О национальном вопросе
Содержание:
Современное перуанское общество
2. Характер перуанской революции.
1. Что такое бюрократический капитализм?
2. Три линии бюрократического капитализма.
1. Условия, в которых развивается нынешний режим.
Очевидно, что анализ перуанского общества крайне важен и необходим, поскольку без четкого понимания его особенностей мы не сможем адекватно осмыслить и объяснить процессы, в которых живем сегодня. Невозможно понять политическую ситуацию и конкретные проблемы современности, такие как закон об образовании или закон о горнодобывающей промышленности, без понимания характера современного перуанского общества. К сожалению, такой важный вопрос, как национальный, изучен слабо. Ситуация усугубляется масштабной дезинформацией со стороны государства.
Характер современного перуанского общества
Перу представляет собою полуфеодальное и полуколониальное государство. Наша страна обрела независимость в прошлом веке. Более 150 лет назад мы были колонией Испании. Перуанцы жили в подчинении этой метрополии и не обладали никакой политической независимостью. В начале XIX века Перу оставалось феодальным государством, чей хозяйственный уклад целиком держался на сельском хозяйстве. Конечно, существовалиторговля и зарождающиеся промышленные предприятия. Но экономической основой всё равно был феодализм. Ядро общества составляли латифундии. Земли принадлежали немногим, а жили на них те, кто был вынужден отрабатывать надел ценой собственной свободы. Крестьяне подвергались жестокой эксплуатации. Мало того, они были вынуждены оказывать феодалам личные услуги (такие как обработка господской земли и работа по дому), чтобы просто получить участок земли.
Страна была отсталой. Господствовали архаичные производственные отношения и формы управления. В начале XIX века Перу столкнулась с двумя проблемами, которые (с некоторыми незначительными оговорками) сохраняются и по сей день. Во-первых, это земельный вопрос: проблема феодализма, угнетения крестьян, основанного на латифундийской собственности. Во-вторых, проблема национального суверенитета (наша страна была колонией Испании).
Борьба за независимость от Испании должна была решить эти две проблемы. В дебатах о суверенитете звучала мысль: подлинная независимость будет обеспечена лишь тогда, когда земля перейдет к крестьянам. Это подтверждалось и земельными декретами Боливара. Однако на деле независимость вылилась лишь разрыв связей с Испанией. Вскоре Перу оказалось под новым господином – Англией. Эта великая капиталистическая держава господствовала над всей Латинской Америкой.
Каково значение господства Англии для нашей страны? До обретения независимости Перу была феодальной и колониальной страной, но, получив независимость, мы хотя и сохранили свою феодальную основу, тем не менее достигли определенной политической независимости. Несмотря на проблемы, мы стали республикой. Англия ввела в стране более современные, капиталистические модели развития. Развилась торговля, связанная, в первую очередь, с мировым рынком удобрений гуано (помет морских птиц). В результате падение феодализма ускорилось, поскольку Англия внедрила капиталистические методы производства. С другой стороны, Англия начала контролировать страну и инициировала процесс колонизации. В целом же британское господство положило начало переменам. Это был шаг к формированию полуфеодального и полуколониального общества.
В XX веке Соединенные Штаты вытеснили английское господство в Америке и примерно к 1920-м годам стали хозяевами континента. Наша страна и сегодня находится под властью другой мировой державы. Империалистическойдержавы. США пришли, когда уже были империалистической страной с крупными системообразующими монополиями. Они уже были державой, проводящей колониальную экспансию в Латинской Америке и даже в некоторых частях Азии.
Под господством янки-империалистов наше общество еще больше укрепило свой полуфеодальный характер. Точно так же, как и под английским господством (особенно после войны с Чили), произошел мощный толчок к разрушению феодализма в результате развития капитализма, связанного с крупными иностранными монополиями. Помимо сохранения своего полуфеодального характера, наша страна продолжает оставаться полуколонией – страной зависимой, которая, несмотря на провозглашение политической независимости, находится под господством империалистической державы в экономических, дипломатических, культурных и военных сферах. Это превращает провозглашенную Перу политическую независимость в лживую формальность.
