Есть что-то неправильное в том, чтобы альфа пометил альфу? Глава 47
Юй Чэнсун некоторое время смотрел на экран с надписью «вызов завершен», а затем опустил телефон. Когда он поднял глаза, взгляд Чжоу Чжэюйя был прикован к нему, как два прожектора.
- Бля, напугал, - Юй Чэнсун взял иглу и проткнул ткань. - Засунь свои глаза обратно, ладно?
- Теперь я верю, - внезапно сказал Чжоу Чжэюй.
- Во что веришь? - Юй Чэнсун искал ушко и уже начал подозревать, что ослеп.
- Что ты его любишь, - сказал Чжоу Чжэюй, сортируя материалы. - Это слишком очевидно. Раньше ты был другим.
- Очевидно - это хорошо, - Юй Чэнсун пошевелил пальцами, и нить наконец прошла в иголку. - Зачем скрывать любовь? Это не то, чего нужно стыдиться.
- Вот это мой Сун-гэ! - Зааплодировал Чжоу Чжэюй.
- Идиот, - Юй Чэнсун бросил на него взгляд.
Юй Чэнсун всегда считал себя довольно легкомысленным человеком, который делает все, что ему нравится, и не беспокоится о том, что ему не нравится. Но сегодня, и в последующие несколько дней, ему придется столкнуться с бесчисленными мелкими неприятностями ради того, чтобы его одноклассник Инь Гу был счастлив.
- Блядь, наконец-то готово! - Чжоу Чжэюй поднял голову медведя, на которую только что пришил бинт, и на его глазах выступили слезы. - Блядь, я никогда в жизни не делал такой кропотливой работы!
- Где сигареты? - Юй Чэнсун прислонился к изголовью кровати, напрягая шею так, что она могла сломаться. Он дважды пошарил рукой, но не смог их найти. Он больше не хотел курить, был слишком измотан. - Я пойду позже, отдохну немного.
- Просто останься здесь? - Чжоу Чжэюй осматривал медведя со всех сторон. - Просто скажи, что я больше не хочу жить, и ты присматриваешь… Блядь?
- Хм - Юй Чэнсун взглянул на него.
- Блядь, блядь, блядь..., - Чжоу Чжэюй переворачивал крошечный кусочек ткани, а затем поднял глаза в полном отчаянии. - Чэнсун, не так!
Юй Чэнсун покрылся холодным потом и резко сел рядом с ним, чтобы посмотреть.
... На затылке медведя шов распустился, нить запуталась.
Его нужно было распустить и заново сшить.
- Сун-гэ! Отец Сун! Отец! Ты не можешь этого сделать, ты не можешь этого сделать! - Завыл Чжоу Чжэюй, схватив его и прижимая руки.
Юй Чэнсун чувствовал, что израсходовал всю свою силу воли, чтобы не схватить медведя и не прыгнуть вместе с ним с балкона.
Юй Чэнсун вернулся домой в плохом настроении. Он залез в карман и обнаружил, что он пуст.
Сегодня утром он не взял ключи.
Ему оставалось только постучать в дверь.
Он чувствовал, что для того, чтобы он взорвался, достаточно одной искры - одна-единственная искра, попавшая на него, заставила бы его взлететь в небо.
Когда Инь Гу открыл дверь и увидел его, он на мгновение замер, а затем протянул руку и провел ею по лицу Юй Чэнсуна.
- Что случилось? Ты выглядишь несчастным.
- Ничего…, - Инь Гу, похоже, только что вышел из душа. Влага на его пальцах, когда он коснулся его лица, погасила огонь гнева Юй Чэнсуна. Его охватило чувство нежности, и он не смог сдержать улыбку. - Я столкнулся с идиотом по дороге и поругался его.
Пока он умывался, Инь Гу стоял позади него, прислонившись к двери и глядя на него. Юй Чэнсун почувствовал, как у него потеплело на сердце.
Настроение «Я хочу нахуй убить медведя» полностью изменилось, превратившись в «Медведь такой милый, как я могу его убить?»
- В холодильнике есть свежевыжатый арбузный сок. Хочешь позже? - Внезапно предложил Инь Гу.
- Хм? - Юй Чэнсун посмотрел на него с удивлением. - Когда ты его купил?
- Вечером, - улыбнулся Инь Гу. - Чэнди сказал, что хочет его, так что я принес и тебе.
- Ты его избаловал, - сказал Юй Чэнсун. - Даешь ему все, что он хочет.
