Красная точка. 84
Пока Хансо с насмешкой рассказывал о своем прошлом, которое не очень-то хотелось вспоминать, в голове у него не было ни единой задней мысли.
Как изменится взгляд Кан Джунсона после всего услышанного?
Возможно, проникнется жалостью к тому, кто столько лет жил как подопытный материал?
Или испугается ненормального, который с самого рождения и до сегодняшнего дня неразрывно связан со словом «убийство»?
А может, вообще начнет презирать и обвинять за то, что Хансо погубил тех, кто его растил и воспитывал? Вместе со всеми остальными исследователями.
Или того хуже: возненавидит того, кто стал первопричиной бесконечного кошмара и создал зомби-вирус?
Хансо было все равно, какой из вариантов сбудется.
Если Кан Джунсон посмотрит на него как-то по-другому, это уже будет довольно занятно. Так он думал.
Но когда Хансо обернулся в предвкушении, то увидел все те же спокойные глаза. Настолько ясные, что их можно было разглядеть и без света фонарика или монитора.
В руках у Джунсона, который молча выслушал рассказ о его прошлом, абсолютно ненормальном с любой точки зрения, лежал ярко-алый пакет с кровью. На нем виднелась четкая этикетка: «Base_До Хансо (RH NULL)».
Этот пакет изначально должен был достаться приемному отцу. Если бы Хансо не подменил кровь, тот, возможно, до сих пор был бы жив.
Впрочем, это могло лишь ненадолго отсрочить неизбежное. Без запаса он бы все равно превратился в зомби еще до того, как успел создать вакцину. И тогда эпицентр заражения просто сместился бы из Инхана в Чхонму.
Был и другой вариант — в порыве нехарактерного для Хансо великодушия отдать нужный пакет. Но сейчас он был рад, что не сделал этого. Потому что вид Кан Джунсона, бережно прижимающего к груди его кровь, был на удивление приятным зрелищем.
Тем временем Хансо продолжал копировать на USB все данные и секретные документы с его прошлым. Пока он этим занимался, плотно сжатые губы Джунсона наконец разомкнулись.
Пальцы Хансо дрогнули и замерли над клавиатурой.
— Те, кто знал о твоем прошлом и ставил на тебе опыты. Они все умерли, верно?
В голосе Джунсона не было никаких ярко выраженных эмоций. Хансо бросил на него быстрый взгляд, а затем потянулся к мыши, чтобы перетащить выбранные файлы в папку на USB.
Поверх его холодной руки легла горячая ладонь Джунсона. Словно не давая двинуться дальше.
— Отвечай. Они умерли или нет?
На долю секунды в голосе Джунсона мелькнуло что-то острое, как лезвие. Хансо не мог понять, направлено ли оно на него самого или на кого-то другого.
— Да, ты же сам видел во снах. Из всех, кто был в курсе исследований, выжил только директор центра крови — его просто не было в лаборатории в тот день. А что стало с отцом дальше… Достаточно выглянуть наружу, чтобы понять.
Единственный, кто выбрался из лаборатории.
Приемный отец, которого Хансо заразил и отпустил.
Тот наверняка пытался пить чужую кровь, которая не давала ни малейшего эффекта, но вскоре умер. После воскрешения именно отец скорее всего стал причиной этой ужасной эпидемии. Какая ирония для человека, мечтавшего о совершенно противоположном… Что ж, тем лучше для Хансо: после бесконечных лет, когда его использовали ради нелепых идеалов, он наконец мог отплатить насмешкой и презрением*.
*От Сани. Поясняю логику корейского оригинала: отец годами оправдывал эксперименты над Хансо высокой целью — якобы спасти человечество. Пока цель не была опровергнута, презирать его значило презирать саму идею. Но потом отец стал началом апокалипсиса и превратил эти идеалы в жалкий фарс. Теперь у Хансо были все основания его высмеивать.
Пока Хансо вспоминал полное отчаяния лицо приемного отца и кривил губы в усмешке, Джунсон потянул мышь в сторону, не отпуская его руки. Он убрал курсор с папки и отменил копирование.
— Давай не будем сохранять, а просто удалим.
Кан Джунсон не мог не понимать, насколько важны материалы. Ведь вакцина была почти завершена.
Такую вещь невозможно создать за один день. Приемные родители и все их сотрудники потратили годы, чтобы довести вакцину до ума. Результатом их работы были многочисленные файлы на экране монитора.
Имея эти данные, можно было создать не только первичную вакцину, которая временно остановит заражение, но и в дальнейшем довести до конца вторичную, способную полностью уничтожить вирус в организме.
Вот насколько ценными были эти документы.
