Я стану Богом [Бесконечность]. Глава 22. Посмотри, я красивая? (Части 1+2+3)
Фан Сю в белом халате откинулся в удобном эргономичном кресле и вертел в пальцах маленькую брошюру. Перевернув страницу, он увидел примерную схему клиники.
Клиника называлась «Разрыв кокона*». В здании было шесть этажей: шестой отведён под палаты, пятый — под общежитие для персонала, четвёртый — под операционные, третий — под кабинет главврача, приёмные и кабинет медоборудования.
* Клиника пластической хирургии «Разрыв кокона» (破茧整形整容医院, Pò jiǎnzhěngxíngzhěngróngyī yuàn) — название отсылает к метафоре метаморфозы: как бабочка разрывает кокон, чтобы обрести новую форму.
Но второй этаж был помечен как «Запретная зона». Это сразу привлекло внимание Фан Сю.
Ниже шёл первый этаж: обычная стойка регистрации, столовая и кухня.
И зачем делать запретную зону именно на втором?
К тому же планировка клиники казалась крайне странной.
Фан Сю перелистнул страницу ещё раз — и увидел новые правила.
[Общие правила для всех сотрудников и пациентов:
1. Второй этаж не является служебной зоной, это частная территория. Вход строго запрещён. Нарушитель несёт ответственность за последствия самостоятельно.
2. Будьте вежливы. Перед входом в кабинет главврача постучите три раза и входите только после разрешения.
3. При любом недомогании немедленно сообщите заместителю главврача. (Телефон заместителя: 013-666)
4. На территории клиники запрещено произносить слово «уродливый».]
Зашли поиграть — а тут уже восемь правил?
Фан Сю с каменным лицом захлопнул брошюру. Повернул голову — и увидел напротив зеркало во весь рост. Меч мирно лежал поперёк сиденья стула.
Хорошо, что удалось его пронести.
Фан Сю взял меч и открыл шкаф за креслом.
Внутри висело длинное пальто — скорее всего, гражданская одежда его персонажа. Он положил меч рядом с ним и по привычке проверил карманы.
В отличие от обычных квестовых игр, вместо скомканной бумажки в кармане лежала лишь одна молочная конфета.
Фан Сю развернул обёртку и понюхал.
Он снова завернул конфету и машинально убрал в инвентарь.
Фан Сю не спешил встречаться с Шу Сяосяо и остальными, сначала решив осмотреть кабинет.
Как и в любой клинике пластической хирургии, на стенах висели фотографии красивых девушек с пометками: тип лица, оценённые черты, баллы.
Фан Сю скользнул взглядом по цифрам рядом с портретами — «78», «86», «88», «91» — и тихо цокнул.
Кто бы ни ставил эти оценки, в каждой приписке сквозило откровенное высокомерие.
Фан Сю отвёл взгляд, заглянул в ящики стола — ничего особенного.
Единственное, что показалось странным в этом кабинете — помимо оценочных плакатов, вызывающих отвращение, — это маленькая дверца рядом со шкафом. За ней обнаружилась крошечная спальня, идеально чистая, с миниатюрной ванной. Напоминало комнату в общежитии.
А на его стриме тем временем уже собралась приличная аудитория.
[Опять S-ранг! Опять скрытая роль! Ааа! Круто!]
[Да что тут крутого? Просто не понимает, что S-ранг в общем пуле — это не то же самое, что новичковый S-ранг. Вот увидите — если не сдохнет в этом инстансе, в следующий S-ранговый уже не сунется.]
[Человек играет во что хочет — тебе-то какое дело? Просто завидуешь, что у него с первого инстанса уже больше тысячи подписчиков.]
[Если уж быть точным — больше четырёх тысяч.]
[Фан Сю в белом халате — просто отпад, хи-хи-хи.]
Фан Сю и правда смотрелся в халате отлично: высокий, стройный, кожа светлая, а главное — внешность более чем выдающаяся.
Он не заглядывал на форум, поэтому не знал, что там уже развели километровые треды, обсуждая его внешность.
[Охренеть, Цю Ли и Шу Сяосяо правда с ним в команде? А Гильдия Убийц что, тоже зашла? Не боятся, что Цю Ли им башки посносит?]
[Ассасин из «Тени» тоже пришёл! Зашёл к нему на стрим — чат просто взорвался, как на концерте айдола.]
[В «Тени» полно топов, один Ассасин погоды не сделает. Не кипятитесь.]
[Да-да, не сделает. Всего-то за семь инстансов забрался на пятое место в Рейтинге новичков. По сравнению с теми, кто бился десять с лишним инстансов, чтобы туда попасть — действительно ничего.]
Едва Фан Сю закончил осмотр кабинета, как в дверь постучали.
