Есть что-то неправильное в том, чтобы альфа пометил альфу? Глава 48
Внезапно зазвонил мобильный Инь Гу. Юй Чэнсун отскочил от дивана, как будто он был мастером боевых искусств, и с грохотом приземлился на пол.
Соседи внизу вполне могли бы пожаловаться.
- Хм? - Инь Гу открыл глаза, взглянул на него, а затем посмотрел на свой телефон.
Юй Чэнсун взглянул на номер звонящего: «Отец».
- Ответь, - сказал Юй Чэнсун. - Вдруг это срочно. Загадать желание можешь позже.
- Ах, - вздохнул Инь Гу, выглядя совершенно беспомощным. - Я только до половины дошел.
Он взял телефон, провел пальцем по экрану и случайно нажал кнопку ответа.
- Инь Гу! Ты что, действительно влюбился в альфу?! Это смешно! Ты...
Инь Гу на мгновение замер, затем сердито нахмурился и, сжимая телефон в руке, направился в спальню.
Юй Чэнсун не услышал остальную часть разговора. Он просто почувствовал, как будто на него вылили ведро холодной воды, и она потекла со лба на грудь и спину, отчего он замерз до костей.
Но это охладило его перегретые эмоции.
Он был слишком поспешен. Этот подросток был слишком незрел. Он впервые полюбил кого-то, и не подумал ни о чем: что семья Инь Гу может вообще не знать о его сексуальной ориентации, что они могут вообще не поддержать его отношения, что это может еще больше усложнить положение Инь Гу.
Голос Инь Гу слабо доносился из спальни, но слов было не разобрать.
Юй Чэнсун глубоко вздохнул, крепко прижал ладонь к переносице и опустился на диван. Он поднял плед, взял плюшевых мишек и поочередно сжал каждую лапу.
Когда его пальцы коснулись медвежонка с пластырем, они замерли. Стиснув зубы, он достал предмет из потайного кармашка.
Небольшая, аккуратно сложенная записка. Самым аккуратным почерком было написано несколько строк, штрих за штрихом.
Юй Чэнсун прочитал ее один раз и не смог удержаться от улыбки.
Если бы учительница китайского увидела этот почерк, она, наверное, сразу же выдала бы ему сертификат.
По правде говоря, искренность - это довольно интересная вещь.
Иногда она давит на тебя так, что ты едва можешь дышать, а иногда она кажется такой легкой, такой непринужденной, что нескольких коротких строк достаточно, чтобы передать ее, позволяя другому сердцу тоже ее почувствовать.
Юй Чэнсун сложил записку, разгладил ее, снова разгладил, а затем сложил пополам. Он повторял это бесчисленное количество раз.
Наконец он сложил ее в маленький квадратик и крепко сжал в ладони.
Шум в спальне внезапно усилился, и Юй Чэнсун услышал низкое рычание Инь Гу: «да, я такой», «ты разочарован, да?», «откажись от меня», «хватит уже»…
Не успел он решить, стоит ли подойти и посмотреть, как звуки внезапно прекратились. В следующее мгновение дверь спальни распахнулась, и из нее вышел Инь Гу, слегка хмуря брови.
Увидев его, он снова улыбнулся и перешел на относительно безобидную тему:
- У Инь Хэ сегодня день рождения. Я совсем забыл
- И подарка тоже, - Инь Гу сел рядом с ним и склонил голову, чтобы посмотреть на медведей в руках Юй Чэнсуна.
- А у тебя есть, - Юй Чэнсун поднял мишек.
- Я хочу потрогать, - сказал Инь Гу, и в его глазах зажглось искреннее тепло.
- Держи, - Юй Чэнсун положил обоих медведей ему на колени, а достал из-под пледа маленькую черепашку и бросил к медведям. - А это бесплатный подарок, черепашка Чэнди.
- Чэнди, наверное, сейчас чихает, - Инь Гу слегка улыбнулся, осмотрел маленькую черепашку, а затем положил между медведями. - Они красивые.
- Выглядят неплохо, правда? - Юй Чэнсун улыбнулся, глядя на него. - Я сам их сшил.
- А? - Инь Гу замер и уставился на него. - Ты… Сам их сшил?
- А кто еще? - Юй Чэнсун потянул за ухо забинтованного медведя. - Если бы я купил их, как бы швы могли быть такими ужасными? Производители не смогли бы даже этого сделать.
- Ерунда, - Инь Гу вырвал ухо медведя из его рук и погладил их. - Они вовсе не ужасные, они милые.
