Вселение закончилось. Экстра 6 😈
Как и обещал накануне, До Еджун проснулся только ближе к вечеру следующего дня. Все это время Чон Сахён то и дело заглядывал в спальню, всерьез опасаясь, точно ли тот в порядке.
Сладко зевая, До Еджун вышел из комнаты и замер, увидев его на диване в гостиной.
Чон Сахён кивнул в сторону часов. До Еджун повернул голову — стрелки показывали пять. Он смущенно улыбнулся и почесал затылок.
— Хён, у тебя сейчас лицо как булочка на пару.
Встав с дивана, Чон Сахён подошел ближе и принялся мять его щеки, словно разминая тесто.
— Твой парень так долго ждал, а ты все спишь и спишь. Бессердечный…
— …Прости, — промямлил До Еджун. Из-за сплющенных щек слова прозвучали невнятно.
Выдав эту нахальную фразу с невозмутимым видом, Чон Сахён подтолкнул его к ванной.
— Иди умываться. Кстати, ужин готов. Точнее, это был обед, ну да ладно.
Пока До Еджун плескался в душе, он достал из холодильника еду и расставил приборы. Через некоторое время появился румяный До Еджун, уселся за стол и взял сэндвич.
Отвечая на вопросы, Чон Сахён принес бутылку с мандариновым соком* и поставил перед До Еджуном.
*От Сани. Cheonghyehyang (청혜향) — это местный сорт сладких мандаринов, которые выращивают на острове Чеджу. Из него делают много всяких вкусностей.
Как и полагается еде, приготовленной Чон Сахёном, все казалось безупречным и выверенным до мелочей. Ни один ингредиент не перебивал другой, все идеально сочеталось. Откусив кусок побольше, До Еджун сказал:
— Угу. Но… получается, из-за меня ты сегодня ничего не смог сделать?
— Почему? Я и фильм досмотрел, который ты начал, и закуски доел, которые ты бросил. И сэндвичи приготовил.
— …Прости. Нет, правда… Я даже не заметил, как вырубился.
В памяти начали всплывать последние моменты вчерашнего вечера. Хотя воспоминания были смутными: До Еджун помнил только то, как включил фильм на телевизоре…
«И все, что ли? Я думал, это был блэкаут из-за алкоголя, а оказалось, что просто уснул».
— Нет, так ты же сам замучил меня позавчера…!
— Мы всего один раз это сделали. А вчера вообще ноль.
На это и возразить было нечего. Зная Чон Сахёна, это действительно можно было считать поблажкой.
— …Давай сегодня, — решительно заявил До Еджун. — Может, прямо сейчас?
Подумав, что тот намекает на неподходящую атмосферу, До Еджун смутился и вернулся к своему сэндвичу. Но тут вдруг Чон Сахён встал и резко развернул его стул к себе.
Улыбнувшись, он покачал головой и опустился на колени. А потом одним движением стянул с До Еджуна пижамные штаны вместе с бельем. Выпучив глаза, тот напряг мышцы, но против хватки Чон Сахёна не было никаких шансов.
Не успел До Еджун моргнуть, как тот обхватил его член и без малейшего колебания взял в рот. А потом еще и заботливо поднял руку, в которой был зажат сэндвич, и положил себе на макушку.
В голове полностью опустело. Что происходит? Растерявшись, До Еджун принялся бездумно теребить его волосы.
Затем опомнился и попытался оттолкнуть, но Чон Сахён лишь прищурил глаза и заглотил еще глубже. Выпустив член с влажным звуком, он сказал:
— Говорят, секс после сна еще приятнее. Чувствительность выше.
— …Да даже если и так, нельзя же внезапно…! И как я должен есть в таком положении?
— Просто не обращай на меня внимания.
Это вообще реально? Как можно спокойно жевать еду, когда твой парень делает тебе минет? До Еджун хотел было возмутиться, но кровь мгновенно прилила к паху, и в голове помутилось. Он только и смог, что судорожно сглотнуть.
В итоге сэндвич был отложен. Вместо этого До Еджун обхватил лицо Чон Сахёна ладонями и попытался осторожно отстранить.
— Х-ха… Я сейчас реально очень чувствительный, так что прекрати.
Сегодня возбуждение почему-то накатило волной, почти сразу. Когда его бедра непроизвольно дернулись, Чон Сахён с силой прижал их обратно.
Плотно зафиксировав ноги на стуле, он зарылся лицом поглубже. От горячего дыхания внизу До Еджун порывисто вздыхал и сжимал чужие волосы в своей руке.
Язык медленно прошелся вдоль ствола и облизал головку. Каждый раз, когда Чон Сахён плотнее сжимал губы и насаживался ртом, раздавались громкие хлюпающие звуки. Он заглатывал член До Еджуна без малейших признаков дискомфорта.