В целом, начиная с XIX века, перуанское общество эволюционировало из феодального в полуфеодальное и из колониального в полуколониальное. Три державы господствовали и эксплуатировали нас: сначала Испания до 1821 года (хотя фактически её влияние сохранялось еще много десятилетий). Затем Англия господствовала над нами – уже более изощренным образом. Британцы даже создали для нас буржуазные политические партии и организовали более совершенный государственный аппарат, дабы более эффективно властвовать над нами. Английское господство было более тонким, но не менее жестоким, чем предыдущее. Наконец, США, которые продолжают угнетать и эксплуатировать нас по сей день. Это – империализм, который, несмотря на все сказанное о «независимости», господствует над нами всесторонне.
Когда мы были колониальной страной, у нас было две основных проблемы: земельная и национальная. Под английским господством мы уже были полуфеодальным и полуколониальным обществом (менее развитым, чем сейчас), но основные противоречия остались прежними. Земля была сосредоточена в руках немногих, и в стране продолжало существовать рабство и национальное угнетение. В XX веке под властью США мы продолжаем оставаться полуфеодальным и полуколониальным обществом (пусть, несомненно, гораздо более развитым, чем прежде). Но основные проблемы страны по-прежнему остаются теми же: земельной и национальной. Земельная проблема возникает потому, что феодальные методы эксплуатации все еще сохраняются и охватывают все наше общество. Феодальные элементы базиса порождают ненаучную и суеверную идеологию широких масс. Наши социальные и политические отношения все еще имеют много феодальных аспектов. Национальный же вопрос возникает потому, что мы – угнетенная нация, внешне свободная, но фактически порабощенная американским империализмом.
Таким образом, история страны с XIX века по сегодняшний день – это история феодальной и колониальной классовой борьбы, которая под последовательным господством английского капитализма и янки-империализма трансформировала нас в полуфеодальное и полуколониальное общество с двумя основными нерешенными проблемами: земельной и национальной.
При изучении перуанского общества возникает вопрос: какой путь революционных преобразований подходит под наши условия? Конкретно, каков характер перуанской революции? Мы установили, что сегодня существуют две ключевых проблемы: земельный и национальный вопросы, решение коих ляжет в основу решения остальных заботперуанского народа. Национальный вопрос связан с полуфеодальным и полуколониальным характером перуанского общества; иными словами, национальный вопрос взаимопереплетается с земельным. Следовательно, для того чтобы перуанское общество изменилось, чтобы оно стало по-настоящему революционным, необходимо решить эти две проблемы:
1. Земельный вопрос, решение которого требует искоренения полуфеодализма. Если этого не сделать, земельный вопрос не будет решен;
2. Национальный вопрос, решение которого требует искоренения империалистического угнетения со стороны американцев, потому что, если это полуколониальное господство не будет искоренено, национальный вопрос не будет решен.
Следовательно, без искоренения полуфеодализма и полуколониализма невозможно подлинно преобразовать перуанское общество, как бы нас не пытались лживо убедить в обратном. Контрреволюционная пропаганда правящих классов не нова. В 1919 году мы слышали похожие песни сирен. Но перемены, всё же, наступили.
Таким образом, две задачи, которые должны быть выполнены в процессе преобразования перуанского общества, научно называемом перуанской революцией, – это полное уничтожение полуфеодализма и полуколониализма. Это означает, что перуанская революция является антифеодальной и антиимпериалистической. Перуанская революция по своей сути является демократической и национальной. С научной точки зрения, характер перуанской революции – это национально-демократическая революция; демократическая, потому что она уничтожит феодальные отношения и национальная, потому что она уничтожит американское империалистическое владычество.
