Записки трансмигрировавшего судмедэксперта. Глава 73
- Дажэнь, с тех пор как мой сын пропал, начальник стражи Хэ под разными предлогами вымогал у нас деньги, и я записал все это в бухгалтерскую книгу. Там также есть подробный отчет о том, как начальник стражи Хэ злоупотреблял своей властью в личных целях на протяжении всех этих лет. Прошу вас, дажэнь, ознакомиться с этим.
Отец У, набравшись смелости, решился на отчаянный шаг. Он знал, что, сделав это, обратного пути уже не будет - начальник стражи Хэ, известный своей жестокостью, не пощадит их семью. Но выбора не оставалось, и он должен был рискнуть.
После инцидента с У Баошэном семья У стала жертвой начальника стражи Хэ, этого кровопийцы, который под разными предлогами выжимал из них все до последней монеты. А после того, как Хэ Син узнал о возвращении У Баошэна, он стал еще более жестоким, в результате чего семья У, которая раньше жила в достатке, оказалась на грани нищеты. Отец У уже давно знал, что такой алчный человек, как начальник стражи Хэ, ни за что не оставит их в покое. Пока у них есть, что взять, он будет их использовать, но если они останутся совсем без денег, начальник стражи Хэ покажет свое истинное лицо, и тогда семье У придет конец.
Чтобы обеспечить себе путь к отступлению, отец У, с одной стороны, готовился к побегу из Мэйсянь, а с другой - собирал доказательства преступлений начальника стражи Хэ. Начальник стражи Хэ был в Мэйсянь настоящим местным тираном, с которым никто не осмеливался связываться. За закрытыми дверями он совершил столько подлых поступков, что люди, хотя и были полны гнева, не смели об этом говорить. Но у этого человека были и свои слабости - он был чрезвычайно высокомерен и самонадеян. Отец У, будучи старым жителем Мэйсянь, естественно, имел свои источники информации и раскопал немало полезных сведений, в том числе и бухгалтерскую книгу, в которой начальник стражи Хэ фиксировал полученные взятки и вытянутые вымогательством деньги.
Изначально он хотел использовать эту книгу как средство защиты при уходе из Мэйсянь, но теперь, когда дело дошло до такого, и видя, что новый глава уезда не сравним с прежними, отец У решился рискнуть: даже если ему самому придется умереть, он потянет за собой и остальных. А если удастся выслужиться, то, возможно, еще есть шанс на перемены к лучшему.
От этих слов у начальника стражи Хэ дернулось веко. Он гневно воскликнул:
- Вот это смелость! Как ты смеешь ложно обвинять меня!
Сказав это, он бросился на него. Если бы не быстрая реакция стоящих рядом стражников, отец У, наверное, был бы сбит с ног.
Чжуан Чжун пришел в ярость и с силой ударил колотушкой по столу.
- Начальник стражи Хэ! Если вы позволяете себе вести себя так в зале суда, то что же вы творите за его пределами?!
- Дажэнь, у этого подчиненного прямой характер, и я очень забочусь о своей репутации. Услышав эти слова, я просто не смог сдержаться, поэтому и потерял самообладание.
Начальник стражи Хэ не проявил ни капли раскаяния, а только злился, что не прикончил этого старого кретина раньше. Он и подумать не мог, что, бесчинствуя столько лет, он окажется в ловушке, устроенной этим старым псом.
Чжуан Чжун в этот момент перестал с ним церемониться и прямо приказал задержать начальника стражи Хэ. Тот, естественно, не смирился и начал громко кричать прямо в зале суда.
- Дажэнь, вы просто используете этот повод, чтобы избавиться от меня и захватить власть в Мэйсянь! Я столько лет добросовестно служил императорскому двору, а вы так обращаетесь с нами, заслуженными людьми. Неужели вы хотите, чтобы все жители Мэйсянь отвернулись от вас?
Чжуан Чжун холодно усмехнулся.
- Заслуженный человек или преступник - об этом поговорим позже. Но уже за одно только неуважение к суду у меня есть право арестовать вас.