Ствол уже давно напрягся до предела, словно вот-вот взорвется. Пока раскрасневшийся До Еджун стонал и ерзал на стуле, его рука цеплялась за волосы. В какой-то момент он резко почувствовал приближение оргазма и тут же поспешно уперся Чон Сахёну в лоб, пытаясь оттолкнуть, но тот не поддавался.
Заставив кончить себе в рот, Чон Сахён высунул язык, показывая мутную жидкость. К этому виду невозможно было привыкнуть, сколько ни смотри, поэтому До Еджун крепко зажмурил глаза.
— …Ха. Я правда схожу с ума, когда ты так делаешь.
— …Нет, ты просто… каждый раз…
Говоря все тише, он в итоге закрыл лицо руками. Занимаясь непристойностями с Чон Сахёном, До Еджун чувствовал, что сам становится все более испорченным.
Ощущение полного морального падения. Но постепенно будто привыкаешь к этому чувству… Начинает казаться, что скоро подобное вообще перестанет как-то волновать.
«Неужели со мной что-то не так?» — мелькнула быстрая мысль. Остатки здравого смысла отчаянно били тревогу.
«Я — интеллигентный человек. Я — интеллигентный человек. Нельзя поддаваться похоти. Нельзя вестись на этот развратный вид Чон Сахёна…»
Чон Сахён ткнул пальцем в член, который снова начал твердеть.
«Ха, блядь, пиздец». До Еджун закрыл глаза, а потом вдруг резко вскочил. Будь что будет. Затем посмотрел вниз на выпирающую ширинку Чон Сахёна.
Тот ухмыльнулся, глядя на него.
Молча развернувшись, До Еджун направился в спальню. Чон Сахён неспеша последовал за ним, и вскоре из-за плотно закрытой двери послышались громкие шлепки.
На следующее утро До Еджун взялся за свой недоеденный сэндвич. Сидя за столом с опухшими глазами, он недовольно пожаловался:
— Такое чувство, что мы на Чеджу только едим и спим.
— Так обычно и проходит медовый месяц, — ответил Чон Сахён.
Услышав этот будничный тон, До Еджун перестал жевать. С трудом проглотив кусок, он с растерянным видом спросил:
— Нет, подожди, в медовый месяц же едут после свадьбы…!
«Предрассудки? Разве это не здравый смысл?» — на лице До Еджуна отразилось смятение от столь уверенного заявления Чон Сахёна.
Казалось, рушатся все привычные представления о мире.
— Сейчас многие из-за обстоятельств едут в свадебное путешествие через год после церемонии.
— Ну, значит, из-за обстоятельств можно поехать и до свадьбы, разве нет?
У Чон Сахёна определенно был талант упаковывать совершенно неправдоподобные вещи в логичную обертку. «Чуть не купился», — подумал До Еджун и залпом выпил холодной воды.
— И что это за обстоятельства такие…?
Медовый месяц до свадьбы. Как ни крути, но звучило как бред.
— Когда хён так часто повторяет «обстоятельства»*, звучит пошло.
*От Сани. В оригинале слово «사정» (саджон), которое означает «обстоятельства», но может также означать «эякуляция». Сахён дразнит Еджуна, будто тот повторил его много раз, хотя это сделал он сам.
— …Сахён-а, я тебя правда люблю, но ты несешь какую-то чушь. Может, ты тайком выпил? Хотя нет, у тебя же хорошая выносливость… Тогда что с тобой? — с искренним беспокойством проговорил До Еджун, поочередно трогая его щеки, лоб и шею.
Кожа была теплой, но не горячей. Температура нормальная, ничего не болит, так что же случилось? Пока До Еджун в недоумении осматривал его, Чон Сахён просто наслаждался его заботой.
Вдоволь налюбовавшись встревоженным лицом, он наконец сказал:
Все еще сомневаясь, До Еджун отпустил его щеки.
— Если поймешь все, будет неинтересно*.
— …Мне кажется, если будет чуть менее интересно, ничего страшного, — проворчал он.
Чон Сахён в ответ лишь улыбнулся с непонятным выражением лица. До Еджун подумал, что прожив вместе всю жизнь с ним, вряд ли сможет понять, что творится у него в голове.
*От Сани. Я долго думала, вставлять ли сноску. И все же решила, что мало кто будет перечитывать, поэтому надо объяснить сейчас. Пишу вам из будущего, так сказать. Эта фраза несет двойной смысл. Для Еджуна «если узнаешь все» — это про странности любимого человека, но Сахён вкладывает другой смысл. Помните, во 2-й экстре он боялся, что Еджун снова исчезнет? Этот страх будет с ним до конца экстр. Скорее всего, здесь Сахён тоже об этом думает, но не рассказывает. Лишь переводит все в шутку.