Проанализируем характер перуанской революции в контексте конкретных исторических условий. Две основные проблемы страны сегодня отличаются по сравнению с XIX веком. В прошлом веке не было империализма, подобного сегодняшнему, не было международного рабочего класса, способного возглавить революцию, не было развитого рабочего класса в нашей стране. Сегодня у нас есть победы международного рабочего класса (Октябрьская революция, Китай и др., – прим. переводчика). Рабочий класс с долгой историей борьбы есть и у нас в стране. Это очень важные различия в сравнении с прошлым.
До 1920 годов буржуазия в нашей стране была ещё способна возглавить революционный процесс. Но она этого не сделала. Тем не менее, в нашей стране до 1920 годов происходили стихийные героические сражения и непрерывные восстания крестьян, студенческие выступления, акции рабочего класса. Это открыло путь классовой борьбе пролетариата, в ходе которой коммунистическая теория начала распространяться и применяться к нашей реальности. В этой борьбе появляется выдающаяся фигура Хосе Карлоса Мариатеги, чья неустанная работа в качестве мыслителя и активиста стала важной вехой в нашей истории. В 1928 году Мариатеги основал Коммунистическую партию Перу. Этот период определил фундаментальные изменения в нашей революции, в результате которых буржуазия, в условиях империалистического господства и существования рабочего класса, закаленного в борьбе, больше не могла руководить нашей революцией.
Таким образом, рабочий класс вырвался вперед и развился. Сегодня он является единственным классом, способным привести перуанскую революцию к триумфу.
В целом, буржуазная революция в стране имеет два периода:
1. Старая буржуазная революция, которая смогла завершиться к началу этого столетия под буржуазным руководством;
2. Новая буржуазная революция, или национально-демократическая революция, или новодемократическая под руководством пролетариата, которая является единственной исторической перспективой для нашей страны.
После 1928 года революция в стране, ликвидация феодализма и империалистического господства может быть осуществлена только под руководством пролетариата – класса, который для выполнения своей исторической роли должен объединиться с крестьянством в прочный рабоче-крестьянский союз, поскольку крестьянство (как большинство), хотя и не возглавляет революцию, является главной её силой.
Мы убеждены, что именно пролетариат со своей партией должен возглавлять революционное движение. Иначе национально-демократической революции не будет. Иначе мы, не будем обманывать себя, прямо или косвенно будем служить классовым врагам.
В заключение необходимо отметить, что в обществе существуют и другие позиции, противоположные нашим. Есть, например, тезис, гласящий, что перуанское общество является полноценно капиталистическим. Это самый опасный тезис. Если страна капиталистическая, то революция должна быть социалистической, и главной силой должен быть пролетариат, а не крестьянство. Это коренным образом меняет путь революции. Как мы видели, существуют два революционных пути:
1. Путь Октябрьской революции, который ведет из города в деревню, и это путь капиталистических стран через социалистическую революцию, путь, по которому шла старая Россия или который, например, пришлось бы пройти сегодня Франции;
2. Путь китайской революции, который ведет из деревни в город, и это путь, по которому следуют полуфеодальные и полуколониальные страны через национально-демократическую революцию, путь, по которому сегодня идет, среди прочих, Вьетнам.
Таким образом, вопрос о том, является ли страна полуфеодальной или капиталистической, – это не просто абстрактная дискуссия. Если мы ошибемся в характеристике общества, мы ошибемся в ходе революции, и, следовательно, она не восторжествует. Тезис о капиталистическом характере перуанского общества поддерживался и продолжает поддерживаться троцкизмом и близкими к нему течениями. Подобные позиции глубоко укоренены в рамках ревизионизма с целью углубления его подчинения режиму.
Что такое бюрократический капитализм?
Этот вопрос важен для понимания перуанского общества, и его незнание является корнем серьезных политических ошибок. Тезис о бюрократическом капитализме встречается в классических трудах и у Мариатеги, хотя он использовал другой термин.
Что мы подразумеваем под бюрократическим капитализмом?
