Я спасаю мир занимаясь сельским хозяйством и строя фермерские дома.
Глава 68
После завершения посева оставалось еще некоторое время до обрезки цветов и листьев. Тун Чжаньян надеялся, что сможет насладиться несколькими днями тишины и покоя, но, к его удивлению, на следующее утро внизу царила оживленная атмосфера.
Нин Ландун и двое его спутников, а также Лао Сюй, Лао Ван, Ян Хун, Король-дьявол и охранники позади них, собрались вокруг небольшого здания, чтобы собрать урожай, который они вырастили.
Их рассада была из той же партии, что и у него, но, за исключением Лао Сюя и Лао Вана, остальные вообще не получали удобрений.
Кроме того, поскольку изначально это были слабые сеянцы, разница поначалу не была очевидна из-за активности самих семян, но со временем она становится более заметной.
На стадии цветения и плодоношения те, что были на его поле, были уже наполовину собраны, а многие из бракованных только начали цвести.
Теперь у него новая партия семян высажена в землю, а у них они наконец-то только созревают.
Тем не менее, группа всё ещё была довольно взволнована.
За исключением господина Вана и господина Сюй, все остальные сажали растения впервые.
Тун Чжаньян изначально хотел спуститься вниз и понаблюдать за происходящим, но потом передумал и решил не портить веселье.
По его мнению, эти посевы действительно не очень хороши.
Он, после долгого перерыва, открыл прямую трансляцию и посмотрел.
Прямая трансляция была довольно оживленной.
[Мой Старший постоянно подчеркивал важность жизнеспособности семян, но я до сих пор этого не понимал. Даже с небольшим количеством древесной золы, без порошка яичной скорлупы и без удобрений. Просто полагаясь на активность самого семени, оно действительно приносит плоды ...]
[Мне кажется, что о некоторых из них заботятся даже лучше, чем о тех, о которых заботится Хэйхэй Исяо.]
[Хэйхэй Исяо только что закончил посадку третьей партии. У него не было большого опыта с первыми двумя партиями, поэтому это единственная партия, по которой он может судить... Старший высаживал эти саженцы уже много раз.]
[Даже не упоминайте об этом, я только что оправился. Те, кто участвовал в лотерее по пересадке рассады, получили подарки, а также много рассады...]
[Не говорите в присутствии других.]
[Кстати, я не слышал ни о ком, кроме Старшего, кто бы снизил уровень заражения урожая? Похоже, что у Старшего урожай начал демонстрировать снижение заболеваемости уже в третьей партии?]
[Думаю, нам придётся подождать до следующего раза. Даже если мы будем использовать тот же метод посадки, различия всё равно будут.]
В ходе пересадки Тун Чжаньян также отбирал слабые и некачественные саженцы, и распределял их между Нин Ландуном и людьми, пришедшими помочь, посредством лотереи.
Тун Чжаньян начал размышлять о возможности проведения лотереи, чтобы в следующий раз просто разыграть призы среди зрителей.
Во всяком случае, их так много.
Около полудня группа людей внизу закончила сбор плодов.
Когда Тун Чжаньян спустился вниз, он с первого взгляда увидел урожай, сложенный под карнизом в больших и маленьких ящиках.
Нин Ландун и остальные были готовы отдать ему всё.
Хотя урожай там не такой хороший, как у самого Тун Чжаньяна, его все равно можно продать по несколько сотен юаней за грамм. Вес каждого килограмма составляет несколько десятков, поэтому он стоит немалых денег.
Почва и рассада принадлежат Тун Чжаньяну. Иногда Тун Чжаньян даже давал им советы по посадке. Им было очень приятно наблюдать за всем процессом.
Кроме того, на этот раз во время пересадки Тун Чжаньян дал им несколько саженцев.
Он такое не ест, и деньги от продажи ему не нужны. Хотя он мог бы использовать это для кормления кур и свиней или в качестве компоста...
Но Нин Ландун и остальные так усердно работали над их выращиванием.
Убедившись, что Тун Чжаньян этого не хочет, группа ушла, неся урожай, с раскрасневшимися лицами и глазами, полными сложных эмоций.
Земля предоставляется бесплатно, рассада раздается бесплатно, а выращенный урожай будет им возвращен...
[Мне не стоило открывать эту прямую трансляцию.]
[Это наказание за несерьезное отношение к работе и безделье?]
После ухода группы, в небольшом здании снова воцарилась тишина.
Собрав яйца в курятнике, Тун Чжаньян отправился на арбузную грядку.
Прошло больше месяца, и согласно нормальным темпам роста арбузных лоз, они должны достигать около 40 сантиметров в длину, но самые длинные из них на поле имеют длину всего 30 сантиметров.
