Я и Он. Глава 51. Виртуальный возлюбленный 24
— А-Вань, осторожнее, смотри под ноги.
Чэнь Шаньвань посмотрел на протянутую ладонь Юй Суя, потом на землю. Неровный цемент, мелкий щебень, обычная сельская дорога. Он прекрасно понимал, что Юй Суй просто хочет взять его за руку и больше ничего.
За всю дорогу он уже не раз отклонял эти попытки, и делал это вполне однозначно. Всё просто: Чэнь Шаньвань совершенно не хотел попасть в объективы папарацци и угодить в горячие тренды.
В прошлом году он сам натыкался на новость про случайную гей-пару, которую сняли на улице лишь из-за яркой внешности. Сначала обыватели решили, что это пиар-ход какого-то агентства, потом принялись «копать», завистники подлили масла в огонь, в сеть хлынули факты — правдивые и выдуманные, — и в итоге жизнь парней явно пошла под откос. Он видел, как оба пытались выступить с заявлениями, но помогло ли это… Чэнь Шаньвань не был в шкуре пострадавших, так что гадать не брался.
Юй Суй, вообще-то, человек лишь отчасти. И никогда не скрывал, на что способен в нынешнем состоянии.
Чэнь Шаньвань молча выдохнул и всё-таки вложил свою ладонь в ладонь Юй Суя.
— Если кто-то снимет и выложит в сеть, проследи, чтобы удалили. — тихо сказал он.
Брови Юй Суя тут же изогнулись, выдавая улыбку.
А затем крепче сомкнув пальцы добавил:
Чэнь Шаньвань перевёл взгляд на домики вдалеке.
— Это и есть родной дом того твоего младшего товарища?
Вместо того чтобы спокойно наслаждаться обществом друг друга дома, они притащились сюда лишь потому, что этот самый «младший товарищ» связывался с даосским мастером. И именно он, услышав о возвращении Юй Суя, тут же взял отпуск и умчался к родителям.
— Он ещё здесь? — уточнил Чэнь Шаньвань.
Юй Суй утвердительно угукнул. Взгляд скользнул по шее Чэнь Шаньваня, скрытой светло-серым шарфом, мелькающей лишь при повороте головы, и мысли улетели в другое русло.
Чэнь Шаньвань выразительно молча вопросил: «?»
Он повернулся и как раз поймал этот неотрывный взгляд.
— Ты можешь смотреть под ноги?
Юй Суй ответил с абсолютно серьёзным видом:
— А-Вань, ты и есть моя дорога.
К досадному раздражению Чэнь Шаньвань почувствовал, как по коже ползёт жар, а сплетённые пальцы невольно напряглись. Юй Суй заметил это и улыбнулся ещё шире.
Тихо смущающийся А-Вань тоже был очень мил.
Чэнь Шаньвань решил не продолжать эти игры.
— Никаких «должен быть». Он тут или нет?
Юй Суй покорно угукнул и ещё раз проверил:
Чэнь Шаньвань зашагал дальше. Взгляд слегка потемнел.
Дом младшего товарища выглядел как типичная деревенская самостройка. Снаружи ещё ничего, а внутри — голые стены, пол и потолок, просто залитые цементом.
Шёл праздничный сезон, двери во всех домах были настежь и Чэнь Шаньваню с Юй Суем даже стучать не пришлось: они остановились на пороге и одним взглядом охватили всю неприхотливую гостиную.
Напротив входа стоял алтарь с фигуркой Бога богатства*. Судя по виду, она стояла здесь не первый год и позолота на подставке уже сильно облезла.
* 财神爷 (cáishényé) — один из наиболее почитаемых в Китае божеств, олицетворяющий процветание и финансовый успех. Алтари или статуэтки традиционно размещают у входа или в центральной части дома/лавки для привлечения удачи.
Как раз в тот момент, когда они замерли у двери, тот самый младший товарищ сидел в центре зала у жаровни вместе с роднёй.
До приезда Чэнь Шаньвань уже видел его фото — Юй Суй выудил его из университетской базы. Парень с миловидной внешностью, алые губы, белые зубы… Если судить только по лицу, вполне тянул на «коллекционный» экземпляр.
Но сейчас этот самый младший товарищ выглядел совсем не так, как на снимке.