Это капитализм, который насаждается в отсталой стране империализмом. Это тип капитализма, особая форма капитализма, которая навязывается империалистическим государством в стране полуфеодальной или полуколониальной. Давайте проанализируем историческое формирование бюрократического капитализма.
Как развивался капитализм в старых европейских странах? Рассмотрим Францию: к концу XVIII века это была феодальная страна с 20–22 миллионами крестьян и лишь около 600 тысячами рабочих. Такое соотношение наглядно показывает, что она находилась на феодальном этапе. Тем не менее, в феодальных недрах Франции зарождались новые производственные формы – капиталистические, а класс буржуазии набирал всё большую силу, всё большую экономическую мощь, всё большее политическое влияние. Мы спрашиваем: была ли Франция колониальной страной? Нет. Франция была абсолютной монархией, боровшейся с Англией за мировое господство. Она не подвергалась угнетению извне. Феодальные производственные отношения существовали вследствие той исторической стадии, на которой находилась Франция. Существовал ли империализм в ту эпоху? Нет. Империализм – это явление нашего века. Существовали лишь отдельные страны, начинавшие капиталистическое развитие, такие как Англия. Молодые капиталистические страны, вырвавшиеся из оков феодализма, развили новые производственные отношения без внешней помощи, ибо были самостоятельны. К концу XIX века Франция, Англия, Бельгия, Голландия и т. д. были капиталистическими странами, развивавшимися независимо.
Каково было положение Латинской Америки в XIX веке? Когда началось освобождение Америки (1810 год), европейские нации уже были могущественными, в то время как латиноамериканские только начали формировать свою субъектность (и не закончили до сих пор). Более того, вскоре после обретения независимости латиноамериканские страны попали под пяту Англии. Их капитализм, следовательно, развивался под английским господством. Это был своего рода зависимый капитализм (в противоположность независимому европейскому). Таким образом, существует хорошо известное историческое, экономическое и политическое различие между развитием капитализма в Европе и в Латинской Америке.
Буржуазия в Латинской Америке начинала всё больше связываться с господствующей страной. И в результате эта слабая буржуазия вместо того, чтобы развиваться самостоятельно, как это делала европейская буржуазия, развивая национальный капитал, эволюционирует как буржуазия порабощенная, зависимая, отдавшая себя телом и душой империалистическим державам (Англии или США) до такой степени, что даже верит в возможность превратиться в богатых людей и развитую промежуточную буржуазию, как показывает наша история в этом столетии. (Стоит особенно подчеркнуть, что Гонсало не превозносит европейскую или любую иную буржуазию. Он лишь имеет ввиду, что буржуазия Латинской Америки – компрадорская. Компрадоры помогают эксплуатировать Перу иностранным империалистам, закрепляет отсталость Перу. И в этой плоскости, с точки зрения противоречия между империалистом и колонией, компрадоры являются насквозь реакционной силой, антиимпериалистически настроенная национальная буржуазия – относительно прогрессивной. Но Гонсало ни в коем случае не распространяет этот тезис на независимые капиталистические страны, – прим. переводчика)
Именно по этому пути идет Перу. Как мы уже видели, во втором десятилетии этого столетия янки-империализм вытеснил английское господство. Полуколония осталась полуколонией.
Три линии бюрократического капитализма
Бюрократический капитализм действует по трем фронтам: помещичий в сельской местности, бюрократический в промышленности и третий, также бюрократический, в идеологической сфере. Это не означает, что это единственные сферы бюрократического капитализма, но лишь основные.