- Я - чиновник императорского двора, начальник стражи Мэйсянь, а вы всего лишь глава уезда, у вас нет права так со мной обращаться!
Хотя глава уезда по рангу был выше начальника стражи, в Да Ю начальник стражи имел также и функции надзирателя и мог докладывать о делах вышестоящему начальству, минуя главу уезда. В Мэйсянь, где не было помощника главы, власть начальника стражи была еще больше, а его статус был близок к статусу помощника главы. В системе управления Да Ю помощник главы существовал именно для надзора за главой уезда, и хотя он не мог его контролировать, он играл сдерживающую роль. В некоторых местах бывало, что помощник, выбранный из местных жителей, имел больше власти, чем глава уезда, а в Мэйсянь фактическая власть всегда была у начальника стражи.
Поэтому, когда начальник стражи Хэ произносил эти слова, он был полон уверенности, уже не притворяясь скромным подчиненным.
- Если глава уезда не может тебя арестовать, то как насчет меня? - Фэн Хуань медленно вошел и с полуулыбкой посмотрел на начальника стражи Хэ.
Сердце начальника стражи Хэ учащенно забилось. Он вспомнил слухи о том, что Фэн Хуань и Чжуан Чжун были близки, но не думал, что тот будет вмешиваться даже в служебные дела. Начальник стражи Хэ поспешно вышел вперед и поклонился, проявив гораздо больше почтения, чем при встрече с Чжуан Чжуном.
- Прошу прощения за то, что не встретил вас должным образом, ванъе.
Фэн Хуань лишь мельком взглянул на него и язвительно заметил:
- Чин у тебя невысокий, а вот гонору - хоть отбавляй.
Начальник стражи Хэ почувствовал тревогу, но не осмелился показать это. Фэн Хуань - не Чжуан Чжун, а его Черные всадники не то, с чем стоит шутить. К тому же нынешний император особенно его любит, и его ни в коем случае нельзя обидеть. С тех пор как Сы Чжао-ван прибыл сюда, не говоря уже о Мэйсянь, горные разбойники по всему Юньчжоу были практически истреблены. Они продвигались вперед, не оставляя противнику никаких шансов на сопротивление. Прежние пограничные войска с ними просто и рядом не стояли.
- Этот подчиненный лишь приводил аргументы в свою защиту.
Фэн Хуань презрительно фыркнул, и в этот момент Чжуан Чжун заговорил:
- Ванъе, вы пришли сюда сегодня, чтобы лично вести это дело?
- Не беспокойся, Чжуан-дажэнь. Этот ван пришел лишь для того, чтобы поддержать правосудие. Я слышал, что за этим делом стоит сложная и запутанная история. Поскольку я командую в этих краях, я, естественно, должен был прийти сюда, чтобы гарантировать, что здесь восторжествует справедливость.
Чжуан Чжун улыбнулся, сложил руки в почтительном жесте и продолжил рассмотрение дела. То, что Фэн Хуань придет, они обговорили заранее. Мэйсянь отличался от других мест: без сильной поддержки в лучшем случае удалось бы убрать приспешников начальника стражи Хэ, но не тронуть его самого. Чжуан Чжун не хотел из-за упрямства отказываться от помощи Фэн Хуаня ради того, чтобы доказать свои способности. Такой человек, как начальник стражи Хэ, - чем дольше он остается, тем больше бед приносит местным жителям. К тому же, будь это кто-то другой, при любой возможности он бы обратился к Фэн Хуаню за помощью, так что и ему не нужно было бы беспокоиться из-за их отношений.
Как только Фэн Хуань появился, начальник стражи Хэ действительно не осмелился оставаться высокомерным. Поскольку приговор еще не был вынесен, ему не нужно было стоять на коленях, он стоял внизу и слушал судебное заседание. Фэн Хуань сидел в стороне в качестве наблюдателя, а главную роль по-прежнему играл Чжуан Чжун.
У Баошэн опустил голову, не в силах сдержать дрожь. Откуда только взялось у него тогда безумство, что он ухитрился навлечь на себя эти два бедствия! Но если бы не они, он, наверное, уже погиб бы в огне, и теперь, увидев их снова, испытывал смешанные чувства. Однако эти двое, явно близкие наедине, сейчас притворялись, будто их ничего не связывает. А начальнику стражи Хэ, видимо, грозила беда.