И Кан Джунсон спокойно предложил их «удалить».
Рука Хансо, до этого момента покорно следующая за его движениями, внезапно замерла.
Джунсон посмотрел на него с решительным выражением на лице.
— Если данные исчезнут, никто не узнает, что ты являешься материалом для вакцины. Но если они сохранятся и вдруг попадут кому-то в руки, тебя снова…
Только теперь до него дошло, почему Хансо, который по сути и является вакциной, ни разу не попытался заявить об этом. И почему так болезненно реагировал на все, что связано с экспериментами.
Сырьем для вируса и вакцины был сам До Хансо.
Сколько еще крови из него выкачают, через сколько опытов опять придется пройти? Если вакцина спасет бессчетное количество жизней, то наверняка даже правительство начнет творить с ним бесчеловечные вещи.
Ради спасения большинства, ради страны.
Вероятно, позже этот самый вирус вообще попытаются использовать в военных целях.
История Хансо от начала до конца была потрясением, но именно в такие моменты Джунсон старался сохранять холодную голову. Парадокс в том, что эмоций от этого меньше не становилось.
— Давай все сотрем. Все, что связано с тобой.
Нельзя оставлять следы До Хансо в подобном месте. Нужно стереть все подчистую, чтобы он перестал быть «подопытным» и начал жить как обычный человек.
До Хансо не должен расплачиваться за то, что сделал ради выживания, ведь ему никогда не позволяли выбирать свой путь самостоятельно. Никто не вправе осуждать его — ни сейчас, ни в будущем.
Ради этого Кан Джунсон готов был уничтожить все данные, необходимые для создания вакцины. Стереть прошлое До Хансо.
Какое-то время Хансо смотрел на монитор, где его жизнь была разложена по файлам и папкам. Наконец он открыл рот:
— Если удалить все это, неизвестно, сколько времени уйдет на создание лекарства. Возможно, Корея быстро погибнет, а затем и другие страны превратятся в царство зомби.
Голос Джунсона оставался таким же решительным. Взгляд Хансо скользнул к руке, которая лежала поверх его собственной.
— Исчезнет то самое идеальное решение, которого ты так хотел найти. Тебя устроит, если умрет так много людей?
— …Я же уже сказал, что мне все равно.
Отвечая, Джунсон вспомнил свой последний сон.
Стабилизатор вируса и исследовательские данные, которые в реальности забрал Нам Кихёк.
Именно эти вещи казались ему тогда «решением». Особенно после того, как он погиб от укуса зомби, пытаясь выбраться из здания. Потом сон оборвался так резко, словно подтверждая: да, это был правильный ответ.
В том последнем сне на них напали мертвецы во второй лаборатории. Лишь благодаря помощи товарищей Джунсон успел схватить нужные бумаги и ампулы и вырваться вперед. Только вот незадолго до этого его слегка задел один из зомби. Он помнил, как брел по белому коридору в кромешной тьме и все сильнее шатался, пока наконец не рухнул на пол.
Выроненный фонарик все еще светил, но глаза уже затянула красная пленка, и весь мир сделался багровым. Изо рта хлынула кровь, в голову ударила мучительная тяжесть.
«Как обидно, опять провал», — подумал он тогда, уже прикидывая, что в следующем сне нужно быть осторожнее после получения решения.
Показалось, будто часть стены вдруг сдвинулась. Свет фонарика был направлен в совершенно другую сторону, а красная пленка на глазах почти ослепляла, так что увидеть отчетливо он не смог. Зато запомнил звук шагов, хотя рядом не должно было быть ни души.
Почему-то показалось, что хозяин этих шагов смотрит на него сверху вниз. Думая об этом, Джунсон закрыл глаза.
Воспоминание, которому он не придавал особого значения.
Теперь он, кажется, понял, кому принадлежал тот взгляд.
И что на самом деле было настоящим «решением», положившим конец его кошмарам.
Похоже, цель тех снов наконец была достигнута — он встретил «решение». И теперь ради него Джунсон выбрал вариант, на который никогда бы не решился раньше.
Ведь Хансо уже наверняка понял: пока данные на месте, он никогда не будет свободен.
Рука Джунсона выделила все файлы и нажала кнопку «Удалить».
— Пусть лучше этот жалкий мир сдохнет… чем ты будешь жертвовать собой.
Все файлы в папке мгновенно исчезли. Словно их там никогда и не было.
Вопреки надписи на экране, До Хансо почувствовал, как пустое пространство в его груди вдруг наполнилось чем-то до самых краев. До такой степени, что уже не помещалось внутри.
👀 У этого проекта есть бусти с ранним доступом к главам~