Критика найма труда

Эта публикация — драфт моего эссе 2022 года. В начальный период его проявления оно лучезарно прокладывает путь моего обучения, но в продолжении стало являться мне чем-то привычным, а дальше — даже наивным. Я поддаюсь сравнению. Я поддаюсь внешним влияниям на моё мышление и проявление, от чего удовольствие процесса исследования заместилось напряжением в отношениях (без известности об этой увлеченности) до той степени, что возвращение к материалу стало искаженным и болезненным. Драфт остался незавершенным. Сейчас нет болезни. Сейчас я вижу такого рода конфликт как посвящение. Конфликт, проверяющий истинность и приверженность продвижений и психологически согласующий их с коллективно-бессознательным; посвящение, что свет знания затмевает глупостью, чтобы ценность знания была мудро осознана. «Чтобы понять трезвость, не нужно быть пьяным», но природа сотрудничества не индивидуальна, чтобы абстрагироваться личным становлением как достаточным.

Труд ничей. Труд не является собственностью или выгодой. Труд выходит за пределы физической идентичности индивида или коллектива, что выясняется в эссе.

Природа конфликта, выраженная разделением дающего работу и получающего, формальна, и является следствием предыдущих общественных соглашений. Мы соглашаемся «давать» работу другим; мы соглашаемся «брать» работу от других. В основе этих соглашений лежит положение разделения труда, которое в прошлых эпохах являлось инструментами масштабного увеличения количества и качества физических благ. Настоящее предназначение работы уточняется и утончается: само сотрудничество — благо, психологическая ценность. Сотрудничество предназначено быть актами близости, либо изолированности отношений как к услугам и объектам труда, так и к коллегам, так и к обществу в целом. Для изолированности отношений достаточно невнимательности, тогда как близость основана на внимательности. Разделение дающего и получающего должно пройти психологическую революцию, чтобы наши соглашения и услуги способствовали внимательности. Если мы пристально посмотрим на природу любого конфликта, то заметим их общую черту: в их основе недостаток внимания. Недостаток внимания блокирует психологическую связь с трудом и творчеством, поэтому со временем в таком положении человек теряет чувства новизны, а его рутина становится подавляюще рабочей. Нам необходима психологическая революция разделения дающего и получающего не чтобы избежать этой участи, но чтобы понять природу разделения и объединения, ведь понимание — это творческий акт труда.

21 апреля 2026 года

Введение

Представьте себя спящего. Вам снится всё самое желанное; вы находитесь там, где хотите; делаете то, что заблагорассудится... И тут вы просыпаетесь. Возможно, вы помните, что произошло, но те вещи и события остались там; вы были там, но то не ваша реальность. Какова реальность восприятия сна, такова действительность найма труда.

Страшно не жить во сне, страшно проснуться в чужом сне.
— Мераб Мамардашвили

Введение

Приведу известную притчу.

В притче три человека занимаются одним делом, но первый работает, второй зарабатывает, третий трудится. Каждый из них возит камни, но «по-своему». Следовательно, их различие не в том, чем они занимаются, а в том, как они к этому относятся.

Несчастными нас делают не проблемы, а наше к ним отношение.
— Марк Аврелий, «Наедине с собой»

Содержание

• Предисловие
• Различия труда и работы
• Метафизика труда. Для кого я человек?
• Ценности порождают потребности
• Своё дело всегда совместное
• Любить, чтобы творить
• Послесловие

Предисловие

Эта статья — философский трактат о понятиях труда и работы.

По своему содержанию статья состоит из двух частей: возведение инструментов восприятия и применение этих инструментов на действительной критике.

Я не придумываю ничего нового. Это моя точка зрения с применением диалектики. Точки координат — существующие наблюдения, размышления и аргументы. Статья проводит читателя по последовательному курсу, чтобы добиться от неё наилучшего эффекта восприятия.

У меня нет задачи написать нечто оригинальное. Наоборот, я использую идеи, известные большинству интересующихся философией и естествознанием. Однако я нахожу этот трактат достойным чести считаться вами примеченным. Многие человеческие открытия основаны на простых (неочевидных) истинах, которые до известных пор оказывались не восприняты. Поэтому я предлагаю вам эту статью как такой «объектив».

