О безынициативности и драках в песочнице.

Мы тут собрались поговорить о грустном. О том, почему у одних всё получается, а у других — вечный гроб, танцы и никакого результата. А если серьёзно — о безынициативности.

Безынициативность — это не просто лень развалиться на диване. Это когда человек (или целая организация) живёт по инструкции. Инструкцию выдали — он делает. Инструкцию забыли выдать — стоит столбом и ждёт, пока кто-то умный придёт и скажет, что делать. Пассивность в решениях, привычка ждать указаний сверху, низкая ответственность за общее дело. Знакомо?

Для левых, социалистов, нацболов и прочих «борцов с системой» это проблема номер один. Потому что можно сколько угодно писать гениальные программы и красиво спорить о высоких материях, но как только дело доходит до реальных действий — наступает тишина. Идеи остаются в воздухе, организация превращается в кружок по интересам, а при первых же трудностях все разбегаются по углам.

Однако, важно не путать реальную безынициативность с последствиями репрессий или дикой усталости. Иногда молчат не потому, что не хотят, а потому что за любое движение можно получить по голове. Но часто проблема в нас самих: мы сами внутри движений выстраиваем такую систему, где проще ждать, чем делать.

Почему это всех убивает?

Когда инициативы нет, начинаются проблемы.

1. Ты теряешь связь с реальность. Говоришь о рабочем классе, но ни одного рабочего в глаза не видел. Ты обещаешь защищать людей, но люди тебя не знают, потому что ты не выходишь из подполья (собственной головы).
2. Ты отдаёшь власть узкому кругу лиц. Если активны только трое, они тащат всё на себе. Остальные просто кивают. Постепенно эти трое превращаются в неприкасаемую касту, а у остальных атрофируется способность думать своей головой.
3. Движение становится хрупким. Пассивную массу легко расколоть, испугать, запутать. Когда есть инициативные люди, способные думать своей головой и действовать автономно, организация живуча. Когда их нет — один удар, и всё рассыпается.
4. Вечные драки за «чистоту рядов».
   А вот это самый сок. Когда нечем заняться по-настоящему, левые начинают заниматься любимым делом — грызть друг друга. «Ты догматик!», «А ты оппортунист!», «Твой Ленин не так стоит!». Расколы идут не из-за идей, а от безделья и отсутствия общей практики, которая могла бы всех скрепить.
5. Никто не учится на ошибках. Чтобы учиться, надо делать. Ошибаться, набивать шишки и пробовать снова. Если не делать ничего — ошибок нет, но нет и роста.

Отсутствие инициативы рушит всё: и доверие друг к другу, и способность сопротивляться. Под внешним давлением такое движение разваливается само собой, даже помогать никому не надо.

И при чём тут деньги?

Казалось бы, при чём тут капитализм и эксплуатация? А связь прямая.

Вспомним азы. Есть такая штука — прибавочная стоимость. По-простому: рабочий создал продукт на 1000 рублей, а получил зарплату 300. Остальные 700 забрал начальник. Это и есть двигатель капитализма.

Теперь представьте фабрику, где рабочие — инициативные ребята. Они считают свои деньги, знают, сколько стоят их руки, умеют договариваться, бастовать, если что. Они могут потребовать больше, могут проконтролировать, чтобы их не нагружали лишней работой бесплатно.

А теперь представьте фабрику, где рабочие пассивны, боятся, ждут, что кто-то другой решит их проблемы. Капиталист это чувствует за версту. Он спокойно увеличивает норму выработки, урезает перерывы, вводит мутные схемы оплаты. Прибавочная стоимость растёт, эксплуатация усиливается, а рабочие только вздыхают и идут домой уставшие.

Инициатива — это инструмент переговоров. Если ты молчишь и не шевелишься, твои интересы никто учитывать не будет. Простой закон жизни.

Как поддерживать инициативу?