Это напомнило Тун Чжаньяну о том, как он сажал семена в тренировочном зале, где первая партия семян всегда была скудной и медленно прорастала.
Идеальная температура для арбузов на этой стадии составляет от 20 до 30 градусов Цельсия.
Убедившись, что они живы, Тун Чжаньян вернулся в небольшое здание и повысил температуру на этом участке.
Несколько дней спустя каникулы закончились, и Тянь Синьцин, Су Яньран, Лао Сюй и Лао Ван вернулись.
Зная, что Нин Ландун переехал в заднее общежитие, все четверо обсудили это и решили тоже переехать.
Цин Цзиюэ пытался связаться со своим духовным зверем, когда увидел издалека, как Тун Чжаньян помогает им с переездом.
Он не использовал свои способности, вместо этого он просто продолжал бегать таская вручную.
Людей было слишком много, и вещи переместили в мгновение ока.
Тун Чжаньян не задержался там надолго и вскоре вернулся.
Цин Цзиюэ некоторое время смотрел на удаляющуюся фигуру и уже собирался продолжить общение со своим духовным зверем, когда обернулся и увидел своего отца, Цин Суйфэна, который задумчиво смотрел на него.
Цин Цзиюэ ничего не оставалось, как обернуться и вопросительно посмотреть.
"Я рассказывал тебе, как добился твоей матери?" — с улыбкой спросил Цин Суйфэн.
Цин Суйфэн огляделся, выбирая для прогулки относительно уединенное место.
После недолгого колебания Цин Цзиюэ последовал за ним.
Увидев это, его духовный зверь подбежал, чтобы догнать его.
Дойдя до угла, Цин Суйфэн призвал своего духовного зверя — взрослого белого тигра.
Впав в глубокую фазу берсерка, он теперь редко призывал духовного зверя, чтобы предотвратить внезапные вспышки агрессии.
Вызванное существо сначала потянулось, а затем посмотрело на Цин Суйфэна.
"Сделай то, что нравилось Цзи Фэй", — сказал Цин Суйфэн.
На покрытой шерстью морде тигра отразилось человекоподобное выражение сопротивления.
"Поторопись", — настойчиво сказал Цин Суйфэн.
Огромный тигр посмотрел на Цин Цзиюэ, затем на его духовного зверя, смиренно лег на землю, потом перевернулся и обнажил свой пушистый, мягкий живот, размахивая и перебирая в воздухе двумя передними лапами.
Закончив, тигр поднялся, в его глазах читалась пустота существа, жестоко истязаемого обществом.
Стоявший рядом с ним духовный зверь Цин Цзюэ выглядел совершенно ошеломлённым.
Цин Цзиюэ с изумлением посмотрел на Цин Суйфэна.
Цин Суйфэн нисколько не смутился, напротив, он искренне поделился своим опытом: "Главное — не быть слишком расчетливым, а воспользоваться подходящей возможностью..."
На следующий день после окончания праздника Лао Сюй и Лао Ван отправились осмотреть поля, и как и предсказывал Тун Чжаньян, снова обнаружили там сорняки.
Кроме того, на этот раз было обнаружено в общей сложности семь или восемь кустов.
В нынешние времена, выращивать траву и деревья было так же сложно, как и сельскохозяйственные культуры. Люди пытались сажать их и раньше, но у них ничего не получалось. Теперь же они прорастали сами по себе. У группы людей были смешанные чувства, но они также были очень взволнованы.
Они аккуратно пересадили всю траву на опушку леса, а затем приступили к более тщательному осмотру местности.
Им очень нравилась трава, но из-за недостатка удобрений им все равно приходилось отдавать приоритет посевам.
Трава будет конкурировать с сельскохозяйственными культурами за удобрения.
Тун Чжаньян проигнорировал это.
Он отобрал пятьдесят и поместил их все в инкубатор.
Зная, что в курятнике скоро появятся новые питомцы, Су Яньран был невероятно взволнован и собирался сидеть перед инкубатором 24 часа в сутки.
Неделю спустя, когда они снова нашли в поле семь или восемь трав, сорняки также начали появляться на относительно плодородной земле рядом с курятником, свинарником и отстойником.
Теперь не только господин Сюй и его группа, но и группа людей в прямом эфире начали проявлять интерес.
[Я пыталась посадить их раньше, но они не росли, а теперь сами проросли... Теперь я понимаю, почему Старший настаивал на улучшении почвы.]
[Сомневаешься в Старшем, понимаешь Старшего.]
[Но как их семена сюда попали?]
