Ложная самокритика Коммунистического рабочего союза и ее политическое соучастие в предательстве ревизионистской клики Сону-Сатиш-Девджи

Да здравствует революция Новой демократии в Индии, затяжная народная война и КПИ (маоистская)!

«Вторая линия [которая утверждает, что Индия превратилась в капиталистическое общество] уточняет, что империализм спонсировал модель международного “развития”. [Эта линия] утверждает, что классификация маоистской партии может быть применена к концу 1960-х годов, но что в настоящее время “феодализм” полностью ослаблен и что капиталистические производственные отношения в значительной степени доминируют в сельскохозяйственном секторе. Поэтому [эта тенденция] пытается теоретически доказать, что вооруженная аграрная революция в сельской местности не имеет силы. Эту позицию придерживаются некие ренегаты, предавшие революционную партию, Народ и революцию и служившие врагу в своем предназначении. Они принимают клевету и суетятся по поводу партийной линии и предпринимают тщетные попытки создать путаницу в революционном лагере». (жирный шрифт наш)

Partido Comunista da Índia – РCI(Maoista)

[Коммунистическая партия Индии (маоистская) – КПИ(маоистская)]

Изменения в производственных отношениях в Индии – Наша политическая программа на 2021 год.

28 марта 2026 года стало важной датой в интернациональном движении пролетариата. В десятках городов на всех континентах массовые демократические, народные и революционные организации, маоистские коммунистические партии, честные и прогрессивные интеллектуалы вышли на улицы, чтобы противостоять старому индийскому государству, фашистскому режиму Моди и операции «Кагаар» (операция «Кагаар» – масштабная контрреволюционная кампания индийского правительства, начатая в январе 2024 года с целью подавить революционное движение силами регулярной армии – Прим. переводчика). Прогрессивные люди всех стран вышли в защиту новодемократической революции в Индии и героической народной войны, возглавляемой великой Коммунистической партией Индии (маоистской). FACAM (форум против корпоративизации и милитаризации), крупная революционно-демократическая организация Индии, с начала этого года призвал к массовым мобилизациям на 28 марта, как Международный день против операции «Кагаар».

Операция «Кагаар» была крупнейшей кампанией осады и уничтожения индийских революционеров и с суши, и с воздуха. При помощи регулярной армии, полиции и военизированных формирований фашистский режим Моди окружил обширные партизанские зоны в полях и лесах Индии. Главное стремление фашистов – уничтожить историческое революционное движение, возникшее в результате крестьянского восстания в Наксалбари, Западная Бенгалия (1967 г.). Цель фашистов – уничтожение кадров и руководителей КПИ в частности членов ее ЦК, командиров Народно-освободительной партизанской армии (НОПА), руководителей революционных правительств и массовых организаций. В мае 2025 года Генеральный секретарь КПИ товарищ Басаварадж (Намбала Кешава Рао) пал в бою в длительном сражении, в котором силы НОПА стремились прорвать обширную осадную операцию реакционных вооруженных сил старого индийского государства.

Орды ассасинов (вооруженные силы старого индийского государства и их вспомогательные силы из полиции и военизированных банд) проникли в деревни, в основном из Адваси, применяя известную тактику массового террора – арестов, пыток и показательных казней, наказывая людей за предполагаемую связь с наксалитскими партизанами (наксалитами называют индийских маоистов – Прим. переводчика). Кроме того, опираясь на наиболее подготовленные силы индийской реакции, «операция Кагаар» стремилась всеми средствами усилить пропаганду ревизионистских позиций, отрицающих полуколониально-полуфеодальный характер Индии и необходимость новодемократической революции; пропаганду, нападающую на стратегию и тактику КПИ как внутри страны, так и за рубежом; пропаганду, направленную на поощрение дезертирства в рядах партии и НОПА. В заговоре с ренегатами, такими как Балрадж, ревизионистскими публицистами, такими как веб-«маоист» Абхинав Синха, и особенно с кликой предателей Сону-Сатиш-Девджи¹ во главе партии, старое индийское правительство долгое использовало эту клику – олицетворявшую правооппортунистическую, ревизионистскую и капитулянтскую линию – в качестве своей «пятой колонны» внутри партийного руководства, тщетно стремясь уничтожить революционное руководство. Работа этой пятой колонны нанесла большой ущерб КПИ. Все указывает на то, что именно клика предателя Сону (члена Политбюро ЦК и ответственного за международную работу партии) передала для реакции коды и точки связи, имена лидеров и стратегические места руководящей работы, выдала важные партийные секреты. Это объясняет, как быстро члены ЦК и командиры НОПА были окружены, убиты или похищены. Точно так же, как было передано службам реакции точное место, где находился товарищ Басаварадж, где он и его подразделение безопасности были застигнуты врасплох, окружены и убиты в бою.

Сону, подобно любому ревизионисту, пытался прикрыть нанесенный им военный ущерб и капитулянсткую линию ложными оправданиями, стремясь посеять максимальную смуту и нанести как можно больший ущерб лагерю революции. Опираясь на распространение реакционных коммуникативных монополий, при покровительстве старого индийского государства Сону начал открыто защищатьсвою гнилую правую ревизионистскую линию, в которой он нападал на руководство КПИ, обвиняя его в догматизме, сектантстве и левачестве. Стремясь подорвать стратегию затяжной народной войны и окружения города деревней, Сону утверждал, что Индия не является полуфеодальной страной, и что работа в городах важнее сельской.

Предательская линия Сону была побеждена ЦК КПИ в конце прошлого года. Партия подтвердила свою верность идеологии международного пролетариата – марксизма-ленинизма-маоизма – а также принципам, программе и общей политической линии КПИ. Члены клики Сону, Сатиша, Девджи и Балраджа были исключены из партии, а руководители клики –  объявлены врагами народа и революции.

Твердая защита революционного пути, развернутого ЦК КПИ, героическая жертва товарища Басавараджа и острая необходимость в защите народной войны в Индии подняли на новый уровень международную солидарность с КПИ. Созыв форума против корпоративизации и милитаризации (FACAM) сыграл решающую роль: он задал международным демонстрациям правильное направление и вытеснил оппортунистов, которые за границей спекулируют названием партии с целью продвинуть свои правые и ревизионистские позиции. В течение многих лет кампания солидарности с индийской революцией саботировалась группой организаций, действующих скорее виртуально, чем реально. Их деятельность – не что иное, как одурачивание масс с целью отвлечь их от борьбы. Так обстояло дело с народными войнами в Перу и Непале в период их подъема; однако после тяжелого урона движения в Перу из-за провокации LOD с «письмами о мире» – заставившей эту группу отвернуться от борьбы, – она применила те же методы и подходы и к движению в Непале (которое, в свою очередь, пострадало от капитуляции и сложения оружия предателем Прачандой), пытаясь при этом извлечь выгоду из авторитета народной войны в Индии. Это было сделано путем узурпации руководства Международным комитетом поддержки народной войны в Индии и сведения его к крошечной группе, ограничивавшей круг своих контактов лишь демократическими и антиимпериалистическими силами. Тем самым ревизионисты подорвали масштабную всемирную поддержку, которой пользовался этот передовой фронт мировой революции.

На созыв форума сразу же обратили внимание Международная Лига борьбы народов и недавно созданная АИЛ, а также демократические организации, борющиеся за права народов в Европе, США и Латинской Америке. В Рио-де-Жанейро сотни активистов, собравшихся для основания бразильского ядра АИЛ 28 марта 2026 года, вышли на улицы с демонстрацией против операции «Кагаар», а также с акциями против объектов индийской сталелитейной компании Mital – одной из корпораций, финансирующих геноцид и выселение людей Адваси с их земель для добычи полезных ископаемых и разграбления богатств их недр. В Колумбии с успехом прошел учредительный съезд АИЛ – несмотря на то, что накануне  открытия его пришлось перенести в эту страну, ведь город, где он изначально должен был состояться, и прилегающий к нему регион Эквадора были атакованы в ходе военной операции, развязанной фашистским правительством Нобоа совместно с американским империализмом. В съезде приняли участие более 150 делегатов из 14 стран, утвердивших важную политическую декларацию против операции «Кагаар». В Мексике Народное течение «Красное солнце» и организационный комитет АИЛ (Мексика) вышли на улицы в поддержку Новой демократической революции в Индии. В Чили революционеры провели акции вооруженной пропаганды в поддержку Народной войны в Индии во время демонстраций, приуроченных ко Дню молодого бойца 29 марта. В Эквадоре и Боливии революционные организации выступили с решительными заявлениями в поддержку КПИ.

В Азии также прошли демонстрации в Турции, Бангладеш и на Филиппинах.

В США в разных штатах и городах были проведены демонстрации, координируемые различными объединениями маоистов и организациями международной солидарности, которые присутствовали на призыве форума по борьбе с корпоративизацией и милитаризацией.

В Европе было проведено несколько демонстраций. В Нидерландах флаги МЛБН и АИЛ развевались на одной демонстрации в связи с окончанием операции «Кагаар». В Австрии, Германии, Финляндии, Норвегии, Швеции и Испании были предприняты важные действия в поддержку индийской революции. В Норвегии протестующие сосредоточились перед посольством Индии в Осло. В Англии Объединенный комитет по прекращению репрессий в Индии и Ассоциация индийских рабочих Великобритании провели важный акт в Лондоне и Глазго. Важная демонстрация прошла в Цюрихе, Швейцария, в которой турецкие народные организации сыграли важную мобилизующую роль.

Во Франции, на фоне нарастающей антиимпериалистической борьбы, тоже развернулась обширная массовая кампания против операции «Кагаар». На местном учредительном Конгрессе АИЛ 400 активистов в унисон подняли свой голос против геноцидной операции «Кагаар» и в защиту КПИ и народной войны в Индии. На Конгрессе реконструкции коммунистической молодежи 600 молодых революционеров подняли кулаки в поддержку революции Новой демократии в Индии и в честь товарища Басавараджа. Коммунистическая партия Индии (маоистская) направила важный салют этому грандиозному событию:

«Прежде всего, мы хотим выразить наши самые теплые приветствия всем революционным товарищам, которые организуют конгресс Коммунистической молодежи во Франции.

Мы отдаем дань уважения товарищам Басавараджу, Хидме, Вивеку, Раджу, Косе, Ануджу, Ганешу, Бхаскару, Удаю, Чалапати, Аналу и сотням пылких сыновей и дочерей нашей земли, которые пали как мученики в операции “Кагаар”, развязанной индийским государством с января 2024 года.

Мы также чествуем всех революционных товарищей, которые пали мучениками на Филиппинах, в Турции, Перу, Бразилии, Франции и во всех странах мира за социалистическую революцию.

Мы радуемся известию о конгрессе Коммунистической молодежи, который проходит в один из самых важных моментов в истории. Хотя на этот раз мы не можем присутствовать лично из-за очень интенсивных репрессий и государственного надзора, мы разделяем с вами нашу глубочайшую солидарность и энтузиазм.

(...)

Да здравствует пролетарский интернационализм!

Да здравствует марксизм-ленинизм-маоизм!

Да здравствует мировая социалистическая революция!

Революционные приветствия,

Коммунистическая партия Индии (маоистская)»

23 марта в Индии Революционный студенческий фронт (РСФ) провел акцию протеста с требованием прекратить операцию «Кагаар» и выступить против разграбления водных, лесных и земельных ресурсов страны, а также призвать к прекращению агрессивной войны, которую ведет на Ближнем Востоке империализм США. 31 марта (в день, установленный реакционным фашистским правительством Моди как крайний срок для ликвидации маоистского движения в стране) организация форума провела семинар, посвященный империалистической агрессии и противодействию операции «Кагаар»; в мероприятии приняли участие ветеран движения Ка Мурали и товарищ Аджит.

