Пламя и Пепел
Семь лет назад.
Гильдия Пустого Пламени пала. Когти тайной канцелярии императора Леоморда III дотянулись до самой её верхушки и за ночь уничтожили организацию одним взмахом крыла. Те, кто обладал хоть какой-то властью, спешно покидали пределы Драконьих земель, пытаясь спасти хотя бы собственные жизни.
Теневых структур в империи оставалось немного, но Пустое Пламя было, пожалуй, самым радикальным, самым крупным и самым кровавым из них. Разведка конкурентов быстро донесла весть о падении гильдии, и главы остальных организаций отдали ожидаемый приказ: искать, забирать, перекупать.
За считаные часы десятки хранилищ знаний и артефактов были вскрыты и опустошены, а в лагеря, где готовили будущих агентов, нагрянули «смотрители».
Детские лагеря могли позволить себе только такие мерзавцы, как руководители Пустого Пламени. Остальные гильдии рекрутировали уже более осознанных драконов, заманивая их «лёгкой» наживой, выплатой долгов.
Нарцисса из гильдии Пепельной Ночи отстранённо разглядывала голые каменные стены казармы. В нестройный ряд перед ней были выстроены десять детей: напуганных, напряжённых, явно не понимавших, чего хотят от них чужаки, ворвавшиеся в их «дом» глубокой ночью. Снаружи раздался громкий грохот и грубая мужская речь. Скорее всего, второй отряд Пепельных взламывал очередной тайник. Дети испуганно вздрогнули и покосились на вход.
Нарцисса медленно шла вдоль ряда, заложив руки за спину. Она внимательно всматривалась в каждого ребёнка, осторожно касаясь их резерва своей магией. Забрать всех ей не позволяли – по договорённости с другими гильдиями каждая должна была получить свою оплаченную долю. Значит, предстояло выбирать.
Дети провожали её насторожёнными взглядами.
Пустое Пламя растило их методично и без сантиментов – все они были уже инициированы. Маленькие солдаты быстро смекнули, чего от них ждут, и вытянулись в струнку. Их явно готовили к аукционам.
— Эту, — тихо сказала Нарцисса сопровождающему, который безмолвной тенью следовал за ней. — И вот эту.
Рыжеволосая девочка шумно выдохнула. Смышлёная, раз поняла, что быть выбранной одной из первых – это повод облегчённо перевести дух.
Нарцисса прошла дальше. Остановилась. Ещё раз. И ещё.
Представители других структур выделили всего по пять минут, заставляя действовать грубо и быстро. Но Нарциссе хватило одной проходки, чтобы с первого взгляда считать уровень резерва каждого ребёнка.
Две девочки сделали шаг вперёд. Сподручный сразу отвёл их в сторону, коротко бросив:
Нарцисса ещё раз обвела взглядом ряд и уже собиралась озвучить свой последний выбор – забрать можно было строго троих, не больше, – как вдруг из дальнего угла казармы донёсся тихий, болезненный стон.
— Кто там? — спросила она, повернувшись к уже выбранным девочкам.
— Матильда, — тихо ответила одна из них.
— Три дня назад она инициировалась во время охоты за фамильяром… и случайно привязала к себе сразу трёх адских гончих.
— И они сейчас выжигают ей резерв, — догадалась Нарцисса, вглядываясь в тёмный угол, где едва угадывались очертания койки и лежащего на ней ребёнка. — Она ещё долго держится. Эти твари очень прожорливы.
Нарцисса задумалась всего на несколько секунд. Время уже истекало.
Девочка провела Нарциссу вглубь казармы, мимо аккуратно сложенных пожитков, к койке в самом дальнем углу. Она стояла особняком, словно на ней лежал прокажённый.
Тёмные волосы, собранные в тугую косу. Кожа почти прозрачная, с глубокими синеватыми тенями под глазами. Вокруг губ виднелись засохшие кровавые потёки. Грудь едва поднималась и опускалась, каждый вдох давался с видимым трудом. Самих гончих видно не было, но стоило Нарциссе коснуться девочки своим даром, как она сразу почувствовала их: три сгустка тёмной, жадной силы, намертво впившиеся в то, что осталось от детского резерва.