[Там действительно очень плодородная почва, особенно на участке, где выпускник сделал сидераты. За такой короткий период времени там уже выросло восемь видов культур.]
[Эти травы также умеют выбирать, где расти.]
После повышения температуры на арбузном поле, опасаясь возможных проблем, Тун Чжаньян ходил проверять его каждое утро, полдень и вечер в течение нескольких дней подряд.
Вечером, вернувшись после осмотра, Тун Чжаньян увидел Сюй Лао и его компанию, собравшихся на открытой площадке перед небольшим зданием и что-то обсуждавших.
Во время обсуждения они все смотрели в землю, с расстроенным видом.
Тун Чжаньян припарковал машину и подошел.
Посреди толпы, на земле, на примятой травинке был отчетливый след от шины.
Лао Сюй и остальные избегали травы, за исключением одного человека: Тун Чжаньяна.
Тун Чжаньян был одновременно удивлен и раздражен.
Когда он позже снова вышел, трава уже была пересажена.
На следующий день Тун Чжаньян отправился на прогулку в поле.
Пересадка растений закончилась всего около половины месяца назад, но и сама пересадка длилась больше половины месяца, поэтому тыквы и кукуруза, пересаженные первыми, находятся в земле уже месяц.
Длина тыквенных побегов достигает почти двух метров, а кукуруза выросла до уровня груди.
На этот раз было засеяно примерно по пять му каждой из этих двух культур, что издалека выглядело весьма впечатляюще, особенно кукуруза, которая росла крупной, обильной и очень пышной.
Кукурузные растения не требуют обрезки цветов и веток, что значительно упрощает уход за ними, а вот тыквы достигли той стадии развития, когда их можно разветвлять.
Это также означает, что приближается новый виток напряженного сельскохозяйственного сезона.
Тун Чжаньян в тот же день принял необходимые меры.
Он позвал Ян Хуна и еще сорок человек, которые проживали в его фермерском доме.
Первая партия была небольшой, и ее сделали за два часа.
Пока железо было горячо, Тун Чжаньян приказал им удобрить весь участок земли.
По мере увеличения площади обширных земель внесение удобрений стало довольно трудоемким процессом, занимающим целый день.
Поливая растения, Тун Чжаньян прогулялся до полей с вигной и огурцами, где их уже можно было подвязывать к опорам.
В тот же вечер он сделал еще один заказ на партию опор.
Он также купил партию пластиковых зажимов, изготовленных на заказ.
Прищепка для опоры не очень гибкая, но довольно полезна для фиксации урожая, в дальнейшем ее можно использовать как для крупных, так и для мелких томатов.
На складе уже была партия опор, поэтому Тун Чжаньян не стал ждать и договорился с группой людей, чтобы они приступили к работе на следующий же день.
Нин Ландун и его команда из пяти человек, а также Ян Хун и остальные, уже были опытными работниками и не нуждались в указаниях Тун Чжаньяна.
Тун Чжаньян в основном обучал двадцать человек, пришедших позже.
Как только на складе закончились опоры, прибыли новые.
Пока они были заняты, Тун Чжаньян отправился на поле батата и обрезал несколько кустов этого растения.
Длина побегов батата составляет около 30 сантиметров, и его можно размножать черенками.
Когда шпалера была готова, Тун Чжаньян уже подрезал все лозы.
Нин Ландун и его команда бесчисленное количество раз занимались обрезкой цветов и листьев, а также строительством опор для растений, так что для них это не было чем-то новым, но черенкование они делали впервые.
Тун Чжаньяну не оставалось ничего другого, как начать урок, объяснив основные принципы и важные моменты.
Группа внимательно слушала, и даже г-н Сюй и г-н Ван достали свои терминалы, чтобы делать заметки.
Это был первый раз, когда кто-либо из участников прямой трансляции это увидел.
[Сможет ли оно выжить без корней?]
[Каждый раз, когда я вижу, как мой старший сажает урожай, я испытываю невероятное чувство восхищения.]
[Мне кажется, что сладкий картофель, который использует мой старший, отличается от того, который я знаю, и разве это не должны быть семена из самой последней партии?]
[Это из последней партии, думаю, их специально купил выпускник.]
[Другие сажали растения, которые впоследствии вымерли, но старшему удалось возродить их...]
[Люди наверху слишком рано начинают проявлять эмоции. Старший уже сказал, что тыквы, кукурузу и сладкий картофель выращивают в основном для кормления кур и свиней.]
[Другие их довели до исчезновения, но старшему удалось возродить их — он скармливает их свиньям и курам. Мне кажется, я слышу их плач.]
