Бог Творения [Бесконечность]. Глава 110. Я люблю работать 05
Лу Хуэй ответил на звонок Яо Хаохао как раз в тот момент, когда они с Мин Чжаолинем отошли от высокой стены.
Выслушав её краткий пересказ ситуации, Лу Хуэй сразу спросил, где именно они сейчас находятся.
От сектора D до сектора C преград не было. Лу Хуэй мысленно прокрутил маршрут по карте и назвал точку встречи:
Некоторые вещи всё-таки лучше обсуждать при личной встрече.
Когда они наконец встретились, уже наступил полдень.
Поэтому Лу Хуэй предложил совместить обед с обсуждением дел.
Лу Хуэй вкратце объяснил, как именно им удалось заработать.
Яо Хаохао выразила свое восхищение, а Ци Бай смотрел с нескрываемым обожанием:
— Брат, ты и правда круче всех.
— Ладно, хватит, — отмахнулся Лу Хуэй. — Не перехваливай.
Мин Чжаолинь бросил на него ленивый взгляд и небрежно заметил:
— Если будешь и дальше так расхваливать, его эго раздует до таких размеров, что он вылетит из инстанса.
— Тебе что, скучно, если мы не переругиваемся хотя бы раз в час?
Мин Чжаолинь слегка вскинул бровь:
— Я думал, наш статус заклятых врагов всё ещё в силе.
Лу Хуэй спрятал руку за спину и показал ему «международный жест дружбы».
— Я прекрасно вижу, что ты делаешь. — усмехнулся Мин Чжаолинь. — Решил, что этот палец тебе больше не нужен?
Лу Хуэй сделал вид, что не расслышал, и обратился к Яо Хаохао и Ци Баю:
— Что будем есть? Берем самое дешёвое.
Изначально напряженные нервы Яо Хаохао немного расслабились благодаря этому дуэту, напоминающему комедийное шоу, и от показной вежливости Лу Хуэя, так что она лишь обречённо вздохнула:
— И какой смысл был спрашивать наше мнение, если ты уже всё решил?
— Один мой чересчур заботливый друг научил меня быть вежливым. — парировал Лу Хуэй.
С этими словами он двинулся дальше:
— Учитывая наши текущие финансовые трудности, предлагаю всем вместе погрызть паровые булочки.
И они действительно грызли маньтоу.
Целый пакет белоснежных булочек, но даже это обошлось им в несколько десятков юаней.
— Три юаня за одну булочку, — пробормотал Ци Бай. — Да они могли бы просто грабить прохожих, это было бы честнее.
— Сяо Бай, у тебя, похоже, особые счёты с этим инстансом.
— Он превратился в ярого критика системы с того самого момента, как увидел местные цены и зарплаты. — пояснила Яо Хаохао.
Ци Бай слегка кашлянул, словно смутившись:
— Хотя моя семья живёт неплохо, родители с ранних лет заставляли меня подрабатывать, как только позволял возраст. Так я с детства понял истинную цену деньгам.
Он сделал небольшую паузу и опустил взгляд:
— К тому же некоторые богачи... они просто отвратительны.
Тут явно кроется какая-то история.
Лу Хуэй бросил на него взгляд и тут же встретился глазами с Яо Хаохао, стоявшей рядом.
Было очевидно, что Яо Хаохао тоже давно что-то подозревает, но ни он, ни она не стали задавать лишних вопросов.
А Мин Чжаолинь и подавно не отличался заботой о чужих чувствах.
Поэтому разговор естественным образом вернулся к обсуждению инстанса.
Лу Хуэй, откусывая булочку, листал на телефоне Яо Хаохао таблицу с вакансиями, предполагающими ежедневную оплату.
Мин Чжаолинь склонился рядом, заглядывая ему через плечо. Они просматривали информацию с бешеной скоростью: не читая строку за строкой, а пролистывая экран с такой частотой, от которой у обычного человека просто зарябило бы в глазах.
Закончив просмотр, Лу Хуэй вернул телефон Яо Хаохао и тут же услышал, как Ци Бай добавил:
— Кстати, брат, пока мы шли к вам, нас снова остановили люди из «Заомэн». Они предлагали сестре Юаньюань стать звездой. А если она не хочет на сцену, то можно пойти в модели или стримеры. Там тоже обещают ежедневную или еженедельную оплату.