Международные демонстрации имели огромное значение и вызвали серьезный резонанс в Индии. Опасаясь распространения демократической революционной пропаганды, старый индийский государственный аппарат арестовал ряд студентов, связанных с РСФ и журналом «Назария». Товарищи из журнала отреагировали на эти события решительным заявлением:

«Обеспокоенные международным призывом FACAM провести неделю антиимпериалистических действий с 23 по 31 марта, а также организацией 31 марта в Нью-Дели народного съезда против империалистического грабежа (даты, совпадающей с предполагаемым сроком завершения маоистского движения), индийские власти использовали этот повод, чтобы похитить активистов и угрозами принудить их отказаться от политической деятельности и от организации антиимпериалистической недели».²

В своей оценке демонстраций, состоявшихся 28 марта 2026 года, FACAM заявила, что:

«28 марта 2026 года революционные, демократические и антиимпериалистические силы во всем мире приняли участие в Международном дне действий против операции “Кагаар”, выразив солидарность с ведущими борьбу народными массами Индии.

(...)

По всему миру прошли протесты, демонстрации и политические акции, разоблачающие операцию “Кагаар” и требующие ее прекращения. Нельзя недооценивать значение этого глобального отклика. В то время как правящие классы стремятся ограничить народную борьбу рамками национальных границ, Международный день действий преодолел эту изоляцию и вновь утвердил фундаментальную истину: борьба угнетенных, где бы она ни велась, неотделима от борьбы угнетенных в любой другой части света.

(…)

Мы признаем и приветствуем растущую волну солидарности по всему миру: на Филиппинах, в Мексике, Нидерландах, Турции, Бразилии, Чили, США, Великобритании, Германии и других странах. Эти проявления единства отражают взаимосвязь борьбы народов Индии, Филиппин и Палестины, а также то, что они противостоят общему врагу – империализму и его марионеткам. Это единство необходимо укреплять и углублять».³

Планы старого индийского правительства, империализма и ревизионизма, направленные на то, чтобы положить конец Народной войне в Индии, вновь потерпели крах. Ни атаки реакционной армии, ни предательство ревизионистов не смогли сокрушить КПИ или сломить непобедимость Народной войны, ведь маоисты и индийские народные массы неразрывны. Какими бы трудными или суровыми ни были обстоятельства, пролетариат не может потерпеть окончательного поражения, ведь, как учил нас председатель Мао, пока существуют народные массы и коммунистическая партия, возможны любые чудеса. Мы наблюдаем начало идеологического, политического и военного контрнаступления КПИ против операции «Кагаар». Развитие международной обстановки, а также укрепление международного пролетарского и национально-освободительного движений создают условия, позволяющие преодолевать понесенные неудачи гораздо быстрее, чем в прошлом. Для этого революционеры всего мира должны объединить усилия для согласованных действий против империализма и его приспешников, ведя эту борьбу неразрывно от борьбы с ревизионизмом. События 28 марта 2026 года (в частности, мощный призыв, провозглашенный FACAM, и его международный резонанс) служат важными признаками того, что революционное контрнаступление уже идет и в скором времени принесет свои глубоко красные плоды.

Ложная самокритика КРС (МЛМ) – проводника ревизионистских тезисов клики Сону, Сатиша, Девджи и Балраджа.

Непоколебимая стойкость руководства КПИ в борьбе против вооруженных сил старого индийского государства и ревизионистской «пятой колонны» играет решающую роль в провале операции «Кагаар». В октябре 2025 года, в ходе срежиссированного индийской реакцией спектакля, Сону сдался фашистскому режиму Моди: этот шаг был направлен на ликвидацию КПИ и принуждение ее руководства к капитуляции. Предательский ликвидаторский замысел Сону и Моди потерпел крах; партия сплотилась вокруг своей идеологии, генеральной политической линии и программы, разгромила правое капитулянтское ликвидаторство и вновь подтвердила свою приверженность трудному пути продолжения Народной войны. Также в октябре 2025 года Центральный комитет Партии выступил с решительным заявлением, в котором говорилось:

«Примиренческие настроения, которые Сону и Сатиш вынашивали десятилетиями, постепенно переросли в реальное примиренчество. С началом операции “Кагаар” этот примиренческий оппортунизм обернулся предательством и контрреволюционными действиями. Мы не сумели вовремя и верно оценить этот процесс. В результате этого упущения оба они воспользовались своим руководящим положением, чтобы нанести серьезный ущерб революционному движению. Мы доводим до сведения революционного лагеря, что проанализируем эту ошибку и извлечем из нее необходимые уроки».⁴

Также в октябре 2025 года Международная коммунистическая лига (МКЛ) в своем крайне важном заявлении подкрепила этот призыв Коммунистическая партия Индии, настоятельно требуя:

«Ревизионистские позиции отступника Сону и его клики, а также их предательство, не являются явлением, уникальным для Индии. Они также отражают ревизионистские взгляды, существующие внутри МКД, где у отступника Сону есть как открытые, так и скрытые защитники. В связи с этим мы должны извлечь уроки из этих событий и рассматривать случившееся с кликой предателей во главе с Сону как важное предостережение для Международного коммунистического движения – и как призыв к усилению борьбы с ревизионизмом и всеми формами оппортунизма, особенно с капитулянтскими и предательскими тенденциями. Сплочение рядов с КПИ означает борьбу с последователями Сону внутри МКД и, тем самым, устранение любых ревизионистских и оппортунистических позиций, созвучных его собственным взглядам».⁵

В декабре того же года, откликнувшись на предупреждение со стороны КПИ и призыв МКЛ, Коммунистическая партия Бразилии (КПБ) опубликовала важный документ, разоблачающий мнимых сторонников Народной войны в Индии, вскрывающий их правый характер и их смыкание с гнилой линией Сону, Сатиша и Балраджа. В этом документе КПБ заявляет, что:

«В рамках Международного коммунистического движения действуют “защитники Народной войны в Индии”, которые на деле отстаивают позиции, противоречащие Генеральной политической линии и программе КПИ в отношении революции в Индии и странах, находящихся под господством империализма. На словах и на бумаге они заявляют о поддержке Народной войны в Индии, однако в виртуальной среде скрыто отстаивают взгляды, схожие с позицией группы Сону и Сатиша. Чтобы поддержать КПИ в этот трудный для индийской революции момент и сорвать операцию “Кагаар”, необходимо разоблачить эту ложную поддержку и бороться с ней. Подобно “пятой колонне” в рядах революционеров, эти силы распространяют внутри МКД оппортунистические идеи, противоречащие линии партии и смыкающиеся с позициями известных индийских ревизионистов. Последние утверждают, что нынешний этап революции в стране является социалистическим, а не этапом “новой демократии”; что Индия – это развивающаяся капиталистическая страна, где якобы не существует полуфеодальных отношений, – и всё это делается с целью дискредитации идеологической, политической и военной линии Партии, при одновременном декларировании поддержки Народной войны в Индии и КПИ».⁶

Развивая свою критику, КПБ разъясняет следующее:

«Речь идет о позициях, занимаемых руководством Коммунистического рабочего союза (КРС; União Operária Comunista – UOC) Колумбии – организации, участвующей в работе Международного комитета в поддержку народной войны в Индии. Хотя эта организация публично заявляет о поддержке народной войны в Индии, в своих теоретических материалах она скрытно распространяет идейно-политические установки, противоречащие положениям КПИ. Более того, руководство КРС(МЛМ) буквально копирует теоретические выкладки индийских ревизионистов, чтобы обосновать свою порочную позицию, отрицающую всеобщий характер новодемократической революции для угнетенных стран – то есть колониальных, полуколониальных и полуфеодальных государств.

(...)

Вся 5-я глава 6-го номера журнала “Negação da Negação” (“Отрицание отрицания”) – теоретического органа КРС (MЛМ) – под названием “О полуфеодализме и полуколониализме” (занимающая страницы с 89-й по 102-ю) представляет собой плагиат положений этого индийского интернет-ревизиониста [имеется в виду Абхинав Синха]. Разделы “5.1 Теория Мао о полуфеодальной, полуколониальной общественной формации” и “5.2 Сближение теории полуфеодализма с позицией неолиберальных теоретиков в вопросе о капиталистической земельной ренте” занимают ровно 14 страниц; из 71 абзаца этой главы 65 являются дословными копиями (переводами с английского на испанский) двух статей этого противника наксалитов, Абхинава Синхи, озаглавленных: “Проблемы революционного коммунистического движения в Индии: вопрос программы и стратегии” и “Развитие капиталистического сельского хозяйства в Индии и интеллектуальные истоки мошеннического тезиса о наличии полуфеодализма”».⁷

Организация КРС(MЛМ) – позиционирующая себя как «главный в Колумбии пропагандист поддержки революции в Индии и солидарности с ней» –  была попросту поймана с поличным: не только за то, что выдала наглую копию за собственную формулировку, но, прежде всего, за преднамеренное сокрытие имени автора: ведь он является одиозным ревизионистом и объявленным врагом КПИ. Причем речь идет не о копировании какого-то отрывка или отдельной концепции, а о 14 страницах заимствованного троцкистско-ревизионистского текста, опубликованного в теоретическом журнале этой организации.

В январе 2026 года Руководящий комитет КРС(МЛМ) опубликовал политическое заявление, содержащее имитацию самокритики по поводу заимствования им вышеупомянутой формулировки у индийского ревизиониста Абхинава Синхи. Заявление начиналось с жалоб на «гнусные обвинения со стороны Коммунистической партии Бразилии». И хотя организация была вынуждена дать объяснения, сделала она это в еще более наглой манере:

«Мы признаем (в духе самокритики и с высочайшим пролетарским духом), что статья “О полуфеодализме и полуколониализме“, опубликованная в 5-й главе 6-го номера журнала “Negação da Negação“, является плагиатом статьи г-на Абхинава Синхи (…)».⁸

Они признают очевидное – факт плагиата у одного индийского ревизиониста, пишущего в интернете, – однако в их заявлении нет ни тени самокритики или пролетарского духа, и уж тем более нет честности. Присутствует лишь невозможность отрицать то, что было изложено КПБ. Их фальшивая самокритика обнаруживается в предложении, завершающем приведенную выше цитату:

«(…) Проблемы революционного коммунистического движения в Индии: вопрос программы и стратегии – работа автора, о котором мы не имели никакого представления до тех пор, пока не занялись проверкой обвинений, выдвинутых КРС».⁹

Только взгляните на «наивность» руководящего комитета КРС(МЛМ): он признает, что текст представляет собой «плагиат статьи г-на Абхинава Синхи», но тут же клянется, что не знал о его авторстве! Выходит, они просто наткнулись в интернете на анонимную статью и скопировали ее, чтобы использовать в качестве теоретического аргумента против концепции полуфеодализма? Не исключено, что на самом деле они целенаправленно искали индийские источники, оппозиционные по отношению к КПИ, чтобы противопоставить их теоретическому обоснованию этой партией тезиса о полуфеодальном характере строя в Индии. Не могли бы вы указать нам этот источник: тот самый, где приведены в точности те же слова, но без указания имени этого ревизиониста в качестве автора? Помилуйте, господа: утверждать подобное и при этом называть это «самокритикой» – значит оскорблять интеллект и терпение международного пролетарского движения.

Более того, руководящмй комитет КРС(МЛМ) признает факт плагиата лишь одного текста, тогда как на самом деле скопировал два текста Синхи! Предвидя этот отвлекающий маневр руководства КРС(МЛМ), КПБ в своем документе, разоблачающем этих лжесторонников затяжной народной войны в Индии, уже предупредила Международное коммунистическое движение, заявив следующее:

«КРС(МЛМ) может попытаться представить дело так, будто речь идет лишь о проблеме редактирования (...). Однако это было бы очередным заблуждением. Ведь руководство КРС не только смешало два разных текста, но и позаботилось о том, чтобы удалить из текста практически все упоминания Индии. Мы утверждаем, что это плагиат – не только потому, что не указан источник, из которого были дословно переписаны обширные фрагменты текстов Абхинава Синхи, но и из-за обмана, связанного со скрытием подлинного авторства этого ревизиониста. Двойная интеллектуальная недобросовестность».¹⁰

Таким образом, 5-я глава журнала КРС – это не просто «плагиат статьи г-на Абхинава Синхи»; это копия (причем отредактированная) ревизионистского материала из двух статей. КРС(MЛM), подобно преступнику, пытающемуся замести следы, стремилась скрыть факт этого заимствования, чтобы сохранить имидж защитника компартии Индии. Как это объяснить? Две статьи индийского интернет-ревизиониста появляются (в отфильтрованном и отредактированном виде) в качестве главы их теоретического журнала, однако они попросту заявляют, что не знали автора вплоть до момента «разоблачения со стороны компартии Бразилии». Да бросьте вы! Побойтесь бога, господа!