[Они не плачут, плачем только мы, потому что мы даже не так хороши, как свиньи и куры.]
[Нет, если оно может так расти, то после того, как новые черенки дадут новые почки, разве мы не можем просто снова их размножить... разве мы не можем создать бесконечный цикл?]
Другие сотрудники базы также задумывались над этой проблемой.
"Да, это возможно", — утвердительно ответил Тун Чжаньян. "Однако длительное бесполое размножение приведет к деградации отдельного сорта, а устойчивость к болезням и урожайность будут неуклонно ухудшаться, поэтому лучше регулярно высаживать новые рассады. То же самое относится и к клубнике".
Эти знания были новыми для всех, и потребовалось некоторое время, чтобы группа людей их осмыслила.
Тун Чжаньян терпеливо отвечал на все вопросы, и только убедившись, что вопросов больше нет, переходил к следующему этапу.
Он уже зарезервировал участок земли, прямо рядом с тыквами и кукурузой.
Грунт уже был перекопан, но Тун Чжаньян все равно перевернул его еще раз, используя небольшой культиватор.
Наконец, Тун Чжаньян взял инициативу в свои руки и вырыл траншеи.
Черенки довольно просты в использовании: достаточно убедиться, что в почве есть несколько почек.
Тун Чжаньян не хотел использовать оставшийся ранее сладкий картофель, так как уровень заражения превышал 50%, поэтому семена были использованы только примерно на половине му.
После размножения черенками они разрослись почти до двух му.
На участке еще оставалось место, поэтому Тун Чжаньян запланировал повторное размножение растения после того, как появятся листья.
После посадки черенков Тун Чжаньян полил их как обычно, чтобы помочь им прижиться.
После возни с бататом, у помидоров и баклажанов также начали появляться побеги и цветочные почки.
Тун Чжаньян отправился в поле, чтобы осмотреть объект, и не обнаружив никаких проблем, передал его Нин Ландуну и остальным.
Затем он пошел посмотреть на арбузы.
Эти арбузы уже готовы к обрезке и делению.
Поскольку арбузов было немного, он не стал просить помощи ни у кого другого.
В этом месте было жарко. Раньше Тун Чжаньян просто заходил туда посмотреть и уходил, не задерживаясь, но, внезапно оказавшись там надолго, он в мгновение ока весь вспотел.
Когда он вернулся, закончив работу, Нин Ландун и его группа снова собрались на открытом пространстве перед дверью, с прежними серьезными выражениями лиц.
Тун Чжаньян всерьез задумался, не наступил ли он снова на траву.
Нин Ландун и его группа обнаружили не траву, а муравейник.
Гнездо явно было недавно построено: на поверхности виднелось лишь небольшое кольцо земли.
Когда Тун Чжаньян подошел проверить, они были заняты.
Зная, что муравьи всё ещё живы, Тун Чжаньян вздохнул с облегчением.
Нин Ландун и его группа вели себя довольно странно, они присели на корточки, чтобы внимательно понаблюдать за происходящим.
На следующий день, когда Тун Чжаньян проснулся, вокруг муравейника уже был возведен забор.
Это явно было сделано для того, чтобы защититься от него, ведь он из тех, кто может по своему желанию затоптать даже "траву".
Тун Чжаньян нашел это одновременно забавным и бесполезным.
Однако сейчас он действительно не осмеливался провоцировать этих муравьев, если бы они были затоптаны насмерть, они могли бы исчезнуть навсегда.
Затем Тун Чжаньян подумал о других полезных насекомых.
После сбора этого урожая он пойдёт и посмотрит, сможет ли привезти ещё немного.
Пока Нин Ландун и его группа были заняты обрезкой цветов и листьев помидоров и баклажанов, из скорлупы вылупились цыплята, выведенные Тун Чжаньяном.
Они родились от тех же кур, что и предыдущая партия цыплят, и имели тот же уровень инфицирования. Однако предыдущая партия цыплят была почти взрослой, поэтому их нельзя было содержать вместе в одной клетке.
Тун Чжаньян снова достал бассейн.
Осталось еще несколько початков кукурузы и тыквы. Тун Чжаньян порубил половину тыквы, сварил ее, смешал с нарезанными овощами и накормил этим животных.
Только что вылупившиеся птенцы проявляли любопытство ко всему вокруг и вскоре начали серьезно изучать миску с едой.
Закончив с цыплятами, Тун Чжаньян после долгого перерыва снова пошёл проверить свинарник.
Двум свиньям, которых он купил вначале, сейчас около шести-семи месяцев. Их рост составляет 1,12 метра, а вес — более 140 килограммов.
