Является ли Китай социалистической страной? Ч.2
Нищета. Бесправие. Работа с утра до ночи. Государственный террор. Всё это – жизнь китайского рабочего. Об этом мы писали в прошлой статье, посвященной экономике КНР.
Но что с этим делает Китайская коммунистическая партия? Разве она не должна противостоять капиталистическому некрозу? А «компартия» в это время сама принимает в свои ряды капиталистов.
В КПК состоит, к примеру, Джек Ма – владелец «AliExpress». Причём он не просто является пассивным членом компартии – его номинируют на получение государственных наград! Так произошло, например, в 2018-м году, когда Джек Ма, наряду с владельцами некоторых других крупных компаний Китая, был награждён за «вклад в реформы и открытость». Характерно, что в сообщении о награждении Ма китайские СМИ заявили: «Под его руководством Alibaba вошла в десятку крупнейших мировых компаний по рыночной стоимости, что сделало Китай ведущим игроком в международной индустрии электронной коммерции, интернет-финансов и облачных вычислений, а также способствовало появлению большого количества предпринимателей и стартапов».
Чтобы вы лучше поняли, насколько же товарищ Ма «коммунист», приведём один любопытный факт. В 2019-м году бизнесмен активно агитировал рабочих переходить на так называемый график «996». По-простому говоря, «996» – это 12-часовой рабочий (с 6 утра до 6 вечера) день при 6-дневной неделе. Самое страшное, что этот график уже является нормой в «AliExpress» и на многих других предприятиях Китая.
И пример Ма далеко не единичен. По данным Forbes, «Целый ряд крупных китайских бизнесменов, таких как основатель крупнейшей компании в области электронной коммерции JD.com Лю Цзяньдун или глава машиностроительной корпорации Sany Heavy Industry Лян Вэньгэнь, известны как активные члены КПК, высказывавшиеся в поддержку её идеологии публично. Владелец крупнейшей компании-застройщика Evergrande Group миллиардер Сюй Цзяинь является одновременно и секретарём парткома своей компании.
Как правило, на китайских предприятиях, как государственных, так и частных, партком совмещен с HR-подразделением, а партийная работа рассматривается как элемент развития корпоративной культуры. Секретарём парткома предприятия может быть его руководитель либо один из замов».
Получается, партийные ячейки срощены с руководством предприятий и действуют напрямую в его интересах.
Конечно, дело не ограничивается партией. В 2023-м году во Всекитайском собрании народных представителей (парламенте страны) и Народном политическом консультативном совете Китая (законосовещательном органе) был представлен 81 миллиардер. Не во всякой стране Запада встретишь такое!
Частному капиталу оказывают большие преференции на законодательном уровне. В 2025-м был принят закон «О развитии частного сектора». Цель этого закона, как признаётся Информационное бюро Государственного совета Китая, – «стимулирование роста как частной экономики, так и частного предпринимательства».
В третьей статье закона сказано: «Частный сектор является важной частью социалистической рыночной экономики, важнейшим фактором содействия модернизации Китая, значимым фундаментом для высококачественного развития и главной движущей силой, способствующей превращению Китая в великую современную социалистическую страну во всех отношениях и возрождению китайской нации. Содействие устойчивому, здоровому и высококачественному развитию частного сектора является важнейшим принципом и политикой, которые государство давно отстаивает».
Этот же документ предписывает органам власти включать «содействие развитию частного сектора в свои национальные планы экономического и социального развития», создавать медиасреду, «уважающую труд, творчество и предпринимательство», «предоставлять хорошо регулируемые, эффективные и удобные услуги для инвестиций частных экономических организаций». Там же заявляется, что «Государство поощряет и продвигает предпринимательство». Один из видов поощрения, согласно закону, – налоговые льготы. Например, высокотехнологичные компании платят лишь 15 % налогов вместо обычных 25 %. Та же льгота действует для предприятий, предоставляющих «передовые технологические услуги», а также для стратегических предприятий в определенных регионах.