— Он даже прямо на месте расписал ей стратегию продвижения, заявив, что она идеально впишется в образ «куклы-метиски».
Яо Хаохао и вправду была очень красивой. У нее были миндалевидные глаза, короткая стрижка каштанового цвета и янтарная радужка, что действительно создавало легкий эффект смешения кровей.
— Я не метиска, — твёрдо отрезала Яо Хаохао.
— В моём роду не было смешанных браков. У меня врожденный дефицит меланина.
— Я заметил, — пробормотал Лу Хуэй с набитым ртом. — Тебя действительно бесит, когда тебя называют метиской.
— Потому что с самого детства и до сих пор меня постоянно подвергают сомнению как гражданку этой страны. Это жутко раздражает.
Лу Хуэй не стал развивать эту тему, вместо этого он уставился на рекламный щит на противоположной стороне улицы:
— Насчёт этого активного «помощь в трудоустройстве»... у меня есть одна догадка.
Он имел в виду нюанс, который так и не смог распутать Ци Бай.
Оба тут же перевели на него внимательные взгляды.
— Есть два варианта. Первый: они получают процент с вашей зарплаты. Но раз она заявила, что вам «не придётся ничем за это расплачиваться», значит, этот процент не прописан в контракте открыто, в духе «вся зарплата первого дня уходит посреднику». Скорее всего, половину штрафов, которые с вас удержат за нарушения, заберут себе. А эти «нарушения» будут высосаны из пальца. Например, не выполнили план продаж — штраф. Вас могут загнать в такой минус, что вы останетесь должны... и, возможно, именно эти долги будут перенаправлены ему. — пояснил Лу Хуэй.
Яо Хаохао нахмурилась и тихо присвистнула:
— Второй вариант куда жёстче. Конечная цель этих вакансий с ежедневной оплатой — загнать вас в угол. Например, сделать так, чтобы вы набрали огромных долгов, и вам пришлось бы пойти на всё, лишь бы их отдать. Что бы вы потом ни делали, вы окажетесь в полной власти своего кредитора. Законы Лаогуана чётко гласят: «За грабеж или порчу чужого имущества требуется десятикратная компенсация владельцу». А что делать, если нечем платить? В законе об этом ни слова.
— И самое главное, в законах Лаогуана нет ни единого пункта, запрещающего торговлю людьми.
Глаза Яо Хаохао округлились. Она была неглупой девушкой и прекрасно понимала истинный смысл слов Лу Хуэя. В её голосе уже скользил неподдельный ужас:
— ...Возможно, в этом городе именно теневая экономика и есть настоящая основа всего.
Лу Хуэй кивнул с видом наставника, довольного понятливостью ученика:
— Местные жители, возможно, и в стороне, но мы, приезжие работяги, попадаем в эту ловушку легче всего... А может, это просто негласное правило города.
— Ты хочешь сказать... коренные жители сдают приезжих в жернова тёмного бизнеса этих капиталистов, и взамен получают нормальную жизнь, нормальную работу и защиту от гнёта корпораций?
Лу Хуэй снова щёлкнул пальцами, подтверждая её догадку.
Яо Хаохао сжала кулаки, её грудь и плечи тяжело вздымались. Лу Хуэй прекрасно понимал, что ей претила подобная несправедливость. Даже если это всего лишь инстанс, и, помимо игроков, остальные приезжие — просто NPC, для Яо Хаохао они всё равно оставались «живыми». Или, точнее, дело было не в самом понятии жизни, а в её собственных моральных принципах. Это как когда кто-то слишком сильно погружается в игру: даже зная, что персонаж на экране — всего лишь набор кодов, он всё равно испытывает грусть и гнев из-за его судьбы. У таких людей развитая эмпатия и мягкое сердце. Лу Хуэй всегда считал именно так. Ведь Чэн Фэй и Инь Цзя были точно такими же.
— Как они вообще могут так поступать... — растерянно пробормотал Ци Бай.