- Правда? - Инь Гу посмотрел на него. - Но я же балую тебя.
- Ну, тогда большое спасибо, - протянул Юй Чэнсун, не смея поворачиваться, боясь, что его глаза выдадут его эмоции. - Все в порядке?
- В порядке, - улыбнулся Инь Гу.
Днем он этого не замечал, но когда вечером лег спать, Юй Чэнсун почувствовал тупую боль в пальцах.
Он не считал, сколько раз уколол себя, но на пальцах появилось несколько крошечных капель крови. В тот момент он этого не чувствовал, потому что был очень зол, но теперь, когда он успокоился, он чувствовал пульсирующую боль.
Не опухнут ли они завтра? Иначе это не повлияет на его работоспособность.
Может, ему просто переночевать у Чжоу Чжэюйя и шить до ночи?
- Ты спишь? - Вдруг прошептал Инь Гу.
- Еще нет, - Юй Чэнсун повернулся к нему лицом.
- О, - Инь Гу пододвинулся ближе.
Юй Чэнсун почувствовал аромат сандалового дерева. Его пальцы задрожали, и он сдерживал желание притянуть его к себе для поцелуя.
- Что? - Спросил он, чувствуя сухость в горле.
- Я хотел сказать тебе..., - прошептал Инь Гу ему на ухо. - Спокойной ночи.
- А? - Юй Чэнсун замер, затем пнул его. - Бля, ты нарываешься на драку?
- Нет, - Инь Гу улыбнулся, лег на спину и уставился в потолок. - Я собираюсь спать.
- В чем дело? - Юй Чэнсун толкнул его в плечо и сказал: - Выкладывай.
Все эти сожаления и надежды... И он просто собирается спать?
- Ну..., - Инь Гу повернул голову, чтобы посмотреть на него. - Протяни руку.
- Зачем? - Юй Чэнсун протянул руку ладонью вверх. - Если посмеешь ударить меня, из нас останется только один.
- Не ударю, - Инь Гу протянул руку, быстро ущипнул его за ладонь, затем быстро отдернул руку и повернулся к нему спиной. - Спокойной ночи!
- Блядь, - Юй Чэнсун выругался, а потом почему-то начал смеяться и не мог остановиться. Между приступами смеха он спросил: - Ты что, совсем мозги растерял, Гу-Гу?
Инь Гу повернулся, его выражение лица было серьезным.
- А? - Юй Чэнсун не понял. - Чего я не сказал? А… Спокойной ночи.
- Ага, - Инь Гу тихонько хмыкнул. - Спокойной ночи. Сладких снов.
Юй Чэнсун работал сверхурочно и «успокаивал» Чжоу Чжэюйя три дня, прежде чем ему наконец удалось сделать и медведей, и торт.
Горечь и боль, которые он испытывал в тот период, были слишком болезненными, чтобы о них вспоминать. Несколько раз Инь Гу смотрел на его пальцы, спрашивая, не поранил ли он себя, но он всегда уклонялся от ответа.
Они были уже заметно опухшими, но, к счастью, упорный труд окупился и вечером были сделаны последние стежки.
Вспомнив о маленькой записке в потайном кармашке, Юй Чэнсун невольно проснулся с улыбкой.
Сегодня было тридцать первое мая, день рождения Инь Гу.
Время было… Он взглянул на телефон. Шесть десять.
Юй Чэнсун тихонько выскользнул из постели. Инь Гу еще спал, и, посмотрев на его красивое лицо, Юй Чэнсун мгновенно проснулся. Он провел рукой по воздуху над головой Инь Гу, а затем на цыпочках вышел из спальни.
Отправив Юй Чэнди в школу с огромной суммой карманных денег в пятьдесят юаней, Юй Чэнсун начал варить кашу.
На приготовление запланированного меню у него ушло бы не менее трех часов. Ему нужно было что-то перекусить утром, чтобы не испытывать спазмы от голода.
Когда Юй Чэнсун вернулся в спальню, чтобы разбудить Инь Гу, столетнее яйцо и каша из нежирного мяса были почти готовы.
- Одноклассник, - он присел на корточки у кровати и потрепал волосы Инь Гу. - Пора вставать. С днем рождения.
Инь Гу с трудом разлепил глаза, схватил его за руку, положил ее на подушку, прижался к ней головой и попытался снова заснуть.
- Бесполезно сопротивляться, - усмехнулся Юй Чэнсун, поглаживая его голову другой рукой. - Вставай, именинник. Завтрак готов.