Это практически половина взрослой свиньи, если он захочет сделать мясо, то сможет продать его ещё через два месяца.
Тун Чжаньян не намеревался продавать.
Поросятам, которых он купил позже, сейчас всего три-четыре месяца, и они вдвое меньше по размеру.
Возможно, потому что их не кастрировали, они до сих пор визжат, когда видят людей.
Тун Чжаньян немного волновался. Действительно ли их можно спаривать?
Если это не поможет, у него, вероятно, разболится голова.
Выходя из свинарника, Тун Чжаньян бросил взгляд на септические резервуары.
Вся территория, за исключением пространства под свинарником, была заполнена куриным и свиным навозом, а в воздухе стояло зловоние брожения.
Возле септика выросло много травы.
На обратном пути Тун Чжаньян связался со строительной бригадой, с которой работал раньше, и договорился о строительстве еще нескольких септических резервуаров.
Редиска черри и пак-чой на поле почти созрели и готовы к компостированию.
Имеющихся у него удобрений просто недостаточно для обработки сорока му земли.
Более того, на данный момент этого хватит, но когда урожай созреет, этого будет мало.
Нин Ландун и его группа были заняты на полях.
Перед небольшим зданием ждал Цин Цзиюэ.
Как раз когда Тун Чжаньян собирался ускориться, он увидел, как с другой стороны небольшого здания вышел Гу Иньфэн и огляделся.
Они увидели идущего Тун Чжаньяна, и Гу Иньфэн помахал ему рукой.
Тун Чжаньян с улыбкой ответил: "Что вас всех сюда привело?"
Цин Цзиюэ передал сумку, которую нес, Тун Чжаньяну: "Соль".
Тун Чжаньян посмотрел на это и сказал: "Спасибо".
У него почти закончилась соль.
Немного подумав, Тун Чжаньян добавил: "Перевести тебе деньги?"
Согласно предыдущему заявлению Цин Цзиюэ, этот товар недешев.
Он мог позволить себе это один раз, но не мог постоянно брать это бесплатно, и было бы плохо, если бы Гу Иньфэн неправильно его понял.
"Не нужно, это подарок для тебя". Цин Цзиюэ отказался, даже не задумываясь.
"В любом случае, я тебе его дам".
Цин Цзиюэ опустил глаза, Тун Чжаньян всегда предпочитал проводить четкую границу между собой и им.
На мгновение атмосфера стала несколько неловкой.
Гу Иньфэн взглянул на них двоих, затем указал на Нин Ландуна и остальных: "Можно мне подойти и посмотреть вон там?"
Тун Чжаньян с облегчением вздохнул.
Когда он оглянулся, то обнаружил, что Цин Цзиюэ пристально смотрит на него.
"Он тебе нравится?" — спросил Цин Цзиюэ.
"Что?" — Тун Чжаньян был ошеломлен.
В глазах Цин Цзиюэ читались сложные эмоции и нотка боли.
"Ничего страшного, я сейчас ухожу". Цин Цзиюэ, со сгорбленной спиной, подошел к машине, стоявшей рядом.
Не успел Тун Чжаньян и слова произнести, как машина уже уехала.
Тун Чжаньян некоторое время стоял у двери с солью в руке, затем повернулся и вошел внутрь.
Когда он оставил свои вещи и вышел, Гу Иньфэн шел в эту сторону.
"Он вернулся?" — Гу Иньфэн был поражен тем, что Цин Цзиюэ просто так его бросил.
"Да, кажется, там что-то не так", — пояснил Тун Чжаньян.
Тун Чжаньян посмотрел на соседнюю машину и сказал: "Можешь поехать на этой".
Гу Иньфэн не ушёл. "Вы двое поссорились?"
Гу Иньфэн, казалось, был погружен в размышления и хотел задать еще один вопрос.
Но не успел он ничего сказать, как Тун Чжаньян произнес: "Я переведу тебе деньги".
Гу Иньфэн был ошеломлен. "Почему ты даешь их мне?"
"Разве он не твой жених?" — спросил Тун Чжаньян, открывая терминал. — "В любом случае, это не имеет значения".
Открыв страницу оплаты, Тун Чжаньян поднял глаза.
Улыбка Гу Иньфэна исчезла, сменившись выражением лица, будто его вот-вот стошнит, потому что он съел что-то странное, но ему было слишком стыдно это сделать из-за большого количества людей вокруг.
"...Кто тебе это сказал?" — спросил Гу Иньфэн.
Сердце Тун Чжаньяна замерло. Он тщательно обдумал это и ответил: "Мой одноклассник".
Гу Иньфэн улыбнулся: "Какой одноклассник?"