Но он также отлично понимал, что винить в этом местных NPC бессмысленно. Истинный источник зла кроется в жителях секторов A и B. Пройдя уже несколько инстансов, да ещё и высокого уровня сложности, Ци Бай тоже кое-чему научился:
— Брат, выходит, наши 14 дней выживания — это не просто заработать на жизнь и не влезть в долги, так?
— Такой вариант развития событий вполне возможен, но это точно не единственный путь. — небрежно ответил Лу Хуэй. — На самом деле, эту ловушку легко обойти. Приезжие здесь не только мы, но и NPC. Чтобы выжить, они наверняка снимают жильё вскладчину, а может, и ютятся по несколько человек в одной комнате, лишь бы снизить расходы на аренду.
— И потом, с работой: разве не достаточно просто игнорировать этот список и найти другую вакансию с ежедневной оплатой? — продолжил Лу Хуэй. — Например, раздача листовок. Такого в списке нет. Или работа маскотом в торговом центре. Этого тоже нет. Хотя, полагаю, даже такая работа будет изматывающей. Лёгких денег здесь не светит.
Лу Хуэй запнулся, на мгновение потеряв нить мысли.
Яо Хаохао склонила голову набок:
— Это третий отборочный тур. Сложность инстанса по сравнению с предыдущими двумя только возросла, так что этот путь к выживанию не будет таким уж простым. Ловушки капитала мы пока не считаем... наверняка будут и другие подводные камни.
Ведь если бы задача сводилась лишь к тому, чтобы перетерпеть и быть предельно осторожным с корпорациями, этот инстанс был бы куда проще двух предыдущих. Достаточно было бы просто проявить бдительность, даже не прибегая к активным действиям.
— То, что мы видим сейчас, кажется масштабным, но, возможно, это лишь верхушка айсберга этого инстанса.
— Ведь этот инстанс явно разворачивается вокруг истории всего города, с проработанными деталями и лором, так что одной только линией с поиском работы дело не ограничится.
— ...Итак, что ты собираешься делать?
— Это всего лишь первый день. Даже я могу действовать только по ситуации, шаг за шагом. Я всё же советую вам сначала найти какую-нибудь подработку и место для ночлега. Вы также можете объединиться с другими игроками, чтобы снять комнату вскладчину.
— Хорошо. — кивнула Яо Хаохао.
Она прекрасно понимала, что Лу Хуэй с Мин Чжаолинем задумали провернуть что-то по-настоящему масштабное.
Поэтому, как только они доели свои паровые булочки, группа приготовилась снова разделиться. Перед расставанием Яо Хаохао обернулась и задала Лу Хуэю прямой вопрос:
Он колебался пару секунд, и Яо Хаохао добавила:
— Тебе не нужно обо мне беспокоиться и не стоит проявлять ко мне чрезмерную опеку. Мои способности ничуть не хуже ваших.
И действительно, способность Яо Хаохао [Фонарь Семи Душ] и без того входила в число сильнейших среди всех игроков. А после прохождения инстанса «Парк развлечений Ангела» она наверняка разблокировала новые навыки. Насколько было известно Лу Хуэю, у неё уже было два активных и два пассивных умения. И неважно, был ли разблокирован активный или пассивный навык после «Парка развлечений Ангела», улучшение [Фонаря Семи Душ] определённо было колоссальным. Если Яо Хаохао пройдет весь турнир на повышение ранга и разблокирует все семь душ, это будет просто невероятно.
— Тогда потом не смей меня ругать.
— Не буду. — твёрдо ответила Яо Хаохао.
— Попроси у того, кто скинул тебе таблицу с ежедневной оплатой, вакансию с еженедельным расчётом, да ещё и с предоставлением жилья и питания. Даже если расходы вычтут из зарплаты, это не страшно, главное, чтобы не отнимали половину. — сказал Лу Хуэй.
— А чем именно заниматься, выбирай сама.
Яо Хаохао без колебаний согласилась:
— А-а... а что мне делать... — робко подал голос Ци Бай.