Инь Гу вздохнул, открыл глаза и беспомощно улыбнулся:
- Я думал, что в свой день рождения смогу поспать подольше.
- Можешь поспать подольше в следующем году, - сказал Юй Чэнсун, поднимая его за плечи. - А сейчас вставай и ешь. Потом помоги мне убрать. Я весь день готовил, и на столе полно блюд.
- Понял, - лениво зевнул Инь Гу. - Где Чэнди?
- Ушел в школу, - Юй Чэнсун протянул ему одежду.
Они вдвоем быстро выпили каши, чтобы утолить голод, но Юй Чэнсун не смог съесть больше половины миски.
- Я пойду на кухню. Когда закончишь и приберешься, приходи ко мне, - сказал Юй Чэнсун, вставая.
- Я же именинник, - Инь Гу отхлебнул каши, и его глаза сияли улыбкой. - И такое отношение?
- Каша, - Юй Чэнсун указал на миску перед ним. - Я ее приготовил. Позже я приготовлю все, что будет на столе. Что не так с таким отношением?
- Супер VIP, - Инь Гу поднял большой палец.
Юй Чэнсун не смог сдержать глупой улыбки, когда мыл овощи, и был ошеломлен, когда поднял глаза и увидел свое отражение в стекле.
Что за хрень? Он что, действительно такой идиот? Он ущипнул себя за щеки, пытаясь сдержать дурацкую улыбку, но когда отпустил руку, она появилась снова.
Молодой человек, я понимаю, что вы взволнованы, но давай сохраним немного интриги, пока не сделаем сюрприз...
- Что ты делаешь? - Инь Гу стоял в дверях с миской в руках и наблюдал за ним. - Тебе не нравится лицо?
- О, - Юй Чэнсун снова ущипнул себя. - Не слушается.
- Тогда стоит ударить по нему, - предложил Инь Гу.
- Мне стоит тебя ударить, - Юй Чэнсун взглянул на него.
- Не надо, - Инь Гу положил посуду в раковину и с улыбкой сказал: - Сегодня мой день рождения.
- Вот почему я этого не сделал, - заявил Юй Чэнсун.
- Так в чем же сюрприз? - Внезапно спросил Инь Гу. - Ты еще не можешь мне сказать?
- Какие идеи? - Юй Чэнсун не смог удержаться и уголки губ снова поползли вверх, но он безжалостно опустил их обратно.
- Думаю..., - Инь Гу выжидающе посмотрел на него. - Полноценный пир?
- Хочешь отпраздновать свой последний день рождения? - Юй Чэнсун поднял средний палец.
Инь Гу рассмеялся так сильно, что чуть не уронил миску.
Повар всегда точно рассчитывал время. Юй Чэнсуну потребовалось почти три часа, чтобы приготовить все блюда. Как только он поставил на стол последнюю тарелку с рыбным супом, раздался звонок в дверь.
Инь Гу машинально подошел к двери, чтобы открыть ее, но прежде чем он поднял руку, Юй Чэнсун вдруг крикнул:
- Не двигайся! - Он указал на спальню. - Иди и не выходи, пока я не скажу.
- Хорошо, - усмехнулся Инь Гу. Он опустил руку и послушно пошел в спальню. - Еще что-нибудь?
- Нет, - крикнул Юй Чэнсун из дверного проема, оглянувшись на него. - Поторопись.
- Сейчас, - Инь Гу вошел в комнату и аккуратно закрыл дверь.
Юй Чэнсун почувствовал себя вором, когда быстро взял торт у курьера и закрыл дверь.
Он подбежал к столу с тортом в руках. Его руки дрожали, когда он его распаковывал. Достав торт, он внимательно осмотрел его - никаких повреждений.
Юй Чэнсун отодвинул посуду в сторону, поставил торт в центр стола. После долгих попыток и подгонок он наконец нашел «золотую середину».
В магазине добавили несколько небольших дополнений. Он достал их: свечи, столовые приборы, поднос... И маленький лотос, который, по идее, должен был петь и испускать искры.
Он долго возился с лотосом, не зная, где его поставить. Любое место испортило бы тщательно нарисованный и узор.
Он просто положил его на стол, и пусть Инь Гу положит его туда, куда захочет.
Когда все было готово, Юй Чэнсун достал телефон и сделал несколько фотографий. Он достал плюшевых мишек и спрятал их на диване. Он открыл секретный кармашек под пластырем и убедился, что все на месте, а затем накрыл его пледом и крикнул в сторону спальни:
Инь Гу открыл дверь и сразу заметил торт на столе. Его губы мгновенно изогнулись в улыбке.