Но самое худшее в «Заявлении Руководящего комитета КРС (МЛМ)» –  это не эти грубые и бесстыдные увертки. По-настоящему показательно то, что, выступая с «самокритикой» по поводу плагиата, они ни словом не упоминают, что этот автор – заклятый враг КПИ и возглавляемой ею народной войны (несмотря на то, что Коммунистический рабочий союз позиционирует себя как главного сторонника этой партии в Колумбии). Более того, они продолжают отстаивать позиции Синха. Иными словами, они ни на каком этапе не дистанцируются от этого господина (с которым они «только что» познакомились) как от отъявленного контрреволюционера, каким он и является. Они сохраняют ложное представление: «грубой ошибкой» называют плагиат, хотя это лишь дешевая уловка. Нет, господа, по-настоящему грубая ошибка заключается в том, что они не высказывают ни малейшей самокритики в отношении самого ревизионизма, учитывая, что ревизионизм представляет собой главную опасность для революционного движения. И не делают они этого потому, что день ото дня все больше встают на позиции открытых ревизионистов. Тем самым они обнаруживают, что:

«Плагиат – это серьезная ошибка, за которую руководящий комитет КРС несет ответственность ввиду недостатка революционной бдительности. (…) Ошибка, которую мы, к тому же, считаем недопустимой и которая не вяжется с нашей долгой историей и богатым опытом борьбы с догматизмом и сектантством. И, в частности, с теми, кто отрицает существование и насаждение капиталистических отношений в сельской местности многих угнетенных стран; это наследие, берущее начало в журнале “Contradição“ (“Противоречие“) 1990-х годов и восходящее к дискуссиям внутри Коммунистической партии Колумбии (МЛ), начавшимся еще в середине 1960-х годов и направленным против субъективистской и сектантской попытки механически применить букву марксизма-ленинизма-маоизма и навязать ее реальности (…)».¹¹

Им стыдно не потому, что они разделяют идеологическую позицию этого интернет-ревизиониста – врага компартии Индии – или потому, что скрыли его авторство; им стыдно потому, что они совершили плагиат у новичка, будучи сами давними защитниками именно этих позиций. Вот что они считают «недопустимым»! Таково наследие, которым они гордятся: утверждение о том, что капиталистические отношения насаждались в колумбийской деревне еще в середине 1960-х годов. Однако совершенно неверно утверждать, что это наследие связано с основанием Коммунистической партии Колумбии (MЛ). Партию PCC M-L возглавлял Педро Васкес Рендон, сторонник «идей Мао Цзэдуна» (так в то время называли маоизм). Рендон участвовал в партизанском движении на юге департамента Толима (в крестьянском регионе Колумбии с богатыми революционными традициями) и руководил им.

То, что руководство КРС унаследовало от середины 1960-х годов, не имеет ничего общего с истоками маоизма и Народной войны в Колумбии. Они наследники ходжаистских догматико-ревизионистских позиций, к которым скатилось руководство PCC M-L. В  частности, троцкистских взглядов, таких как ложная «марксистская» теория зависимости. Именно в этом кроются исторические корни ревизионизма руководства Коммунистического рабочего союза; они копируют идеи академических ревизионистов той эпохи (например, Андре Гундера Франка и Руя Мауро Марини),  которые утверждали, что в Латинской Америке якобы отсутствует полуфеодализм, капитализм развивается в полной мере в условиях империалистического господства, а аграрно-крестьянский вопрос не имеет значения для революции в этих странах.

Более того, КРС не отказывается от материалов, скопированных (и отредактированных) из статей Синха, и не испытывает по этому поводу никакого стыда. По сей день, в мае 2026 года, спустя четыре месяца после их «самокритики» по поводу плагиата, эти заимствованные публикации остаются на их веб-сайте. Они даже не удосужились их удалить, поскольку содержание статей Синха совпадает с тем, что КРС отстаивал в 1990-х годах, тождественно троцкистским истокам середины 1960-х и представляет собой именно то, что эти неисправимые правые продолжают защищать сегодня.

Полное опровержение со стороны КПБ ревизионистских позиций КРС (МЛМ)

В своей лицемерной «самокритике» Руководящий комитет КРС(МЛМ) имеет наглость изображать из себя жертву и не знает границ в абсурдных обвинениях, которые он выдвигает против КПБ. В своем яростном ответе на обвинения со стороны компартии Бразилии он заявляет:

«Что касается безосновательного утверждения о том, будто КРС заявляет, что “империализм способствовал буржуазным и аграрным революциям или поддерживал их”, то это – выдумка КПБ. Наша позиция обоснована и до сих пор не была научно опровергнута, поскольку она опирается на реальность. Мы, вслед за Марксом, утверждаем, что капитализм появился на свет, истекая кровью, и продолжает истекать ею в эпоху империалистического капитализма, лишая непосредственных производителей средств производства. В Колумбии он утвердился, лишая крестьян земли огнем и кровью, и продолжает делать это в ходе непрекращающейся войны против народа – конфликта, который длится с 1980-х годов. КПБ называет это “одной из самых долгих и кровавых вооруженных крестьянских битв в мире”, тогда как на самом деле это была одна из самых долгих и кровавых вооруженных битв против крестьянства и за получение сверхприбыли в виде земельной ренты от плантаций коки, марихуаны и масличной пальмы, а также от добычи нефти и золота и других видов деятельности»¹²

Руководящий комитет КРС(МЛМ) отвергает критику со стороны бразильцев, называя её безосновательными обвинениями, и имеет наглость утверждать, что их позиция «до сих пор не получила научного опровержения». В декабре 2023 года КПБ опубликовала обширный и глубокий документ под названием «Новодемократическая революция – главная сила мировой пролетарской революции». Труд объемом 189 страниц, в котором по пунктам опровергаются «формулировки» КРС. В этом документе, помимо прочего, опровергаются все нелепые утверждения Абхинава Синхи, которые в то время воспринимались как положения КРС(МЛМ), поскольку факт плагиата еще не был вскрыт. Спустя более двух лет после публикации этого разоблачительного документа КРС так и не выступила с заявлением и не ответила ни на одно из критических замечаний КПБ. И теперь, в своей фиктивной самокритике, организация продолжает кичиться тем, что её позиция якобы никогда не была опровергнута. Это можно было бы назвать цинизмом, но наиболее точным определением здесь будет истинное название этого явления – ревизионизм. Что касается характеристики, которую организация дает крестьянской партизанской войне в Колумбии, называя её не чем иным, как «кровавой вооруженной борьбой против крестьянства и за получение сверхвысокой земельной ренты от плантаций коки и марихуаны», то это заявление чревато крайне серьезными последствиями. Оно обнажает правый уклон организации, повторяющей как попугай риторику колумбийской фашистской реакции и американского империализма, согласно которой эта борьба представляет собой лишь движения «наркопартизан». Учитывая важность этого вопроса, мы отдельно остановимся на нем далее в данном тексте.

Рабочий союз отвергает критику со стороны КПБ в отношении своих формулировок об империализме и развитии капитализма в Колумбии, называя её «выдумкой» и «безосновательным обвинением». Давайте рассмотрим несколько пространных выдержек из документа бразильской партии, чтобы ознакомиться с научными опровержениями ревизионистских позиций КРС:

«Критикуя партии и организации, учредившие LCI, и в частности КПБ, Коммунистический рабочий союз характеризует нашу защиту тезиса о сохраняющейся актуальности революции новой демократии в полуколониальных странах как догматизм. Нас упрекают в якобы имеющем место недостатке “объективности” при анализе империализма и развития капитализма в угнетенных странах. Как в этой критике, так и в других документах руководство КРС формулирует “новую” теорию империализма, пытаясь выдать её за конкретное и объективное применение маоизма к текущей глобальной ситуации и реалиям угнетенных стран. По мнению КРС(МЛМ), империализм представляет собой “глобальный способ производства”, характеризующийся сосуществованием “двух тенденций: одной – к застою (...) и другой – к прогрессу” Эта предполагаемая прогрессивная тенденция подразумевает, что империализм “сметает пережитки докапиталистических способов производства” в странах, угнетаемых империалистическими державами. Устранение империализмом полуфеодальных отношений, в свою очередь, должно повлечь за собой всестороннее развитие капитализма в этих странах (особенно в сельской местности) и привести к тому, что их буржуазия будет получать “норму прибыли, равную норме прибыли буржуазии других стран”, то есть стран империалистических. Согласно мнению Рабочего союза, угнетенные страны делятся на две категории: 1) угнетенные капиталистические страны и 2) полуфеодальные страны, представляющие собой два типа полуколоний: капиталистическую полуколонию и полуфеодальную полуколонию. В рамках этой формулировки и угнетенные капиталистические, и полуфеодальные страны являются полуколониями, однако характер революции в первых должен быть непосредственно социалистическим, тогда как революция новой демократии применима лишь к полуфеодальным странам».¹³

КПБ, зачастую опираясь на документацию и идеологические положения КРС, указывает на то, что эта организация отстаивает антиленинскую позицию, утверждая, будто империализм имеет тенденцию к «прогрессу», поскольку он «сметает пережитки докапиталистических способов производства». Впечатляющее достижение, не правда ли? Одной фразой КРС опрокидывает ленинскую теорию империализма, согласно которой империализм характеризуется всеобщей тенденцией к насилию и реакции. КРС утверждает, что в «некоторых полуколониальных странах» (таких как Колумбия) капитализм развился в полной мере, вплоть до того, что буржуазия этих стран способна получать норму прибыли, равную той, которую имеет буржуазия империалистических государств. Более того, организация заявляет, что революция в этих странах будет непосредственно социалистической, поскольку буржуазный этап уже пройден. С точки зрения КРС(МЛМ), империализм обладает прогрессивной тенденцией, способной смести полуфеодализм в угнетенных странах: преобразовать фундаментальные характеристики этих наций настолько, что характер их революций меняется с новодемократической революции на (непосредственно) социалистическую. Но чем иным является подобное утверждение, как не признанием того, что сам империализм способствует демократическим и аграрным революциям в полуколониальных странах? Это не голословное обвинение со стороны компартии Бразилии. Напротив, это лишь объективная констатация идеологического вывода, вытекающего из ревизионистских положений Коммунистического рабочего союза.

