[Партнер] 📖 Том 1 • Глава 1 (#3.3)
Часть 3.3
В углу 1-й группы впервые за долгое время стояла тишина. Новых дел не поступало, а значит, из работы оставалась только мелкая текучка. Хеджун специально отправил всех домой пораньше. Никогда не знаешь, когда свалится что-то срочное, нужно нормально отдохнуть, пока есть такая возможность.
Оставшись один в ярко освещенном офисе, он с сосредоточенным видом просматривал базу KICS*. На самом деле вот уже несколько месяцев одно дело не давало ему покоя. Это было убийство, расследованием которого занимался отдел тяжких преступлений. В нем нашлось несколько деталей, слишком похожих на то, что когда-то случилось с его матерью. Дело до сих пор не раскрыли, поэтому Хеджун решил поискать хоть какую-нибудь информацию.
*От Сани. КИКС (KICS, Korea Information Communication System) — единая база данных корейской полиции, в которой хранится информация обо всех преступлениях и ходе их расследования.
Открыв экран с информацией о деле, он сделал несколько коротких заметок. Потом вошел во внутреннюю систему Центрального управления и нашел, где хранятся материалы по этому делу. Записав координаты в архиве, Хеджун встал из-за стола.
В дальнем конце офиса спецрасследований, через коридор, находились кабинеты шефа отдела и начальника подразделения.
По пути к выходу Хеджун невольно обернулся. В кабинете начальника Ёма уже давно было темно, а вот у Са Доджина все еще горел свет.
Присмотревшись, он отметил, что внутри как будто пусто. Похоже, хозяин куда-то отошел.
Начальник Ём по натуре своей был тем еще бездельником, так что фактически всеми делами подразделения занимался Са Доджин. Теперь руководители групп шли за финальным согласованием не к начальнику, а к нему. Если считать еще и отдел по борьбе с наркотиками, команд набиралось немало. Да и дела, которыми занимались в спецрасследованиях, в большинстве своем оказывались либо резонансными, либо сложными и запутанными. Са Доджин тянул на себе абсолютно все. С такой нагрузкой даже десять тел износились бы в труху.
И при всем этом он еще умудрялся крутить свои романчики. Хеджун понятия не имел, откуда у него берутся силы.
Мотнув головой, он поспешно вытряхнул из головы все мысли о Доджине и зашагал дальше.
Спустившись на этаж ниже, он пошел по коридору, который вел к архиву. Тот встретил его тишиной и легким ощущением заброшенности. Единственным утешением служил воздух: благодаря наступившей весне окна оставались открытыми, так что температура в помещении оказалась довольно приятной.
Пи-ик. Пропуск коснулся считывателя, и дверь с коротким писком открылась. Переступив порог, Хеджун немного растерялся. Внутри горел свет, а значит здесь уже кто-то был. В подтверждение этому из глубины архива послышались звуки движения.
Чтобы не напугать того, кто пришел раньше, Хеджун откашлялся и шагнул вперед. В том ряду, куда он направлялся, стоял какой-то мужчина. Спина показалась подозрительно знакомой.
Хоп. Поспешно зажав себе рот ладонью, Хеджун округлил глаза. Мужчина был настолько высоким, что почти сравнялся со шкафом. Дорогой костюм-тройка — не тот наряд, который часто встретишь в стенах управления. Широкая спина, безупречная осанка, красивые пальцы, медленно перелистывающие страницы. Даже не нужно было заглядывать в лицо, чтобы понять, кто это.
К нужному стеллажу вел единственный путь — мимо него. Может, просто развернуться и уйти? Хеджун на секунду заколебался, но потом вспомнил, что уже успел обозначить свое присутствие покашливанием. Если бы он ушел ни с чем, это выглядело бы как бегство, поэтому Хеджун подошел ближе и тихо сказал:
Получив замечание за обращение, Хеджун внимательно оглядел стоявшего перед ним мужчину. Тот прекрасно слышал, что кто-то вошел, и все равно не пошевелился, целиком поглощенный документами. Пока оба молчали, в тишине раздавался лишь шелест переворачиваемых страниц. Пауза начала напрягать Хеджуна, поэтому он снова открыл рот:
— Если не собираетесь выполнять приказ, то либо замолчите, либо убирайтесь отсюда.