— Войдите, — отозвался он, но на пороге возник не другой игрок, а медсестра с ослепительной улыбкой:
Медсестра была действительно красива — внешностью как минимум на семьдесят процентов копирующая ту самую «восьмидесятивосьмёрку» с постера.
Фан Сю взглянул на парящую над её головой табличку [NPC: Главная медсестра] и мысленно отметил: Прям как в настоящей игре.
В «Автобусе-бабочке» такого интерфейса не было. Инстансы-иллюзии? Оценка — неуд.
— Здравствуйте. Чем могу помочь?
Голос звучал мягко, а лицо вполне соответствовало тону. Главная медсестра даже слегка зарделась:
— Я хотела сообщить, что ваши вещи уже проверили, всё в порядке. Можете забрать их в холле. Провести вас?
Он встал, принимая предложение:
Освещение в кабинете казалось слегка тусклым, но сама клиника была отделана добротно, если не сказать роскошно. Ремонт явно сделали недавно — всё выглядело изящно и стерильно. Обилие белого в сочетании с мягким светом невольно расслабляло и притупляло бдительность.
Шагая рядом с главной медсестрой, Фан Сю между делом спросил:
Она подняла на него взгляд, слегка смущённо улыбаясь:
— Да, с самого открытия. Начинала обычной медсестрой, но со временем меня повысили до главной.
Обычно на такой вопрос называют конкретный срок. Фан Сю усмехнулся краешками губ:
— Замечательно. Я как раз хотел уточнить кое-что насчёт правил…
Главная медсестра тут же его перебила:
— Доктор Фан, вы обязаны неукоснительно соблюдать каждую строчку из этой брошюры. Если боитесь что-то упустить — носите её с собой и перечитывайте почаще. Это исключительно ради вашей же безопасности.
— Разумеется. Возьмём первое правило: «ночью не обходите палаты». У нас пациенты после серьёзных операций, лица сплошь в бинтах. Как-то несколько врачей ослушались и пошли на ночной обход. Видимо, насмотрелись ужастиков, перепугались до полусмерти и в итоге сами попали в психушку.
— Или второе правило. Один врач попытался провести несанкционированную операцию — пациент скончался прямо на столе, а сам доктор после этого потерял рассудок.
— Третье правило — про закрытые глаза при снятии бинтов — тоже логично: вдруг операция прошла неудачно, а врач не сдержит эмоций, пациент увидит — и начнётся паника. А четвёртое правило нужно просто для психологического комфорта пациентов.
Фан Сю сделал вид, что всё понял, хотя про себя отметил: Если так объяснять, звучит вполне логично.
Он мысленно прокрутил четыре правила — и они уже не казались такими зловещими.
Тогда он с любопытством спросил:
— А как насчёт общих правил для всех?
— С общими правилами всё ещё проще, — ответила она. — Второй этаж клиника продала частному лицу во время финансового кризиса. Новый владелец терпеть не может сотрудников, поэтому и не пускает.
Она вызвала лифт. Двери открылись как раз на третьем этаже. Зайдя внутрь, Фан Сю и медсестра встали рядом. Она нажала кнопку первого этажа и показала ему панель:
— Видите, доктор Фан? У нас в лифте даже кнопки второго этажа нет. Туда можно попасть только по пожарной лестнице, но дверь туда заперта.
— А стучать перед входом к главврачу — это просто вопрос вежливости.
Пропустив третье правило, она продолжила:
— Что же до запретного слова… Мы же клиника пластической хирургии. Вот и боимся, что оно может травмировать пациентов.
Фан Сю слегка приподнял бровь и как бы невзначай спросил:
— Мне вот интересно: почему при любом недомогании нужно немедленно связываться с заместителем главврача?
Вопреки его ожиданиям, медсестра не стала уходить от ответа:
— Потому что клиника действительно заботится о здоровье каждого! Доктор Фан, разве главврач вчера на собеседовании не говорил? «Попали к нам — значит, стали частью семьи». Клиника полностью обеспечивает вас питанием и жильём.
Разговаривая, они дошли до места выдачи вещей. Им оказалась не стойка в холле, а небольшая комната.
На пути им встретилось несколько медсестёр-NPC. Фан Сю мельком взглянул на них — все лица показались смутно знакомыми.
Зайдя в комнату, Фан Сю увидел мужчину с грубыми, резкими чертами лица — тот перетаскивал коробки. Над его головой не светилась метка [NPC]. Их взгляды встретились, и мужчина растянул губы в опасной, хищной ухмылке.
Фан Сю сделал вид, что не заметил, и взял чемодан со своим именем.
— Доктор Фан, всё в комнате при вашем кабинете новое. Можете пользоваться без опаски.