Для обоснования своей критики ревизионистских позиций КРМ бразильцы приводят различные цитаты из трудов классиков марксизма-ленинизма-маоизма. Она ссылается на следующее ключевое положение Ленина:

«Империализм – это эпоха финансового капитала и монополий, которые повсюду несут с собой тенденцию к господству, а не к свободе. Реакция по всей линии, независимо от политического режима, и крайнее обострение противоречий в этой сфере: таков результат данной тенденции. Наблюдается также заметное усиление национального гнета и тенденция к аннексиям, то есть к нарушению национальной независимости (ибо аннексия есть не что иное, как нарушение права наций на самоопределение)».¹⁴

Иными словами, империализм –  это «реакция по всей линии». Следовательно, внутри империализма не существует прогрессивной тенденции, которая позволила бы покончить с полуфеодализмом и обеспечить полное развитие капитализма в полуколониях. Эта ленинская формулировка получает еще более полное развитие у председателя Мао в цитате, которую также использует КПБ в своем научном опровержении:

«Проникнув в нашу страну, империалистические державы отнюдь не стремились превратить феодальный Китай в Китай капиталистический. Их цель была прямо противоположной: превратить его в полуколонию или колонию».¹⁵

Империалистическое господство, согласно формулировкам председателя Мао, не ведет зависимые страны к полноценному капиталистическому развитию. Напротив, оно подчиняет их колониальному или полуколониальному состоянию, опираясь именно на докапиталистическую, феодальную или полуфеодальную базу, – состояние, позволяющее извлекать максимальную прибыль при сохранении этой базы, несмотря на эволюцию форм самого господства. Однако программа КРС(МЛМ) полностью противоречит этим марксистско-ленинско-маоистским положениям. Давайте рассмотрим ее:

«Вывозимый капитал воздействует на зачатки или элементы капитализма в угнетенных странах и, как правило, ускоряет их развитие, сметает пережитки докапиталистических способов производства и ускоряет процесс расслоения крестьянства. И  все это при том, что в некоторых странах преобладающей тенденцией, особенно на начальном этапе, было укрепление докапиталистических укладов. Слабость этой последней тенденции возрастает прямо пропорционально всеобщей экспансии империалистического капитализма и его углублению (…)».¹⁶

Согласно ревизионистской теории империализма, которой придерживается КРС, капитал, вывозимый империалистическими державами, ускоряет капиталистическое развитие в этих странах, устраняет полуфеодальные пережитки и ускоряет дифференциацию крестьянства. Более того, согласно этому тезису, империализм можно разделить на две фазы: на первой фазе преобладала тенденция к «укреплению докапиталистических укладов», тогда как на второй фазе (фазе «всеобщей экспансии империалистического капитализма») эта тенденция ослабевает. Мы вновь видим двойственную природу империализма: то застой, то прогресс; то укрепление полуфеодализма, то устранение докапиталистических производственных отношений. Как уже отмечалось, это полностью противоречит положениям Ленина и председателя Мао об империализме. Как мы увидим далее, это находится в антагонистическом противоречии с позицией КПИ относительно империализма и его развития на протяжении XX века.

КПБ оспаривает эту ревизионистскую формулировку Рабочего союза следующим образом:

«Как можно пытаться совместить защиту маоизма с ошибочным тезисом о прогрессивной тенденции империализма? Как можно называть себя маоистом, утверждая при этом, что империализм сметает полуфеодальные отношения в полуколониальных странах? Коммунистический рабочий союз заявляет, что не упускает из виду тот факт, что “в некоторых странах преобладающей тенденцией, особенно в начале этой фазы, было укрепление докапиталистических способов производства”. Организация пытается примирить свое явное отступление от маоизма с помощью неуклюжей попытки залатать дыры в аргументации: утверждая, что в некоторых странах империализм, на ранних этапах, укреплял докапиталистические способы производства. Тем самым они превращают линию Коммунистического Интернационала и председателя Мао в исключение и создают ложную дихотомию в истории империализма: будто бы на начальном этапе он способствовал докапиталистическим способам производства, а впоследствии смел их. КРС осталось лишь объяснить, как произошла эта империалистическая метаморфоза: переход от сплошной реакции к якобы прогрессивной тенденции. В противовес подобным ревизионистским концепциям председатель Мао утверждает, что империализм “(…) никогда не станет Буддой”».¹⁷

В том же духе, что и в своей фальшивой самокритике, КРС вопрошает: «Где же то самое утверждение, будто “империализм способствовал буржуазным и аграрным революциям или поддерживал их”? Это лишь проявление недобросовестности бразильской компартии». Как где? Вы не осознаете, что сами же сформулировали, или просто цепляетесь к словам? Это положение содержится в вашей программе, написанной в 2015 году, о вы, ревизионисты-плагиаторы; эта формулировка – часть ложной «марксистской» теории зависимости (той самой прогнившей теории Троцкого и Авакяна), что было четко продемонстрировано КПБ в документе 2023 года.

Компартия Бразилии с большой объективностью и глубиной опровергает то, что КРС(МЛМ) приводит в качестве примеров своих ошибочных выводов. Так, например, эти ревизионисты ссылаются на отношения издольщины как на пример, «основанный на реальности» и якобы доказывающий полный переход от феодальных к капиталистическим отношениям в колумбийской деревне. Издольщина представляет собой производственные отношения, при которых крестьянин предоставляет часть средств производства, а крупный землевладелец и/или капиталист – другую их часть. Крестьянин может предоставить свой земельный участок или определенные орудия труда, в то время как господствующие классы могут обеспечить семена, племенной скот или средства транспортировки и переработки продукции (например, машины для обрушивания риса, предприятия по переработке молока и т. д.). Издольщина (производственные отношения, подробно проанализированные великим Лениным) всегда рассматривалась великими учителями международного пролетариата как классический пример полуфеодальных отношений. Учитывая важность этой темы, давайте подробно рассмотрим данное научное опровержение, выдвинутое КПБ:

«КРС(МЛМ) утверждает, что отношения издольщины в колумбийской деревне –  это не полуфеодальные отношения, а замаскированные формы отношений наемного труда, то есть отношения чисто капиталистические. Эта организация вновь неверно применяет положения ленинского труда “Развитие капитализма в России”, вновь игнорирует дальнейшее развитие ленинского анализа по данному вопросу и, вопреки ему, ставит проблему следующим образом:

“Процесс формирования сельскохозяйственного пролетариата – это, по сути, процесс разложения крестьянства, и прежде всего мелких землевладельцев, которые существуют в сельской местности не как крепостные, а как полупролетарии. Они играют особую роль в системе капиталистических производственных отношений на селе, удерживаясь на земле благодаря наличию небольшого участка, что обеспечивает приток дешевой рабочей силы на современные плантации или в животноводческие хозяйства. (…) Система издольщины, которая в классическом виде служила переходным звеном между феодальными и капиталистическими отношениями (то есть являлась типичным образцом полуфеодализма), в Колумбии изменила свое реальное содержание и превратилась в один из способов удержания работников на земле ради получения дешевой наемной рабочей силы для капиталистических хозяйств. Иными словами, она стала формой капиталистической эксплуатации земли”. Эти производственные отношения, основанные на наемном труде, сохраняются под старой личиной издольщины: внешне они выглядят как полуфеодальные, но по своей сути являются капиталистическими» [КРС(МЛМ), “Программа революции в Колумбии”, четвертое издание, 2015 г.; перевод и выделение наши].

В работе «Развитие капитализма в России» Ленин анализирует именно этот тип отношений: издольщину, при которой землевладелец предоставляет крестьянину земельный участок, чтобы привязать рабочую силу к деревне и обеспечить ее наличие в периоды, когда сельскохозяйственные работы требуют большого числа работников (например, во время посевной или уборки урожая). Ленин характеризует эту форму эксплуатации как гибрид (феодальной) системы оплаты трудом и (основанной на найме) капиталистической системы: именно как полуфеодальную форму. Руководство Рабочего союза утверждает, что в Колумбии эта система переросла в полноценный «способ капиталистической эксплуатации земли». Однако как могла произойти подобная трансформация, если одним из фундаментальных условий капиталистических производственных отношений является свобода работника (его отделение) от средств производства? Экономическое обоснование этого перехода – от издольщины как типично полуфеодального отношения к типично капиталистическому – выглядит следующим образом:

«В наши дни форма издольщины скрывает содержание типично капиталистических производственных отношений: капиталист (…) вкладывает свой капитал в сельское хозяйство – отчасти в виде постоянного капитала (орудия труда, постройки, семена, удобрения и прочие средства производства), а отчасти в виде переменного капитала (эквивалент минимальной заработной платы, которую он обязан “авансировать” партнеру, формально – в счет причитающейся тому доли “прибыли”). И это, безусловно, переменный капитал (то есть капитал, вложенный в покупку рабочей силы для производства), поскольку в момент предполагаемого “раздела” эти “авансы” вычитаются из доли партнера (если таковая имеется); если же ее нет, партнер не обязан возмещать подобные “авансы”. В действительности это отношения наемного труда, замаскированные под старой оболочкой издольщины. Мало что меняет тот факт, что в некоторых случаях партнер пользуется мнимым преимуществом: правом возделывать небольшой участок для собственных нужд за свой счет. Нам уже известна роль, которую этот доступ к земле играет в системе капиталистических производственных отношений на селе: удержание дешевой рабочей силы для плантаций товарных культур и животноводческих хозяйств” [КРС(МЛМ), Журал «Contradição» («Противоречие»), № 18, 1996].

Прежде всего, привязка работника к земле (будь то насильственная или осуществляемая через «свободное» выделение участка) представляет собой феодальный элемент. Подобная форма «издольщины/партнерства» весьма распространена и в Бразилии; зачастую она маскирует эксплуататорские отношения под видом свободного союза собственников. Пример, приводимый Рабочим союзом, касается такого типа партнерства, при котором работник не вкладывает никаких средств производства, а лишь «получает» участок земли для самостоятельной обработки. Утверждается, что доля партнера в выручке – это на самом деле не прибыль, а всего лишь заработная плата. В качестве доказательства приводится тот факт, что если предприятие терпит убытки и прибыли для раздела не образуется, партнер все равно сохраняет свою долю и не обязан ее возвращать. Хотя этот факт и свидетельствует о фиктивности схемы распределения прибыли, он не подтверждает вывод КРС о том, что данный тип партнерства представляет собой капиталистическое производственное отношение. В самом деле, такой вывод невозможно обосновать, поскольку привязка рабочей силы – будь то принудительная или «свободная» (через выделение земельного участка) – не может трактоваться как отношение свободного наемного труда, характерное для капитализма.

(…)

Ленин дал точное объяснение процесса сверхэксплуатации крестьян в условиях системы отработок. Именно поэтому мы утверждаем, что руководство КРС неверно применяет положения, изложенные в работе «Развитие капитализма в России»:

«Таким образом, при системе отработок (…) цена рабочей силы обычно оказывается менее чем вдвое ниже, чем при капиталистическом найме. Поскольку за отработки может взяться лишь местный крестьянин (и притом такой, который “обеспечен наделом” [общинным земельным участком]), этот факт резкого снижения оплаты ясно указывает на значение надела как натуральной части заработной платы». [Ленин, «Развитие капитализм в России», Полное собрание сочинений, изд-во «Прогресс», Москва, т. 3, с. 213; перевод и выделение жирным шрифтом – наши]

Ленин рассматривает пример, очень похожий на тот, что приводит Коммунистический рабочий союз. Крупный землевладелец нанимает соседнего крестьянина, имеющего земельный надел; он тратит на такого работника вдвое меньше, чем тратил бы при капиталистической системе: если бы нанимал сезонного рабочего из другого региона. Затем Ленин называет две причины, делающие возможным такое снижение цены рабочей силы. Первая – это конкуренция между крестьянами, живущими вокруг поместья; поскольку они владеют наделами, они, как правило, могут продавать свою рабочую силу только этому местному землевладельцу, а другие соседние крестьяне находятся в таком же положении. Это сбивает цену рабочей силы, так как данная ситуация (…) служит источником скрытого избыточного населения. Вторая причина указывает на важность крестьянского надела как натуральной части заработной платы. Иными словами, благодаря наличию надела (даже если хозяйство крестьянина разорено) то, что дает земля, в какой-то мере покрывает часть издержек на ежегодное воспроизводство его рабочей силы. Поскольку часть необходимого труда покрывается работой на «своем» участке (тем, что Ленин называет «натуральной заработной платой») крупный землевладелец, нанимающий таких крестьян, может платить им вдвое меньше, чем сезонному рабочему из другого региона, не имеющему земельного участка. Ленин еще яснее разъясняет этот вопрос в другой работе:

«Как может крестьянин в течение ряда лет исполнять за 6 р. работу, которая стоит 10 р. 69 к.? Крестьянин может это делать потому, что его надел покрывает часть расходов крестьянской семьи и позволяет понижать заработную плату ниже “вольнонаемной” нормы». (В.И. Ленин, «Аграрный вопрос в России конца XIX века», ПСС, изд.5, стр.73-74)

В этом и заключается секрет снижения заработной платы издольщиков, что, в свою очередь, (…) оказывает понижающее давление на заработную плату рабочих по всей экономике, обеспечивая тем самым сверхэксплуатацию труда (определяемую Марксом как покупка рабочей силы по цене ниже ее стоимости). Задача анализа этой формы издольщины, следовательно, состоит в том, чтобы определить тип производственных отношений, которые она представляет: является ли она чисто капиталистической или полуфеодальной. Однако мы можем сразу же отвергнуть пренебрежительную оценку КРС о том, что не имеет большого значения, могут ли издольщики обрабатывать участок самостоятельно. Напротив: в данном случае именно это и имеет наибольшее значение. (…)

Как отмечает Ленин, секрет этой сверхэксплуатации заключается в том, что труд крестьянина на своем участке составляет его «натуральную заработную плату», которая покрывает часть расходов крестьянской семьи, что позволяет ему воспроизводить свою рабочую силу и получать при этом от помещика заработную плату, уменьшенную на четыре рубля. Однако участок, «безвозмездно» уступленный наемному крестьянину, принадлежит помещику. Хозяйство крестьянина на этом участке не является самостоятельным, поскольку между помещиком, уступающим землю, и крестьянином, ее обрабатывающим, существуют отношения эксплуатации. Как мы видели, эта уступка не является бесплатной, так как труд крестьянина на участке приносит помещику дополнительные четыре рубля прибавочной стоимости. Таким образом, труд крестьянина на участке также делится на необходимый и прибавочный; та часть произведенного им продукта, которая покрывает четыре рубля, вычитаемые помещиком из его зарплаты, представляет собой прибавочный труд, присваиваемый помещиком косвенным путем. Следовательно, земля уступается крестьянину не бесплатно: стоимость скрытой ренты, которую он платит помещику, в точности равна сумме, вычитаемой последним из его заработной платы.