Увидев Фэн Хуаня, отец У еще больше обрадовался и поспешил сообщить, где находится бухгалтерская книга. Тайник, где она была спрятана, был очень хорошо скрыт, и найти его мог только сам отец У.
Начальник стражи Хэ не думал, что дело госпожи Чжоу может обернуться против него самого. К сожалению, сейчас, находясь в зале суда, он не мог передать сообщение наружу, а все стражники в ямене были ему незнакомы. Он понял: сегодняшнее рассмотрение дела Чжоу-ши скорее всего было лишь предлогом, а на самом деле все было направлено против него!
Как раз в этот момент привели группу людей. Когда начальник стражи Хэ присмотрелся, у него екнуло сердце.
Это были те самые люди, что напали прошлой ночью на поместье семьи У. Среди них был человек в черном, который пытался убить У Баошэна, а остальные - местные разбойники. Начальник стражи Хэ, не получая никаких известий, уже предчувствовал неладное, и вот его опасения оправдались.
Чжуан Чжун посмотрел на начальника стражи Хэ.
- Начальник стражи Хэ, вы узнаете этих людей?
На лбу начальника стражи Хэ выступил холодный пот, но внешне он сохранял спокойствие.
- Эти люди - разбойники с горы Лантоу, которые находятся в розыске! Они давно славятся своей жестокостью, пользуясь труднопроходимой местностью горы Лантоу, чтобы творить бесчинства. Раньше их несколько раз пытались истребить, но безуспешно. Не ожидал, что дажэнь сможет захватить их всех разом.
Он помолчал, а затем, словно что-то вспомнив, спросил:
- Неужели поимка этих разбойников - дело рук ванъе?
В зале никто не ответил. Чжуан Чжун строго посмотрел на человека в черном.
- Как тебя зовут, откуда ты родом и зачем ты прошлой ночью пытался убить У Баошэна?
Человек в черном ответил низким голосом:
- Меня зовут Ван У, я из деревни Фэнтянь. Раньше я не был знаком с У Баошэном, меня наняли за деньги.
Человек в черном замялся, на его лице отразилось явное нежелание отвечать, но, услышав, как Фэн Хуань постукивает пальцами по столу, закрыл глаза и сказал:
- Это Эр Гоу Цзы из соседней деревни. Я недавно задолжал кучу денег из-за азартных игр, и он сказал, что если я убью У Баошэна, то он поможет мне погасить эти долги.
- Эр Гоу Цзы - это брат третьей наложницы начальника стражи Хэ?
Чжуан Чжун посмотрел на начальника стражи Хэ.
- Начальник стражи Хэ, у вас одна наложница грознее другой.
Начальник стражи Хэ по-прежнему держался высокомерно, даже с оттенком хвастовства:
- У меня действительно много наложниц, и, естественно, с ними хлопот не избежать. Я никогда не вмешивался в дела внутренних покоев и не думал, что это приведет к таким последствиям. Это моя вина, что я не следил за ними достаточно строго. После этого я обязательно разгоню всех наложниц - они все лишь красавицы, приносящие беду.
- Начальник стражи Хэ, вам действительно придется разогнать свои десять с лишним наложниц. Согласно законам Да Ю, наложниц могут иметь только чиновники пятого ранга и выше, либо те, кто к сорока годам не имеет детей. Начальник стражи Хэ не соответствует ни одному из этих критериев и не имеет права иметь наложниц.
Начальник стражи Хэ поперхнулся. Хотя в Да Ю всегда существовал такой закон, сколько же людей его действительно соблюдали? Особенно в Юньчжоу, где небо высоко, а император далек, люди ведут себя еще более свободно. Впрочем, это нельзя было обратить против него: все его наложницы не были официально зарегистрированы, и разобраться с ними было проще простого.
Чжуан Чжун снова посмотрел на главаря разбойников и с легкой насмешкой спросил:
- А от брата какой из наложниц начальника стражи Хэ ты услышал, что нужно ограбить поместье У?