Она стрельнула в него глазками и томно произнесла:
— Я лично застилала там постель.
Фан Сю с невозмутимым видом кивнул:
Он слегка запнулся, и в его голосе, прежде бесстрастном, прозвучали непривычно тёплые нотки:
— Мы теперь коллеги. Предлагаю отбросить лишний официоз.
Глаза главной медсестры мгновенно засияли. Фан Сю бросил взгляд на мужчину: тот, не обращая на него внимания, продолжал таскать коробки, пялясь на фигуру медсестры.
— Кстати, — как бы невзначай спросил Фан Сю, — этот человек тоже у нас работает?
— Он у нас новый разнорабочий, — пояснила главная медсестра. — Зовут Ма Тучэн. Доктор Фан, если понадобится перенести что-то тяжёлое — обращайтесь к нему. Насколько я знаю, он живёт…
Но внимание Фан Сю привлекло слово «новый».
Задуматься только: клиника пластической хирургии нанимает врача, который не умеет делать пластику, — уже само по себе звучит крайне подозрительно.
Жаль, что его путь начался не с собеседования — там можно было бы выудить массу полезной информации.
Ма Тучэн слегка прикрыл глаза. Интеллект у него был невысоким, но за столько инстансов, пройденных бок о бок с топами гильдии, он кое-чему научился — хотя бы копировать поведение бывалых. Пытаясь подражать манере Фан Сю, он решил выведать информацию о его роли.
— Красавица, — окликнул он медсестру, — а это кто такой у нас?
Однако главная медсестра метнула на него ледяной взгляд:
— Ты же на собеседовании был таким бойким! Чего сейчас мнёшься? Решил от работы отлынивать?
В отличие от новичков, которым в оценке соответствия роли многое прощали — достаточно было уловить одну ключевую черту, как Фан Сю в «Долгом пути домой», изображавший журналистское любопытство ко всему подряд, — к ветеранам же система предъявляла жёсткие требования. Если общий процент отыгрыша падал ниже 60%, игрока не только штрафовали на очки, но и сокращали шестидневный период отдыха до трёх. Причём откупиться очками было нельзя: игрок обязан был заходить в инстанс и проходить его до тех пор, пока в одном из заходов не наберёт 90% соответствия. Только тогда ему возвращали полноценные шесть дней.
Раз уж NPC прямо намекнула, что его персонаж должен быть работящим и шустрым, Ма Тучэну оставалось лишь быстро закончить дела и ретироваться.
Стиснув зубы, он даже не рискнул взглянуть в сторону Фан Сю, наспех расставил коробки и юркнул за дверь.
Когда Ма Тучэн скрылся, главная медсестра протянула Фан Сю синий конверт:
— Здесь ваше рабочее удостоверение. Доктор Фан, давайте обменяемся контактами в «ДинДоне», я добавлю вас в рабочий чат.
«ДинДон» был суперпопулярным мессенджером в реальном мире. У Фан Сю уже были кое-какие догадки об устройстве игрового мира, но узнав, что в этом инстансе используют тот же самый «ДинДон», его гипотезы снова зашатались.
* Диндон» (叮咚, Dīngdōng) — вымышленный мессенджер, аналог WeChat, используемый как в реальном мире, так и внутри инстансов. Название представляет собой звукоподражание (динь-дон), имитирующее звук уведомления или дверного звонка. Это не «ошибка перевода», а осознанная адаптация: когда автор даёт вымышленному объекту звукоподражательное имя, приоритет отдаётся узнаваемости звука, а не механической транслитерации. В русской локализации это стандартный подход (как, например, Пикачу, а не Пикатю, или Динь-Динь, а не Диндин).
Обменявшись номерами, медсестра добавила его в группу «Разрыв кокона 14.0». В списке числилось 444 участника, но онлайн были только тринадцать.
— А разнорабочие и пациенты тоже в этой группе?
— Куда там! Здесь только медперсонал. Владелец группы — главврач, а админы — его заместители.
Фан Сю открыл список участников и заметил два аккаунта заместителей:
— У нас в клинике два заместителя главврача?
Хотя в брошюре с правилами значились только один главврач и один заместитель.
Медсестра бросила взгляд на его экран и виновато улыбнулась:
— Доктор Фан, это… лучше не спрашивайте.
Фан Сю слегка приподнял бровь, послушно кивнул и не стал давить:
Его легенда гласила, что он пришёл искать сестру. Сам факт того, что он, не будучи пластическим хирургом, устроился в профильную клинику, уже вызывал вопросы. Даже самый нетерпеливый человек, если он не полный идиот, в такой ситуации вёл бы себя осторожно: расспрашивал бы, но старался не вызывать лишних подозрений.
Также медсестра озвучила расписание питания: столовая, где бы она ни находилась, работала строго по графику.
