Бог Творения [Бесконечность]. Глава 120. Я люблю работать 15
[Чжигэн: Во второй тюрьме района B3 каждый день с двух до трёх часов дня бывает прогулка. У вас будет один час, чтобы сфотографировать двор во время этой прогулки.]
И даже, поскольку Лу Хуэй сказал, что он новичок, «Чжигэн» заботливо добавил:
[Чжигэн: Как сделаешь фото, сразу выкладывай сюда. Я проверю, и на твой счёт упадет 1000. Как делить с другом — решайте сами. Не волнуйся, я не кину, администратор честный.]
На мгновение Лу Хуэю даже подумалось, не «Система» ли выступает в роли администратора. Но мысль была настолько нелепой, что он сам усмехнулся.
[2333: Уточню: как мы туда проникнем — это наши проблемы, верно? И после того, как мы подтвердим заказ, ты больше никому его не отдашь, верно?]
[Чжигэн: У вас есть два дня на выполнение.]
Лу Хуэй ответил «хорошо», и переписка на этом закончилась.
— Времени ещё полно. Будем думать, как попасть в сектор B?
Мин Чжаолинь склонил голову набок:
— Сразу ломанёмся во вторую тюрьму или будем делать пропуск?
Лу Хуэй, даже не рассматривавший первый вариант:
— ...Конечно, будем делать пропуск!
Он мысленно отметил, что безумной дерзости Мин Чжаолиня действительно нет равных.
Мин Чжаолинь усмехнулся, но было видно, что интерес он уже потерял.
Лу Хуэй, глядя на его выражение лица, хотел что-то сказать, потом передумал, в итоге просто закатив глаза, выражая свое безмолвное возмущение, и двинулся вперед.
Как раздобыть пропуск — тоже вопрос.
Поэтому Лу Хуэй сначала написал Яо Хаохао, которая успешно устроилась в секторе C на официальную работу:
[Ты не слышала ничего насчёт пропусков?]
Не было и половины первого, как Яо Хаохао ответила:
[Утром краем уха слышала, что временные пропуска выдают только в крайне редких случаях.]
[Лу Юаньюань: В основном это когда кому-то из секторов C или D нужно что-то доставить или доложить кому-то из больших шишек. Но обычно это люди из окружения больших шишек из сектора A, которые приезжают, чтобы купить что-то или передать сообщение...]
[Лу Юаньюань: Кстати, в «Заомэн» есть сотрудники, которые живут в секторе A, а работают в секторе C. Так что я предполагаю, что таких людей довольно много, и они, похоже, используют свой статус жителей сектора A как пропуск.]
Лу Хуэй и сам так думал, особенно после того, как увидел сектор A, и ещё больше утвердился в мысли, что между секторами A и C существует тесная связь.
Но пропуск в сектор A Лу Хуэю сейчас был ни к чему.
[Цзюнь Чаомань: А насчет сектора B?]
[Лу Юаньюань: А вот этого я не знаю. Я спросила у коллег, у которых есть дети. Они сказали, что их детей, которые учатся в секторе B, каждый день возит школьный автобус, так что им самим в сектор B ездить не нужно.]
Сектор B — это в основном скопление школ и правительственных учреждений, там же много крупных больниц. Но это не значит, что в секторах A, C и D этого нет, просто школы и больницы в секторе A тоже немаленькие.
Получается, что если судить по уровню преподавателей, то сектора A и B точно на высшем уровне, дальше идет C, и только потом D. С медицинскими ресурсами та же история.
Лу Хуэй не думал, что сможет получить временный пропуск под предлогом желания полечиться в секторах A или B. Этот инстанс — мир жесткой иерархии, и вполне возможно, что жителям секторов C и D просто запрещено входить в сектора A и B, не говоря уже о том, чтобы ехать туда лечиться.
Нужно показать свою ценность вышестоящим, потом «обнаружить» у себя тяжёлую болезнь, которую можно вылечить только в секторах A или B, и, может быть, тогда выдадут временный пропуск.
А потом повернулся к Мин Чжаолиню:
— Как думаешь, если мы выставим в этом приложении заказ на два пропуска в сектор B, это сработает?
Задав вопрос, Лу Хуэй, дождавшись, пока Мин Чжаолинь слегка приподнимет бровь, полез искать в приложении.
Мин Чжаолинь в основном исполнял роль живого слушателя, дабы Лу Хуэю не пришлось вещать в пустоту.
Лу Хуэй поискал и обнаружил, что, оказывается, действительно есть люди, которые заказывают пропуск или временный пропуск в сектор A или B, но рыночная цена кусается.
Постоянный пропуск стоит аж триста тысяч, а временный — пятьсот. Цены просто немыслимые.