По существу, такие передовые технологичные компании – это крупные монополии, у которых одних хватает капиталов на дорогое современное оборудование. Поддерживая их, китайское государство льёт деньги на мельницу империализма.
В интересах монополий действует и льгота малым предприятиям. Для них налог составляет только 5 % [там же.]. Казалось бы – либертарианская мера! Она ведь ограничивает государство и бьёт под дых монополиям! Как бы не так…
Конкуренция разоряет мелкие компании. Не под силу им тягаться с дешёвыми и сверхприбыльными товарами монополий. Капиталы вытесненной с рынка мелочи уходят ни кому иному, как тем самым монополиям. Малый бизнес – питательный субстрат крупного. Чем больше сбережений граждан превращаются в мелкий капитал, тем быстрее растут монополии. А поддержка малого бизнеса низкими налогами как раз и приводит к повышению предложения мелкого капитала! Вот и выходит, что с виду антимонопольная мера оборачивается большим подарком джекам ма и чжан иминам.
По озвученным причинам на руку монополиям играют и 70 млрд долларов помощи, выделенной в начале этого года китайским мелким и средним компаниям.
Налоговыми льготами не ограничивается господдержка частному бизнесу. С 2016-го по 2022-й список законодательных ограничений частному бизнесу был сокращён с 328 до 117 пунктов. По отчёту Всемирного банка рейтинг Китая по лёгкости ведения бизнеса поднялся с 96-го места в мире в 2013 г. до 31-го в 2020 г. Это – один из лучших результатов в списке. Согласно отчёту Китай более привлекателен для бизнеса, чем Франция, Швейцария, Нидерланды, Израиль и многие другие либеральные страны.
Си Цзиньпинь прокомментировал это так: «В новую эпоху и на новом этапе развития частная экономика имеет широкие перспективы и огромный потенциал, и сейчас самое подходящее время для того, чтобы частные предприятия и предприниматели продемонстрировали свои таланты. Мы должны объединить наши усилия, укрепить уверенность и содействовать здоровому и качественному развитию частной экономики».
А официальное постановление государственного совета, посвященное законам о поддержке частного бизнеса, гласит: «мы будем защищать законные права и интересы частных предприятий в таких областях, как подключение и эксплуатация электросетей, использование объектов нефтегазопроводов и распределение транспортных ресурсов; поощрять и поддерживать частные предприятия в ускорении строительства ряда крупных пилотных платформ с сильным отраслевым потенциалом, а также поддерживать государственные предприятия, университеты и научно-исследовательские институты в предоставлении ориентированных на рынок пилотных услуг частным предприятиям; поддерживать ведущие частные предприятия».
Закономерно, что партия и государство, подконтрольные буржуазии, будут стараться всячески оправдать свою контрреволюционную политику. С этой целью в Китае проводится масштабная ревизия марксизма, и, двурушнечиски прикрываясь именами Ленина и Мао Цзэдуна, воротилы финансового капитала распространяют буржуазную идеологию. Наиболее яркий образчик подобного – это, пожалуй, знаменитое выступление Си Цзинь Пиня на XX съезде… нет, не КПСС, а КПК (хотя классовое содержание у них примерно одно и то же).
Послушаем Си. В разделе, посвященном актуализации марксизма, главной чертой современной «версии» науки он выделяет то, что «…необходимо придерживаться принципа «народ превыше всего». Народность есть сущностный атрибут марксизма. Теория партии происходит из народа, служит народу и приносит ему благо… Все оторванные от народа теории являются пустыми и бессмысленными, все теории, которые не нацелены на создание блага для народа, не имеют жизненной силы. Мы должны твердо стоять на позиции народа, понимать его желания, с уважением относиться к его созидательной деятельности, концентрировать его мудрость, формировать теорию, которую любит, признает народ и которой он владеет, и превращать ее в мощное идейное оружие, помогающее народу познавать и преобразовывать мир» [Доклад на XX Всекитайском съезде Коммунистической партии Китая 16 октября 2022 года. Си Цзинь Пинь. Стр. 19]. Или: «Коммунистическая партия Китая является партией, которая не только борется за счастье китайского народа и возрождение китайской нации, но и стремится к прогрессу человечества и великому единению мира» [Доклад на XX Всекитайском съезде Коммунистической партии Китая 16 октября 2022 года. Си Цзинь Пинь. Стр. 22].