— Сколько ей? — спросила Нарцисса, не отрывая взгляда.
Двенадцать лет. И три адских гончих.
Нарцисса медленно выдохнула через нос.
За десятки лет в теневых структурах она повидала всякое. Взрослые, опытные драконы сгорали за считаные часы после привязки слишком сильных сущностей. А эта девочка держалась уже три дня. Её резерв позволил пережить самую тяжёлую стадию. Если продержится до утра – у неё появится шанс. Но у Нарциссы оставалось две минуты до конца, отведённого ей на выбор времени. Стоит ли рисковать?
Она развеяла дар и вгляделась в лицо девочки. Матильда – сильное имя. Такие имена в их среде давались не просто так. Если выживет…
— Берём её, — решила, наконец, Нарцисса, повернувшись к сопровождающему.
— Нарцисса, она едва жива. Нет смысла.
— Берём, — повторила она спокойно, но с той интонацией, которая не предполагала продолжения разговора.
Сопровождающий коротко кивнул, подошёл к кровати и осторожно поднял Матильду на руки. Девочка слабо дёрнулась и приоткрыла глаза: огромные, ярко-голубые. Взгляд постепенно сфокусировался на Нарциссе.
— Тебе нужно продержаться до рассвета, — тихо проговорила драконица, надеясь, что девочка хоть немного в сознании. — Всего пять часов. И всё закончится.
Цель и надежда – иногда творили чудеса.
Матильда хрипло выдохнула и снова прикрыла глаза.
— Идём. Наше время вышло, — скомандовала Нарцисса, и они спешно покинули казарму.
Матильда
Я проснулась резко, словно вынырнула из-под воды, жадно глотнув воздух.
Сон-воспоминание всё ещё держал меня в тисках, как сонный паралич: понимаешь, что это не наяву, но не можешь ни пошевелиться, ни отвернуться от собственного страха.
В горле остался знакомый сухой, тянущий след, будто что-то живое и голодное продолжало выедать меня изнутри. Я сделала медленный, глубокий вдох. Потом ещё один.
Реальность возвращалась постепенно. Холодные стены казармы растаяли, страшные звуки стихли, темноту мягко разбавлял лунный свет.
Рядом послышалось ровное, тихое сопение. Элиас опять остался у меня. Уже которую ночь подряд он упорно не хотел уходить к себе, повадившись досыпать у меня.
Он лежал на животе, в совершенно немыслимой позе, по всем законам не подразумевающей комфортных условий для сна. И при этом выглядел абсолютно спокойным, умиротворённым и тёплым.
Я разглядывала Элиаса Фарн эль Моргана, следя взглядом за мерным движением его спины, и постепенно успокаивалась.
На краю сознания тихо поскуливали гончие. Их голод стал вратами в кошмары. Если не выгулять и не накормить их сейчас, снова придётся переживать картины своего прошлого с их участием.
Академия Драко никогда по-настоящему не спала. Ночные занятия были здесь обычным делом: некроманты могли практиковаться в основном ночью, многие артефакты должны были создаваться под лунным светом, спиритические сеансы тоже в основном проводили в тёмное время суток.
Благодаря этому я спокойно могла покидать свою комнату, выходя на поиски хранилища, и не бояться попасться кому-то на глаза, блуждая по коридорам ночью.
Но сейчас мне нужно было выгулять своих фамильяров.
Я аккуратно стекла с кровати, стараясь не потревожить Элиаса, и тихо начала одеваться.
— Ты куда? — послышался хрипловатый ото сна голос, когда я застёгивала последнюю пуговицу на кофте.
— У меня ночные дела, — буркнула я. — А ты чего к себе не ушёл?
— Зачем куда-то идти, если можно не идти, — Элиас смотрел на меня одним приоткрытым глазом. — Так куда ты?
— Нужно провести сессию с фамильярами.
— Не знал, что они у тебя есть. А…
Элиас что-то неразборчиво буркнул в подушку и затих, снова закрыв глаза.