Если мы хотим что-то менять, придётся учиться действовать самим. Вот несколько работающих принципов (никакой политики, просто здравый смысл):

1. Не сидеть в президиуме. Решения должны приниматься не кастой избранных, а теми, кто будет это делать. Ротация, открытые собрания, делегирование задач — скучно, но работает.
2. Учиться. Инициатива не живёт в пустой голове. Базовые знания по экономике, праву, переговорам нужны всем. Когда понимаешь, как устроена система, появляются идеи, как её дёрнуть.
3. Начинать с малого. Не пытайтесь сразу свергнуть правительство. Сделайте кассу взаимопомощи, организуйте субботник, выпустите маленькую газету. Маленькие победы дают энергию и веру в себя.
4. Не бояться ошибок. Ошибаться — это нормально. Опасно не ошибаться, а ничего не делать. В хорошей компании за ошибку не бьют, а разбирают и делают выводы.
5. Делиться опытом. Рассказывайте, что у вас получилось, а что нет. Пусть другие учатся на ваших шишках.

Теперь про главную заразу: междоусобицу

Мы уже поняли, что от безделья левые начинают грызться. Но это настолько важная тема, что стоит остановиться подробнее.

Левое движение сейчас переживает кризис. И это не только репрессии и запреты. Самое страшное происходит внутри. Вместо того чтобы объединяться против капитала и олигархии, мы тратим силы на выяснение, чей социализм правильнее. Чем сильнее враг, тем яростнее наши споры о «генеральной линии».

Разные взгляды — это нормально. Анархисты, марксисты, социалисты, левые националисты — у всех свои тараканы и свои методы. Это не слабость, а богатство. Слабость — когда эти различия становятся поводом для войны.

Почему мы так любим драться?

1. Догматизм. Многие заучили книжки столетней давности и перестали видеть реальность. Любое отступление от текста — ересь.
2. Сектантство. «Кто не с нами, тот против нас». Любой потенциальный союзник объявляется врагом, если он не согласен с нами по каждому пункту.
3. Борьба за догмы, а не за людей. Пока мы спорим о том, достаточно ли революционен тот или иной активист, олигархи пилят бюджеты, а народ теряет последнюю надежду.
4. Снобизм. Часто левые смотрят на простых людей свысока: «тёмная масса, непросвещённые быдло». С таким подходом ничего не построишь.

Классический пример: Испания.

Гражданская война в Испании (1936–1939) — база. Анархисты и коммунисты дрались с фашистами. Но пока анархисты строили самоуправление в Каталонии, сталинисты решили, что сначала надо зачистить тылы. В 1937 году в Барселоне начались бои между «своими». Анархистов и троцкистов расстреливали. Единство республиканцев рухнуло. Итог — Франко победил и правил страной 40 лет. Цена внутренних разборок — свобода нации.

Кому это выгодно?

Давайте честно: наши внутренние драки — подарок врагу. Олигархи могут спать спокойно, пока «освободители» выясняют, кто из них настоящий. Фашисты спокойно забирают себе тему патриотизма, потому что левые считают это «буржуазным предрассудком». Либералы показывают нас в своих газетах как вечно ссорящихся маргиналов, и народ только смеётся.

Каждый раз, когда мы пишем гневный пост про «уклониста» из соседней группы, вместо того чтобы пойти помочь бастующим рабочим, враг получает очко.

Что делать?

Никто не говорит, что нужно стать едиными, как цемент. Это невозможно. Анархисты всегда будут против государства, марксисты — за рабочее государство, а нацболы — за сильное национальное государство. Но можно научиться договариваться.

1. Искать общее, а не различия. Враг у нас общий — капитал, империализм, фашизм, бесправие. На этом и надо сходиться.
2. Заниматься делом. Помощь бастующим, работа в профсоюзах, просвещение, защита от фашистов на улице. Когда есть дело, ссориться некогда.
3. Вернуть себе нормальный язык. Не надо говорить с людьми на языке цитатников. Говорите о том, что их волнует: работа, зарплата, жильё, будущее детей.
4. Создавать коалиции. Для конкретных дел — конкретные союзы. Не для того, чтобы растворить свои взгляды, а для того, чтобы бить врага вместе.
5. Помнить историю. Испанский урок должен стоять перед глазами.