Тун Чжаньян не произнес ни слова, просто спокойно посмотрел на Гу Иньфэна.
Гу Иньфэн решительно опроверг: "Я не знаю, откуда он это услышал, но у нас с Цин Цзиюэ нет подобных отношений".
"Моя мать и его мать были очень хорошими подругами. После смерти его матери она часто возила меня к нему в гости, и иногда разрешала мне оставаться у него дома или приводила его к нам домой на некоторое время".
"Со временем начали распространяться слухи, но мы с ним всегда были просто друзьями".
Тун Чжаньян не знал, как реагировать, его сердце бешено колотилось.
Зная, что у Цин Цзиюэ есть жених, он всегда старался держаться от него подальше.
Теперь Гу Иньфэн говорит ему, что они просто друзья?
"Значит, ты должен сам отдать ему деньги." Гу Иньфэн направился к припаркованной неподалеку машине, с нетерпением предвкушая, какое выражение лица будет у Цин Цзиюэ, когда он узнает об этом.
После того, как Гу Иньфэн покинул здание, Тун Чжаньяну потребовалось некоторое время, чтобы прийти в себя.
Он вернулся в гостиную, достал соль из маленького мешочка, посмотрел на неё и положил обратно.
Наконец, он отправился на склад, нашел ножницы и направился к Нин Ландуну и остальным.
Группа людей усердно работала.
Тун Чжаньян подошел к Тянь Синьцину и сказал: "Ты раньше говорил, что у Цин Цзиюэ есть жених".
Тянь Синьцин, занятый работой, безразлично поднял голову, и спросил: "Правда?"
Тун Чжаньян крепко сжал ножницы, раздался щелчок, и его улыбка стала еще ярче.
"Ты имеешь в виду Гу Иньфэна?" — раздался сзади голос Ян Хуна.
"Я тоже об этом слышал, но, похоже, семьи Цин и Гу не планируют заключать брачный союз, скорее всего, они просто друзья", — сказал Ян Хун.
Вернувшись, Гу Иньфэн огляделся, но никого не нашел. Как раз когда он собирался связаться с ним по телефону, он заметил в лесу у подножия горы вдалеке какую-то фигуру.
Услышав шум, Цин Цзиюэ обернулся, взглянул на него, а затем продолжил смотреть вперед.
Этот вопрос не имел никакого отношения к Гу Иньфэну, но Цин Цзиюэ сейчас совсем не хотел его видеть, поэтому он встал и собрался уходить.
"Угадай, что только что сказал Тун Чжаньян?" — спросил Гу Иньфэн.
"Тун Чжаньян сказал, что я твой жених", — губы Гу Иньфэна изогнулись в улыбке.
Цин Цзиюэ тут же нахмурился. "Кто ему сказал?"
В следующее мгновение его сердце замерло. Так вот почему Тун Чжаньян избегал его?
Неудивительно, что он вел себя странно всякий раз, когда видел Гу Иньфэна.
Цин Цзиюэ уже собирался встать и пойти найти Тун Чжаньяна, чтобы всё ему разъяснить.
Но прежде чем сделать хоть один шаг, он снова сел.
"Этого я не знаю". Теперь настала очередь Гу Иньфэна удивляться. Неужели это реакция Цин Цзиюэ?
"Ты ничего не собираешься делать?" — спросил Гу Иньфэн.
Цин Цзиюэ молча смотрел вперед.
"Я ему не нравлюсь". Цин Цзиюэ почувствовал горький укол в сердце. Он понимал, почему Тун Чжаньян избегает его, но это не означало, что Тун Чжаньян его любит.
Гу Иньфэн тут же хотел сказать что-то ещё, но сдержался. Это действительно две разные вещи.
После долгой паузы Гу Иньфэн снова заговорил: "Значит, ты просто так это оставишь?"
"У тебя хорошее настроение?" — Тянь Синьцин с недоумением посмотрел на человека рядом с собой, который с самого утра улыбался как дурак.
Тун Чжаньян проигнорировал его, но, немного подумав, ответил: "В будущем читай поменьше этих дурацких слухов в интернете".
"Оу", — недоуменно произнес Тянь Синьцин.
Ян Хун и его команда из сорока человек, а также Нин Ландун и еще пятеро, более чем способны справиться с первоначальными задачами.
Тун Чжаньян некоторое время следовал за ним, и когда на следующий день приехала строительная бригада, он пошел на задний двор, чтобы посмотреть на септик.
На этот раз он планировал добавить еще четыре, прямо рядом с теми четырьмя, которые у него уже были.
Строительство септических резервуаров — простая задача, и благодаря большой строительной бригаде работы были завершены к вечеру, хотя начались они утром.