— Тогда не обращайте на меня внимания. Сделайте там что вам надо и проваливайте.
«Для этого мне нужно пройти мимо…»
То ли пространство изначально спланировали неудачно, то ли так и задумывалось, но проход между стеллажами оказался довольно узким. Протиснуться, не задев друг друга, было физически невозможно, если только оба не повернутся боком. К тому же при столкновении его маршрут неизбежно попадет в поле зрения Доджина, а Хеджуну совершенно не хотелось, чтобы этот мужчина с паршивым характером узнал про то дело. И без того отношения между ними были далеки от приятных… Совсем не хотелось давать ему в руки рычаг в виде собственной семейной истории.
Долго промучившись в нерешительности, он осторожно закинул удочку. Надо было прикинуть, скоро ли тот уйдет.
— Шеф-ним, уже поздно. Не собираетесь домой?
Однако как обычно, Доджин не собирался так легко выдавать информацию.
— А вы, руководитель Нам? Новых дел нет, почему торчите в управлении после полуночи? Работать надо головой, а не просто время тратить.
— У нас работа такая, иногда нужно и время потратить. Но не волнуйтесь, я делаю это с умом.
— И кто так считает? Вы сами? Думаю, у вашего непосредственного начальника другое мнение на этот счет.
Любой школьник мог бы догадаться, что эта перепалка затянется надолго.
Скрипнув зубами, Хеджун прислонился спиной к холодному металлическому шкафу. С этого места профиль Доджина был виден как на ладони. Издалека его фигура воспринималась высокой и стройной, но вблизи плечи и грудная клетка выглядели массивными, добавляя ощутимую тяжесть. Это показалось почему-то любопытным, и Хеджун принялся украдкой поглядывать, но вскоре почувствовал, что ни рукам, ни глазам решительно некуда деться. Он машинально потянулся к шнурку от пропуска на груди.
— Шеф-ним, если вы помрете от переутомления, я щедро скинусь на похороны.
— Почему? Оставите завещание, чтобы разорить меня?
— Потому что вас положат вместе со мной в качестве погребального инвентаря.
Напряженное лицо Хеджуна мгновенно вытянулось от растерянности. Из уст Са Доджина это не звучало как шутка. Скорее казалось, что он и правда способен такое устроить, отчего стало как-то тревожно.
— Вы не видите, что я сейчас изо всех сил стараюсь быть вежливым? Почему в вашей жизни нет такого понятия, как снисхождение?
— Хм… Разве не лучше жить без снисхождения, чем без здравого смысла, денег и власти? Как вы, например.
— Здравый смысл у меня вообще-то есть… просто остального нет.
— Вот именно. Та самая выдающаяся бестолковость, с которой вы свято верите, что хотя бы здравый смысл у вас имеется.
Подтекст был ясен: кроме бестолковости у Хеджуна за душой ничего и нет. Ни одного слова мимо не пропустит.
Если он сейчас огрызнется, разговор продлится еще полчаса. Это было бы не самым мудрым решением. С трудом сдержавшись, Хеджун принялся наблюдать за Доджином, который за все это время так и не поднял глаз от документов. Чем дольше Хеджун смотрел, тем сильнее разбирало любопытство: что там за дело, от которого невозможно оторваться? Слегка наклонившись вправо, он попытался по привычке подсмотреть содержимое.
— Поискал в базе и нашел несколько дел, похожих на то, что ведет 4-я группа. Решил взглянуть.