Ведь при сносе дома в секторе D одна семья получает компенсацию всего в двести тысяч.
Благодаря этому поиску Лу Хуэй кое-что прояснил для себя.
Заказы на семь-восемь золотых, скорее всего, как раз и связаны с тем, чтобы сделать что-то в секторах A или B, и цена пропуска уже заложена в награду.
Потому что если бы Лу Хуэй брал этот заказ в одиночку, то пятьсот на временный пропуск и пятьсот себе в награду — как раз тысяча.
Заставляют людей ломать голову, как попасть в сектор B, да ещё и в тюрьму пробраться, чтобы сделать фото, а платят за это всего пятьсот юаней.
Может быть, у некоторых уже есть пропуск?
Лу Хуэй вспомнил вчерашний пост.
Неужели есть люди, которые живут в секторах A или B, а заказы выполняют через это приложение?
Хотя временный пропуск стоил дорого, и Лу Хуэй проверил, что при недостатке средств нельзя выставить заказ на сумму, превышающую твой баланс, это не значит, что у Лу Хуэя и Мин Чжаолиня не было других способов.
Школьный автобус был вторым вариантом.
И хорошая новость заключалась в том, что Лу Хуэй и Мин Чжаолинь нашли школьный автобус, припаркованный в секторе D. Причём это был автобусного типа, с боковым отсеком для хранения вещей. Лу Хуэй и Мин Чжаолинь проверили — внутри было пусто.
— Немного тесновато. — заметил Лу Хуэй.
Он прикинул на глаз: Если мы оба впихнёмся в этот отсек, придётся несладко.
Влезть-то они влезут, но проблема в том, что между ними не останется ни миллиметра свободного пространства.
Это будет даже теснее, чем двум здоровым мужикам лежать в гробу.
В конце концов, они даже нормально не вытянутся, придётся свернуться калачиком.
Но, несмотря на это, Лу Хуэй уже отправил Ци Баю и остальным сообщение, что он занят, и выключил свой телефон:
Мин Чжаолинь неспешно нажал кнопку выключения на своём:
— Ты первый залазь, а то мне волосы придавишь.
— Если ты ляжешь сверху, ты мне их тоже придавишь.
Как бы то ни было, Лу Хуэй первым юркнул внутрь.
Места было мало, и вместить его, ростом метр восемьдесят, было непросто. Его голова и половина верхней части тела упирались в одну сторону, но из-за того, что отсек был низким, голову приходилось наклонять, и она упиралась в потолок. Ноги он согнул и упёрся ступнями в противоположный край. В целом, он выглядел как человек, которого насильно запихнули в маленький деревянный ящик. Было до чертиков тесно.
Он пошевелил ногами, слегка раздвинул их, стараясь освободить Мин Чжаолиню место, чтобы тот мог протиснуться.
— Не морочь себе голову, всё просто. — бросил Мин Чжаолинь.
С его ростом под метр девяносто втиснуться было ещё сложнее. С самого первого шага, когда он просунул внутрь только половину тела, Лу Хуэй уже начал задыхаться.
Рука Мин Чжаолиня упиралась рядом с головой Лу Хуэя. Подняв ногу, он сначала прижал ступни Лу Хуэя, а затем, подцепив его под колено, сказал:
— Закинь мне на талию, иначе я не пролезу.
В голове у Лу Хуэя крутилась только одна мысль: как бы им успешно закрыть эту дверцу, и он даже не осознал, как двусмысленно это звучит.
Он с трудом пошевелил ногами и в итоге зажал Мин Чжаолиня между своих ног, и только тогда Мин Чжаолинь наконец протиснул внутрь вторую ногу, попутно ловко прикрыв дверцу.
Место для воздуха было, но совсем крошечное, так что им обоим пришлось контролировать своё дыхание.
Голова Мин Чжаолиня упиралась в потолок и плотно прижималась к голове Лу Хуэя, так что их виски почти сливались. Рукам деваться было некуда, поэтому Мин Чжаолинь опустил их вдоль тела Лу Хуэя. Ладони скользнули в узкую щель за его спиной, упираясь в тазовые кости, а сами руки оказались плотно прижаты боками к его телу.
Лу Хуэю тоже было некуда деть руки, поэтому он просто сложил их на груди, оказавшись намертво зажатым в этой тесноте.
На самом деле, между ними оставался крошечный зазор, потому что Мин Чжаолинь изо всех сил старался приподняться, но этот зазор был просто мизерным.
Их плечи и руки были плотно прижаты друг к другу, а то, что он приподнялся, означало лишь, что грудь и верхняя часть живота не так сильно давили друг на друга, создавая небольшое пространство, но всё остальное было прижато настолько плотно, что...