На следующий день Тун Чжаньян снова пошел проверить, а затем осмотрел арбузы.
Через несколько дней арбузы немного подросли.
На обратном пути, проходя мимо задних ворот, Тун Чжаньян издалека осмотрелся, но не увидел Цин Цзиюэ.
Три дня спустя септик опустел, и Тун Чжаньян компостировал спелую редиску черри и пак-чой прямо на поле, а затем высадил их заново.
Тун Чжаньян также выкопал часть с участка сидератов и планировал посеять еще одну партию через несколько дней.
Хотя сейчас едят только дедушка Цин Цзиюэ и трое других, им все равно приходится высаживать партии по очереди, иначе еда может закончиться в любой момент.
Вечером Тун Чжаньян осмотрел рассаду батата.
Сладкий картофель очень неприхотлив, всего за неделю у некоторых всходов уже появляются новые белые корешки.
Тем временем листья батата, который служил материнским растением, снова проросли.
Тун Чжаньян срезал еще одну партию и снова размножил ее.
Поскольку в этот раз объем работы был невелик, Тун Чжаньян не стал звать Нин Ландуна и остальных и выполнил задание сам за один день.
В общей сложности у него три му полей сладкого картофеля.
Когда он закончил свою работу, Нин Ландун и его команда тоже как раз закончили свою.
В первой партии было не так много саженцев, которые нужно было прищипывать, но по мере того, как они разрастались, на большем количестве культур одна за другой появлялись ветвящиеся цветочные почки.
Это было больше, чем они могли обработать, поэтому Тун Чжаньян поручил Тянь Синьцину заранее подготовиться к лотерее.
Перед этим Тун Чжаньян организовал сильный дождь, который стал последним поливом перед цветением.
Дождь смоет пыльцу, поэтому после того, как цветы распустятся, таких дождей больше не будет.
Утром после дождя посевы были покрыты каплями воды, земля усеяна лужами, а воздух наполнен запахом земли.
Тун Чжаньян надел резиновые сапоги и отправился на прогулку в поле.
На многих клубнях батата уже начали появляться новые листья, листья тыквы были размером почти с лицо, кукуруза уже выше человеческого роста, а рапсовые поля источали неповторимый аромат.
Тун Чжаньян посадил репу и морковь рядом, но листья у них были совершенно разные, отчетливо различимые.
Сердцевина капусты уже видна сквозь её крупные листья.
Коровий горох и огурцы выросли до высоты человеческого роста, а пространство под шпалерой выглядит как тихая тропинка, ведущая в другой мир...
Всё процветало и было полно жизненной энергии.
В том числе и сорняки, которые проросли после дождя.
Тун Чжаньян сам их не трогал, но с лукавством указал на них Нин Ландуну и остальным, надеясь, что они расплачутся, когда начнут их полоть.
Группа людей все еще не могла с ними расстаться, поэтому они бережно пересадили все найденные экземпляры на опушку леса.
После пересадки трава росла не так хорошо, как в удобренном грунте, но поскольку её было много, она уже образовала небольшой участок.
Спустя три дня после дождя, когда земля уже высохла, Тун Чжаньян получил результаты лотереи.
Два дня спустя, когда люди пришли к базе, на некоторых полях уже появились признаки цветения.
На этот раз Тун Чжаньян отобрал еще пятьдесят человек, плюс себя и их охрану, в итоге получилось более ста тридцати человек.
Через два дня весь посев был закончен.
Отослав людей, пришедших с лотереи, Тун Чжаньян отправился проверить арбузы, а Нин Ландун и его группа быстро пропололи сорняки на поле.
Неделю спустя Тун Чжаньян снова разыграл лотерею.
Когда группа победителей прибыла к дверям, многие культуры на поле уже зацвели, поэтому Тун Чжаньян специально отобрал еще двадцать человек, поручив половине из них собирать цветы и листья, а другой половине — опылять растения.
Два дня спустя люди, выигравшие в лотерею, уехали, а Нин Ландун и его команда продолжили опыление.
Первый этап нанесения пыльцы только что закончился, и Нин Ландун со своей командой даже не успели отдохнуть, как у дверей уже стояли новые люди, выигравшие приз.
В этот раз прищипывание цветков и листьев, а также опыление проводились одновременно.
В то же время большинство сельскохозяйственных культур вступили в стадию цветения, особенно рапс.
Это был не первый раз, когда Тун Чжаньян сажал рапс, но на этот раз масштабы посевов были больше, чем все предыдущие вместе взятые, а сами семена были в лучшем состоянии.
Крупные скопления желтых цветов затмевали все остальные культуры на ферме.
