November 20

Бесконечный круиз. Глава 37. Сон прекрасного юноши (05)

Сахар ненадолго притупил тревогу Нань Цзюньи.

Неторопливо пережёвывая мягкий бисквит, он размышлял о недостатках такой пищи. Вскоре его посетила неожиданно обнадёживающая мысль: вред от тортов обычно проявляется лишь в долгосрочной перспективе, а до того момента, когда им начнёт грозить голод или придётся ломать голову над сбалансированным рационом, они, скорее всего, просто не доживут.

С этой мыслью он без малейших угрызений совести отправил в рот ещё одну ложку крема.

Су Цзяньвэй и Тан Жун нашли уборочный инвентарь и принялись отмывать пол от рвоты; девушка с длинными прямыми чёрными волосами свернулась калачиком на диване в кабинке; Шэнь Тан и Пи Синъе стояли у входа, о чём-то тихо переговариваясь и время от времени поглядывая на тело мужчины в кожаной куртке; остальные же старательно находили себе занятия, делая вид, что страшно заняты, словно это могло заставить лежащий в кофейне труп исчезнуть.

Нань Цзюньи невольно усмехнулся.

Не потому, что ему казалось смешным бояться мертвеца.

Ему казалось смешным, что люди раз за разом проходят через один и тот же унылый процесс. Ведь нет слов убедительнее смерти.

Вот только он никак не ожидал, что первым погибнет не новичок и не ветеран, а мужчина в кожаной куртке.

Не то чтобы NPC не могли умереть. Вспомнить хотя бы предыдущий мир: там пациентов уводили врачи, удаляли им лобные доли, а затем сращивали вместе. Если и здесь действует тот же принцип, то, возможно, судьба мужчины в кожаной куртке подскажет способ пережить сегодняшнюю ночь.

Когда Нань Цзюньи закончил мыть посуду, Гуань Фу наконец вышел из ванной. Он лишь наскоро вытер волосы, и с кончиков всё ещё стекали капли.

— Это тебе, — Нань Цзюньи подвинул к нему заранее оставленный поднос с ужином.

Ему, конечно, не терпелось узнать подробности, но не настолько, чтобы заставлять Гуань Фу говорить на голодный желудок.

— Сначала поешь.

Гуань Фу кивнул, выбрал свободное место и спокойно принялся за ужин, будто возвращение в кофейню с трупом на плече вовсе не было событием, достойным обсуждения.

Все жаждали узнать, что произошло, но могли лишь терпеливо ждать. К счастью, ел он быстро и не слишком долго испытывал терпение остальных.

Однако, закончив ужин, он всё равно не стал сразу рассказывать о случившемся.

Он аккуратно отнёс тарелку и чашку за стойку, тщательно вымыл их, и лишь завершив этот привычный ритуал, вытер руки, сел на высокий барный стул и заговорил:

— В этом сне полицейского участка не существует.

Его лицо оставалось бесстрастным, а голос звучал так, будто он сообщал прогноз погоды.

— Если смотреть с хорошей стороны — одной проблемой меньше. Если с плохой — мы не сможем получать сведения официальным путём.

Линь Син не выдержал и со всей силы хлопнул ладонью по столу.

— Да кому, к чёрту, сейчас есть дело до вашего участка?! Лучше объясни самое главное! Что произошло с этим человеком? Как он умер? И даже если он всё равно был при смерти, зачем ты вообще притащил его сюда?

— Я нашёл его в переулке. Двое мужчин несколько раз ударили его ножом. Я спросил, почему это произошло. Между ними раньше уже был серьёзный конфликт, — спокойно ответил Гуань Фу.

Он смотрел и на Линь Сина, и на труп с одинаковым равнодушием — словно перед ним лежала просто куча подобранного на улице хлама, который ещё мог пригодиться.

— Я не знал, захотите ли вы задать ему какие-нибудь вопросы. Поэтому и принёс его сюда.

Тан Жун недоверчиво переспросила:

— Всего лишь конфликт... и из-за этого человека убили?

Парень в солнцезащитных очках нервно рассмеялся.

До сих пор он всячески избегал смотреть на тело мужчины в кожаной куртке, но теперь, наоборот, не отрывал взгляда от его ран.

— А что тут удивительного? Такие мелкие бандиты вообще не думают головой. Они ни о чём не задумываются и совершенно не представляют, какие последствия их ждут. Для них убить человека в порыве злости — обычное дело.

Воздух в помещении словно застыл.

Никто не знал, что сказать.

