Интервью с создателем канала «Вашу мать!» -Анастасией Красильниковой


1. Настя, расскажите, с чего начался ваш телеграм канал? 

Я забеременела и подумала, что неплохо бы это путешествие где-то описывать. Но планы регулярно писать, будучи беременной, не оправдались: всерьез вести канал я стала после рождения ребенка — настолько меня поразило все обрушившееся на меня великолепие. 

2. А сейчас — это просто личный дневник, или все же колонка журналиста? 

Что-то среднее. Скажем так, публичный дневник. Я знаю, что меня читает много людей и понимаю, что мои посты могут иметь значение. 

3. Вы достаточно честно пишете о материнстве. Что для Вас оказалось самым сложным в новой роли? 

Мне трудно выделить что-то одно «самое» сложное. Меня поразило, насколько я была не готова к тому, каким оказалось материнство. Очень болезненно было осознать, что я больше не принадлежу себе и вообще не распоряжаюсь своим временем. Тяжело дались осложнения после родов. Никак не могу привыкнуть к ответственности и любви к ребенку, которая включает в себя огромный страх и тревогу за него. 

4. Сейчас в основном распространена модель, когда есть мама, папа и дети, вся ответственность за детей - за их здоровье, воспитание, выбор образования, досуг, логистику - лежит только на родителях, а бабушки и дедушки уважают границы, живут своей жизнью и помогают только по требованию. Сейчас модно ругать то время, когда дети были общими, когда давали непрошеные советы и каждый считал себя вправе воспитывать чужого ребенка. Но ведь и уровень ответственности у женщины был меньше? И ожиданий от нее как от мамы тоже было меньше? 

У меня не было детей ни в какое другое время, кроме нынешнего, поэтому мне нелегко судить. Но да, мне кажется, что в советской системе воспитания было гораздо больше свободы для родителей. Ясли, детский сад, воспитание по Споку, на лето к бабушкам — и никто не думал, что у ребенка может быть травма от расставания с родителями или от того, что его оставили одного плакать в кровати. Вообще мне кажется, что тревога за психическое состояние ребенка — это что-то новое, не то, о чем всерьез заморачивались люди раньше. А сейчас я большую часть решений принимаю исходя из того, что не хочу, чтобы мой сын плакал. Просто вообще хочу минимизировать количество его стресса. Это очень сложно и требует огромного внимания. 

5. Как вы думаете, почему в последнее время увеличилось количество статей в СМИ о материнстве, о роли отцов, о послеродовой депрессии, о феминизме? Это медиа пытается изменить угол, под которым общество смотрит на женщин, или это в общественном сознании произошел сдвиг? 

Я не думаю, что это явления разного порядка. Скорее, одно следует из другого: женщины, хвала провидению, стали больше говорить о своей жизни, а медиа подхватывают эту тенденцию. Женщины читают в медиа о своих проблемах — и, опять же, больше о них говорят. Здорово, что мы живем в такое время и задаем вопросы — себе и окружающим. Вообще, мне кажется, наступила эпоха новой искренности, и я — прямо живой ее представитель. Я профессионально выношу сор из избы, не боюсь обсуждать свою частную жизнь и личные проблемы — более того, не вижу в этом ничего стыдного. Наоборот, мне кажется, это полезно. 

6. Есть ли у вас на книжной полке литература по детской психологии или воспитанию? Слушаете ли вы онлайн-семинары для родителей? 

Да, стандартный набор из Петрановской с Гиппенрейтер и еще несколько менее удачных книг. Я не слушаю онлайн-семинары для родителей — потому что не успеваю. У меня работа, два блога, а также семья, по которой бегает полуторагодовалый ребенок, и быт — великий пожиратель времени и ресурсов. 

7. Насколько я знаю, вы вернулись в офис. Рассматривали ли вы для себя вариант частичной или удаленной занятости, чтобы проводить больше времени дома? 

Я не прекращала работать ни на минуту после рождения сына, все время сотрудничала с кем-то парттайм. Я не работаю в офисе по часам, а приезжаю туда по необходимости: да, иногда это приходится делать пять раз в неделю, но внушительную часть работы я, тем не менее, могу делать из дома. Мне вообще кажется странной идея повальной офисной работы в 2018 году. Работать надо там, где тебе комфортно. Надеюсь, скоро опция удаленной работы станет доступной для большей части людей. 

8. Столкнулись ли вы с чувством вины при возвращении на работу? 

Конечно. Чувство вины — вообще мой постоянный спутник, а материнство — неиссякаемый повод для чувства вины. Про возвращение на работу я писала пост: https://t.me/vashumat/145 

9. Положа руку на сердце, можете сказать, что на данный момент вы нашли оптимальный вариант баланса между семьей, работой, своими интересами, здоровьем и другими сферами вашей жизни? 

Нет; более того, мне кажется, это невозможно. Если перестать искать этот баланс, становится легче. Обязательно на что-то будет не хватать времени: ребенок не освоит горшок тогда, когда окружающим будет казаться, что ему пора бы, пропылесосить почти всегда надо было уже неделю как, грязная одежда скапливается быстрее, чем высыхает постиранная, на все рабочие письма ответить невозможно и какой-то дедлайн, очевидно, придется просрать. Что ж, это жизнь, она несовершенна, и я, спасибо всем богам, тоже.