Главарь разбойников тоже был хитер. Хотя вчера вечером его подвергли жестоким пыткам, он по-прежнему не терял самообладания и ответил:
- Я не такой, как этот мальчишка, и никакого отношения к этим наложницам не имею.
- О? Тогда почему вы вдруг решили напасть на поместье семьи У?
- Я слышал от одного мелкого управляющего из дома начальника стражи Хэ, что семья У в Мэйсянь богата, и добычи из их дома хватит нам на целый год. А если схватим ту беременную женщину, то и вовсе будем жить в роскоши.
Услышав это, мать У не выдержала и зарыдала:
- Ты, проклятый убийца, ты погубил моего внука, я заставлю тебя ответить за это!
В суде мать У, естественно, не могла свести счета с главарем разбойников, да и силы у нее на это не хватило бы.
Главарь разбойников, услышав это, рассмеялся:
- Все говорят, что беременна жена хозяина поместья, а ты говоришь, что это твой внук. Здесь явно что-то не так!
Мать У тут же вспыхнула, долго мямлила, но так ничего и не сказала.
Оказалось, что беременна была не мать У, а служанка, специально приставленная к У Баошэну. У Баошэн считался мертвым, и у семьи У не было наследника. Если бы наследник не был назначен из рода, после смерти У Баошэна все имущество перешло бы к клану У, но и даже если бы он был назначен, то все равно выгоду получили бы посторонние. Поэтому мать и отец У придумали этот план: так они не раскрывали, что У Баошэн жив, и одновременно решали вопрос о наследнике.
Идея была хороша, но человек не всегда может предусмотреть все: когда в дом ворвались разбойники, никто не пострадал, но именно эта служанка, запаниковав, упала и потеряла ребенка. Теперь было раскрыто, что У Баошэн жив, и неизвестно, что ждет семью У в будущем, возможно, их род действительно прервется! Мать У и У Баошэн надеялись только на то, что те записи принесут какую-то пользу, поскольку они уже поняли, что хорошие дни начальника стражи Хэ, похоже, подошли к концу.
Ведь на этом заседании присутствовал сам Сы Чжао-ван, и какой бы ни была власть начальника стражи Хэ, она не шла ни в какое сравнение с властью вана, не говоря уже о том, что ван почти полностью истребил местных бандитов, и Хэ Син не мог применить ни подлые, ни честные методы.
- Начальник стражи Хэ, у вас дома действительно оживленно. Похоже, в будущем, если в Мэйсянь возникнет какое-либо дело, достаточно будет просто проверить членов семьи начальника стражи Хэ, чтобы все стало ясно.
Начальник стражи Хэ в душе злился, но на лице сохранял вид праведного возмущения:
- Дажэнь, прошу не навешивать на меня ложные обвинения. Это всего лишь совпадение, я не могу взять на себя такую тяжелую вину.
Чжуан Чжун лишь холодно усмехнулся и переглянулся с наставником Туном. Тот, видимо, что-то шепнул стоящему рядом служащему. У начальника стражи Хэ дернулся глаз, но он по-прежнему сохранял невозмутимый вид, не показывая ни капли страха. Однако, если бы кто-то посмотрел на его сжатый кулак, спрятанный в рукаве, он бы заметил легкую дрожь.
Через некоторое время двое стражников внесли в зал суда носилки, накрытые белой тканью.
- Хэ Син, когда У Мин подал в суд на Чжоу Чжэнь-нян, вы, не проведя расследования, подвергли ее жестоким пыткам. Чжоу Цзицзу был забит до смерти, отец Чжоу погиб в тюрьме по несправедливому обвинению, а обстоятельства смерти матери Чжоу были намеренно замяты. Уже на основании этих трех пунктов я могу строго наказать вас в назидание другим!
- Дажэнь, этот подчиненный действительно не справился со своими обязанностями, позволив отцу Чжоу и Чжоу Цзицзу погибнуть под пытками, но мать Чжоу покончила с собой, и это не имеет ко мне никакого отношения.
- Покончила с собой? Стало быть, глаза у вас только для вида! - Чжуан Чжун спустился и откинул белую ткань, под которой оказался скелет.