Выслушав это, Фан Сю задал крайне серьёзный вопрос:
— А если я захочу перекусить ночью?
Главная медсестра мгновенно смущённо улыбнулась:
— Тогда, доктор Фан, напишите мне в «ДинДон».
Фан Сю улыбнулся — в этот момент он выглядел как идеальный пример успешного старшего брата из соседнего подъезда, причём с блестящим будущим:
— Спасибо, но не хочу вас нагружать.
Он слегка склонил голову — угол наклона был выверен до миллиметра:
Фан Сю подхватил чемодан и помахал ей:
Главная медсестра тут же помахала ему в ответ.
Когда Фан Сю скрылся из виду, она прижала ладонь к груди, словно влюблённая школьница, и прошептала:
— Какой он хороший… И какой красивый.
И мысленно добавила: «Посторожу его дверь. Пусть поживёт подольше».
По дороге обратно в кабинет Фан Сю снова открыл список участников группы.
Система автоматически сменила его ник на «Фан Сю». Если бы Шу Сяосяо и Цю Ли получили роли медработников, они тоже были бы в этом чате.
Он пробежался по списку, но их имён не было.
Значит, их роли — либо разнорабочие, либо пациенты.
Фан Сю не верил, что они ещё не добавились. Число «444» — слишком знаковое. Будь он боссом этого инстанса, он бы ни за что не стал его разбавлять.
И тут его взгляд зацепился за одно имя.
Фан Сю уже видел это имя в Рейтинге новичков. Игрок из Гильдии теней, пятая строчка, прозвище — «Ассасин».
В реальном и игровом мирах «сотрудники» компании не пересекаются и не знают о существовании друг друга. Даже высшее руководство в реальности не в курсе, кто из работников играет, и наоборот.
Интуиция подсказывала, что нет.
Неужели люди из «Тени» приняли его за государственного агента?
Он не торопился и сначала открыл чемодан.
Внутри лежала одежда довольно однотипного кроя. Бросив взгляд, Фан Сю сделал вывод, что характер персонажа соответствует его ожиданиям.
Молодой интеллектуал из обеспеченной семьи, мягкий и вежливый в общении — классический типаж «идеального второго плана» из романов.
Фан Сю взглянул на «Атлас вскрытий и анатомии трупов», лежащий под одеждой. Он не был уверен: это личное хобби персонажа или намёк на прошлую работу судмедэкспертом.
От патологоанатома к пластическому хирургу — скачок, однако, изрядный.
Телефон оказался подозрительно чистым — почти никаких данных.
Фан Сю продолжил разбирать вещи. Их было немного. Отдельного внимания заслуживала лишь совместная фотография в маленьком боковом кармашке.
На снимке он был с девушкой довольно мрачного вида.
Неформальная стрижка скрывала большую часть лица, голова опущена, в камеру она не смотрела — словно намеренно избегала объектива.
Но Фан Сю показалось, что её взгляд направлен куда-то в сторону.
Подумав, он не стал выставлять снимок на видное место, а аккуратно убрал его под чехол телефона.
В конце концов, если сестра пропала именно в этой клинике, держать её фото на виду было бы глупо.
Понимая, что за стрим всё равно не дают бонусов, Фан Сю перестал «разговаривать сам с собой» и просто перешёл к делу.
Разобрав чемодан, он взглянул на часы: одиннадцать утра. Самое время обеда. В рабочий чат пришло сообщение.
Заместитель главврача отметил всех и напомнил, сто они не забыли пообедать.
Фан Сю, не спеша искать товарищей по команде, решил для начала заглянуть в столовую.
И там он встретил Цю Ли в форме охранника.
Что ни говори, врождённая хмурость Цю Ли в чёрной форме смотрелась весьма эффектно. Особенно его крепкая фигура.
Трансляция у него была отключена, поэтому зрители на стриме Фан Сю, увидев его, принялись бешено строчить в чате.
— Шу Сяосяо в роли пациента, — без лишних слов начал Цю Ли. — Когда пойдёшь на обход, имей в виду.
— У нас с ним есть предмет, позволяющий связываться.
Эта штука позволяла им общаться даже за пределами инстанса. Предмет A-ранга, который Цю Ли купил за немалые очки.
В столовой было мало народу, поэтому, хотя работали только два окна раздачи, очередь продвигалась быстро.
Они сели за стол с подносами и только тогда начали обмениваться информацией.
По какой-то причине Цю Ли заговорил первым:
— У меня почти ничего нет. После входа я всё время стоял на посту в холле. Единственное, что узнал: врачи во второй половине дня, с двух до четырёх, будут делать обход. И завтра утром должна поступить партия лекарств.
— Зато Сяосяо передал мне много данных.