Помещичья линия в сельской местности вводится посредством экспроприационных аграрных законов, которые не направлены на уничтожение феодального помещичьего класса и его собственности, а скорее на их постепенное развитие путем выкупа и оплаты земли крестьянами. Бюрократическая линия в промышленности направлена на контроль и централизацию промышленного производства, торговли и т. д., всё больше передавая их в руки монополий с целью содействия более быстрому и систематическому накоплению капитала, в ущерб рабочему классу и другим трудящимся, естественно, в пользу крупнейших монополий и, следовательно, империализма. Важную роль тут играет принуждение рабочих к банковским вкладам, предусмотренное промышленными законами. Бюрократическая линия в идеологии состоит в процессе массового распространения политических концепций и идей, служащих бюрократическому капитализму. Массы всесторонне воспитываются в духе этой линии, и одной из её констант является антикоммунизм, антимарксизм, открытый или скрытый.
Три означенные линии составляют часть бюрократического пути, которому противостоит демократический путь, революционный путь народа. Если первый защищает феодальную собственность, то последний предлагает её уничтожение и выступает против выкупа земель с конфискацией; если первый признаёт и укрепляет империалистическую промышленную собственность, то последний отрицает её и борется за её конфискацию; если первый борется за идеологическое подчинение народа, то последний стремится идеологически вооружить его; если первый атакует марксизм, то последний утверждает, что мы должны руководствоваться марксизмом как единственным научным инструментом для понимания реальности. Таким образом, это два диаметрально противоположных пути. История страны в этом столетии – это история борьбы между двумя путями: бюрократическим, то есть капитализмом, подчиненным империализму, и демократическим, путем рабочего класса, крестьянства, мелкой буржуазии и, при определенных обстоятельствах, национальной буржуазии. Для понимания бюрократического капитализма очень полезно изучить и проанализировать десятилетие 1960 годов, в течение которого процесс разрушения феодализма продвинулся дальше. В этот период укрепились промышленно-капиталистические отношения в сельском хозяйстве. С другой стороны, значительно развилась классовая борьба. Профсоюзное движение, крестьянское движение и студенческое движение достигли высокого уровня. Мощное профсоюзное движение связало руки работодателям. Крестьянское движение также пережило большой апогей – во второй половине 1963 года оно распространилось из центра страны на юг подобно ураганному ветру. Студенческое движение тоже быстро набрало силу. В целом, массы получили огромный опыт в этот период классовой борьбы.
Таким образом, партийно-политическая жизнь достигла апогея. С одной стороны, реакционные партии столкнулись с серьёзными трудностями и противодействием, что привело к кризису так называемой «представительной демократии» в 1967-1968 годах. С другой – левые заметно активизировались: внутри них развернулась борьба между марксизмом и ревизионизмом, в ходе которой марксизм вновь обратился к наследию Мариатеги как к необходимому условию революционного развития.
Еще одно очень важное событие (недостаточно, однако, изученное) – вопрос о партизанах. В 1965 году произошла вспышка партизанской войны. Партизанское движение является частью революционного. Сектантский подход нередко сводит это движение к опыту отдельной группы, хотя на деле оно принадлежит всему перуанскому народу. Тесно переплетённое с политической судьбой страны и сложившееся на почве мелкобуржуазных идей, оно даёт богатейший материал, который следует осмыслить с классовых позиций пролетариата, дабы извлечь из него действенные уроки (и использовать как часть пролетарской борьбы, – прим. переводчика).
Невозможно понять наше положение и перспективы с 1970 года, не понимая конкретных условий 1960 годов. Хорошо то, что в последние годы перуанская интеллигенция начинает осознавать необходимость изучения опыта 1960 годов. Только понимая этот период, мы будем достаточно подготовлены идейно, чтобы понять нынешнюю ситуацию.
В заключение этой темы остановимся на следующем. Некоторые утверждают, что признание наличия бюрократического капитализма в стране означает игнорирование её полуфеодального и полуколониального характера; дескать, эта концепция подразумевает, что хозяйство Перу уже является капиталистическим, только скрыто. Это заблуждение, которое игнорирует законы общественного развития нашей страны и других отсталых стран. На самом деле бюрократический капитализм — это не что иное, как путь империализма в полуфеодальной и полуколониальной стране; без полуфеодальных и полуколониальных условий он был бы невозможен. Следовательно, постулировать существование бюрократического капитализма — значит признавать в качестве предпосылки, что страна остаётся полуфеодальной и полуколониальной.