— А, тот стоматолог без лицензии, который всем зубы вырывал…
В попытках разглядеть мелкий шрифт Хеджун наклонялся все ниже и ниже. В конце концов его мягкие пряди скользнули по пиджаку Доджина. Шурх. Услышав тихий шорох, тот наконец уделил ему крупицу своего драгоценного внимания. Холодный взгляд скользнул вниз — на фигуру, согнувшуюся под углом больше шестидесяти градусов.
Хеджун не успел даже выпрямиться, как Доджин с громким звуком захлопнул папку.
«Какой мелочный. Не очень-то и хотелось».
Хеджун выпрямился и стал ждать: раз закрыл папку, значит, скоро освободит проход. Он внимательно следил за каждым движением Доджина. Но тот вдруг, как назло, двинулся еще глубже — именно туда, куда нужно было самому Хеджуну. То ли замечая, то ли нет, что происходит у него за спиной, Доджин вытащил из пожелтевшей коробки другую папку и заглянул внутрь. Крепко сжимая в руке бумажку с заметками, Хеджун бочком засеменил следом. Поскольку он никак не уходил, Доджин, похоже, начал что-то подозревать.
— У вашей группы пока ни одного дела, а руководитель Нам все равно сюда пришел. Что, получили наводку?
Хеджун не смог ответить с ходу, и Доджин тут же впился в него глазами, дотошно подмечая каждую мелочь. Взгляд скользнул по воздуху и остановился на листочке, который бережно держала бледная рука. Повисшее между ними молчание на первый взгляд казалось мирным, но на деле все обстояло иначе. Хеджун почувствовал, как от стремительно нараставшего напряжения по всему телу сжались мышцы.
Наконец Доджин бросил материалы обратно в коробку и, словно хищник, учуявший добычу, резко развернулся. Ускользнуть было уже невозможно.
Он шагнул вперед, и Хеджун ровно на столько же отступил назад.
— Шеф-ним, говорите оттуда. Вы сейчас выглядите очень угрожающе.
Доджин совершенно не собирался прислушиваться. Наоборот, он сделал еще один шаг.
— Нам давно пора сократить дистанцию.
— Можем не сокращать ее до конца жизни, я не против.
И эти слова Доджин любезно оставил без внимания.
— Между нами наметились разногласия. В таких случаях принято следовать мнению вышестоящего…
Слушая тихий голос, Хеджун подался еще на шаг назад и внезапно почувствовал, как в напряженную спину уперся металлический шкаф. Это был тупик. Хеджун медленно закрыл и открыл глаза. Увидев Доджина совсем близко, он понял, что теперь момент для отступления точно упущен. От тревоги перед тем, что может произойти, тело бросило в холодный пот.
И Са Доджин, как всегда, не обманул ожиданий. В следующий миг его рука потянулась к Хеджуну.
— …Проще говоря, вы обязаны подчиняться моим приказам. Не двигайтесь.
Крупная ладонь Доджина замерла в сантиметре от его плеча. Еще даже не коснулась, но Хеджуну почему-то стало трудно дышать. Замкнутое пространство давило со всех сторон, а нервы были натянуты в разы сильнее, чем во время их обычных стычек. То, что он застыл, будто сломанный робот, казалось вполне естественной реакцией.
Мягкий запах, который всегда исходил от этого человека, сегодня кружил голову. Все органы чувств словно кричали о том, что Хеджун сейчас чудовищно напряжен. Пальцы непроизвольно сжались, и бумажка смялась с тихим шорохом. Доджин наверняка это услышал, но не обратил внимания — лишь продолжал внимательно вглядываться в его лицо. Из-за этого тревога только росла.
В тот момент, когда странное чувство опасности охватило все тело Хеджуна…
Доджин резко схватил его за руку и молниеносно выдернул из нее содержимое. Все произошло так быстро, что Хеджун не успел даже дернуться. Развернув маленький клочок бумаги, Доджин пробежался взглядом по строчкам. Его брови плавно сходились и расходились, пока он читал.
— Чхонгедон. Убийство домохозяйки.