— Сяо Бай, для начала найди любую подработку с ежедневной оплатой, которой нет в этом списке, чтобы заработать немного денег. Заодно попробуй объединиться с другими игроками для совместной аренды жилья. В качестве обмена ты можешь предоставить им всю информацию, которую я озвучил. Но лучше ищи Чжу Люй, Нянь Пинчу, Мэй Тин или даже Чу Ю. Только не связывайся с Вэнь Юаньшуем.
Вэнь Юаньшуй был далеко не безобидным типом. Не стоит обольщаться тем, что в последних инстансах они успешно сотрудничали: это происходило лишь потому, что сила и авторитет Лу Хуэя и Мин Чжаолиня подавляли его. Не будь их рядом, Вэнь Юаньшуй без малейших колебаний подставил бы даже нынешнюю Мэй Тин, представься ему такая возможность. Это был настоящий лис, которому плевать на чужие жизни, а собственные интересы всегда стоят на первом месте.
— Из нас четверых кто-то один всё равно должен зарабатывать деньги. — резюмировал Лу Хуэй.
Они с Мин Чжаолинем уже убедились на собственном опыте, что система позволяет игрокам переводить средства друг другу.
Ци Бай тут же бодро отозвался:
Ранее Ци Бай уже обменялся контактами с Нянь Пинчу и Чжу Люй, так что ему оставалось лишь написать им и узнать, где они находятся. На его предложение о сотрудничестве оба согласились с радостью. Более того, вместе с Чжу Люй была и Мэй Тин, так что за их боевую мощь можно было не волноваться. А согласились они работать с Ци Баем не только потому, что он мог поделиться ценными выводами Лу Хуэя, но и потому, что оба они были по-настоящему «хорошими людьми».
Тем временем Лу Хуэй и Мин Чжаолинь решили проверить путь из сектора C в сектор A.
Вывод оказался неутешительным: для прохода туда тоже требовался пропуск. Конфигурация высокой стены и электроограждения была идентичной, но в отличие от границы между секторами D и B, где еще хоть как-то сновали люди, здесь пространство было почти полностью зачищено. Никто не осмеливался даже приближаться к этой зоне.
Более того, охранявшие периметр люди были одеты не в форму государственных служащих, а скорее напоминали частных телохранителей. Лу Хуэй также заметил бейджи, висевшие у них на шее.
Всего семь человек. Семь бейджей.
Отношение местных охранников было не просто холодным, но и откровенно раздражённым. Стоило Лу Хуэю приблизиться, как они тут же начали его прогонять. Видя, что Лу Хуэй и Мин Чжаолинь продолжают наступать, один из них вскинул оружие:
— Приезжие! Без пропуска вход в сектор A строго воспрещён. Сделаете ещё шаг, и мы пристрелим вас на месте!
Мин Чжаолинь, казалось бы, стоял рядом с Лу Хуэем совершенно расслабленно, засунув руки в карманы. Однако он уже слегка склонил голову, и тень от опущенных ресниц усиливала холод и опасность в его глазах. Он напоминал гепарда, готового к броску: стоило Лу Хуэю лишь кивнуть, и он бы в мгновение ока разделался с этой семёркой.
Лу Хуэй же стоял рядом с самой приветливой улыбкой. Зная, что с Мин Чжаолинем уклониться от пули — пара пустяков, он чувствовал себя абсолютно спокойно:
— Неужели нам даже найти человека нельзя?
— А если мы хотим поиграть в казино?
В Лаогуане было казино, но находилось оно исключительно в секторе A.
Мужчина с бейджем [Сиван • Технологии] холодно усмехнулся:
— Ваш социальный статус слишком низок, чтобы переступать порог казино.
Лу Хуэй вскинул бровь, совершенно не смутившись:
— Даже наших с ним жизней недостаточно для ставки?
Мужчина с бейджем [Цзиси • Фармацевтика] раздражённо бросил:
— Да сколько стоят ваши жалкие жизни? Проваливайте, и, если будете и дальше нас доставать, мы не будем церемониться.
— Похоже, моих нынешних ставок недостаточно, чтобы привлечь внимание высокомерных правителей.
Он сделал шаг назад, но Мин Чжаолинь остался на месте. Лу Хуэй достал телефон и опустил голову, набирая сообщение.