Фан Сю заметил, как он его назвал, слегка приподнял бровь — в глазах мелькнуло любопытство и предвкушение сплетни.
— Он сказал, что у всех пациентов одноместные палаты. Днём они могут свободно ходить по своему этажу, но покидать его нельзя. У всех лица сплошь в бинтах, некоторые даже замотаны целиком — ни кусочка голой кожи.
— А в тумбочках у них — куча лекарств. На каждой бутылочке этикетка с указанием, в какое время какую таблетку принимать. Каждый час — по одному виду, кроме времени сна с десяти вечера до шести утра.
— Нет, — равнодушно ответил Цю Ли. — Это значит, что они могут принять таблетки, а могут и пропустить — никто не проверяет. Я сказал Сяосяо, чтобы в два часа он не принимал лекарство. Когда пойдёшь на обход, будь наготове — вдруг что-то случится.
С умными людьми проходить инстансы — одно удовольствие. Цю Ли не зря занимал 107-ю строчку в Рейтинге топ-игроков.
Фан Сю просто сказал «хорошо» и даже не стал задавать вопросов вроде «а ты не боишься, что я тебя обману?».
Раз уж Цю Ли и Шу Сяосяо сами предложили объединиться, значит, они ему доверяют.
А если бы не доверяли… Тот, кто не способен полагаться на напарников, без крайней жестокости и отчаяния не добрался бы до сотни с лишним в рейтинге.
К тому же Шу Сяосяо — двадцатый в Рейтинге новичков. Фан Сю узнал от системы, что туда попадают игроки, прошедшие не более тридцати инстансов. А таких в игровом мире — под сотню тысяч. И список обновляется в реальном времени каждый день.
Игровой мир оказался гораздо масштабнее, чем предполагал Фан Сю.
Но по сравнению с реальным миром — и число погибших, и число призванных в игру — ничтожно мало.
— И ещё. У Сяосяо и остальных пациентов есть свои правила.
Услышав, что кто-то ещё страдает от такого же обилия правил, Фан Сю сразу заинтересовался.
— Не смотреться в зеркало. Не снимать бинты без присутствия врача. Вовремя принимать лекарства и вовремя ложиться спать. Всегда верить, что ты самый красивый.
Фан Сю задумался. Ему показалось, что последнее правило для пациентов перекликается с последним правилом для медперсонала.
— А это уже не по инстансу. Сяосяо столкнулся с двумя из Гильдии Убийц. Один — санитар, другой — медсестра. Сяосяо не знает их в лицо, поэтому описал примерно. Санитар мне незнаком, а вот медсестру я знаю.
— Его зовут Чжэн Ляньюань. Раньше он был в Рейтинге новичков, но из-за превышения лимита инстансов для новичков выбыл. Его врождённая способность — «Чужеродное одичание», направление — «Кровожадный носорог». Может съесть «овцу» для перехода на вторую стадию.
Услышав это имя, Фан Сю и без пояснений Цю Ли понял, в чём суть способности одичания. Но его заинтересовало другое:
На губах Фан Сю заиграла многозначительная улыбка:
— В том смысле, о котором я подумал?
— Да. У Шу Сяосяо есть сканирующий предмет. У того санитара тоже врождённая способность. Так что роль «овцы» досталась другому.
Значит, тот мужчина в комнате выдачи вещей — Ма Тучэн.
Неудивительно, что у него типичная внешность расходника.
— Кстати, твой персонаж тоже вчера устроился?
От Цю Ли не ускользнула формулировка:
— И не только у меня. Третий из Гильдии Убийц тоже. Я его видел.
Фан Сю поделился с ним всей собранной информацией.
— Сяосяо сказал, что его роль — пациент, которого прооперировали вчера.
Фан Сю отправил в рот остывший кусок колбасы:
— Я потратил очки, но скрытую роль не вытянул. Сяосяо выбрал обычную. А ребята из Гильдии Убийц скрытых никогда не берут: требования к отыгрышу там жёстче, да и убивать тебя будет сложнее. Скрытые роли только у тебя и у Е Иньцзюэ.
— Если не считать стартовый инстанс, это уже восьмой для Е Иньцзюэ. У него ещё действует новичковый льготный период.
Фан Сю сообщил, что видел его имя в рабочем чате.
— У всех пациентов лица сплошь в бинтах. Тебе это невыгодно. В конце концов, твой персонаж пришёл искать пропавшую сестру.
— Не факт, — ответил Фан Сю. — Задания «найти сестру» у меня до сих пор не появилось.
Впрочем, ему было всё равно, всплывёт оно или нет. Правила лишь предупреждали о последствиях нарушений, но не раскрывали механику сюжета.