Лу Хуэй, что было большой редкостью, даже почувствовал, как у него горят уши.
В темноте остальные чувства обостряются, и в этот момент Лу Хуэй прочувствовал это на все сто.
Потому что он отчётливо слышал стук своего сердца и сердца Мин Чжаолиня. Это было слишком громко, так громко, что он боялся, вдруг их услышат и раскроют.
Тогда это будет не просто провал миссии, а ещё и позор на весь мир.
Лу Хуэй заставил себя об этом не думать, пытаясь сосредоточиться на инстансе, но его окружала уникальная, агрессивная и опасная аура Мин Чжаолиня, а также исходящее от него тепло.
Но ситуация в этот раз была слишком уж специфической. Лу Хуэй пытался несколько раз сосредоточиться, но мыслительный процесс не вязался.
К счастью, они рассчитали время и промучились в этой духоте недолго, прежде чем автобус завёлся.
Но тут тоже было не всё гладко.
Потому что, то ли у водителя руки кривые, то ли ещё что, но только автобус тронулся, как его резко дёрнуло.
В таком узком пространстве они не могли нормально опереться, и даже Мин Чжаолинь не удержал равновесие. В итоге ему пришлось в последний момент напрячься, чтобы не упасть, и его лоб слегка стукнулся о лоб Лу Хуэя, а их носы почти соприкоснулись.
Глаза Лу Хуэя чуть расширились, и на мгновение сердце, словно споткнувшись, замерло — дыхание тоже прервалось.
Хотя он ничего не видел, он чувствовал дыхание Мин Чжаолиня, скользящее по его лицу, и...
Ещё чуть-чуть, и они бы поцеловались.
Чтобы избежать неловкой ситуации, когда они со своим «заклятым врагом» повторяют такой конфуз (в прошлый раз это ещё можно было списать на искусственное дыхание, но сейчас — совсем другое дело), Лу Хуэй, как только Мин Чжаолинь начал слегка отстраняться, резко наклонил голову и уткнулся ему в шею, насколько позволяло пространство.
Лу Хуэй мысленно громко аплодировал их с Мин Чжаолинем слаженной работе.
Потому что Мин Чжаолинь поднял руку, накрыл его затылок ладонью и надежно зафиксировал его голову.
Лу Хуэй мысленно одобрительно кивнул.jpg
— ...Днём будет урок рисования. — нарушил тишину Мин Чжаолинь, воспользовавшись своим острым слухом, — Учительница рисования из сектора D.
Лу Хуэй и сам кое-что слышал, ведь детишки в салоне разговаривали очень громко.
Выбранный ими школьный автобус вёз учеников начальной школы, которая как раз находилась в районе B3.
Лу Хуэй с трудом, на одном выдохе, ответил:
— Значит, у учителя тоже может быть пропуск.
Мин Чжаолинь мыкнул в ответ и неспешно добавил:
— В автобусе есть ребёнок, чья семья переезжает в сектор B.
Хотя в секторе B тоже есть жильё, но для Лу Хуэя и его компании это, скорее всего, резиденции чиновников. И это немного отличается от сектора A. Как так вышло, что кто-то из сектора D смог переехать в сектор B?
Лу Хуэй вспомнил о блокировке в посте прошлой ночью... В этом инстансе власть бизнеса выше власти правительства?
Так что, этот родитель из сектора D сделал что-то, чем угодил высокопоставленным лицам из сектора A, и поэтому получил право на переезд?
Лу Хуэй мысленно отметил, что этот инстанс в первую очередь направлен на выживание, и в отличие от «Деревни Цзюаньлоу» и «Парка развлечений Ангела», здесь нет строго обязательных квестов, так что нет смысла специально зацикливаться на этой побочной линии.
Если наткнёмся — посмотрим, но лезть на рожон не стоит.
Их главная цель — продержаться 14 дней, не уйдя в отрицательный баланс.
Школьный автобус ехал быстро, и вскоре Лу Хуэй и Мин Чжаолинь услышали, что они въехали в сектор B. Они, естественно, невольно напряглись. Ведь они не были уверены, что их не обнаружат.
Если обнаружат — это кое-что прояснит.
А если не обнаружат — это тоже кое-что прояснит.
Вопрос лишь в том, что именно.
Они лежали в напряжении, пока автобус окончательно не остановился. Детишки уже вышли, но они всё ещё не могли полностью расслабиться. Лу Хуэй пытался дышать ровно, с него уже сошло немало пота, и сейчас ему было не до того, насколько близко они с Мин Чжаолинем прижаты друг к другу. Он пошевелился в этом крайне тесном пространстве.
— Ничего не слышно. — сказал Мин Чжаолинь.