Рекомендую пользоваться «языковой игрой» и воздержаться от получения быстрых ответов; рекомендую смотреть на материал в целом, различая так каждую его часть. Вводимые суждения являются неотъемлемой частью гармонии смыслов, поэтому социальная поляризация в тексте — необходимость для развития мысли.

Ключевые слова:

Различия труда и работы

Любая трудность дарит мудрость.
— Омар Хайям

Разница в мотивах. Дело одно, но деятели не единомышленники. У последнего вложен созвучный цели смысл — построить храм. У первых другие побуждения.

У дела общая форма — «что делать?»: — Возить камни; а содержание разное — «зачем делать?»: — Работать, — Прокормить семью, — Построить храм.

Смысл работы замкнут сам в себя, а труд всегда стремится к замыслу. Замысел наделяет дело смыслом более значимым, чем есть сам делец. Делец становится частью дела, а не дело становится частью дельца. То есть, труд — это вложение внимания человека в идею (то есть содержание), а работа, — в условности (то есть форму).

Так я заявляю, что строящий храм трудится, а другие работают.

Философия славна тем, что её результат не заключаются концом рассуждений, а результат — это процесс мышления. Философия и труд похожи: оба занятия учат человека мыслить за пределами своих представлений, но первое — это любовь к мудрости, второе — любовь к делу. Мышление является причиной их результатов. Так в притче третий участник возит камни, но вместе с тем он строит храм.
Храм — плод его визуализации, но также объект любви.

Мышление само по себе не так однозначно: это соединение мыслей и идей, но каковы эти мысли и идеи зависит от ума. Думание и мышление похожи: и то, и другое есть выведение одних умозаключений из других, но первое — это рекомбинация в сознании уже известного, второе — личного иного. Если труд есть выход за рамки собственных представлений, то работа есть ни что иное как оставаться в известном. Так в притче первые участники возят камни, чтобы «возить камни» и обеспечивать семью. В строительстве они занимаются известным, и храм для них — не обязательно объект любви, поэтому не соотносится с их мотивами.

Привычка — это переход от труда к работе, от мышления к думанию, от открытия к уже известному. Это то необходимое, что создаёт форму содержанию.

Привычки формируют поведение. Мышление формирует ум. Благодаря именно мышлению каталоги думания пополняются новыми записями. И, созвучно мифу о Вавилонской башне, именно работа позволяет обрести общий язык для труда.

С другой стороны, если надолго задержаться на работе, то форма начнёт описывать содержание, думание начнёт описывать мышление. То есть, хлеб начнёт создавать муку с водой, а не мука с водой — хлеб.

Скажете, такое невозможно! Как бы не так.

• Что, на ваш взгляд, представляют собой теории и концепции?
• Как, на ваш взгляд, работают залпы ментальных снарядов рекламы и пропаганды?
• Какова крайность бюрократии прописанных регламентов?

Иные так спешат в исследовании положений, что занимаются их разгадкой со спутанным умом, прежде чем узнают, по каким признакам они заметят искомую вещь, если она им случайно встретится.
— Рене Декарт

На определённой стадии рабочей стагнации, человеческий ум изобретает себе сложности, чтобы не заскучать. Отсюда стремление к познанию неизвестного замещается знанием известного. Так поведение формирует привычки, работа формирует труд, думание формирует мышление. Обратная сторона освоения рабочих идей — это изоляция мышления сложившимися мнениями о среде.

Полагаю, чтобы избавить мышление от изоляции дум, сначала следует:

• подготовить муку с водой,
• смешать их,
• а затем испечь хлеб.

Так на примере притчи, каменщикам сначала следует позаботиться об общем деле, — о храме, «почему?» и «для кого?», — затем о работе и средствах. То есть, сначала позаботиться о содержании, затем о форме.

Отсюда можно заметить разницу подходов дельцов: действия одни и те же, а мотивы разные. Как думание раскрывается в мышлении, философия раскрывается в сознании, работа раскрывается в труде, так и мышление раскрывается в делах.