Именно эти производственные отношения скрываются за партнерским соглашением, призванным привязать рабочую силу к сельской местности. Это преподносится как предоставление земли без арендной платы – своего рода одолжение, которое крупный землевладелец делает крестьянину. Крестьянин чувствует себя обязанным отплатить за этот жест дополнительным трудом (например, ремонтом изгородей или иными работами по хозяйству, либо привлечением жены к выполнению домашних обязанностей), а также, разумеется, обеспечением того, чтобы его семья голосовала за кандидатов, поддерживаемых «благодетелем»-землевладельцем. Возникает связь личной зависимости; только этим можно объяснить, почему крестьянин соглашается оставаться “привязанным” к земле и работать за плату ниже рыночной. Особенно с учетом того, что в его нынешнем положении у него нет иного выбора. Это отношения наемного труда, носящие одновременно характер личной зависимости (то есть, по сути, полуфеодальный) и отнюдь не типично капиталистический. Данный пример наглядно демонстрирует, как докапиталистические отношения сохраняются под оболочкой наемного труда. Эти отношения воспроизводятся и поддерживаются империализмом, поскольку наилучшим образом служат цели максимизации прибыли. Такова историческая и современная реальность угнетенных наций, где реакционная империалистическая буржуазия посредством вывоза капитала породила бюрократический капитализм на докапиталистической, феодальной или полуфеодальной основе, сохраняя и воспроизводя глубинные отношения собственности и эксплуатации труда, пусть и в трансформированных формах. Иными словами, вопреки мнению руководства КРС(МЛМ) о том, что подобное партнерство является “полуфеодальным по форме, но капиталистическим по сути”, на самом деле оно является капиталистическим по форме, но полуфеодальным по сути».¹⁸

Столкнувшись с такой глубокой аргументацией, как может КРС в своем самокритическом заявлении утверждать, что ее формулировки «не были опровергнуты»? Руководящему комитету КРС весьма удобно просто игнорировать документ КПБ. Делать вид, что его не существует, –  их идеалистический способ «избежать» его. В своем признании факта плагиата Рабочим союзом обрушивается с нападками на критику со стороны бразильцев, гневно называя ее «новой атакой», Критику, которая разоблачает лживый характер поддержки, оказываемой КРС Народной войне в Индии. В документе говорится:

«Ваше [КПБ] обвинение в том, что мы не являемся искренними защитниками революции в Индии из-за наших разногласий с братьями из Коммунистической партии Индии (маоистской), – это слабая атака, ибо ваш узкий, сектантский ум не в состоянии постичь, что разногласия между коммунистами неизбежны и правомерны. Подобная ограниченность и сектантский дух мешают вам понять, что, несмотря на разногласия, пролетарская организация может искренне поддерживать победу народной войны в Индии (…). Напротив, это единственно последовательная позиция пролетарского интернационализма в отношении революционной борьбы пролетариата и народов мира против общих врагов – солидарность, которая не предполагает ни выдвижения условий, ни слепого следования в хвосте событий».¹⁹

Это низко, постыдно и является верхом нечестности. Господа из «правого» лагеря, копируют тексты индийского ревизиониста (известного и закоренелого врага КПИ) и утверждают, что автор не был указан, поскольку его личность была неизвестна. Это верх наглости – редактировать, распространять и продолжать публиковать эти тексты даже после того, как плагиат был разоблачен (причем признан таковым лишь для того, чтобы и дальше скрывать тот факт, что личность автора на самом деле была известна с самого начала). Это последняя судорожная попытка руководства Рабочего союза защитить свою разоблаченную позицию и продолжить сыпать оскорблениями в адрес КПБ. С кем мы имеем дело в этой борьбе? Имеем ли мы дело с какой-либо прогрессивной демократической силой – одной из многих, кто, не являясь коммунистами, поддерживает борьбу коммунистов, движимый стремлением к прогрессу и благополучию трудящихся масс? Нет, отнюдь! В этой борьбе мы имеем дело с организацией, которая претендует на то, чтобы быть марксистско-ленинско-маоистской. И более того, организацией, которая берет на себя смелость «развивать» ленинскую теорию империализма и маоистскую теорию, касающуюся социально-экономической реальности стран, находящихся под господством и гнетом империализма. Поэтому, господа, не приходите к нам с надуманными доводами о том, что «разногласия между коммунистами неизбежны и правомерны» или что «несмотря на разногласия, пролетарская организация может искренне поддерживать победу народной войны в Индии». Ибо в данной конкретной ситуации все это звучит фальшиво; здесь мы имеем дело не просто с какими-то разногласиями. Разногласия между коммунистами носят неантагонистический характер, тогда как рассматриваемые нами разногласия – это конфликт между марксизмом и ревизионизмом, то есть антагонистическое противоречие.

В работе «О противоречии», опровергая ревизионистскую философскую школу Деборина, председатель Мао учит нас, что любое различие есть противоречие. Он подчеркивает, что противоречие и антагонизм – это не одно и то же, и что противоречия могут быть двоякого рода: антагонистические и неантагонистические. Противоречия в рядах народа носят неантагонистический характер, тогда как противоречия между народом и его врагами – антагонистический. Ленин установил, что в эпоху империализма разрыв с ревизионизмом становится насущной необходимостью и что «претендовать на борьбу с империализмом, не борясь одновременно со всяким оппортунизмом, – значит заниматься пустой фразеологией». Коммунистическая партия отражает классовые противоречия общества, в котором она действует, а также противоречия между правильным и ошибочным, между новым и старым. И время от времени возникают противоречия, касающиеся идеологии, линии, программы, стратегии и тактики. «Борьба двух линий» представляет собой движение этих противоречий внутри партии; в подлинных марксистско-ленинско-маоистских коммунистических партиях левые силы принимают и применяют этот метод для закалки партии: разрешая обостряющиеся противоречия, отстаивая красную пролетарскую линию, побеждая противостоящие буржуазные или непролетарские линии и сокрушая правые идеи, критерии и позиции ради торжества левых позиций. Борьба двух линий (будь то внутри коммунистической партии или в рамках международного коммунистического движения) представляет собой противоречие в среде народа и должна разрешаться неантагонистическим путем. Противоречие с ревизионизмом в эпоху империализма является антагонистическим и должно разрешаться соответствующим образом. Противоречие с ревизионистской кликой в составе Сону, Сатиша, Девджи и Балраджа – это антагонистическое противоречие. Теперь, опираясь на формулировки КПИ, давайте рассмотрим, являются ли «разногласия» КРС(МЛМ) с этой партией лишь нюансами позиций в рамках одной идеологии или же это антагонистические разногласия между маоизмом и ревизионизмом.

Ценный вклад КПИ (маоистской) в изучение кризиса империализма и процесса эволюции полуфеодализма в колониальных и полуколониальных странах.

Документ «Изменения в производственных отношениях в Индии – наша политическая программа»²⁰, опубликованный центральным комитетом компартии Индии, представляет собой важный вклад индийских маоистов в изучение кризиса империализма, разворачивавшегося во второй половине XX и начале XXI века. Этот документ был издан в 2021 году, и, как подтвердило руководство КПИ в материалах, касающихся исключения ревизионистской клики во главе с Сону, данный важный текст был подготовлен под личным руководством товарища Басавараджа.

Как становится очевидным при изучении этого документа, данные положения противоречат ревизионистским взглядам КРС на империализм и на характер преобразований, якобы происходивших в полуколониальных странах в XX и XXI веках. Рассмотрим их:

1) КПИ (маоистская) отвергает любую трактовку, допускающую существование прогрессивной тенденции внутри империализма или утверждающую, что вывоз финансового капитала в полуколонии привел к независимому или классическому капиталистическому развитию в этих странах.

2) КПИ полностью отвергает ревизионистскую теорию, согласно которой политику империализма в XX веке можно разделить на два этапа: первый, когда она первоначально опиралась на докапиталистические способы производства, и последующий, когда она действовала с целью устранения полуфеодализма в этих странах.

3) КПИ  показывает, что вывоз капитала в колониальные и полуколониальные страны на протяжении империалистической стадии породил «искаженные капиталистические производственные отношения», которые не устранили полуфеодальные производственные отношения, а, напротив, укрепили их посредством эволюции их форм.

4) КПИ не считает идеологические разногласия по этим вопросам просто допустимыми различиями внутри одного идеологического лагеря. Напротив, она утверждает, что позиции, согласно которым империализм якобы покончил с полуфеодализмом или способствовал независимому капиталистическому развитию в полуколониальных странах, являются ревизионистскими и «спонсируемыми империализмом» (а также правящими классами колониальных и полуколониальных стран). Партия клеймит их как взгляды, разделяемые ренегатами и предателями партии и революции.

В этом важном документе Коммунистическая партия Индии (маоистская) проводит глубокий анализ производственных отношений, касающихся генезиса и развития социально-экономической формации Индии. Она подробно анализирует процесс британской колонизации в конце XVIII века и значительную активизацию этого процесса в середине XIX века. Партия демонстрирует, как колонизация (будь то в эпоху капитализма свободной конкуренции или в эпоху империализма) неизменно служила реакционным инструментом господства и национального угнетения стран, отстающих в социально-экономическом развитии, а также средством эксплуатации их народов. Что касается британской колонизации (в частности, в эпоху капитализма свободной конкуренции), то КПИ (маоистская) характеризует ее следующим образом:

«Важные изменения в экономике Индии в период торгового капитализма: 1. Восстановление угасающих феодальных отношений для обслуживания интересов британского колониализма; 2. Утрата крестьянами традиционных прав на землю и превращение земли в товар на фоне проникновения товарно-денежных отношений; 3. Разрушительное воздействие на индийскую промышленность и торговлю; 4. Разрушение самодостаточного сельского хозяйства, а также разорение крестьян и ремесленников; 5. Превращение многих некогда крупных купцов и банкиров приходившей в упадок Индии – торговцев и ростовщиков, выступавших посредниками британцев, – в компрадорский класс и укрепление их позиций; 6. Дальнейшее сужение внутреннего рынка».²¹

В этой цитате индийские коммунисты подчеркивают, что колонизация в условиях капиталистического способа производства всегда (даже в эпоху свободной конкуренции) характеризовалась препятствованием независимому капиталистическому развитию в колониях и полуколониях. Они акцентируют внимание на том, как британская колонизация Индии способствовала восстановлению феодальных отношений, ограничению доступа крестьян к земле и уничтожению национальной промышленности и торговли. Или, как они категорично утверждают: «Колониальное господство создало социальную базу, препятствующую развитию независимого капитализма в нашей стране».²² Они подробно описывают этот процесс:

«Восстановление феодальных отношений: Ост-Индская компания укрепляла позиции феодальных правителей, навабов и других представителей феодальных сил прежде всего ради присвоения значительных излишков продукции, создаваемой крестьянами, и товаров, производимых ремесленниками. На их месте компания сумела установить прямое правление и создать новые феодальные владения».²³

Индийские коммунисты применяют положения, сформулированные Марксом в «Капитале», где особо рассматривается роль «колониальной системы» как одного из рычагов «первоначального накопления» капитала – в частности, английского капитализма. Существовали ли принципиальные различия между английской колонизацией и колонизацией Америки испанцами и португальцами? Безусловно, имеется множество важных отличий, и все они свидетельствуют о том, что на наш континент переносились еще более отсталые производственные отношения: от умирающего феодализма до регресса, сопровождавшегося массовым и чудовищным порабощением чернокожего населения Африки.