- Было бы неловко, если бы его сделал не я, - рассмеялся Юй Чэнсун.
Сегодня он решил быть глупым улыбающимся богом и смеяться так, как не смеялся уже восемнадцать лет.
- Тогда ты должен мне торт, - Инь Гу подошел ближе.
- Сегодня твой день рождения, ты можешь быть таким бесстыдным, как хочешь, - Юй Чэнсун поманил его к себе. - Иди сюда, сделай пару фото, у меня не очень хорошо получается.
- Неважно, если они не хорошие, не удаляй их, - Инь Гу включил камеру и обошел торт, чтобы сделать фотографии. - Чтобы мы могли потом сравнить.
- Если бы сегодня не был твой день рождения, торт точно полетел бы тебе в лицо, - сказал Юй Чэнсун.
Инь Гу без возражений усмехнулся, сосредоточившись на поиске идеального ракурса.
Торт действительно выглядел великолепно и не было похоже, что его испек любитель.
Но он был уверен, абсолютно уверен, абсолютно убежден, что Юй Чэнсун испек его сам.
Он редко испытывал абсолютную уверенность в других, но в случае с Юй Чэнсуном он уверен.
Глазурь на торте была очень нежной, с каплями красного клубничного джема. Кольцо из равномерно нарезанных клубник украшало край, поверх которых были написаны «Y», «G» и «с днем рождения».
Даже надписи, сделанные из крема, не могли скрыть элегантный почерк Юй Чэнсуна - один взгляд на них сразу выдал автора.
Верхняя часть была еще более сложной: джемом была нарисована улыбающаяся голова золотистого ретривера, рядом примостился косящийся аляскинский маламут. Под двумя головами была... Маленькая черепаха, стоящая на задних лапах?
- Эта черепаха..., - невольно спросил он.
- Юй Чэнди, - сказал Юй Чэнсун.
- Айе, - Инь Гу быстро сделал еще один крупный план маленькой черепашки. - Не говори ему, а то он будет настаивать на драке с тобой.
- Маленький идиот не сможет меня победить, - Юй Чэнсун сделал несколько шагов назад. - Стой здесь и не двигайся. Я сфотографирую тебя с тортом.
Инь Гу быстро отложил телефон и принял позу.
- Разве это не выглядит довольно глупо?
- Вовсе нет, - Юй Чэнсун присел на корточки, чтобы найти ракурс. - Твое лицо это вытянет.
Инь Гу наблюдал за тем, как Юй Чэнсун приседает, встает и наклоняется, и не смог сдержать смеха.
- Сколько фотографий ты уже сделал?
- Без понятия, - Юй Чэнсун пролистал галерею, в которой теперь после снимков в женском платье преобладали фотографии Инь Гу и торта. - Подожди, может, лучше снять видео?
- Хорошо, - согласился Инь Гу. - Тогда я приму позу.
- Как насчет стойки на голове? - Юй Чэнсун нажал кнопку записи.
- Все, что я сейчас скажу, будет записано, да? - Инь Гу взял нож и вилку и сделал вид, что режет торт.
- Ага, - сказал Юй Чэнсун, обходя его и снимая со всех ракурсов. - Наверное, в будущем мы будем вспоминать этот день рождения... Какой красавчик приготовил все эти блюда? Это просто потрясающе.
- Все это приготовил красавчик по имени Юй Чэнсун, - Инь Гу с улыбкой взял в руки свечу. – У этого красавчика много талантов - он умеет печь торты, а еще он должен мне императорский пир.
- Подожди, подожди, - Юй Чэнсун остановился и посмотрел на него поверх экрана телефона. - Когда это произошло? Предупреждаю тебя, не думай, что тебе все сойдет с рук, только потому что ты красавец!
- О, верно, - добавил Инь Гу. - Этот красавчик суров снаружи, но мягок внутри. Не стоит судить о нем по его словам. Чем колючее он снаружи, тем мягче внутри.
- Блядь…, - запнулся Юй Чэнсун, внезапно почувствовав себя довольно растерянным, его уши запылали. Он кашлянул и приказал: - Говори о том, что имеет отношение к тебе.
- О, мы с красавчиком близкие друзья, - Инь Гу посмотрел на него и усмехнулся. - Сейчас.
Сердце Юй Чэнсуна замерло, внезапно наполнившись беспокойством.
