползло по мху, цепляясь за корни. Листва колыхалась, хотя ветра не было. Вдруг всё стихло и на опушке показалась она.
Большая, почти с арбуз, бесцветная, вся покрытая влажной прозрачной слизью. Её глаза светились, и вокруг неё воздух чуть подрагивал от магической вибрации. Она замерла, не приближаясь. Маг не верил своим глазам. Он встал, как зачарованный. Дриада вытянула руку, открыла коробку. Запах приманки усилился, и жаба сделала шаг. Ещё один. Её кожа переливалась в лунном свете. Но вдруг что-то спугнуло её — она резко прыгнула назад в заросли, и шорохи растворились в ночи.
— Подожди! — почти вскрикнул маг и сделал шаг вперёд.
Дриада схватила его за руку. Он замер. Она покачала головой. Слишком рано. Она знала — магия леса не любит нетерпеливых. Он снова сел рядом, сердце билось быстро.
Она кивнула. И впервые — очень мягко, почти неуверенно — улыбнулась.