На империалистической стадии (высшей стадии капитализма) колонизация, как явствует из приведенных цитат Ленина и председателя Мао, сохраняет свой реакционный характер. В своей ревизионистской трактовке КРС(МЛМ) утверждает: «Вывозимый капитал воздействует на капиталистические зачатки в угнетенных странах и, как правило, ускоряет их развитие, сметая пережитки докапиталистических способов производства»²⁴. С точки зрения этой организации, финансовый капитал (господствующая форма капитала на его монополистической стадии) превращает «зачатки капитализма» в колониях и полуколониях в капиталистические страны, ускоряя их развитие. Для компартии Индии реальность выглядит иначе:

«Финансовый капитал сыграл ключевую роль в формировании новых феодальных сил благодаря сети, связывающей правительственные и неправительственные структуры, “партии–кооперативы–ассоциации–полиция”, на уровне деревни».²⁵

Ревизионисты распространяют империалистическую пропаганду, утверждая, что финансовый капитал способствует развитию полуколониальных стран и устраняет полуфеодальные отношения. Маоисты же показывают, что истинная роль финансового капитала заключается в укреплении национального господства (тем самым препятствуя любому независимому развитию),  а также в фактической поддержке наиболее отсталых социальных сил (а именно феодальных элементов) ради сохранения угнетения народа и нации и контроля над ними. В действительности происходит не искоренение полуфеодализма империализмом, а его сохранение по существу при одновременной эволюции его форм.

Однако, согласно ревизионистским положениям Рабочего союза, финансовый капитал поначалу опирается на феодальные отношения, но на втором этапе начинает все больше ослаблять докапиталистические производственные отношения в колониальных и полуколониальных странах. Когда же, по их мнению, произошел этот сдвиг в роли финансового капитала по отношению к зависимым странам? Согласно программе КРС, это изменение случилось в середине XX века. Иными словами, оно точно совпадает с периодом после Второй мировой войны: временем, когда империализм США утвердил свою гегемонию в капиталистическом лагере, противостоя зарождающемуся и растущему социалистическому лагерю. Именно в этот период, как утверждает руководство КРС(МЛМ), в Колумбии развился самостоятельный (или классический) капитализм, а капиталистические производственные отношения полностью вытеснили феодальные и полуфеодальные отношения в колумбийской деревне.

КПИ полностью отвергает ревизионистский тезис о том, что тенденция финансового капитала к укреплению полуфеодальных отношений ослабла по мере расширения империализма. Партия демонстрирует, что как в послевоенную эпоху, так и в так называемый «неолиберальный» период действия американского империализма следовали тому же реакционному курсу, что и в период британской империалистической гегемонии: вывозимый капитал (монополистический капитал) продолжал воспроизводить полуфеодальные отношения и порождать бюрократический капитализм, тем самым препятствуя любым формам самостоятельного развития. Рассмотрим, как индийская компартия анализирует развитие империализма на протяжении XX века:

«После Второй мировой войны американский империализм стал мощной силой и единственной сверхдержавой в мире. Великобритания и Франция( победившие в войне), а также Германия, Япония и Италия (потерпевшие поражение), оказались в состоянии глубокой экономической слабости».²⁶

Что касается революционной обстановки, то ситуация после Второй мировой войны складывалась следующим образом:

«В сочетании с этим подъемом национально-освободительной борьбы (и как следствие возникновения мощного социалистического лагеря) империализм был существенно ослаблен в глобальном масштабе. Это привело к изменению соотношения классовых сил. Империализм в значительной мере утратил способность создавать колонии посредством прямого управления».²⁷

Или, как формулирует это председатель Гонсало: после окончания Второй мировой войны и победы Великой китайской революции мировая пролетарская революция вступила в стадию «стратегического равновесия». Именно это наступление революционного лагеря ускоряет кризис империализма, меняя форму (и только форму) колониального господства, переводя его от прямого к косвенному господству. Однако это не изменило ни сущности империализма, ни его реакционной природы, ни его стремления к получению максимальной прибыли. Таким образом, КПИ (маоистская) показывает, что:

«Империализм начал проводить политику косвенной/колониальной эксплуатации, стремясь превратить эту неблагоприятную для себя ситуацию в благоприятную. Империалистический капитал вступил в союз, с одной стороны, с феодальными силами, а с другой – с компрадорскими промышленниками в бывших колониях и слаборазвитых странах.

(...)

Для достижения своих целей империализм [американский империализм] провозгласил поддержку демократии, словно выступая против колониальной политики. Еще задолго до Второй мировой войны он проник на рынки многих колониальных стран под лозунгами свободной торговли, свободной конкуренции и свободы рынка, начав усиливать свое господство над их экономиками».²⁸

Великий Ленин с исключительной проницательностью показал – как важнейший вопрос для пролетарской революции, –  что «раскол в социализме» (то есть внутри партий и международного социалистического движения) является необходимым и неизбежным явлением. Указав на то, что прибыль капитала в империалистическую эпоху достигает таких размеров, которые позволяют буржуазии использовать ее часть для подкупа верхушки пролетариата (прежде всего в империалистических странах, но также и в зависимых), он подтвердил существование феномена «рабочей аристократии», на который ранее обращали внимание Маркс и Энгельс. Именно иерархию начальников и подчиненных им руководителей (которых с последних десятилетий XX века стали называть «лидерами» производственных бригад и участков) Ленин определил как социально-экономическую базу для воспроизводства всякого оппортунизма и его наиболее опасной и пагубной формы – ревизионизма. Таким образом, позиции, отстаиваемые КРС(«МЛМ»), представляют собой не что иное, как повторение пропаганды американского империализма. Чтобы оправдать посягательства на колонии и полуколонии держав-соперниц (включая Англию), американский империализм использовал риторику «развития» и политику «импортозамещения», стремясь ослабить господство конкурентов и подготовить почву для проникновения своих щупалец контроля. Рабочий союз принимает контрпропаганду янки за истину и распространяет этот вздор, выдавая его за нечто «новое».

Неслучайный ключевым моментом идеологически-политической борьбы: в своем блестящем труде «О новой демократии» (написанном в период Войны сопротивления японским захватчикам, где он определяет характер Китая и происходившей в нем тогда революции) председатель Мао опровергает тезисы о революции, совершаемой «одним махом», о революции, «сразу становящейся социалистической», и о «стремительной» революции, а также «теорию национального порабощения», сводящуюся лишь к «смене империалистических хозяев». Он решительно разоблачает лживую, предательскую троцкистскую пропаганду (предающую и нацию, и китайский народ), утверждающую, будто японское господство обеспечит индустриализацию Китая и создаст более многочисленный пролетариат для социалистической революции. Увы! Но, как говорят негодяй Сону и те «маоисты», которые «превзошли» марксизм-ленинизм-маоизм: догматики застряли в середине XX века, хотя живут в XXI-м.

Анализ, проводимый КПИ (маоистской), является продолжением анализа империализма (и, в частности, янки-империализма), осуществленного председателем Мао. Мао показал, как после Второй мировой войны империализм (прежде всего янки-империализм) начал стимулировать индустриализацию в полуколониальных странах. Это служило целям противодействия империалистическим державам-соперницам, а также целям борьбы с растущим влиянием социалистического лагеря и подъемом национально-освободительных движений в странах, угнетаемых империализмом. В своих трудах председатель Мао убедительно доказал, что этот насаждаемый капитализм был «бюрократическим капитализмом», а не «национальным» или подлинно независимым капитализмом. Именно на основе этого понимания – вытекающего из марксистско-ленинского анализа реальной обстановки в Китае, и особенно в его сельских районах, – он после 1945 года выделил три «великие горы», угнетающие китайский народ: империализм, феодализм и бюрократический капитализм. В том же ключе КПИ четко показывает, что индустриализация, происходившая в полуколониальных странах после 1945 года (в том числе в Индии), не соответствовала какой-либо новой фазе империализма, при которой «экспорт капитала» порождал бы капиталистическое развитие и сметал полуфеодализм:

«Эти отрасли были созданы в рамках международного разделения труда по инициативе капиталистических монополий. Они работали исключительно на экспорт. Таким образом, развитие, происходившее в рамках этого международного разделения труда в таких странах, как Индия, не является подлинным капиталистическим развитием страны. Индийские правящие классы кичатся темпами капиталистического развития, но в действительности речь идет о развитии полуколониальной экономики, а не о независимом капиталистическом развитии».²⁹

Таким образом, упомянутый документ содержит важный анализ, проведенный КПИ (маоистской), касающийся процесса империалистического колониального господства в XXI веке и его связи с воспроизводством полуфеодальных отношений в сельской местности колониальных и полуколониальных стран. Индийская компартия анализирует период всемирного контрреволюционного наступления: время, отмеченное крахом российского социал-империализма и возвышением империалистической сверхдержавы США до положения единоличного гегемона. Этот период они называют «глобализацией» – термин, использование которого империалистами и ревизионистами является фарсом. Документ демонстрирует, что в этот период империализм не проявлял ни одной из тех характеристик, которые ему приписывала КРС (МЛМ): не наблюдалось ни прогрессивной тенденции, ни устранения феодализма, ни стимула к капиталистическому развитию:

«В результате глобализации практически все секторы рынка, характерные для западных капиталистических стран, появились и в Индии. Однако, поскольку они [империалисты] вступили в сговор с феодальными структурами, эти [рыночные секторы] развивались не так, как в странах Запада. На самом деле в эпоху глобализации феодальные структуры согласовали свои интересы с интересами западных капиталистов и способствуют получению ими повышенной прибыли».³⁰

Иными словами, вывоз капитала империалистическими державами не «сметает полуфеодализм». Напротив, финансовый капитал «сотрудничает с феодальными устоями», а эти феодальные устои, в свою очередь, обеспечивают «сверхприбыли» империалистическим державам. В период всемирного контрреволюционного наступления, или «глобализации», как характеризует его КПИ, господство над слаборазвитыми странами и зависимость последних отнюдь не ослабли, как утверждает империалистическая и ревизионистская контрпропаганда. Скорее, наблюдается обратное:

«Положение полуколониальных стран еще более ухудшилось. Зависимость возросла. Поскольку эта [зависимость] носит колониальный характер, у полуколониальных стран нет шансов на полноценное промышленное развитие. Таким образом, происходящие изменения отвечают потребностям империалистов и компрадорского капитала правящих классов в сырье и рынках сбыта. Их реакционная сущность остается неизменной».³¹

Нет ни малейших сомнений в наличии антагонизма между марксистско-ленинско-маоистскими положениями КПИ касательно империализма и ревизионистскими позициями Руководящего комитета КРС(МЛМ).

Рассмотрим теперь резкое расхождение между анализом Коммунистической партии Индии (маоистской), касающимся эволюции полуфеодальных производственных отношений в индийской деревне, и ревизионистскими формулировками КРС по поводу того же явления в колумбийской деревне. Поскольку Коммунистический рабочий союз исходит из того, что империализм сметает полуфеодальные отношения, утверждается, что экспорт капитала янки способствовал классическому развитию капитализма в деревне:

«[Расслоение крестьянства на сельскохозяйственных пролетариев и нанимателей] наиболее примечательное явление в экономическом и социальном развитии сельского хозяйства за последние полвека. Суть этого процесса заключается в классовом расслоении крестьянства, а не в «эволюции полуфеодализма».³²

Здесь необходимо четко заявить, что явление, порожденное вывозом капитала в условиях отсталой экономической базы колониальных и полуколониальных стран, представляет собой не «эволюцию полуфеодализма», а, напротив, его сохранение по существу через эволюцию его форм. Следовательно, с точки зрения КРС(МЛМ) то же самое явление, которое имело место в феодальной военной империи России XIX века, повторилось в Колумбии на этапе империализма.