С начала инстанса прошёл всего час, и они ещё не понимали, куда движется история. Поэтому просто обменялись данными, доели и разошлись по своим постам.
На обратном пути в кабинет Фан Сю встретил того самого «Ассасина».
Е Иньцзюэ выделялся внешностью и выглядел очень молодо. В белом халате он стоял перед ним не как врач, а скорее, как айдол, заглянувший на съёмки.
Они замерли в коридоре друг напротив друга — в воздухе повисло скрытое напряжение.
Е Иньцзюэ слегка склонил голову и подмигнул:
Фан Сю кивнул в ответ, скользнув взглядом по его крашеным волосам, серьгам, небрежной позе — и вдруг ни с того ни с сего спросил:
Е Иньцзюэ на мгновение застыл.
И в тот же миг напряжение, повисшее в воздухе, мгновенно спало.
Заметив изменение в его мимике, Фан Сю улыбнулся с искренней теплотой:
Он по-свойски хлопнул Фан Сю по плечу:
— Ты мне нравишься. Если что понадобится — обращайся. Чем смогу — помогу.
[Ха-ха — слабость Ассасина и правда бросается в глаза]
[Мне кажется, Фан Сю сделал это специально]
[Брат, не надо ему нравиться! Вы же конкуренты! У обоих скрытые роли!]
Фан Сю не стал затягивать разговор и, дружески попрощавшись, свернул за угол.
Но стоило ему отвернуться, как добродушная улыбка сменилась холодной, многозначительной усмешкой.
Е Иньцзюэ был сотрудником Компании. В реальном мире у него, разумеется, была легенда прикрытия.
И как назло, в подростковой группе, которую вёл Фан Сю, была одна девчонка, без ума от популярного айдола — и тот поразительно напоминал Е Иньцзюэ.
Если тот начнёт мешать, Фан Сю без труда выследит и устранит этого «Ассасина» в реальности.
В два часа дня, когда медперсонал собрался на обход, Фан Сю специально записал палату Шу Сяосяо в свой маршрут.
Обычно врачей на обходе сопровождает медсестра, но здесь они ходили по одному.
Да и врачей было всего двое — Фан Сю и Е Иньцзюэ.
В лифте они снова пересеклись. Ситуация оставалась туманной, и благодаря удачной фразе про «звезду» Е Иньцзюэ уже проникся к Фан Сю симпатией. Они снова кивнули друг другу, но ни один не собирался делиться информацией.
Фан Сю прощупывал его слабости. Е Иньцзюэ тоже не вчера родился.
Он незаметно оценивал соперника, и чем дольше смотрел, тем сильнее росло недоумение.
У него была профессиональная подготовка и отличный глазомер, но он никак не мог понять, что за тип перед ним. Со стороны Фан Сю казался обычным игроком: хорошая фигура, красивое лицо — и ничего более.
Но чем обычнее он выглядел, тем сильнее напрягался Е Иньцзюэ.
Глава гильдии не раз говорил ему, что по-настоящему опасный человек никогда не позволит тебе почувствовать угрозу.
Лифт остановился на шестом этаже. Бесстрастный женский голос объявил остановку.
Они снова дружески кивнули друг другу и по очереди вышли.
Стационар оказался совсем не таким мрачным, как ожидал Фан Сю.
Коридоры сияли свежестью отделки, словно ремонт закончили только вчера.
По правилам клиники, во время обхода пациентам запрещалось покидать палаты, поэтому коридор был пуст.
В воздухе витал приторно-сладкий ароматизатор — настолько удушливый, что при входе захотелось чихнуть.
По крайней мере, Е Иньцзюэ, шедший рядом, фыркнул носом несколько раз.
Фан Сю же с невозмутимым видом сверился с планшетом и направился к ближайшей палате, не спеша сразу к Шу Сяосяо.
Первой на маршруте значилась пациентка из 601-й. Фан Сю толкнул дверь. Девушка, вся замотанная в бинты и одетая в полосатую пижаму, сидела на кровати и листала толстый альбом.
Шторы были плотно задёрнуты, горела лишь тусклая лампа. То ли из-за кондиционера, то ли из-за отсутствия солнечного света, но в палате было ощутимо холоднее, чем в коридоре.
Фан Сю подошёл ближе, но она не подала виду, что заметила его. Он воспользовался моментом и мельком взглянул на раскрытые страницы.
Там были портретные снимки девушек — все невероятно красивые. С первого взгляда они завораживали, но стоило задержаться подольше, как возникало необъяснимое леденящее чувство дежавю.
У всех этих девушек сходство друг с другом превышало пятьдесят процентов.
— Шестьсот первая, — окликнул Фан Сю.
Поскольку имён в расписании не значилось, оставалось обращаться по номеру палаты.