Метафизика труда. Для кого я человек?

Целое больше суммы отдельных частей.
— Аристотель

Первоисточник — это первопричина последствий. Отсюда, человек является причиной человечества. Великое допущение следствий — обобщение восприятия человека до уровня им принятого: мнений и фактов, систем и этики, культуры и обществ. Это допущение возвышает последствия пуще причины:

• цивилизация (стадия развития общества) принимается важнее бытия (совокупности всех стадий развития Единого Бесконечного); работа принимается важнее труда;
• капитал (накопление средств производства) принимается важнее смысла производства (обеспечения и обучения людей); эрудиция принимается важнее мышления;
• образование (коллективное обучение) принимается важнее воспитания (индивидуального обучения); человечество принимается важнее человека.

Брехня получается, когда автор не владеет фактами, но очень хочет доказать мысль. Тогда в ход идут безопасные обобщения, которые неподготовленный читатель должен принять за факты.
— Максим Ильяхов, «Брехня»

Одно из допущений следствий — обобщение значения работы со значением труда.

Если обобщение продолжать на словах, То Бог сотворил Землю, находясь в кандалах.

Вынужденность любого характера есть веское отличие одного от второго. Похожее у «хотеть» и «нужно».

Природная разница между заинтересованностью и вынужденностью выражается на примере стрессовой активности хищников и их жертв.
[место для раскрытия мысли - стресс вызывает или адреналин, или кортизол] + круто сделать связку с тропой (пред. блок) и настоящим примером.

Проявление воли (хотеть) награждено событиями по факту своих намерений. Такие события, — прогулка по тропе, мифы и легенды, рассказы и истории, теории и концепции, победы и поражения, — закладывают культуру представлений человека о мироустройстве. Восприятие тогдаможно назвать памятью проявления воли.

Гений придумал молоток, нож, пилу, ворот, блок, насос, лодку, мельницу, лук со стрелами, удочку, сети, одежду, обувь, дом. Он придумал животных, научил людей земледелию. Гений изобрел машины, которые облегчили труд человека в десятки, тысячи и миллионы раз и делают продукты совершеннее.
...
Гений открыл железо, сталь и разные металлы. Он показал возможность того, что прежде казалось совсем невозможным.
— Константин Циолковский, «Философия космической эпохи»

Известное памяти обретает инструментальные черты, — того, что воздействует на проявление воли. Как знание и опыт обретают в руке мастера содержание и форму, как следствие идёт после причины, так и работа — функция труда.

Если рассматривать восприятие как инструмент, что позволяет воспринимать, тогда функция восприятия — это проявление воли. Глаза способны видеть, поэтому смотреть на небо есть волевой шаг; уши способны слышать, поэтому вслушиваться в пение птиц — приятная склонность наслаждаться жизнью.

Ценности порождают потребности

И это говоримое мною выражение трактуется другими людьми многолико. Всегда же я использую его в смыслах, которые можно выразить как «свобода порождает ограничения». Любой вегетарианец таковой, когда воздерживается в пище от мяса. Любой человек наёмный, когда устанавливает условия вознаграждения другим людям за свой труд. Ценности соотносятся со значением свободы (то есть в значении способности воли к принятию решения и совершению выбора содержания и восприятия — «свобода воли»), а потребности — с ограничениями.

[Ценность — как характеристика предмета или явления, обозначающая признание его значимости. Важность, значимость, польза, полезность чего-либо. Внешне ценность выступает как свойство предмета или явления. Однако значимость и полезность присущи им не от природы, не просто в силу внутренней структуры объекта самого по себе, а являются субъективными оценками конкретных свойств, которые вовлечены в сферу общественного бытия человека, человек в них заинтересован или испытывает потребность.]

[Потребность (нужда) — состояние, присущее живым организмам, выражающее их зависимость от объективных условий существования и развития, которое выступает источником различных форм их активности.]

Ни один человек не должен служить средством достижения цели другого человека; все люди равны в том, что они — цель, и никакие средства друг для друга.
— Иммануил Кант -> цитата из книги Эриха Фромма «Искусство любить»

Допустим, труд является целью, — процессом реализации желаемого до её достижения; работа является средством. Так из первого выходит второе: когда нет цели, нечего и рассуждать; средства не диктуют условия, а их предоставляют. Работа предоставляет условия для труда.