«В 1960-х годах типичные феодальные отношения прекратились, произошёл переход от старого партнёрства (обработка земли крестьянскими орудиями) к новому партнёрству (обработка земли с использованием ресурсов, орудий и капитала землевладельца) с капиталистическими производственными отношениями. В 1965 году марксисты-ленинцы указывали на переплетение с капитализмом таких пережитков, как существование рабских отношений, использование примитивных сельскохозяйственных орудий и методов, а также изолированные очаги натурального хозяйства. Сегодня эти пережитки почти полностью эволюционировали в капитализм (...).³²

Как уже отмечалось, с точки зрения КРС (МЛМ), типичные полуфеодальные производственные отношения, такие как издольщина, на самом деле являются «полуфеодальными по форме, но капиталистическими по сути».³⁴ Коммунистическая партия Индии (маоистская) весьма подробно доказывает обратное. Империализм не превратился в Будду; он не изменил своей сущности и, следовательно, не породил изменений, способных трансформировать саму природу колониальных и полуколониальных обществ. Безусловно, происходили важные перемены и модификации, однако они не изменили ни природы этих обществ, ни характера соответствующих революций. КПИ показывает, что утверждения о существовании подобных трансформаций – это не что иное, как враждебная контрпропаганда со стороны империализма и ревизионизма. Рассмотрим это подробнее:

«Вторая тенденция [утверждающая, что Индия превратилась в капиталистическое общество] исходит из того, что империализм инициировал международную модель "развития". [Сторонники этой тенденции] доказывают, что классификация, предложенная маоистской партией, возможно, и была применима в конце 1960-х годов, но в настоящее время "феодализм" полностью ослаблен, а в сельскохозяйственном секторе в значительной мере господствуют капиталистические производственные отношения. Как следствие, [эта тенденция] пытается теоретически обосновать, что вооруженная аграрная революция в сельской местности более не актуальна. Эту позицию отстаивают некие ренегаты, предавшие революционную партию, народ и революцию и служащие интересам врага. Они прибегают к клевете, поднимают шум против партийной линии и предпринимают тщетные попытки посеять смятение в рядах революционного лагеря».³⁵

В этом отрывке точно описываются суть и последствия ревизионистских позиций Рабочего союза. Подобно ревизионистскому течению, подвергавшемуся критике со стороны КПИ, КРС утверждает, что начиная с 1960-х годов феодальные отношения были полностью подорваны; что к тому времени деревня уже коренным образом разделилась на сельскохозяйственный пролетариат и аграрную буржуазию; и что вооруженная аграрная революция утратила свое значение. Рассмотрим теперь обстоятельную критику этого течения  (которое отстаивают отступники и предатели, служащие врагу) со стороны индийских маоистов.

КРС(МЛМ) утверждает, что «развитие капитализма в сельском хозяйстве Колумбии» шло «по пути латифундий». ³⁶ Подобно другим кабинетным ревизионистам, они механически переносят ленинскую концепцию «прусского пути», или «реакционного пути», капиталистического развития в деревне на условия колониальных и полуколониальных стран XX века. Тем самым они допускают возможность осуществления буржуазных преобразований в этих обществах без проведения демократических революций нового типа –  то есть революций, возглавляемых пролетариатом. Председатель Мао в упомянутой выше работе «О новой демократии» убедительно доказывает, что в эпоху империализма демократические революции могут происходить только под руководством пролетариата. Иными словами, решение неотложных буржуазных задач (таких как ликвидация феодализма и достижение национального освобождения) возможно для угнетенных народов и наций лишь посредством демократических революций под руководством пролетариата, революций, непрерывно перерастающих в социалистические. Как может организация называть себя «маоистской» и одновременно утверждать, что «путь латифундий», способен решить демократические задачи, достижимые лишь под пролетарским (коммунистическим) руководством, если это процесс, порожденный империализмом и возглавляемый наиболее реакционным классом современной эпохи? КПИ твердо стоит на позициях научной идеологии пролетариата и поэтому утверждает следующее:

«Первая проблема – феодальный гнет: большинство населения страдало от феодального гнета. Поскольку в стране не произошло антифеодальной демократической революции, феодальные классы остались совершенно не затронутыми переменами».³⁷

Однако для «Коммунистического» Рабочего Союза путь латифундизма означал бы конец той самой феодальной природы, которая составляет сущность полуколониальной латифундии. Вопреки утверждениям ревизионистов, индийские коммунисты подробно демонстрируют именно то, что отрицает КРС, а именно: сохранение полуфеодализма по своей сути при одновременной эволюции его форм. Это явление, которое упомянутая организация ошибочно называет «эволюцией полуфеодализма». Рассмотрим некоторые из многочисленных примеров, приведенных индийскими коммунистами:

«Мы видели, как эксплуататорские правящие классы попирали программу перераспределения земли (аграрные реформы) и безуспешно инициировали программы, направленные на повышение продуктивности сельского хозяйства альтернативными путями: через схемы развития местных сообществ, IADP [Программу интенсивного развития сельского хозяйства], кооперативы и «Зеленую революцию», не меняя при этом коренным образом полуфеодальных аграрных отношений, унаследованных от британской эпохи. Тем не менее, эти программы помогли им реорганизовать феодальную гегемонию, начиная с уровня деревенских панчаятов [советов]. Возникли новые феодальные силы и новые формы эксплуатации».³⁸

Иными словами, полуколониальная империалистическая политика, сменившая британское колониальное господство, никак не изменила феодальные отношения. Наоборот, вся империалистическая политика способствовала реорганизации феодальной гегемонии в сельской местности и порождала «новые феодальные силы» и «новые формы эксплуатации». В конечном счете, в Индии (как и во всех странах, угнетаемых империализмом) сложилась ситуация, при которой «в этот период благодаря сотрудничеству этих новых феодальных сил с финансовым капиталом были посеяны семена корпоративного/наемного сельского хозяйства». ³⁹ Это наглядно демонстрирует характер отношений зависимости, союза и подчинения, связывающих новые феодальные силы с финансовым капиталом.

Во многом схожих примерах с политикой и программами, реализуемыми в странах Латинской Америки (например, в Бразилии и Колумбии), но только индийских, тамошние коммунисты демонстрируют, что «на вид современные» отношения на самом деле лишь воспроизводят трансформированные формы архаичных производственных отношений. А именно:

«Кооперативный банк представляет собой важную институциональную форму, сочетающую в себе бюрократический капитализм и полуфеодализм. Национальный банк сельского хозяйства и развития сельских районов (…) был учрежден Всемирным банком. Значительную роль в этом играют и излишки [капитала], аккумулируемые местными эксплуататорами: прежде всего крупными землевладельцами. Таким образом, мы видим, что кооперативный капитал представляет собой сплав инвестиций империалистов, бюрократических компрадорских капиталистов и местных средств, извлеченных в условиях полуфеодального уклада. В органы управления этой организацией избираются исключительно представители местных эксплуататорских слоев, пользующиеся поддержкой различных политических партий. Для них эта структура служила не только источником легкодоступных кредитов, но и мощным инструментом власти. Деятельность кооперативных банков способствовала быстрому росту доступности и упрощению получения институциональных кредитов. В результате в сельских районах на смену традиционным отношениям приходят новые, внешне современные формы общественных связей». ⁴⁰

Даже кооперативное движение, которое так восхваляют оппортунистами и ревизионистами, индийские маоисты разоблачают как политику, поддерживаемую империализмом и представляющую собой «институциональную форму бюрократического капитализма и полуфеодализма». Это яркий пример того, как контроль над «на вид современными» формами кредитования способствует эволюции полуфеодальных производственных отношений. В Бразилии контроль над сельскохозяйственным кредитованием в сельских районах неизменно находится в руках старых полуфеодальных олигархий, осуществляемый на законных основаниях через политиков, которых они назначают руководителями государственных финансовых учреждений. Получая доступ к таким кредитным линиям, крестьяне неизбежно вынуждены оказывать этим олигархиям бесплатные услуги: отдача голосов на выборах или охрана и обслуживание крупных земельных владений (например, ремонт изгородей и т. д.). Традиционные полуфеодальные отношения сменяются «новыми», которые, однако, ничуть не меняют их сущностной природы. Рассмотрим, как КПИ (маоистская) анализирует процессы фиктивных аграрных «реформ»: таких как реформы, затрагивающие общинные земли, наследственные крестьянские наделы, корпоративистские модели или схемы ложной коллективизации (распространенные в Перу, Бразилии и Колумбии):

«(…) В сельской местности сформировался новый феодальный класс, опирающийся на местные властные ресурсы. В рамках земельных реформ 1970-х годов во многих районах штатов Керала и Западная Бенгалия излишки земли распределялись между бедными и безземельными крестьянскими семьями при условии их вступления в коллективное хозяйство. Но на практике право собственности [этих крестьян] на землю носило лишь формальный характер. Хотя члены правлений этих коллективных хозяйств происходили из среды бедных и безземельных крестьян (в том числе из семей угнетенных каст и далитов), они не имели права продавать землю или распоряжаться ею по своему усмотрению. В действительности то, что выглядело как собственность коллективных хозяйств, на деле представляло собой корпоративную собственность членов правления, деятельность которых в той или иной мере контролировалась государством. Занять эти посты им удавалось благодаря государственной поддержке и капиталу. Такая форма феодализма является разновидностью бюрократическо-компрадорской капиталистической собственности. Это новая модель, в которой фактические собственники используют властный аппарат для установления гегемонистских, кастово-феодальных отношений по отношению к непосредственным труженикам». ⁴¹

Этот блестящий анализ сущности так называемой кооперативной, коллективной или ассоциативной собственности (рассматриваемой как феодальная форма бюрократически-капиталистической собственности) точно описывает природу землевладения в рамках провальных программ аграрной реформы в Бразилии. Еще с середины 1960-х годов, когда при проамериканском фашистском военном режиме был принят «Земельный статут», было установлено, что земли, выделенные для аграрной реформы, не переходят в полную собственность «расселенных» крестьян. С тех пор и по сей день земли, задействованные в государственных программах аграрной реформы (известных как «проекты расселения»), остаются собственностью старого государства. Крестьяне же получают лишь право пользования этой землей. Ассоциации, управляющие этими поселениями, подобно советам директоров, о которых упоминает КПИ (маоистская), связаны с конкретными политическими партиями, НПО и оппортунистическими общественными движениями, служащими опорой для правительства, и зависят от них. Они привязаны к государственным программам и к конкретным чиновникам из Национального института колонизации и аграрной реформы – органа старого государства. Он осуществлял политический, экономический и личный контроль над «переселенцами». Не обладая правом полной собственности на свои участки (то есть тем, что представляет собой типичную буржуазную свободную собственность), крестьяне вынуждены постоянно быть обязанными этим «директорам». Время от времени эти директора угрожают исключить из «реестра национального института» тех крестьян, которые выступают против позиции, занимаемой Ассоциацией или организациями-посредниками, управляющими данными государственными проектами и программами. В результате эта система порождает различные формы подневольного труда: обычно экономическая или политическая зависимость.