Условия, в которых развивается нынешний режим
При каких условиях возник нынешний режим? Вернемся к концу 1960 годов. Что тогда происходило? С одной стороны, экономический коллапс. В 1967 году произошли девальвация валюты, замораживание кредитов, кризис перепроизводства и т. д. С другой стороны, нарастала борьба масс, сильная борьба рабочих и крестьян. Мы ежедневно видели, что начинают проявляться черты, схожие с теми, что наблюдались в первый год десятилетия. Будущее усиление массового движения было уже не за горами. В политике – противостояния и расколы между политическими организациями правящих классов. Внутри них – знаменитый спор между парламентом и исполнительной властью. Кроме того, приближались выборы, грозившие вскрыть многие проблемы страны, потому что в своем стремлении получить голоса буржуазные партии «вытаскивали на свет свое грязное белье». Наша страна пережила глубокую политическую дискуссию, и это значительно прояснило, что такое марксизм, а что – ревизионизм. Кроме того, путь Мариатеги начал пересматриваться с применением марксизма к актуальным условиям страны. Условия изменились двояко:
1. Бюрократический капитализм больше не мог сохранять прежние формы. Компрадоры планировали изменить отдельные аспекты экономики и надстройки, приспособить те под новые реалии. Не следует забывать, что аграрный вопрос обсуждался долгие годы, и даже принимались аграрные законы: проект Бельтрана [2], законы Переса Годоя [3] и Белаунде [4]. В промышленной сфере закон второго правительства Прадо [5] оказался уже недостаточным и вновь поставил на повестку дня создание индустриальных парков, усиление роли государства в планировании и т. д. Известен план Белаунде на 1967–1970 годы, который декларировал необходимость изменения социальных условий страны ради построения «нового общества – национального, демократического и христианского». Итак, бюрократический капитализм нуждался в дальнейшем углублении.
2. В стране существовала так называемая «представительная демократия», но парламентаризм не удовлетворял потребности эксплуататоров. Народные массы относительно легко продвигались вперёд в классовой борьбе, ставя эксплуататорские классы в трудное (хотя и временное) положение. Компрадорам потребовалась замена представительной формы правления – парламентаризма. Был ли это типичный случай, который произошел только в нашей стране? Нет. Десятилетие 1960 годов показало хрупкость так называемого «режима представительной демократии» в Латинской Америке, кризис парламентаризма и, следовательно, необходимость замены его более эффективными для реакции государственными механизмами.
В целом, экономические потребности, связанные с углублением бюрократического капитализма и хрупкость парламентаризма в указанных условиях поставили перед эксплуататорскими классами и империализмом необходимость создания нового политического устройства для страны (фашистского, – прим. переводчика). Таким образом, нынешний режим возник из экономических, социальных и политических потребностей, связанных с углублением бюрократического капитализма.
В настоящее время у правительства существует социально-экономический план, о котором, однако, мало говорят на публике. План этот предписывает активизировать бюрократический капитализм посредством социальной мобилизации рабочих и крестьян. Причем на первых хотят надеть хомут с помощью трудового права, а вторых – с помощью аграрного права. Одновременно правительственный план предписывает создать условия для инвестиций частного капитала, которые неизбежно осуществляется за счет империализма. Этот план наглядно демонстрирует свою связь с бюрократическим капитализмом в стране.