- Тебя так легко порадовать, - Юй Чэнсун откинулся на спинку дивана и машинально потянулся за сигаретой, но потом вспомнил, что сегодня день рождения Инь Гу, поэтому убрал руку и положил ее на колено.
На мгновение его сердце стало пустым, а потом внезапно наполнилось. От этого неописуемого чувства ему захотелось плакать.
Неважно. Объятия Гу-Гу пока не принадлежали ему, так что он сдерживался.
Губы Инь Гу изогнулись в улыбке, его глаза смягчились, когда он нежно ущипнул уши медведя. Он не спросил, почему оба медведя были ранены, просто долго молча смотрел на них.
Инь Гу казался сейчас совершенно довольным, он наслаждался едой, тортом, подарками... Его так легко было порадовать. По сравнению с предыдущими днями рождения, этот казался удивительно идеальным.
- Что еще? - Инь Гу посмотрел на него, все еще улыбаясь.
- А? - Сердце Юй Чэнсуна замерло.
- Есть кое-что еще, - Инь Гу взглянул на медведя в своей руке и провел пальцами по скрытому кармашку. - Ты мне его не отдал.
- Что? - Юй Чэнсун сжал пальцы. - Если хочешь еще одного, просто скажи. Я тебе его сошью...
- Вообще-то..., - Инь Гу сжал лапку маленького медведя и посмотрел на него. - Я тоже приготовил для тебя подарок.
- Для меня? - Юй Чэнсун почувствовал, как его мозг пытается поспеть за ходом мыслей Инь Гу. - Сегодня не мой день рождения. Ты хочешь отпраздновать наши дни рождения вместе?
- Закрой глаза, - Инь Гу протянул руку, чтобы закрыть ему глаза, его ладонь была теплой.
- Так… Загадочно, - горло Юй Чэнсуна сжалось. Глубоко вздохнув, он закрыл глаза.
Он почувствовал, как Инь Гу приблизился, положил руку на его сжатую ладонь, аккуратно разжал его пальцы и взял то, что было в его ладони.
Он не пошевелился, даже тогда, когда то, что он решил спрятать, забрали и стали рассматривать.
В тот момент он испытывал напряжение, недоумение, удивление, но прежде всего - непреодолимое возбуждение, которое грозило вырваться наружу, совершенно неподконтрольное.
Его тщательно скрытый план был вот так легко раскрыт?
О чем Инь Гу разговаривал с отцом, что осмелился осмотреть записку по возвращении?
Прежде чем он успел об этом подумать, его губы внезапно коснулись чего-то мягкого.
Инь Гу прижался губами к его губам и прошептал:
- Сун-Сун, хочешь парня? Такого, который очень тебя любит, еще и может зарабатывать деньги, чтобы содержать семью?
Юй Чэнсун резко открыл глаза и встретил улыбающийся взгляд Инь Гу.
«Блядь» - закричал его внутренний голос. - «Немедленно!»
Он обхватил голову Инь Гу и страстно поцеловал его, используя импульс, чтобы толкнуть Инь Гу на диван. Когда они оба задыхались от поцелуя, он поднял голову, чтобы посмотреть на Инь Гу.
Он не знал, каким было его выражение лица в тот момент, но услышал свой собственный голос - твердый и искренний:
Сказав это, Юй Чэнсун был ошеломлен, точнее, он был ошеломлен с того момента, когда Инь Гу произнес «очень тебя любит».
Его разум был в хаосе. Он даже не заметил, когда Инь Гу перевернул его, прижал к себе и укусил за шею. Ему было так больно, что он укусил Инь Гу за ухо.
Он помнил только, что поднял руку и задрал одежду Инь Гу, а затем бесстыдно… Нет, это его парень, поэтому он имел полное право провести рукой по талии Инь Гу.
Инь Гу уткнулся носом ему в шею и приглушенно рассмеялся. Юй Чэнсун почувствовал, будто все его тело горит. Он схватил Инь Гу за плечи, притянул к себе и страстно поцеловал.
Инь Гу не задержался ни на мгновение, без сопротивления обнял его за спину и открыл рот, чтобы тот мог кусать и целовать его.
Юй Чэнсун с опозданием почувствовал приступ недовольства. Он намеревался сделать грандиозный выход, с медведем в руках, в тот момент, когда Инь Гу откроет глаза после того, как загадает желание, и с искренней страстью признается ему.
Вместо этого телефонный звонок почти все испортил, и что еще хуже, Инь Гу признался первым.
Влажные губы коснулись его зубов. Погруженный в раздумья, Юй Чэнсун не смог удержаться и прикусил их.
Инь Гу застонал от боли, положил руку на шею и умело помассировал его.