Вслушиваясь в каждое слово, слетавшее с красиво очерченного рта, Хеджун прикусил губу. Судя по всему, Доджин сразу понял, что записка содержит координаты нужных папок. Отклонившись назад, он посмотрел именно туда, где они должны были храниться. Затем снова повернулся к растерянному Хеджуну и показательно поднял листок.
— Нашей группе пока нечем заняться, а это дело до сих пор не раскрыто, вот и хотел взглянуть. Ничего особенного, рядовое убийство.
Спокойное объяснение перебил вкрадчивый голос Доджина:
— Тогда зачем прятали? Обычно прячут, когда есть что скрывать.
— Нет, ничего такого. Само собой вышло.
— Рядовое или нет, но этим делом уже занимается отдел по тяжким.
— Хотите взяться? Тогда тем более странно, что прячете от меня.
В отделе спецрасследований вопрос о принятии дела в производство чаще всего решался по воле Са Доджина.
Поначалу Хеджуну казалось абсурдным, что руководитель среднего звена обладает такой властью, но со временем картина прояснилась: Доджин поддерживал тайные, но хорошо отлаженные связи с верхушкой ведомства и отдавал предпочтение делам, которые могли наделать шума. Складывалось впечатление, будто именно ради подобного его сюда и перевели. Весь этот прогнивший насквозь гигантский картель невольно бросался в глаза, хотя Хеджун предпочел бы не знать о его существовании. В центре паутины неизменно находился Са Доджин. Даже если бы Хеджун заявил о своем интересе, такое мелкое дело ему ни за что не разрешили бы расследовать. Это было очевидно.
Не желая тратить энергию впустую, Хеджун плотно сжал губы.
Неизвестно, как Доджин истолковал это молчание, но лицо у него стало еще более отчужденным.
— Или, может, вы хотите перевестись в отдел по тяжким? — холодно спросил он.
— Если все прочитали, верните.
Ясное лицо Хеджуна оставалось невозмутимым. Доджину это явно не понравилось.
Реакция не заставила себя ждать: скользнув взглядом по записке, он даже хмуриться не стал — просто с силой смял ее в кулаке. И без того крохотный листок мгновенно превратился в жалкий комочек.
Но это было только началом. Доджин разом сократил оставшееся между ними расстояние. Теперь достаточно было лишь слегка повернуть корпус, чтобы их тела соприкоснулись. Оказавшись вплотную, Доджин потянулся к брюкам Хеджуна. Когда крепкие пальцы коснулись жесткой ткани, тот дернулся от неожиданности. Он рванулся вперед, чтобы перехватить чужую руку, но Доджин уже задирал край футболки.
Широко распахнутые от ужаса глаза уставились на него с немым возмущением. Разумеется, Доджина это ни капли не волновало. Напротив, с отстраненным видом он демонстративно оттянул пояс брюк и, словно выбрасывая мусор, небрежно сунул туда бумажку. Та с тихим «тук» провалилась вниз.
Хеджун почувствовал, как она зацепилась где-то в районе боксеров. Осознав это, он на мгновение замер с немым вопросом в глазах, который тут же сменился на восклицательный. Следом в его взгляде появился шок.
— Шеф-ним, вы что сейчас делаете?
Доджин с довольным видом отступил на несколько шагов. В дрогнувших зрачках Хеджуна читалось презрение. Лицо уже побледнело. Голос, который он с трудом выдавил из себя, слегка дрожал:
— Вы думаете, раз я мужчина, со мной можно так обращаться? Это самое настоящее домогательство.
— Вам будет проще решить этот вопрос, если обратитесь в отдел внутренних расследований.
— Да я не об этом! Что за собачьи выходки?*
— Вы так любите собак. Ну хорошо, тогда берегите себя.
— Не собираетесь доставать бумажку? Когда пойдете, будет натирать.