Едва он нажал первую клавишу, как Мин Чжаолинь, стоявший на шаг впереди, рванул с места. Его скорость была такой бешеной, что глаз не успевал уловить движений, а в воздухе оставался лишь размытый шлейф.
Кто-то в панике выстрелил, но вопль боли вырвался из горла мужчины с бейджем [Заомэн • Развлечения]. Мин Чжаолинь просто с размаху пнул его в сторону Лу Хуэя, используя того как живой щит от пули.
Лу Хуэй ещё не успел допечатать сообщение, а Мин Чжаолинь уже переломал конечности последнему охраннику и небрежно швырнул его на землю. Его длинные волосы плавно опустились на спину. Лу Хуэй поднял взгляд и, под звук стремительно приближающихся тяжелых шагов, поставил последнюю точку и нажал «Отправить».
— Мин Чжаолинь. — Он помахал телефоном, привлекая внимание напарника, который обернулся. — Они это видели.
Мин Чжаолинь бросил взгляд на экран, никак не прокомментировал это и перевёл внимание на сотню вооруженных людей, вырывающихся из сектора A. Кончик его языка слегка коснулся верхней губы. В его позе не было ни капли страха, лишь явное возбуждение от предвкушения боя. А стоявший за его спиной Лу Хуэй тоже совершенно не боялся: он убрал телефон, засунул руки в карманы и встал с предельно расслабленным, почти беззаботным видом.
Несмотря на то, что их было всего двое, они излучали ауру целой армии. Один выглядел так, будто в одиночку способен перебить воинскую часть, а второй — словно мог применить какую-то сверхъестественную способность и мгновенно стереть с лица земли весь город.
Поэтому в первую секунду никто из противников не осмелился атаковать!
И именно в этот момент на стене показалась фигура, которая, схватив мегафон, закричала:
— Не убивайте их! Пропустите их внутрь! Кое-кто хочет их видеть!
Лу Хуэй улыбнулся. Его миндалевидные глаза в этот момент сверкали задором, излучая вызов и лёгкую, почти дерзкую самоуверенность.
Он неспешно подошёл к Мин Чжаолиню и протянул ему руку. Он не поднимал её высоко: предплечье и плечо образовывали прямой угол, а ладонь была развёрнута вверх прямо у бедра.
Мин Чжаолинь бросил на этот жест быстрый взгляд. Не особо понимая, что требуется, он просто схватил его ладонь.
Лу Хуэй, чья попытка выглядеть круто с треском провалилась, остолбенел: «?»
— И где наше взаимопонимание? Я же просил дать пять.
Лу Хуэй с наигранным сожалением убрал руку.
Сотня охранников, преграждавших вход и державших пальцы на спусковых крючках, тут же опустили оружие и синхронно расступились, освобождая проход.
Массивные ворота сектора A, которые до этого были наглухо закрыты, отворились, и из глубины вышел мужчина в безупречном дорогом костюме.
В его взгляде не читалось ни презрения, ни высокомерия, но и удивления тоже не было — лишь ледяное спокойствие:
Особой учтивости в его тоне не наблюдалось. Но Лу Хуэя это ничуть не заботило.
Он обменялся взглядом с Мин Чжаолинем, и они без слов поняли друг друга.
Их «пропуск» сработал по принципу кувалды, которой просто проломили дверь, но предсказать последствия и цену такого решения будет куда сложнее.
Лу Хуэю не терпелось узнать, как выглядят местные монстры и на что они способны.
А Мин Чжаолинь, будучи прирожденным любителем хаоса и острых ощущений, пришёл в настоящий восторг от того, что им удалось сорвать джек-пот и устроить переполох с самого начала инстанса. Ему это безумно нравилось.
Именно поэтому он позволял себе такую снисходительность по отношению к «Цзюнь Чаоманю».
В каком-то смысле они были людьми одной крови. И провернуть подобное вдвоём было куда приятнее и азартнее, чем в одиночку.
Эта глава выпущена в качестве благодарности за «питательную жидкость»!
Огромное спасибо вам, мои дорогие, за вашу поддержку и донаты! (кланяется)