Пациентка, к которой он обратился, ничуть не обиделась. Она завороженно перебирала снимки в альбоме и спросила:
— Доктор, я правда смогу стать такой красивой?
Голос Фан Сю прозвучал на удивление мягко:
— Разумеется. Главное — верьте в себя и доверяйте врачу.
В медицинской карте было указано, что задача обхода — спросить пациента о жалобах. Если есть дискомфорт — снять старые бинты и наложить новые.
Пациентка из 601-й заявила, что неудобств не испытывает. Фан Сю уже собирался уйти — впереди ждало ещё больше тридцати палат, но она окликнула его.
Фан Сю обернулся. Девушка тихонько рассмеялась — то ли из-за тугих повязок говорить было неудобно, то ли по другой причине, но голос прозвучал глухо и отстранённо:
Она смотрела прямо на него. Возможно, из-за плотных бинтов и полумрака в палате, но Фан Сю показалось, что в её глазах нет белков — одни чёрные зрачки.
Она прошептала, и её шёпот прозвучал так, словно холодная змея обвилась вокруг шеи и выдохнула прямо в ухо:
— Вашей коже можно только позавидовать.
«Хорошо бы содрать и надеть на себя», — прочиталось в её интонации.
Фан Сю слегка запнулся, сделав вид, что не расслышал:
Пациентка снова улыбнулась — на этот раз нормально:
— Ничего, доктор. Спасибо вам.
С этими словами он вышел из 601-й и направился к следующей палате.
Он обошёл шесть палат подряд. Ни один пациент не попросил снять бинты. Зато все они — в разной степени, но одинаково жутко — восхищались его лицом.
У каждой в изголовье лежал тот самый альбом, который просматривала первая пациентка. Фан Сю заметил надпись на обложке:
[Альбом богинь «Разрыва кокона»]
Седьмой оказалась палата Шу Сяосяо.
Фан Сю вошёл. Шу Сяосяо тут же помахал ему свободной рукой.
Бинты закрывали только лицо. Среди осмотренных пациентов тоже был один с такой же повязкой. Но состояние у него... Фан Сю показалось, оно сильно отличалось от остальных.
Это была интуиция, которую трудно объяснить словами.
Он чувствовал, что этот пациент был гораздо адекватнее. В его восхищении не сквозило той леденящей подоплёки, будто он уже мысленно содрал кожу и готовится примерить её. Хотя зависть в голосе уже граничила с откровенной ревностью.
— Есть какие-нибудь жалобы? — спросил Фан Сю.
— Вроде нет, — честно ответил Шу Сяосяо. — Я вообще не чувствую разницы — принимаю таблетки или нет.
— Может, доза слишком мала. Или время ещё не пришло.
— Поэтому сегодня я решил не принимать. А завтра ты снова придёшь на обход.
Он слышал от Цю Ли про правила Фан Сю:
— Ты с ума сошёл? Ещё и полдня не прошло с начала инстанса, а ты уже хочешь нарушать правила?
Фан Сю подумал, что Шу Сяосяо явно уступал Цю Ли в интеллекте, а вслух произнёс с улыбкой:
— Мы в инстансе уже почти пять часов, а я до сих пор не получил основное задание.
Шу Сяосяо и Цю Ли были обычными персонажами — они не могли получить основное задание. А вот у Фан Сю была скрытая роль.
В первом инстансе задание появилось у него с самого начала. А здесь... если бы не панель персонажа, Фан Сю уже решил бы, что снова попал в режим «Кошмар».
— И какое это имеет отношение к нарушению правил?
— Посмотри на предысторию моего персонажа: я пришёл искать сестру, которая сделала пластическую операцию. У всех пациентов лица замотаны бинтами. Как, по-твоему, я должен её искать?
Шу Сяосяо, наконец, понял к чему тот клонит:
— Ну так подождал бы? Прошло же всего ничего, брат. Давай сначала посмотрим, что сегодня случится.
— Брат, ты ведь выбрал меня в напарники, потому что видел, как быстро я прохожу инстансы. Я всегда предпочитаю быстрый бой. Есть же поговорка: «Чем дольше тянуть, тем больше рисков».
Он не стал его останавливать, а просто повернулся спиной:
— Давай. Завязано сзади, сам не дотянусь.
Шу Сяосяо подставил спину Фан Сю.
[Надо сказать, в их команде действительно царит доверие]
[А Сяосяо не боится, что брат Сю пырнёт его ножом? Хе-хе, мне кажется, брат Сю способен (?)]
[Чего ему бояться? Ты, видно, не смотрел стримы Сяосяо. У него прозвище «Неумирающий». И вообще, он прошёл всего пять инстансов, а уже двадцатый в Рейтинге новичков. Всё время тратил очки, чтобы не заходить в инстансы. Сейчас, наверное, очков вообще не осталось]
Фан Сю не был таким странным, как воображали зрители, — он не собирался приносить в жертву напарника в самом начале.