Сидевшая рядом Чжэнь-нян сразу все поняла, бросилась к останкам и разрыдалась. Это была ее мать. Ранее Чжуан Чжун уже говорил об этом с Чжэнь-нян, поэтому она догадалась, что это ее мать, едва взглянув на скелет.
- Мама, это я виновата перед тобой, мама!
Чжуан Чжун не спешил приказывать стражникам оттаскивать Чжэнь-нян, но и не позволил ей прикоснуться к костям, чтобы в порыве эмоций она случайно не повредила скелет.
Через мгновение он приказал увести Чжэнь-нян и, указывая на скелет, спросил:
- Если она утонула, откуда тогда эта рана на голове?
Мать Чжоу умерла уже более двух лет назад, и теперь от нее остались лишь кости. На правой задней части черепа был виден перелом, трещина была большой, размером с женский кулак, и при легком прикосновении кость отвалилась, образовав дыру.
Мать У и У Баошэн, увидев это, перепугались до полусмерти. Обе семьи были знакомы, и никто не мог подумать, что они вновь встретятся при таких обстоятельствах, да еще и одна из них превратится в страшный скелет.
- Погибшая умерла от сильного удара по голове, а не от утопления.
Начальник стражи Хэ стал оправдываться:
- Когда поднимали тело, действительно видели, что голова была разбита, возможно, она ударилась, когда поскользнулась и упала в колодец…
- Видя столь большую рану, вы все еще пытаетесь оправдаться! Стены колодца круглые, при таком ударе просто не может быть такой маленькой площади повреждения. А на дне колодца была вода, и камни на дне не могли оказать столь сильного воздействия, чтобы образовать такую большую рану. Этот след явно оставлен ударом обухом топора, и поскольку площадь удара небольшая, область перелома больше, чем сам обух. Мать Чжоу не покончила с собой, а была убита!
Услышав это, Чжэнь-нян зарыдала еще сильнее и рухнула на колени:
- Дажэнь, прошу вас, восстановите справедливость для моей матери!
Начальник стражи Хэ был весь в поту, и его лицо уже не было таким спокойным, как раньше.
- У этого подчиненного способности скромны и знания поверхностны, я этого не заметил. Дажэнь, ваша проницательность вызывает у меня глубокое уважение.
Чжуан Чжун не обратил на него внимания и продолжил:
- Глава клана Чжоу и его приемный сын погибли в тюрьме, а Чжоу Чжэнь-нян была приговорена к смертной казни за убийство своего мужа. В это время мать Чжоу также была убита, и с тех пор клан Чжоу пришел в упадок, не оставив потомков. Клан Чжоу в Мэйсянь был богатым, но весь род Чжоу был малочисленным, и как только в семье Чжоу случилась беда, имущество перешло к Чжоу Цяню, однофамильцу, с которым у них не было никакой связи. А этот Чжоу Цянь - родной брат наложницы начальника стражи Хэ. Как я уже говорил, начальник стражи Хэ, все дела в Мэйсянь так или иначе связаны с вами. Похоже, я был прав!
Начальник стражи Хэ обливался потом, то и дело вытирая лоб рукавом.
- Подумать только, что человек, с которым семью Чжоу связывала лишь одна фамилия, и больше ничего, смог унаследовать имущество клана Чжоу. И в этом есть большая роль начальника стражи Хэ: если бы не ваши махинации, Чжоу Цянь никогда бы не смог унаследовать это имущество! В убийствах главный подозреваемый - тот, кто получает выгоду, и вам, начальник стражи Хэ, не уйти от ответственности в этом деле!
В этот момент принесли бухгалтерскую книгу отца У. Книга была толщиной не меньше цуня, и, бегло пролистав ее, Чжуан Чжун тут же пришел в ярость.
- Хэ Син, вы действительно осмелились творить такое! Вы что, возомнили себя местным правителем и считаете Мэйсянь своим домом? Собранные земельные налоги в десятки раз превышают сумму, которую следовало собрать! Если сегодня я не покараю вас, то свою чиновничью шляпу я надену на черепаху!