Узнать его всё ещё можно было, но что-то в восприятии резко сбивало. Лицо… как ни всматривайся, казалось каким-то неправильным.
Чэнь Шаньвань задержал взгляд на парне чуть дольше положенного. Юй Суй и так был не в восторге от того, что ради какого-то левого человека пришлось тащиться через полстраны, и теперь эта ревность начала разгораться сильнее, заставляя его всё сильнее сжимать ладонь Чэнь Шаньваня.
Тот замер, первые секунды не найдя слов.
Потому что младший товарищ, заметив их приближение и увидев ничем не прикрытое лицо Юй Суя, в панике попытался сбежать. Но ноги, парализованные ужасом, не послушались. Он бессильно завалился вместе со стулом и грохнулся на пол.
Родня уже готовилась улыбнуться и поприветствовать гостей, спросить, чем могут помочь, но, увидев реакцию парня, тут же забыла все слова. Они бросились поднимать его, тараторя на родном диалекте. Чэнь Шаньвань по обрывкам понял, что, родня спрашивала, что он устроил.
Младший товарищ же заходился криком:
Лицо перекосило от неподдельного ужаса.
— Прочь… — шептал он, но больше ни слова не вылетело из горла.
Чэнь Шаньвань с сомнением покосился на Юй Суя:
— Ты его, случаем, не запугивал по-тихому?
— А-Вань, за кого ты меня, собственно, принимаешь? Я не запугивал его. Просто, когда у того мастера начались проблемы, этот парень попал в ДТП, в результате которого его лицо было сильно изуродовано. То, что ты видишь сейчас, — результат пластической реконструкции.
Он добавил с нарочитым равнодушием:
— Хотя само то, что его смогли «починить», уже чудо.
Чэнь Шаньвань примерно понимал, в чём заключалось это «чудо».
В конце концов, эта шайка всё равно растащила по кусочкам «жизненную силу» Юй Суя.
Пальцы Чэнь Шаньваня невольно сжались в кулак. Поскольку одна рука была крепко стиснута ладонью Юй Суя, тот сразу почувствовал это напряжение.
Брови Юй Суя слегка дрогнули. Ему льстило, что А-Вань злится за него, но одновременно бесило, что часть этой злости направлена и на других. Хоть даже капля.
Родня парня, похоже, тоже сообразила, что причина его состояния — они, и их взгляды стали настороженными:
— …Он убил человека. — тихо произнёс Чэнь Шаньвань.
Он не отводил глаз от младшего товарища, который трясся на руках у матери:
— Пусть и с опозданием в три года, но он обязан ответить за убийство.
— …Ты что, несёшь?! — взвилась мать.
— Откуда вы вообще взялись?! Не смейте устраивать цирк у нас в доме! — закричал кто-то из родни.
— Денег пришёл требовать?! Нынешние попрошайки уже и разговаривать иначе не умеют?! — подхватил другой голос.
Родня загалдела, сыпля оскорблениями. Взгляд Юй Суя стал ледяным, но прежде чем он успел сделать шаг, Чэнь Шаньвань удержал его за руку. А младший товарищ в этот момент словно лишился последней защиты. Он вжал голову в плечи, пытаясь спрятаться, и заголосил в голос:
— Я уже расплатился! Я уже заплатил за всё! А-а-а!
— Меня уже изуродовали, я заплатил свою цену!.. Пощади меня… Умоляю, пощади…
Этим криком он сам подтвердил слова Чэнь Шаньваня.
Мать, обнимавшая его, смотрела на сына с непониманием:
Но парень был слишком напуган, чтобы спорить. Речь стала бессвязной:
— Не трогай меня… Те двое ещё не ответили! Я не один виноват в твоей смерти! Оставь меня, умоляю… Я всё осознал, я правда раскаиваюсь…
Он бормотал без остановки. Поняв, что ему не сбежать, парень вырвался из материнских объятий, рухнул на колени перед Юй Суем и, захлёбываясь слезами, начал кланяться ему в пол. Родня замерла в полном оцепенении.
Юй Суй остался совершенно равнодушен к этой сцене. Он перевёл взгляд на Чэнь Шаньваня.
Ему было любопытно, хватит ли у А-Ваня, с его мягким сердцем, решимости настоять на своём, или он отступит.