Он развязал узел на затылке Шу Сяосяо и ловко принялся сматывать бинты.
Как только открылись виски, Фан Сю на мгновение замер.
Затем, не меняясь в лице, он снял все повязки до конца.
Шу Сяосяо не поворачивался — ведь стоило ему обернуться, и он увидел бы зеркало прямо напротив кровати.
Поэтому Фан Сю просто отступил, подстраиваясь под обзор трансляции. Едва лицо Шу Сяосяо попало в кадр, многие зрители испуганно ахнули.
Большая часть лица была покрыта жуткими шрамами — красно-коричневые, похожие на зажившие ожоги, но выпуклые извилистые рубцы двигались, словно черви. Это было не просто страшно — это вызывало леденящий ужас.
[Активировано основное задание: Шрамы на лице пациента]
[Подробности задания: У пациента после пластической операции на лице появились обширные шрамы нехирургического происхождения. В чём причина?]
Фан Сю, сохраняя полное спокойствие, ничем не выдал Шу Сяосяо, что что-то не так:
— У тебя есть какие-нибудь жалобы?
— Там есть отметка. — ответил Фан Сю.
Он не стал врать, раз уж спросил.
Шу Сяосяо не заподозрил подвоха:
— Я с самого начала инстанса ещё не снимал бинты. Вообще-то мне самому интересно, как оно выглядит. В правилах не сказано, что нельзя смотреть. Может, и мне глянуть?
— Не рекомендую, — ответил Фан Сю. — У тебя в четвёртом правиле формулировка подозрительная. Ты не думал, что если посмотришь из любопытства, метка тебя осквернит, ты начнёшь сомневаться в себе — и это будет нарушением?
Он говорил и одновременно помогал Шу Сяосяо снова замотать бинты.
— У нас с тобой очень странные формулировки в четвёртых правилах.
[Небеса, и это лицо Сяосяо! Ненавижу эту систему!]
[Моё мнение о Фан Сю изменилось. Он молодец.]
[Точно. Кому захочется увидеть себя в таком виде? Он сам рискнул и нарушил правила, но не подставил напарника. С таким можно спокойно сотрудничать!]
Фан Сю затянул узел на затылке Шу Сяосяо:
— Постараюсь зайти завтра. Будь осторожен, не лезь на рожон. У меня от этой клиники очень дурное предчувствие. Цена нарушения может оказаться куда выше, чем мы думаем.
Шу Сяосяо не должен пострадать. Фан Сю хотел понаблюдать, что станется с теми червями под обожжённой кожей, если парень перестанет глотать таблетки.
Искренне тронутый, Шу Сяосяо ответил:
— Хорошо, понял. Ты тоже береги себя.
И протянул Фан Сю альбом с тумбочки:
— Мне кажется, все девушки на фото очень похожи. И ещё тут есть что-то странное.
Фан Сю и сам заметил сходство, но «странное»?
Он приподнял бровь, показывая, что слушает.
Шу Сяосяо и сам не мог сформулировать:
— Просто чувство такое. Ещё подумаю. Если додумаюсь — завтра скажу.
Фан Сю взял планшет и повторил:
— Ни в коем случае не пострадай.
Иначе он не сможет проследить за реакцией «червей».
Шу Сяосяо кивнул, всё ещё не до конца понимая, но искренне тронутый.
Фан Сю вышел, оставляя за спиной тяжёлую атмосферу палаты.
Но едва он переступил порог, как путь ему преградили трое санитаров.
Один из них тут же захлопнул дверь, полностью отрезая Фан Сю от Шу Сяосяо.
Все трое были неестественно высокими — под два метра, в зелёных хирургических масках. Они смотрели сверху вниз на метр восемьдесят Фан Сю, и в их взглядах сквозили холодность и какая-то извращённая жалость:
— Доктор Фан, на вас поступила жалоба за нарушение правил клиники.
Фан Сю на мгновение замер, но быстро взял себя в руки и продолжил отыгрывать роль, пытаясь оправдаться:
— Пациент пожаловался на дискомфорт…
— Доктор, врать не хорошо. Свидетель своими глазами видел, как вы снимали бинты с больного и не закрыли глаза.
Свидетель своими глазами видел?
Фан Сю мысленно усмехнулся: Интересно.
Шу Сяосяо не стал бы сдавать его. А в той палате, кроме них двоих, не было ни одного живого существа.
Он мог с уверенностью заявить, что пока он разматывал повязки, в радиусе пятисот метров, не считая спящих пациентов, не было ни единой живой души.