Однако между экономическим планом и социальной мобилизацией существует одна неясность. Режим, утвердив свои фундаментальные реформы (в сельском хозяйстве, промышленности и образовании), перешёл к этапу организации масс. Сегодня и в обозримом будущем мы существуем в рамках социальной мобилизации насаждаемой режимом. Социальная мобилизация неотделима от экономической реформы. Более того, само правительство признаёт, что без последней не сможет реализовать свой социально-экономический план, и предлагает в качестве её основы приобщение к т. н. социальной собственности [6]. В последнее время представители режима всё чаще говорят о социальной собственности. Но какова её реальная функция? Эта собственность, под видом приобщения к ней, на деле служит лишь мобилизации масс в интересах бюрократического капитализма. Таким образом, социальная мобилизация зиждется на социальной причастности.
Для чего нужна эта социальная мобилизация? Социальная мобилизация – это политический инструмент в руках реакционного режима, призванный укрепить его идеи и открыть «ни капиталистический, ни коммунистический путь». Распространяя свои идеи, режим стремится «избежать внедрения чужеродных, экзотических идей в массы». О каких идеях идёт речь? О марксизме. Идеологическая кампания государства призвана предотвратить знакомство масс с марксизмом и, таким образом, привязать их к бюрократическому пути. Таким образом, социальная мобилизация является средством подчинения масс. Именно это наши правящие классы подразумевают под социальной мобилизацией; это продукт полуколониальной системы, служащий их экономическому и политическому плану. И одна из причин, почему экономический план не продвигается так, как надеялись эксплуататоры, – это провал т. н. социальной мобилизации.
Из вышеизложенного следует: нынешняя политическая ситуация в стране сосредоточена вокруг проблемы мобилизации масс. Сейчас и в ближайшем будущем мы будемобследовать этот ключевой вопрос: кто и как мобилизует массы. Сегодня режим стремится организовать крестьянские и рабочие массы. Закон 19400 [7] служит этой цели и направлен на организацию рабочих в рамках так называемой ЦОТПР (Центральной организации трудящихся Перуанской революции). Националисты создают студенческие организации, которые возникают сегодня и исчезают завтра. Все это свидетельствует о намерении организовать рабочие, крестьянские и студенческие массы и показывает, что борьба происходит на организационном уровне.
Но, несмотря на усилия режима и его сторонников, борьба масс живет и здравствует. Почему? Потому что условия жизни масс ухудшаются в результате действий самой системы. По этой причине, как бы ни кричали, что именно «ультралевые» управляют массами и подстрекают их, несомненно одно: массы мобилизуются вокруг собственных интересов и защищают их в той мере, в какой осознают их. В целом, социальные, экономические и политические условия приводят к обострению массовой борьбы. В этих условиях организационный вопрос сводится к противостоянию организационному наступлению перуанского режима – режима, не способного установить тотальный контроль и вынужденного все чаще прибегать к систематическим репрессиям (число которых быстро растет).
В заключение упомяну, что идеология и политика режима, в том числе и организационная, носят фашистский характер. Меры правительства, риторика его лидеров, стиль организации, отношение к «представительной демократии», обращение с гражданскими свободами показывают лишь одно: отказ от демократической и представительной системы и приверженность фашизму. Сам глава синамосов[военизированных отрядов, созданных режимом Веласко] заявил, что мы находимся в предреволюционном периоде и что все прежние формы политической организации утратили свою актуальность.
Политические и экономические меры, организационные формы правительства действительно доказывают, что государство движется к корпоративистской системе. Состоит она в организациях, в которых должны участвовать работодатели, рабочие и государство (и которое должны регулировать общественные отношения в пользу правящих классов, – прим. переводчика) – т. н. корпорациях. Такую же систему предлагали и те, кто отстаивал корпоративизм с 1920 года (в Италии, – прим. переводчика), и так он применяется сегодня в Испании и Португалии.
Таким образом, нынешний фашистский режим закладывает основы корпоративизма. Но существует и иное мнение. Некоторые утверждают, будто нынешний режим – революционно-буржуазный и завершает некий этап революции. Но, оглядываясь на сказанное ранее, мы видим, что это утверждение ни на чем не основано – ни политически, ни идеологически, ни экономически. Есть и другой взгляд: режим – буржуазно-реформистский, он проводит прогрессивные реформы. Однако, что такое прогрессивные реформы? Это либо уступки, вырванные народной борьбой, либо, как говорил Ленин, побочный продукт революции. Спрашивается: являются ли законы о земле, промышленности или образовании уступками народу? Ответ очевиден, и он разоблачает всю шаткость этой позиции.