Если каждый человек — цель, то он и объект, и субъект восприятия — то неизвестное бесконечное, которое познаётся как самим собой, так и другими. В притче первый каменщик работает; возможно, одна из его целей — он сам. У второго каменщика большая семья; она его цели. Третий каменщик строит храм; возможно, его цели — горожане.

Тогда происходит вариация форм и содержания, ведь цель как храм становится средством для горожан; цель как заработок становится средством для большой семьи. Значение вещей сменяется с ценностей на потребности в зависимости от точек зрения. Труд и работа относительны, когда цели — люди.

Каждая вещь стремится к тому, ради чего она была создана, а в том, к чему она стремится, — ее цель; но где цель каждой вещи, там же ее польза и благо. Благо же разумного существа — общение.
— Марк Аврелий, «Наедине с собой»

Мы не можем видеть реальность напрямую. Наше видение — это постоянный диалог идей. Идеи «дружат» друг с другом, образуя истории, концепции, теории, гипотезы, — то есть часть некого повествования.

Мировоззрение словно лента Мёбиуса — это система взглядов, связывающая «внешнее» и «внутреннее», общее понимание и личные интерпретации, ценности и потребности, внимание и восприятие, причины и следствия, мышление и думание. Мировоззрение не может быть статичным; это нечто, постоянно создающееся.

Формула мировоззрения:картина мира * источники её питания.

В политике, мой милый, — вам это известно, как и мне, — нет людей, а есть идеи; нет чувств, а есть интересы.
— Александр Дюма, «Граф Монте-Кристо»

Идеи — это главные инструменты, которые позволяют нам мыслить. Мысли — это фундаментальные инструменты труда и работы.

Мысли (идеи) формируют концепции (или же порождения). Порождения создают картины мира, а интересы к ним их питают. Так в притче порождением служит построение храма, а заработок и работа предлагают для каменщиков интерес.

Своё дело всегда совместное

Экхарт Толле, духовный искатель и учитель, в книге «Power of Now» пишет:

Когда философ Декарт произнес свою знаменитую фразу «Я мыслю. следовательно, существую», он полагал, что открыл фундаментальную истину. В действительности же он выразил главное человеческое заблуждение, которое заключается в отождествлении мышления с Бытием, а своей идентичности — с мышлением.

Человек погружён в символическое пространство. Символы и знаки окружают нас повсюду: мы пользуемся символическими системами (например: алфавиты и иероглифы, слова и языки, имена и картины) для общения, считаем с помощью арифметики и математики, изучаем мир с помощью физики, биологии, химии, астрономии и других дисциплин. Знаки и символы похожи: оба образования несут в себе условность восприятия, но знаки изображают рациональную природу вещей, а символы — эмпирическую. Например, знак «перейти дорогу» говорит о правиле движения, а символ алой розы, — о любви.

[изображение знака и символа]

Символы и труд — нечто, выходящие за рамки собственного значения.

Символ — феномен воспринимаемый, но смысл его значения не воспроизводим (в такой краткой форме с наименьшими искажениями его восприятия). В притче третий делец мыслит о храме, которого ещё нет, но который представляем.

[на этом моменте драфт заканчивается]

Референсы

Андрей Баумейстер — Как идеи создают реальность, курс «ценности и решения» и некоторые другие лекции;
Александр Филоненко — Внешнее и внутреннее. Лента Мёбиуса;Антон Лужковский — благодарность за рекомендацию лекций Алексея Леонтьева о восприятии и теории деятельности;
Светлана Стоян — Символические коды культуры

Литература

• Платон — Государство
• Эрих Фромм — Искусство любить
• Марк Туллий Цицерон — Об обязанностях
• Марк Аврелий — Наедине с собой
• Рене Декарт — Рассуждение о методе
• Фредерик Лалу — Открывая организации будущего
• Эрнст Фридрих Шумахер — Малое прекрасно
• Экхарт Толле - Сила настоящего