Но Чэнь Шаньвань лишь чуть опустил ресницы. Тени от густых, длинных ресниц не смогли скрыть ледяного спокойствия в его взгляде.
Он смотрел на рыдающего человека и равнодушно продолжал:
— Ты расплатился лишь за собственную жадность. За отнятую жизнь ты так и не ответил.
Парень застыл, словно поражённый молнией:
Чэнь Шаньвань ответил почти на автомате:
Вероятно, сказывалась человеческая природа или годами вбитое с детства уважение к закону. Этот принцип пустил в нём глубокие корни.
Чэнь Шаньвань не отводил от него глаз:
— Иди и сдайся полиции сам. Иначе… Вы ведь втроём лучше всех знаете, что сейчас представляет из себя Юй Суй. Не так ли?
— Я сдамся… Сдамся… А если я сдамся, вы от меня отстанете? — всхлипнул он.
— Я больше не могу видеть эти кошмары… Отпустите меня, умоляю… — плакал младший товарищ.
Чэнь Шаньвань был уверен, что это не проделки Юй Суя и ему вдруг стало смешно:
— Похоже, тебя грызёт собственная совесть.
А значит, если он сдастся, кошмары и правда прекратятся.
Покинув посёлок, Чэнь Шаньвань и Юй Суй не стали спешить обратно на юг.
Чэнь Шаньвань предложил Юй Сую составить ему компанию и просто отдохнуть.
Юй Суй, разумеется, согласился. На любую просьбу А-Ваня, какой бы она ни была, он всегда был готов ответить согласием, не раздумывая.
— Со мной ещё никто не путешествовал. — усмехнулся Чэнь Шаньвань.
Он улыбался, и даже то, что их сплетённые руки на улице привлекали косые взгляды, теперь казалось неважным.
— Раньше ты мог быть со мной только будучи в телефоне.
В этом уездном городке запрет на фейерверки соблюдают не слишком строго, поэтому к ночи над улицами один за другим распускались яркие цветы праздничных огней.
Они шли плечом к плечу, прихватив горячих уличных закусок. Юй Суй одной рукой крепко держал Чэнь Шаньваня, а другой помогал нести еду.
Когда их скромная прогулка подошла к концу, они вернулись в отель и пожелали друг другу спокойной ночи.
Возможно, сказывалась дневная усталость, но Чэнь Шаньвань не ворочался долго и быстро сомкнул веки.
Поскольку в номере ещё не успели установить скрытые камеры, Юй Суй мог убедиться, спит ли Чэнь Шаньвань, только через экран его телефона.
Он подождал довольно долго, и не услышав ни шороха, бесшумно взломал электронный замок двери и на цыпочках подошёл к кровати.
Из-за плотных штор стояла кромешная тьма, и обычный человек здесь ничего бы не разглядел. Но Юй Суй был иным. Он прекрасно видел даже в абсолютной темноте.
Поэтому он безошибочно нашёл Чэнь Шаньваня и тихо присел на край матраса.
Юй Суй протянул руку; длинные пальцы осторожно откинули прядь со лба спящего. Во взгляде читалась нежность и сосредоточенность, но сквозь них проступало с трудом сдерживаемое, бурлящее желание.
С самой первой встречи, даже когда он видел его лишь через камеру смартфона, Юй Суя раздирало изнутри: хотелось вгрызться, оплести, прижать к себе и сделать всё то, о чём обычно не говорят вслух.
Порой даже сам Юй Суй поражался своей невероятной выдержке.
Он давно бы сорвался. Стоило увидеть Чэнь Шаньваня, и в голове роем роились запретные, непристойные фантазии.
Но он каким-то чудом сдерживался до сих пор.
И всё же, как и в каждую предыдущую ночь, он не выдержал, наклонился и едва коснулся губ Чэнь Шаньваня лёгким поцелуем.
Но именно в этот миг Чэнь Шаньвань резко распахнул глаза.
Юй Суй застыл на месте, впервые в жизни почувствовав сильную неловкость.
А-ха-ха-ха-ха-ха-ха! Попался! Вот и спалился!
Хочу предупредить всех: в ноябре не начну публикацию «Белой розы». Хочу сначала полностью написать текст и выпустить его в следующем году~ А в декабре этого года начну «Ещё одну историю про нарцисса»~
Огромное спасибо всем за поддержку! Буду стараться и дальше!