Наконец: когда мы обрели независимость, перед нами стояли два вопроса – аграрный и национальный, проблемы феодализма и иностранного господства. Прошло много лет, наше общество изменилось. Сегодняшний народ – это уже не народ вчерашний. Но мы, тем не менее, считаем, что и сегодня, спустя столько лет, у нас остаются те же две проблемы: земельная и национальная. Из этого следует, что процесс преобразований в нашей стране научно определяется как национально-демократическая революция, и возглавить её может только пролетариат.
«Все дискуссии открыты для тех, кто высказывает своё мнение, а не для тех, кто молчит».
«Полемика полезна, когда она действительно направлена на прояснение теорий и действий, и когда вводятся только ясные идеи и мотивы».
[1]Оригинал статьи на английском языке: https://web.archive.org/web/20120730032728/http://www.presidentegonzalo.org/document/p_19740000_nacional_eng.html
[2]Проект аграрной реформы, разработанный в 1960 году по инициативе Педро Бельтрана Эспантосо, премьер-министра и министра финансов в 1959-1960 гг. Проект предлагал меры по модернизации сельского хозяйства, но не затрагивал интересы крупных землевладельцев. Впоследствии он подвергался резкой критике за попытку сохранить власть латифундистов.
[3]Аграрные законы, принятые во время правления военной хунты генерала Рикардо Переса Годоя (1962-1963). Оная пришла к власти после свержения президента Мануэля Прадо и, в частности, провела аграрную реформу в провинции Ла-Конвенсьон (департамент Куско), где в то время происходили мощные крестьянские выступления. Однако эти меры носили локальный и ограниченный характер.
[4]Имеется в виду Закон о аграрной реформе № 15037, принятый 21 мая 1964 года во время первого президентства Фернандо Белаунде Терри (1963–1968). Этот закон, формально призванный трансформировать аграрные отношения, на практике оказался крайне ограниченным. Под давлением оппозиции из него были исключены крупные агропромышленные комплексы на северном побережье, что фактически сохранило власть земельной олигархии.
[5]Имеется в виду Закон о промышленной стимуляции (LeydePromoción Industrial), принятый в 1958 году во время второго президентства Мануэля Прадо-и-Угартече (1956–1962). Этот закон должен был стимулировать индустриализацию страны (в частности, именно на его основе появилось телевидение в Перу), но к середине 1960-х годов его меры были признаны недостаточными для дальнейшего промышленного роста.
[6]Имеется ввиду, что два ключевых института того времени – SINAMOS (система мобилизации и контроля над населением) и Закон о социальной собственности 1974 года – служили не передаче власти трудящимся, а установлению жёсткого государственного контроля над предприятиями и массами. «Социальная собственность» оборачивалась новым сектором экономики, подконтрольным государству, а мобилизация населения – инструментом её подчинения, а не освобождения.
[7]Имеется в виду, что Закон 19400 (точнее, Декрет-закон № 19400), принятый 9 мая 1972 года, формально был частью аграрной реформы и ликвидировал организации крупных землевладельцев –SociedadNacionalAgraria, AsociacióndeGanaderos и AsociacióndeProductoresdeArroz. Однако, его подлинная функция заключалась не в передаче земли и власти крестьянам, а в создании управляемых государством структур. Одновременно с этим правительство Веласко учредило CTRP (Central deTrabajadoresdelaRevoluciónPeruana– Центральная организация трудящихся Перуанской революции), объявленную в декабре 1972 года. Эта проправительственная профсоюзная структура должна была заменить независимые профсоюзы и поставить рабочее движение под контроль государства.