От прикосновения к железе Юй Чэнсун мгновенно расслабился и разжал зубы, словно змея, пойманная за уязвимое место.
Спина Инь Гу оставалась напряженной; контуры его мышц были настолько выраженными, что их можно было почувствовать, не глядя. Боль заставила его напрячься еще больше, и хотелось прикоснуться снова…
Наглое и необоснованное поддразнивание Юй Чэнсуна вскоре привело к тому, что они оба не смогли сдержаться, да и ни один из них не хотел сдерживаться. Воздух стал густым от жара, а запахи сандалового дерева и апельсиновой газировки смешались, наполнив маленькую гостиную особой нежностью и страстью...
Результатом близости двух людей, больше похожей на драку, стало то, что диван и журнальный столик были в беспорядке, подушки были разбросаны повсюду, а плед был испачкан.
Юй Чэнсун все никак не мог прийти в себя. Пока он лежал на диване, его взгляд случайно скользнул по трагической ситуации на поле боя.
Его лицо вспыхнуло, и он почувствовал, что не может больше там оставаться, поэтому толкнул Инь Гу в спальню...
Полуденное солнце было теплым и ласковым. Цикады, стрекочущие в деревьях внизу, не казались шумными, напротив, они приносили ощущение глубокого спокойствия.
Юй Чэнсун лежал, раскинувшись на подушке Инь Гу, смело положив ноги на его бедра, одной рукой обнимая его, а другой пощипывая ухо Инь Гу. Ленивым протяжным голосом он пробормотал:
- Гу-Гу, ты не мог бы меня поцеловать?
Инь Гу ничего не ответил, просто повернул голову и поцеловал его, затем прикусил его губу, а затем с улыбкой спросил:
- Вполне, - усмехнулся Юй Чэнсун, глядя на него. - Мне кажется, что я сплю.
Инь Гу снова поцеловал его сделал паузу, еще раз покусал его губу, а затем прошептал что-то ему на ухо.
- Блядь! Бонус не нужен! - Юй Чэнсун был практически травмирован словами, сказанными на этой кровати, хотя они были неразрывно связаны с их первым разом...
Инь Гу перевернулся и притянул его к себе. В отличие от игривого объятия несколько мгновений назад, это объятие было крепким, как будто он боялся потерять его. Поцеловав его в нос, он прошептал:
- Сейчас это похоже на сон, - Юй Чэнсун сделал паузу, впившись пальцами в его спину, и продолжил: - Я только что решил остановиться и ради любви вечно ждать тебя, а ты вдруг… О, кстати, как ты узнал, что я собираюсь… Признаться тебе?
Это очень приятно, но говорить об этом почему-то неловко, как будто младшеклассник признается в любви... Даже в дорамах с айдолами сейчас так не снимают.
- А как ты думаешь? - Инь Гу сжал его руку, слегка погладив ее.
- Я тебя спрашиваю, - Юй Чэнсун впился пальцами в ладонь.
Руки Гу-Гу были красивыми, а на ощупь они еще лучше, с четко выраженными угловатыми суставами.
- Ты хочешь спросить, как я узнал, что ты влюбился в меня, и когда я сам начал испытывать к тебе чувства, - Инь Гу осмотрел на него и улыбнулся. - Верно?
Юй Чэнсун поднял большой палец в знак одобрения.
Несмотря на внешнее спокойствие, скрывающее внутреннее волнение, которое почти вырывалось наружу, он наговорил кучу бессвязных глупостей, но Гу-Гу быстро уловил суть.
Он достоин быть лучшим учеником в классе и достоин быть... Его парнем.
- Сначала первый вопрос, - Инь Гу ущипнул его за мизинец. - Ты, наверное, не заметил, но ты очень плохо скрываешь, когда ты рад… Или, может быть, ты просто не можешь скрыть это рядом со мной. То, как ты обычно смотришь на меня, когда мы случайно или намеренно сталкиваемся, когда ты иногда смотришь на меня, словно отключившись, и… Плюс твое настроение в последние пару дней. Несложно было догадаться.
- О…, - хотел спросить Юй Чэнсун, когда это он смотрел на него, словно отключившись, но не смог. Он был настолько ошеломлен, что даже не заметил этого. Он действительно был безнадежно влюблен. Он слегка толкнул щеку Инь Гу носом. - Разобраться по таким тонким намекам... Сказать, что ты уверен в себе или просто чертовски умен?
- Скажи, что я очарователен, - Инь Гу тоже потерся о него.
- Абсолютно очарователен! - Юй Чэнсун похвалил его с серьезным видом. Не дав Инь Гу опомниться, он уткнулся лицом в его шею и укусил.