Шэнь Тан, однако, неожиданно посмотрела на Гуань Фу.

Выражение её лица было сложным. Она явно колебалась, но постепенно её взгляд становился всё решительнее, словно она тщательно взвешивала все «за» и «против».

Спустя некоторое время она наконец заговорила.

Она говорила тихо, но было чётко слышно каждое слово.

— Господин Гуань Фу, вы, кажется, совершенно не боитесь мёртвых. Вы принесли сюда убитого человека лишь затем, чтобы получить от него сведения. Мне кажется, обычный человек не способен вести себя подобным образом.

Она намеренно выделила голосом слова «обычный человек», затем улыбнулась.

— Если это не секрет, не могли бы вы сказать, доводилось ли вам раньше работать в подобной сфере?

Хотя Шэнь Тан выразилась очень тактично, все присутствующие прекрасно поняли, что именно она имела в виду.

По сравнению с призраками, которых никто ещё не видел, сейчас её гораздо больше пугал — или, скорее, настораживал — сам Гуань Фу, который спокойно принёс в кофейню тело мужчины в кожаной куртке.

Но взгляд Гуань Фу по-прежнему оставался неподвижным, словно поверхность стоячей воды.

Даже услышав столь прямой вопрос, он ничуть не изменился в лице.

— Не могу ответить.

Эти три слова окончательно лишили лицо Шэнь Тан последних красок.

В кофейне, и без того пропитанной тяжёлой атмосферой, повисло ещё более гнетущее молчание.

Взгляды всех присутствующих безмолвно устремились на Гуань Фу.

Гуань Фу никак на это не отреагировал. Вместо этого он перевёл взгляд на Нань Цзюньи:

— У тебя есть ещё вопросы?

— Ты и так всё подробно рассказал, так что спрашивать мне, пожалуй, нечего. — усмехнулся Нань Цзюньи, — На те вопросы, которые меня действительно интересуют, у тебя, скорее всего, всё равно нет ответов. Ах да, хоть вероятность и невелика, но на всякий случай всё же уточню: те двое убийц ведь не были тем самым прекрасным юношей?

Гуань Фу ответил без малейших колебаний:

— Нет. Ни один из них.

— Тогда вопросов больше нет. — Нань Цзюньи слегка склонил голову, ненадолго задумавшись. — Теперь остаётся только решить, что делать с телом мужчины в кожаной куртке. Если бы существовал полицейский участок, можно было бы хотя бы отнести его туда. А сейчас... Оставить его в кофейне как-то неправильно, но и просто выбросить труп где попало тоже не годится.

Пи Синъе, похоже, не собирался проявлять излишнюю щепетильность.

— Давайте просто вынесем его наружу! У нас всё равно нет другого места для ночлега, сегодня всем придётся спать в кофейне. Не можем же мы ночевать рядом с трупом. И потом, кто знает, вдруг на нём лежит какое-нибудь проклятие или злобная обида? Лучше перестраховаться и убрать его отсюда.

Гуань Фу никак не прокомментировал это предложение. Помогать он тоже явно не собирался.

Он лишь спокойно сказал:

— Раз вопросов больше нет, я пойду отдыхать.

С этими словами он направился во внутреннюю комнату.

Пи Синъе тяжело вздохнул.

Поначалу он попытался, как и Гуань Фу, просто закинуть тело себе на плечо, но после долгих мучений понял, что ему с трудом удаётся даже приподнять его верхнюю часть. На лбу выступил пот.

— Да что ж он такой тяжёлый?.. А Гуань Фу ведь тащил его так легко...

Шэнь Тан, всё ещё не забывшая предыдущий вопрос, неловко обратилась к Пи Синъе:

— Разве вы не вместе? Неужели даже вы ничего не знаете о его прошлом?

— Не знаю. Мы раньше тоже никогда не работали вместе. — Пи Синъе уже весь обливался потом, да ещё и начал раздражаться. Закатив глаза, он буркнул: — Госпожа Шэнь, может, проявите хоть немного такта? Не видите, что я занят? Не хотите помогать — ваше дело, но хотя бы не стойте здесь и не мешайте.

Щёки Шэнь Тан слегка порозовели.

Она подтолкнула Су Цзяньвэя, давая понять, чтобы тот подошёл помочь.

Он не стал возражать. Вместе с Шэнь Тан они подошли и взялись каждый за одну ногу покойника. Однако по выражению их лиц было ясно, что оба испытывают сильнейшее внутреннее отвращение.

— Нет. У вас двоих просто сил не хватает.