Пчелы, похоже, тоже привлеклись, и они были особенно активны в море цветов.
[Мне очень хочется в нём полежать.]
[Делаю скриншоты в бешеном темпе.]
[Я даже не могу представить, как бы я был счастлив, если бы мог увидеть это своими глазами.]
Глядя на них, Тун Чжаньян был в хорошем настроении.
Нынешнего количества пчел недостаточно для опыления всех цветков рапса, но цветки рапса расположены достаточно плотно, чтобы их можно было опылять с помощью вибрации.
Это еще больше обрадовало Тун Чжаньяна.
[Однако, не мог бы ведущий отойти в сторону в этот прекрасный момент?]
[Наверху буйно цветут цветы, а внизу стример в ярости их бьет...]
Всего за одно утро Тун Чжаньян самостоятельно опылил половину участка земли.
Его ладони покраснели от шлепков.
Во второй половине дня Тун Чжаньян надел перчатки и продолжил бой.
Когда Тун Чжаньян вышел из поля на закате, его голова и тело были покрыты лепестками цветов.
Издалека он увидел Цин Цзиюэ у входа в небольшое здание.
Нин Ландун и остальные только что закончили работу и разговаривали с Цин Цзиюэ.
Как раз в тот момент, когда Тун Чжаньян собирался улыбнуться и был в хорошем настроении, он увидел, как Нин Ландун быстро подбежал к машине рядом с собой, а затем бросился прямо к задней двери.
Не обращая внимания на цветы на своей одежде и голове, Тун Чжаньян быстро побежал к небольшому зданию.
Цветы рапса росли в верхнем левом углу поля, и Тун Чжаньяну потребовалось некоторое время, чтобы добраться до небольшого здания.
К тому времени Ян Хун, Сюй Лао и вся их группа уже ушли на задний двор и перед небольшим сооружением остался только Цин Цзиюэ.
"Что случилось?" — поспешно спросил Тун Чжаньян.
"Тот человек действительно очнулся", — голос Цин Цзиюэ явно был хриплым, а его покрасневшие глаза были устремлены на Тун Чжаньяна.
"Что?" — Тун Чжаньян не понял.
"Человек с самым коротким временем глубокого буйства, мы только что пообщались с ним, и он действительно очнулся", — повторил Цин Цзиюэ.
Тун Чжаньян быстро подошел к соседнему автомобилю, чтобы проверить ситуацию.
Тун Чжаньян издалека увидел группу людей, собравшихся перед клеткой.
Перед ними, внутри клетки, охотничья собака спокойно лежала на земле и наблюдала за ними.
Под покровом ночи его глаза были совершенно иными, не такими, какими были прежде, — в них была осознанность, которая явно была присуща только людям.
В сумерках Нин Ландун и его группа, прибывшие ранее, обернулись.
В тот момент в их глазах читалось чрезвычайно сложное выражение.
Тун Чжаньян не смотрел на них, а смотрел на охотничью собаку в клетке. "Вы меня понимаете?"
Собака не знала, кто он, но явно почувствовала атмосферу. Она слегка кивнула и издала низкое рычание.
В следующее мгновение Тун Чжаньян обернулся и посмотрел на Цин Цзиюэ, стоявшего рядом с ним.
Раз этот человек может проснуться, значит, дедушка Цин Цзиюэ...
"Рёв..." Из клетки рядом с ним раздался яростный рёв, за которым последовал звук удара.
В сознание пришел только этот человек, и именно его состояние берсерка длилось меньше всего.
"Давай сначала уйдём отсюда", — сказал Цин Цзиюэ.
[Это невозможно. Одно дело, если человек не совсем сошёл с ума, но ведь считается, что сельскохозяйственные культуры подавляют бешенное поведение. А как насчёт того, кто уже впал в необратимую стадию...]
[Всё это меня очень сбивает с толку.]
[В эксперименте участвовали две группы людей. Одна группа находилась на ранней стадии глубокого бешенства и ещё сохраняла свой разум, в то время как другая группа полностью его утратила... Ту, которая сохранила свой разум, не следует называть «очнувшейся».]
Пока люди следили за анализом в прямом эфире, бесчисленные сердца бешено колотились перед экраном.
К человеку еще не утратившему сознание не следует применять термин «очнулся», наверняка выпускнику сказали про тех, кто был совершенно невменяем.
Человек, который совсем обезумел... проснулся?
Сердце каждого сильно билось, и в тот момент это биение было немного болезненным.
Все они смотрели в сторону заднего двора, жалея, что там не было камер видеонаблюдения, чтобы они могли проследить за ними.