Блядь, что он имеет в виду под «сейчас»? Он планировал разорвать отношения позже?
Или... Его тщательно спланированный план... Был раскрыт?
- Ты закончил? - Юй Чэнсун поднес телефон к лицу, сменив тему. - Хорошо, я скажу. Э-э-э. С девятнадцатилетнем, Гу-Гу! Пусть каждый день приносит тебе радость! Пусть все складывается! Благополучия весь год!
- Пять благословений у порога, пусть все идет гладко, пусть семь звезд ярко сияют над нами, богатство приходит со всех восьми сторон, сердца всегда будут едины*,- Инь Гу быстро произнес целую череду благословений. - Те, кто знает, поймут, что ты поздравляешь меня с днем рождения, а те, кто не знает, подумают, что ты желаешь мне счастливого Нового года.
- Заткнись, - Юй Чэнсун наконец-то показал торт крупным планом и выключил видео. - Это уровень второго в классе.
- Очень хорошо, - сказал Инь Гу. - Празднично.
Юй Чэнсун уже собирался вставить свечи, но Инь Гу остановил его:
- Что? - Юй Чэнсун посмотрел на него.
- Давай сфотографируем тебя с тортом, - Инь Гу поднял свой телефон.
- Почему бы нам не..., - Юй Чэнсун нахмурился, уголки его губ дрогнули, и желание рассмеяться галопом помчалось из его сердца к губам. - Не сфотографироваться с тортом вместе?
Инь Гу замер, держа в руках телефон, посмотрел на него и серьезно нахмурился.
Их лица оставались серьезными, когда они смотрели друг на друга, но уголки их ртов одновременно дрогнули. Попытка сдержать смех длилась менее пяти секунд, после чего они рухнули, схватившись за стол и хохоча.
Суммарный IQ первого и второго по успеваемости учеников в классе едва достигал двадцати.
- Вот с этой стороны, - Инь Гу улыбнулся, подошел ближе и включил фронтальную камеру. - Давай.
Юй Чэнсун стоял рядом с тортом, вытянул руку и, улыбаясь, показывал V. Инь Гу сложил указательный и большой пальцы в форме сердца. Два лица на экране были потрясающе красивы.
Два улыбающихся лица застыли в этом мгновении.
- Быстрее, быстрее, быстрее, - Юй Чэнсун чувствовал себя так, словно выпил десять бутылок байцзю натощак. Его руки дрожали от волнения. - Вставь свечи и загадай желание.
С этими словами он взял со стола маленький лотос и протянул его Инь Гу.
- Хочешь его вставить? Продавец сказал, что он будет стрелять огнем и петь.
Инь Гу примерил его к своей руке и покачал головой:
Хотя рисунок неизбежно будет испорчен, когда они его съедят, он просто хотел сохранить его еще немного, чтобы полюбоваться золотистым ретривером, аляскинским маламутом и маленькой черепашкой.
- Я тоже так думаю, - Юй Чэнсун достал все свечи. - Сколько нам нужно поставить? Девятнадцать? Девять?
Юй Чэнсун аккуратно выбрал девять мест в углах и вставил свечи, не нарушив рисунок. Затем он неуклюже возился с зажигалкой, зажигая каждую из них дрожащими руками. Мысль о том, что должно было произойти, заставляла его нервничать так, что он едва мог это выдержать.
Наконец, все свечи были зажжены. Он даже не думал, заметил ли Инь Гу его дрожащие руки, словно при болезни Паркинсона. Он потянул его за руку, подгоняя:
- Загадай желание, загадай желание, быстрее, быстрее, быстрее!
- Ты так взволнован, - Инь Гу не смог удержаться от улыбки.
- Разве я не могу быть взволнован в твой день рождения? - Юй Чэнсун нетерпеливо постучал пальцами, чувствуя, что почти теряет контроль.
Нервозность, волнение, трепет, возбуждение…
- Все в порядке, - Инь Гу подошел к торту. - Я тоже очень взволнован.
Затем он закрыл глаза и прошептал:
- Давай, - Юй Чэнсун тихо сделал шаг к дивану. - Оно обязательно сбудется.
Предыдущая глава | Оглавление | Следующая глава
*Пять благословений у порога, пусть все идет гладко, пусть семь звезд ярко сияют над нами, богатство приходит со всех восьми сторон, сердца всегда будут едины - эти фразы - традиционные китайские идиомы, которые используют в качестве благопожеланий, которые говорят на праздниках и важных событиях