- Ай, - Инь Гу лениво шлепнул его, но это едва ли можно было считать сопротивлением.
- Потерпи, - пробормотал Юй Чэнсун, все еще прижимаясь к его шее. - Я все еще... Немного не в себе, мое сердце бьется как сумасшедшее...
- Ты мне давно нравишься, - внезапно заявил Инь Гу.
- Блядь, - Юй Чэнсун снова укусил его. - У меня пульс двести восемьдесят.
Инь Гу тихонько рассмеялся, покусывая его мочку уха, вспоминая:
- Когда я впервые увидел тебя в день своего перевода в эту школу, я подумал: «Я хочу быть другом этому крутому красавчику, мы с ним похожи».
- Поздравляю, - Юй Чэнсун похлопал его по спине. - Ты превзошел свою цель.
Не просто друг, теперь парень.
- Но когда я узнал тебя поближе, я понял, что этот крутой парень не просто самоуверенный, но и очень милый, - Инь Гу обнял его за талию и погладил. - Серьезно, ты не замечал, какой ты очаровательный?
- Разве это не твое эксклюзивное слово? - Юй Чэнсун действительно не ожидал, что однажды его назовут очаровательным. С его аурой, которая заставляла людей с первого взгляда держаться от него подальше, он никогда раньше не получал таких комплиментов. - Ты только что попросил меня так похвалить тебя.
- Ты должен быть милым со мной, - сказал Инь Гу.
- Хорошо, - Юй Чэнсун ущипнул его за ухо.
Осознание того, что этот человек лежит перед ним, делит с ним подушку и кровать, принесло ему удивительное чувство безопасности и возбуждения.
Его сердце постоянно блуждало, со временем он забыл, каково это - чувствовать спокойствие.
Но сейчас именно это он и чувствовал.
Наблюдать за Инь Гу, вдыхать его запах, знать, что он рядом... Если выразить эти чувства словами, то все они будут означать ни что иное, как «спокойствие».
Говорят, что любовь в этом возрасте - это шутка, глупость, незрелость и иррациональность...
Но ему нравится эта незрелость и иррациональность.
Отбросить все сомнения и быть вместе просто потому, что ты мне нравишься.
Чисто, смело и без страха двигаться вперед.
- А ты? - Вдруг спросил Инь Гу.
- Я? - Юй Чэнсун задумался. Когда он влюбился в Инь Гу… - Я не знаю.
- Ты шутишь? - Рассмеялся Инь Гу. - Я не приму тебя таким.
- Я такой, какой есть, - Юй Чэнсун тоже рассмеялся. - Ты хочешь со мной расстаться?
- Да, конечно, - сказал Инь Гу. - Расстаться, чтобы мы могли начать все сначала, как возлюбленные.
Юй Чэнсун не смог сдержать улыбку. Ему казалось, что даже если бы его мать встала перед ним и трижды крикнула «убийца», он все равно ответил бы ей улыбкой.
Если ей нравится так говорить, то пусть говорит! У меня есть парень!
- Как насчет…, - он посмотрел на Инь Гу. - Пусть Юй Чэнди сегодня переночует у Чжэюйя.
- Почему? - Спросил Инь Гу, сдерживая смех.
- Ты спрашиваешь меня? - Юй Чэнсун удивленно посмотрел на него и повторил: - Ты спрашиваешь меня?
- Мм, да, - Инь Гу подавил смешок и серьезно спросил: - Сун-гэ, я еще молод и не совсем понимаю эти вещи
- Молод, да? - Юй Чэнсун прищурился. - Может, мне тогда пойти к Чжэюйю? В конце концов, вы оба альфы, а я не…
Не успел он договорить, как Инь Гу внезапно прижал его и укусил за плечо, угрожающе пробормотав:
Юй Чэнсун сумел освободить одну руку и прижал ее к железе на шее Инь Гу. Он угрожающе погладил ее кончиками пальцев:
- Я сказал, попробуй только пошевелиться.
Два доминирующих феромона взорвались в комнате одновременно, подавляя друг друга. Но то ли феромоны подчинились своим хозяевам, то ли изменилось состояние, они не могли навредить друг другу. Это давление было для них просто игрой.
- Я думаю, - внезапно сказал Инь Гу. - Лучше прекратить это. Это не совсем соответствует ауре легенды средней школы №1 и его легендарного парня.
- Любовь нас погубила, - Юй Чэнсун ослабил хватку. - Больше никаких легенд. Мы уходим на покой.
Они оба отпустили друг друга, обменялись взглядами, которые говорили «Ты безнадежен», а затем одновременно расхохотались.