Ещё не один десяток раз Си Цзинь Пинь в своём докладе будет вещать про «интересы народа» и про то, что китайское государство должно служить народу. Про классовые интересы Си забывает. Слово «класс» в марксистском понимании в принципе встречается в докладе лишь дважды, и то в качестве дежурной фразы! О классовом же антагонизме, борьбе классов, классовых интересах и противоречиях – ни единого слова.
При этом даже когда Си осторожно затрагивает тему класса он тут же себя одёргивает! Посмотрите, например, на эти его слова: «Китай – социалистическое государство демократической диктатуры народа, руководимое рабочим классом и основанное на союзе рабочих и крестьян. Вся власть в стране принадлежит народу» [Доклад на XX Всекитайском съезде Коммунистической партии Китая 16 октября 2022 года. Си Цзинь Пинь. Стр. 40].
По существу дела, своей риторикой о «народе», «китайской нации», «государстве для народа» Си стремится затушевать классовую борьбу, помирить буржуазию и пролетариат, пропагандировать классовый мир. Такая риторика выгодна китайскому бизнесу, который прочно засел в партии и государственном аппарате.
По сути, своей «теорией» Си повторяет тезисы Хрущёва о всенародном государстве. Тот тоже говорил, что государство должно служить интересам всего народа независимо от классовых противоречий. Иронично, что, когда эту теорию выдвинули хрущёвские ревизионисты, то первыми против неё выступили именно китайские коммунисты в тогда ещё пролетарском Китае. Воистину, верны слова Маркса о том, что «История повторяется дважды: первый раз в виде трагедии, второй – в виде фарса».
Помимо всего прочего, компартия дала указание: «Следует рационально сокращать негативный список, регламентирующий доступ иностранных инвестиций на китайский рынок, в соответствии с законом защищать права и интересы иностранных инвесторов, формировать первоклассную интернационализированную бизнес-среду, обеспечивающую соблюдение рыночных принципов» [Доклад на XX Всекитайском съезде Коммунистической партии Китая 16 октября 2022 года. Си Цзинь Пинь. Стр. 34-35]. Итогом такой политики стало то, что «Китай… стоял в первых рядах стран мира в сфере привлечения иностранного капитала и инвестирования за рубежом». [Доклад на XX Всекитайском съезде Коммунистической партии Китая 16 октября 2022 года. Си Цзинь Пинь. Стр. 9].
Это не бравада. В 21-м веке Китай – один из главных центров притока иностранных инвестиций в мире, наряду с США и Гонконгом. В 2014-м году, например, Китай привлёк 129 млрд долларов из других стран, заняв первое место по этому показателю. Это значит, что промышленность КНР выросла в немалой степени за счёт иностранных компаний, которые скупали китайские активы и открывали в стране свои филиалы [Мировая экономика и международные отношения, 2017, т. 61, стр. 45].
Но окрепнув, китайский капитал сам начал агрессивный захват иностранных рынков. С 2007-го по 2015-й гг. экспорт китайского капитала вырос в 6,4 раза, почти сравнявшись с импортом иностранного [там же]. В последнюю пятилетку импорт капиталов стал резко падать. Так, в первом квартале 2025-го года объём иностранных инвестиций сократился на 10,8%, а в первые 4 месяца 2026-го ещё на 10,3%. Экспорт капитала параллельно растёт. Только за 2024-й он вырос на 8,4%. Совокупные активы Китая за рубежом в тот год составили астрономические 3,14 триллиона долларов. Это на 2,1 триллиона больше, чем десятилетие назад. Среди мировых экспортёров капитала Китай поднялся с 8-го места в 2015-м году до 3-го в 2024-м, уступая только Нидерландам и США.