Раз никого, значит, можно вылезать.
Мин Чжаолинь, вечно жаждущий движения, открыл дверцу, и в отсек хлынул холодный воздух с подземной парковки. У Лу Хуэя мелькнула мысль: Чёрт возьми, наконец-то ожил.
Мин Чжаолинь хлопнул его по ноге:
Лу Хуэй с трудом разжал ноги. Мин Чжаолинь легко спрыгнул на пол и протянул Лу Хуэю руку.
У Лу Хуэя слегка затекла спина, и он мог бы выбраться и сам, но, глянув на руку Мин Чжаолиня, он всё же положил свою ладонь на его, позволив тому вытащить себя.
Когда ноги Лу Хуэя коснулись пола, он почувствовал странную отчуждённость, на секунду у него закружилась голова. Он твёрдо встал на ноги, опираясь на Мин Чжаолиня, и глубоко вдохнул.
Ещё чуть-чуть, и он бы правда задохнулся.
Убедившись, что с Лу Хуем всё в порядке, Мин Чжаолинь отпустил его руку, но всё же не удержался и бросил на него взгляд.
Потому что от духоты лицо, шея и уши Лу Хуэя слегка порозовели, что выглядело... по-своему притягательно.
Лу Хуэй не знал, о чём тот думает и на что смотрит, а лишь бесшумно разминал затёкшие мышцы, затем окинул взглядом пространство и подтвердил:
— Мы как раз в слепой зоне камер.
Автобус был припаркован вплотную к стене, которая как раз и закрывала его от объективов.
Мин Чжаолинь тихонько прикрыл дверцу и, воспользовавшись своим усиленным зрением, осмотрелся:
— Тут много камер, но нас не заметят.
Главное — спокойно отсюда выйти, и тогда ни у кого не возникнет подозрений.
К тому же, это место не выглядело как парковка исключительно для начальной школы. Помимо школьных автобусов, здесь стояло множество самых разных машин. И Лу Хуэй, и Мин Чжаолинь понимали, что они не могут принадлежать одним лишь учителям.
Поэтому они совершенно спокойно вышли и даже сели в лифт.
Рядом с лифтом висела схема. По ней было видно, что это огромная парковка, разделённая на четыре уровня.
Один наземный и три подземных.
Они находились на первом подземном уровне, где по правилам должны стоять все школьные автобусы. Для остальных места были свободными.
Там же висел прайс-лист на парковку.
Что это за VIP, Лу Хуэй пока не знал.
Но на этой схеме была и карта окрестностей парковки. Выехав с зоны школьных автобусов, даже не нужно переходить дорогу — прямо по соседству находилась начальная школа.
А дальше рядом были культурный супермаркет, детский дворец, детская больница, библиотека...
Обычно тюрьмы и школы не строят по соседству.
Когда Лу Хуэй и Мин Чжаолинь вышли из лифта на поверхность, перед ними предстал совершенно иной город.
Сектор D на самом деле уже был очень похож на крупные города реального мира: там были и новые, и старые здания, широкие и узкие улицы, и вместе с сектором C всё это создавало переплетение старого и нового, что не могло не раздражать.
Если не брать в расчёт весь этот беспредел, то действительно могло возникнуть ощущение, что они вернулись в реальный мир.
А вот сектор A, который они видели на периферии, производил впечатление ещё более процветающего, просторного, чистого и светлого. Он напоминал те идеальные новые города с фотографий из реального мира, которые специально снимают с лучших ракурсов для городской пропаганды.
Но Лу Хуэй и Мин Чжаолинь не заходили вглубь сектора A, так что не знали, как он выглядит внутри. Зато сектор B... Теперь они были в B3.
Здесь возвышались небоскрёбы, и они вообще не увидели ничего старого.
Парковка была полностью автоматизирована с использованием ИИ, даже шлагбаумы были высокотехнологичными и предотвращали попытки перешагнуть или пролезть под ними. На автобусной остановке напротив, помимо рекламы, висела очень точная электронная схема маршрутов, показывающая, что находится рядом с каждой остановкой. Каждая станция была выделена своим цветом, а ещё работало голосовое оповещение о прибытии автобусов.
Это было действительно очень современное место.
Благодаря схеме на остановке Лу Хуэй нашёл расположение второй тюрьмы. Она находилась не так уж далеко, примерно в сорока минутах езды на автобусе.
Лу Хуэй и Мин Чжаолинь сели на автобус, следующий до второй тюрьмы.
Они не знали, что в тот самый момент, когда они поднялись на борт, одна из камер наблюдения, направленная на автобус, слегка дрогнула и через прозрачное окно зафиксировала, как они занимают свои места.