- Если я тебя сейчас ударю, это будет считаться домашним насилием? - Юй Чэнсун хохотал до истерики, перевернулся на бок и уставился на него, а живот болел от смеха.
- Почему бы мне не ударить тебя? - Спросил Инь Гу.
- Ты ударишь меня? - Прошипел Юй Чэнсун.
- Ты ударишь меня, - быстро поправился Инь Гу.
- Нет, мы отвлеклись, - Юй Чэнсун положил руку на грудь Инь Гу и похлопал. - Мы как раз говорили о том, чтобы отправить Юй Чэнди домой к Чжэюйю...
- Отправляем, - сказал Инь Гу.
- Почему ты перестал сопротивляться?
- Если бы я продолжил сопротивляться, мой парень бы сбежал, - Инь Гу взглянул на него. - Я так боюсь спать один.
Это простое состояние, когда вы ничего не делаете, а просто вдвоем лежите, зарывшись в одеяла, - оно расслабляет, и в то же время наполняет надеждой.
Подняв глаза, они увидели теплое, яркое солнце за окном, освещающее спальню и их самих.
- Сун-Сун, - позвал его Инь Гу.
- Что такое, Гу-Гу? - Юй Чэнсун приподнял веки, чувствуя себя настолько комфортно, что уже начал дремать.
- Только что мой отец спросил меня по телефону, правда ли мне нравится альфа, - сказал Инь Гу.
Юй Чэнсун замер и машинально хотел выпрямиться, но Инь Гу обнял его и притянул обратно.
- Ничего страшного, - сказал Инь Гу. - Не нервничай.
- Ммм, - Юй Чэнсун провел пальцами по запястью Инь Гу. - Я знаю.
- Он спросил, и я признался. Я сказал, что могу принять только альфу, - сказал Инь Гу.
- Но ты же не..., - Юй Чэнсун замер.
Инь Гу, как и ему, было все равно, какого пола его партнер. Альфа, омега, бета, это не имело значения. Зачем было говорить...
- Позволь мне объяснить, - Инь Гу улыбнулся, успокаивающе поглаживая его ухо. - Инь Хэ только что выписали из больницы. Вероятно, он не смог как следует подготовиться, пока был там, поэтому провалил ежемесячные экзамены. Кто-то другой занял первое место в этом году. Этот парень раньше был со мной в хороших отношениях, поэтому Инь Хэ, вероятно, подумал, что я подкупил его, чтобы списать и занять первое место. Он был так зол, что сказал моим родителям, сказав, что я гей.
- Когда твоя мать была беременна вами обоими, она дала все мозги тебе? - На лице Юй Чэнсуна играла улыбка.
Ему действительно стоит как-нибудь встретиться с Инь Хэ. Он абсолютно заслуживает побоев.
- Может быть, - усмехнулся Инь Гу. - Мой отец был в ярости, но я не пошел на компромисс. В этом вопросе нельзя идти на уступки. Если я хочу сто, то я должен просить больше ста, потому что они никогда не дадут мне того, что я хочу. Переговоры всегда означали для меня компромисс.
- Значит, ты сказал, что можешь принять только альфу, - сказал Юй Чэнсун.
- Да, - кивнул Инь Гу. - Но я не лгал, мне нравишься только ты.
- Я покраснел, - пробормотал Юй Чэнсун, прикоснувшись к его щеке.
- Ты выглядишь довольно красиво, когда краснеешь, - искренне сказал Инь Гу.
- Я... Я тоже много об этом думал, но не так много, - Юй Чэнсун попытался привести мысли в порядок после того, как его захлестнула радость от «бытия вместе», хотя эти усилия оказались несколько тщетными. - Знаешь, я гедонист и верю, что мы будем счастливы вместе. Я верю, что не только буду счастлив сам, но и смогу сделать счастливым тебя. Я сейчас немного путаюсь в словах, но я имею в виду...
- Я понимаю, Чэнсун, я понимаю, - Инь Гу посмотрел на него, и от серьезности в его взгляде у Юй Чэнсуна дрогнуло сердце. - Я хочу сказать, что раньше я привык терпеть. Я провел для себя черту, и пока ее не пересекали, я мог терпеть все что угодно. Не то чтобы я не чувствовал боли, но я считал, что результат от сопротивления не стоит того. Но теперь все по-другому, Чэнсун, теперь есть ты, и я больше не могу терпеть. Я хочу быть с тобой и Чэнди.
[Товарищ Гу-Гу, хочешь парня? Такого, который очень тебя любит, еще и может приготовить полноценный императорский пир]. Записка Сун-Сун.