*От Сани. Здесь игра слов, которую я попыталась хоть как-то вытянуть на русский. В оригинале Хеджун говорит «что за херня», при этом в этой фразе есть слово 개 («кэ», пёс) — это основа почти всех ругательств. Для корейца там уже давно по смыслу нет никаких собак, это просто «что за херня». Доджин же прикидывается, будто понял буквально, и отвечает другим словом на тот же слог — 개체 (кэчхе), «особь, экземпляр». Этимологически оно с собакой не связано, но созвучие дает зацепку для подкола: «любишь собак — береги особь». То есть как бы себя, потому что ранее они уже выяснили, что Хеджун кусается и привит. В русском языке ругательств с «собаками» нет, поэтому пришлось присобачить «выходку», чтобы Доджину было за что зацепиться.
Хеджун чуть было снова не матернулся про собак, и от этого разозлился еще сильнее. Теперь он понял, чего добивался Са Доджин. Поиметь человека тоже можно разными способами. Он хотел, чтобы Хеджун прямо у него на глазах залез рукой в штаны и достал то, что там застряло.
Но Доджин кое-чего не учел. Гордость Хеджуна всегда была сильнее любого стыда. Сжав губы, он без малейших колебаний потянулся к ширинке, расстегнул пуговицу и опустил молнию.
Этот звук подействовал: ленивое спокойствие в глазах Са Доджина разом испарилось. На его обычно расслабленном, иногда даже скучающем лице промелькнула тень замешательства. Он коротко и тяжело выдохнул, словно воздух в горле вдруг загустел, и плавно перевел взгляд вниз, на расстегнутую ширинку. Удивительно, но ему будто было интересно, что там внутри. Хеджун демонстративно вытащил бумажку, застрявшую в боксерах. Она была все такой же скомканной.
Ситуация незаметно перевернулась.
Хеджун не спеша расправил записку, вернув ей прямоугольный вид, и зажал между пальцами. А затем в расстегнутых штанах шагнул к Доджину. Тот едва заметно нахмурился, но не отступил. Расстояние между ними быстро сократилось.
— Руководитель Нам, что вы делаете?
— Удовлетворяю ваше любопытство, шеф-ним.
Хеджун шлепнул бумажку прямо на его твердую грудь. Голос Доджина стал еще ниже:
— Зачем вы суете мне грязную вещь из своих штанов? Уберите.
— Вы же сами сказали, что прятать — это подозрительно. Вот я и хочу ввести вас в курс дела во всех подробностях.
Бледная рука неудержимо тянулась вниз, пока наконец резким движением не затолкала бумажку в щель под дорогим жилетом. Ощутив шуршание где-то в районе солнечного сплетения, Доджин нахмурился так сильно, что между бровями пролегла глубокая складка.
— Подавись и отвали, ебаный ублюдок.
— …сказал бы я, но имел в виду совсем не это. Просто вам, кажется, тоже было любопытно, вот и решил показать. Ну, я пойду.
Застегнув молнию на глазах у Доджина, Хеджун аккуратно защелкнул и пуговицу. Затем отвесил несколько подчеркнуто вежливых поклонов и зашагал прочь с видом человека, у которого наконец отлегло на душе.
Скрип. Дверь плотно закрылась. Доджин так и остался стоять, не в силах пошевелиться, словно его кто-то приморозил к полу. Наконец очнувшись, он с трудом достал из-под жилета скомканную записку и не смог сдержать нервный смешок.
Не договорив, Доджин стиснул зубы. Он уже был готов разорвать листок в клочья, как вдруг замер. Мелькнула одна мысль.
Нам Хеджун сказал, что пришел в архив по делу.
Крепко сжимая бумажку в кулаке, Доджин вспомнил координаты, нашел нужный стеллаж и вытащил коробку. Внутри лежали материалы, оставленные для служебного ознакомления.
Наверняка была причина, из-за которой Хеджун явился сюда посреди ночи.
Доджин достал первую папку и начал читать.
👀 У этого проекта есть бусти с ранним доступом к главам~