Интересно, что более 53% китайских инвестиций приходятся на непроизводительные сферы – лизинг, бизнес-услуги (т. е. консультирование, аналитика, юридические услуги и т. п.), торговлю, финансы [там же]. Это разбивает миф о том, что своими инвестициями китайский капитал просто помогает странам Третьего мира встать с колен. Если он кому и помогает – то только себе, закабаляя рынки слабых стран за счёт прибыльных, но бесполезных для народного хозяйства отраслей экономики.
Только в России за пять последних лет число компаний, подчинённых или соподчинённых китайскому капиталу, увеличилось с 1,4 тыс. до 14,8 тыс. Китайские предприниматели регулярно проводят совместные с российскими коллегами бизнес-курсы, круглые столы, бизнес-форумы, деловые вечера, заседания, встречи. Оно и понятно – китайские компании владеют в России 17,5 млрд долларами капитала, в том числе 40% Амурского газохимического комплекса и 20% СИБУРа.
О том, как китайский бизнес буквально скупает другие страны, мы писали в прошлой статье, так что останавливаться подробно на этом вопросе мы не станем. А вот про то, как империалистический характер государства отражается в его правовой системе и идеологии, мы не можем не сказать.
В частности, китайские власти постепенно урезают право наций на самоопределение. Принятый в этом году закон «О содействии этническому единству» фактически задвигает национальные языки на второй план, обязывая учебные и иные государственные заведения обучать в первую очередь на мандаринском диалекте (господствующем), а не на родном для многих жителей страны.
А ещё капитал запрещает подданным говорить об отчуждении их труда. По инициативе Китайского управления киберпространством (аналог РКН) за высказывания в духе «усердный труд бесполезен» или «учеба бесполезна» интернет-пользоватетелей будут наказывать.
Что касается идеологии, то лидеры КПК, в частности, Си Цзиньпинь, в официальных заявлениях сетуют на то, что «рыночная система остается несовершенной, все ещё недостаточно развит рынок, ещё не в полной мере упорядочены связи между правительством и рынком». Приоритетом политики КПК Си считает «Углубление реформы экономической системы», цель которой – «формировать единый всекитайский рынок и совершенствовать базовые институты рыночной экономики». Это в стране-то, где и так больше 60% ВВП приходится на частный капитал, более 80% рабочих мест обеспечены компаний сектором, а 96,76% предприятий – частные!
Про пропаганду инвестиций и повторение хрущёвской теории «всенародного государства» мы уже сказали. Но это не всё, что современная КПК почерпнула у правых ревизионистов. Пожалуй, наиболее показательным является курс на «невмешательство» в политику других стран. Что китайский капитал очень даже вмешивается в жизнь других стран, мы говорили в прошлый раз. Но зачем её провозглашают?
По существу, линия невмешательства есть отказ от поддержки мирового революционного движения, есть хрущёвская линия «мирного перехода», воплощённая на практике. Если пролетарский Китай при Мао поддерживал народные войны и компартии других стран, то современный Китай не помогает революционным движениям за рубежом. Напротив, КНР сама становится одним из крупнейших империалистов, захватывая всё больше отсталых экономик.
Подобно СССР после 1953-го, КНР является социал-империалистическим государством, последовательно расширяющим рыночные отношения и террор со стороны работодателей.
Знакомые с историей революционного Китая недоумевающе воскликнут: «Как! Как Китай из ведущего социалистического государства превратился в беспощадного империалиста?». Вопрос и вправду интересный. Но на него мы подробно ответим в следующей посвящённой Китаю статье. Подписывайтесь на канал, чтобы не пропустить!