На этот раз Пи Синъе напрягся так, будто выкладывался на полную. На шее вздулись жилы, но даже так он не смог справиться с телом мужчины в кожаной куртке.

На самом деле вес человека сразу после смерти почти не меняется. Однако мышцы перестают работать согласованно, поэтому переносить тело становится значительно тяжелее. По той же причине пьяные люди тоже кажутся необычайно тяжёлыми — они больше не способны управлять собственным телом.

Изрядно вымотавшись, Пи Синъе был вынужден снова опустить тело на пол и крикнул Линь Сину, парню в солнцезащитных очках и ещё одному мужчине:

— Даже девушки уже помогают! А вам троим не стыдно просто стоять и смотреть? Быстро сюда, помогите!

Линь Син скривился и ткнул пальцем в Нань Цзюньи:

— А чего ты его не заставишь?

— Потому что я не против находиться в одном помещении с трупом. — улыбнулся Нань Цзюньи, — Ах да, кстати. Я бариста, а у бариста есть отдельная комната. Так что мне не только всё равно, но и вообще не придётся ночевать рядом с телом. Это касается только вас.

Цзян Юэ поспешно потянула Линь Сина за рукав и тихо сказала:

— Хватит уже, не устраивай сцен. Надо вынести — значит, вынесем. Я не хочу ночью находиться рядом с трупом. Мне уже сейчас не по себе. И потом, посуду ведь только что мыл он. Было бы нехорошо заставлять его делать ещё и это.

Линь Син недовольно пробурчал:

— Не я же просил его всё это делать...

Однако словам своей девушки он всё-таки подчинился. Попросив Шэнь Тан отойти, он вместе с Су Цзяньвэем взялся за ноги покойника.

Когда трое взрослых мужчин объединились, переносить тело стало значительно легче.

Они вынесли его за дверь.

Шэнь Тан поспешно сорвала со столика скатерть и последовала за ними.

Из суеверного страха они отнесли тело прямиком к перекрёстку.

Им хотелось оставить его как можно дальше от кофейни, чтобы не видеть, но и уходить слишком далеко они не решались.

В итоге тело положили за телеграфным столбом.

Шэнь Тан осторожно расправила скатерть и накрыла покойнику лицо.

Помолчав несколько мгновений в безмолвной молитве, она подняла глаза и посмотрела на Пи Синъе:

— Господин Пи, я хочу уточнить одну вещь.

— Конечно. — После того как тело наконец оказалось на земле, Пи Синъе вновь стал самим собой — привычным добродушным и непринуждённым парнем. — Спрашивай. Если смогу — отвечу.

Губы Шэнь Тан едва заметно дрожали.

Лицо слегка побледнело.

Она нервничала так сильно, что голос звучал напряжённо.

— Нам... ведь запрещено убивать друг друга, верно?

Едва прозвучали эти слова, как на лицах Су Цзяньвэя и Линь Сина отразилась целая гамма эмоций.

— Конечно, запрещено. Это, можно сказать, одна из немногих вещей, в которых на лайнере ещё осталось хоть что-то человеческое... Хотя нет, точнее будет сказать — единственная хорошая вещь среди всего происходящего. — Пи Синъе размял шею. — Если кто-то из нас погибает от чужой руки, обычно он умирает с такой ненавистью, что почти сразу превращается в нового призрака и возвращается мстить. Слышал, что в прошлом мире с Нань Цзюньи произошло именно нечто подобное. Только не смотрите на меня — подробностей я сам не знаю.

Он немного помолчал и продолжил:

— В любом случае, даже если убийце удастся избежать мести призрака, от людей ему всё равно не скрыться. Если преступление останется тайной — это одно. Но если правда всплывёт... — лицо Пи Синъе мгновенно стало серьёзным. — Поверьте, лайнер не такой уж большой. Все очень быстро узнают о его «великих подвигах». Стоит ли после этого доверять такому человеку и захочет ли кто-нибудь с ним сотрудничать — думаю, объяснять не нужно.

Только теперь напряжённая Шэнь Тан наконец расслабилась.

Она тихонько выдохнула с облегчением.

Пи Синъе, разумеется, прекрасно понимал, чего именно она опасалась.

Именно поэтому он благоразумно не стал произносить вслух ту мысль, которая пришла ему в голову следом.

Если речь идёт о человеке уровня Гуань Фу, то, пока тот не сойдёт с ума настолько, чтобы открыто растоптать все существующие правила, человеческие ограничения едва ли смогут его по-настоящему сдержать.