Что касается издольщины, то индийская компартия демонстрирует, что даже под капиталистической оболочкой (включая наемный труд) его сущность остается полуфеодальной:

«Хотя бедняцкое и отчасти середняцкое крестьянство лишилось земли, оказавшись оторванным от нее и от других средств производства, оно не превратилось в сельскохозяйственных рабочих или сельский пролетариат. Крестьяне сохраняли связь с той же землей, выступая в роли издольщиков. Они владели определенными средствами производства, например, плугом и несли часть производственных расходов. Это характерная черта докапиталистических отношений собственности. Из-за крайней нищеты издольщики были вынуждены продавать урожай задолго до сбора или получать зерно и денежные авансы от землевладельцев, торговцев и посредников. В счет этих новых займов крестьяне зачастую были вынуждены закладывать и будущий урожай. Они попадали в замкнутый круг, из которого не было выхода, и оказывались привязанными к земле. Им приходилось сталкиваться как с полуфеодальной, так и с торгово-ростовщической эксплуатацией». ⁴²

КПИ дает точное описание известной в Бразилии «системы долговых лавок» – формы долговой кабалы, которая сохранялась в нашей стране на протяжении всего XX века и по сей день тяжелым бременем, словно оковы, лежит на крестьянских массах. Эти люди трудятся, формально являясь наемными работниками, но фактически остаются в вечной зависимости от своих эксплуататоров, особенно в период сбора урожая. Они не являются пролетариями, поскольку «привязаны» к земле. Действительно, подобное явление все чаще встречается в сфере гражданского строительства (как в городах, так и в сельской местности), куда вербовщики рабочей силы доставляют крестьян из самых бедных регионов страны. Рабочие прибывают на объекты, уже имея долги за проезд и авансы на жилье и питание. Получаемой «зарплаты» никогда не хватает для погашения этих долгов, что фактически превращает их в пленников вербовщиков. Эта система и издольщина представляют собой формы воспроизводства жесточайшего вида средневековой зависимости – крепостного права (привязанности к земле). При таких феодальных отношениях крестьянин прикован к феодальному владению, как стихийная сила природы, и не может покинуть его без разрешения господина. Крепостное право было одной из ранних форм феодальных отношений в Европе в период перехода от рабовладельческого строя к феодализму. Именно это скрывается за издольщиной, которую ревизионистское руководство КРС (МЛМ) упорно трактует как капиталистические производственные отношения. А КПИ (маоистская) классифицирует подобные производственные отношения следующим образом:

«Малоимущие фермеры получают доступ к земле двумя способами: на основе договоров или через издольщину. (…) В настоящее время в большинстве районов основная часть бедных и безземельных фермеров получает землю для обработки по устным договоренностям. Они не являются ни собственниками, ни партнерами, ни даже участниками землепользования в том виде, как это отражено в официальной статистике. Их можно было бы назвать “крепостными по контракту”».⁴³

Компартия Индии показывает, как в полуколониальных странах отношения наемного труда на деле скрывают за собой ряд новых форм феодальной эволюции: «Наемный труд получил распространение и принял форму капиталистической эксплуатации, [однако] эта внешняя перемена является частью господствующей полуфеодальной эксплуатации». ⁴⁴ Партия также раскрывает, каким образом крестьяне, вынужденные покинуть родные земли, попадают в сети полуфеодальных форм эксплуатации: «Феодальная эксплуатация сохраняется в практике принуждения согнанных с земли земледельцев к труду в качестве постоянных сельскохозяйственных рабочих или арендаторов». ⁴⁵ Именно наемный труд в сельской местности и аренда земли крестьянами могут принимать капиталистический облик, сохраняя при этом неизменной свою полуфеодальную сущность.

Рассматривать производственные отношения в сельской местности колониальных стран как капиталистические, а не полуфеодальные – отнюдь не второстепенный вопрос. Это не проявление наивного заблуждения и не идеологический изъян. КПИ характеризует эту точку зрения следующим образом:

«Различные виды ревизионистов делают упор на форму, а не на содержание, и вносят политическую путаницу в ряды народа. Они сводят на нет антиимпериалистическую и антифеодальную борьбу. Они затушевывают необходимость коренного преобразования полуколониальных и полуфеодальных обществ». ⁴⁶

Именно этим и занимается Рабочий Союз в Колумбии и в рамках международного пролетарского движения: сеет политическую путаницу и не только, используя свою пропаганду для подрыва и ликвидации подлинной антиимпериалистической и антифеодальной борьбы. Организация яростно атакует революционные силы, входящие в единый фронт, и занимает враждебную позицию по отношению к вооруженной борьбе в собственной стране, тем самым вторя империалистической реакции и действующим правительствам. Это не просто ошибка, а ревизионизм, опаснейшая форма правого уклона, сочетающий в себе теорию и практику, облеченные в «марксистскую» риторику, которая скрывает подлинную сущность явлений, выдавая их внешнюю сторону за истину. По сути, это означает служение империализму и предательство пролетариата.

Борьба с империализмом и реакцией – неотъемлемая часть борьбы с ревизионизмом.

В своем документе «Изменения в производственных отношениях в Индии – наша политическая программа» индийские коммунисты подчеркивают неразрывную связь между ревизионистскими позициями, отрицающими полуфеодальный характер колониальных и полуколониальных обществ, и позицией правящих классов этих стран и империализма. Они раскрывают исторический характер этой связи и подчеркивает, как на протяжении многих десятилетий правое крыло внутри индийского коммунистического движения различными способами отрицало характер индийской революции как новой демократической революции. Относительно этого исторического процесса КПИ заявляет:

«Индия стала полуколонией после завершения прямого британского империалистического господства 15 августа 1947 года. [Однако] индийское общество уже было полуфеодальным. Поначалу революционные коммунисты не проводили принципиального различия в этом вопросе. В период с 1946 по 1951 год развернулась великая вооруженная борьба крестьян Теланганы за землю, хлеб и освобождение. Руководство единой Коммунистической партии отступило от этой борьбы и предало ее. (…) Это усилило правый оппортунизм внутри партии. Если взглянуть на последующую стратегию партии, то ее руководство занялось словесной эквилибристикой и стало рассматривать Индию, по сути, как независимую капиталистическую страну». ⁴⁷

Индия была колониальной и полуфеодальной страной, находившейся под прямым господством британского империализма. После обретения формальной независимости в 1947 году она осталась полуфеодальной страной, пребывающей в полуколониальном положении. Это обстоятельство не изменило характера ее революции. Вооруженное крестьянское восстание в Телангане стало неопровержимым доказательством правомерности курса на новодемократическую революцию в Индии; однако оппортунистическое руководство бросило на произвол судьбы и предало вооруженные крестьянские массы. Впоследствии ревизионисты прибегли к теоретическим ухищрениям, пытаясь доказать, что с того момента Индия стала независимой капиталистической страной. Реакция левого крыла индийского коммунистического движения на это была следующей:

«Однако революционное крыло внутри партии никогда не принимало эту правооппортунистическую тенденцию. Когда в 1960-х годах единая Коммунистическая партия раскололась на КПИ и КПИ (марксистскую). Революционное крыло оказалось в составе КПИ (марксистской), но выступало против неоревизионистского курса ее руководства. Многие видные лидеры – такие как Чару Мазумдар и Канхай Чаттерджи, основатели и идейные наставники нашей партии (КПИ (маоистской), проложившей путь индийской революции), наряду с рядовыми активистами, четко и недвусмысленно заявили, что индийское общество является полуколониальным и полуфеодальным, и поставили вопрос о вооруженной аграрной революции. В результате в 1967 году в Северной Бенгалии развернулась вооруженная борьба крестьян, начавшаяся в Наксалбари. Эта борьба стремительно распространилась на многие районы страны. Возникшие в 1969 году партии КПИ (МЛ) и CCM открыто провозгласили индийское общество полуколониальным и полуфеодальным. Эти партии отстаивали курс на затяжную народную войну и стремились к осуществлению новодемократической революции. Состоявшийся в 1970 году успешный VIII съезд КПИ (МЛ) единогласно утвердил этот курс». ⁴⁸

Процесс, через который прошла КПИ (марксистская), был всеобщим явлением в международном коммунистическом движении 1960-х и 1970-х годов. Под влиянием великой борьбы против ревизионизма, начатой председателем Мао и КПК, в коммунистических партиях по всему миру происходили многочисленные расколы между коммунистами и ревизионистами. В колониальных и полуколониальных странах эти расколы неизменно были связаны с вопросом развертывания вооруженной аграрной революции. Так было в Турции, где этот процесс возглавлял Ибрагим Кайпаккая, и на Филиппинах под руководством Хосе Марии Сисона. Аналогичные события происходили практически во всех странах Латинской Америки. Наиболее показательным примером стала Перуанская коммунистическая партия: в 1964 году из нее были исключены ревизионисты, и партия определила себя как марксистско-ленинскую, руководствующуюся идеями Мао Цзэдуна. В ходе упорной борьбы двух линий «Красная фракция» во главе с Абимаэлем Гусманом (председателем Гонсало) отстояла курс на новодемократическую революцию и затяжную народную войну; они возглавили и осуществили воссоздание партии и начали затяжную народную войну. Именно в этот период (в частности, на историческом Первом съезде, прошедшем в разгар народной войны) было окончательно сформулировано определение маоизма как нового, третьего и высшего этапа марксизма, а также определен статус компартии Перу как марксистско-ленинско-маоистской партии, руководимой мыслью Гонсало. В Бразилии в 1962 году через аналогичный раскол с ревизионизмом прошла PCdoB (Коммунистическая партия Бразилии), в которой видную роль играли такие коммунистические лидеры, как Педро Помар и Маурисио Грабуа. Возникли и другие движения, например «Красное крыло» под руководством Диниза Кабрала и PCR (Революционная коммунистическая партия) во главе с Амаро Луисом де Карвальо и Маноэлем Лисбоа. Все они выступали за идеи Мао Цзэдуна, за новодемократическую революцию как первый этап революционного процесса и за затяжную народную войну как путь к ее осуществлению. Подобный процесс происходил и в Колумбии, где действовала PCC-ML (Марксистско-ленинская коммунистическая партия Колумбии) под руководством Педро Васкеса Рендона. Движение имело жизненно важное значение и было тесно связано с идеями Мао Цзэдуна и крестьянскими партизанскими отрядами в департаменте Толима.

Еще один важный элемент дискуссии внутри международного коммунистического движения (МКД), носящий общий характер, касался споров о характере и путях революции в колониальных и полуколониальных странах и был связан с Кубинской революцией, победившей в январе 1959 года. Кубинская революция имела глобальное воздействие, поскольку стала серьезным политическим и военным поражением янки-империализма и глубоко повлияла на революционное движение во всей Латинской Америке. Наиболее позитивным аспектом этого влияния была пропаганда революционного насилия как единственного пути к преобразованиям и освобождению. Однако по мере укрепления союза между Фиделем Кастро и Хрущевым кастроистский ревизионизм в конечном счете оформился как «левый» вариант советского ревизионизма. Это нанесло серьезный ущерб различным революционным процессам, внеся сумятицу и препятствуя более широкому сплочению МКД вокруг «идей Мао Цзэдуна». Так в то время обозначался вклад Китайской революции и председателя Мао в марксизм – теоретической системы, которая впоследствии получила название «маоизм».

Ревизионизм Кастро выступал против маоистской трактовки всеобщего характера новодемократической революции для всех колониальных и полуколониальных стран. Используя «левую» риторику, его сторонники стали утверждать, что лишь незамедлительная социалистическая революция способна обеспечить национальное освобождение. Процесс огосударствления земли на Кубе, преподносившийся как «социалистическая коллективизация», лишь усугублял эту путаницу. Поскольку его представляли как образец немедленной коллективизации, противопоставляя ей коллективизацию, осуществляемую через развитие кооперации: путь, столь блестяще реализованный в социалистическом Китае.

Троцкисты немедленно ухватились за эту тенденцию, пытаясь представить «социалистическую революцию» на Кубе как доказательство правоты гнилой «теории перманентной революции», выдвинутой предателем Троцким. В период 1960-х и 1970-х годов в академических кругах появилась значительная группа ревизионистов, обосновывавших тезис об отсутствии полуфеодальных производственных отношений в Латинской Америке. Политическая подоплека этого вопроса заключалась в ревизионистской и троцкистской фальсификации смысла и подлинного характера Кубинской революции, которая на деле была революцией новодемократического типа, но была пресечена руководством во главе с Кастро. Он капитулировал перед хрущевским современным ревизионизмом, тем самым превратив Кубу в сферу влияния социал-империалистического СССР.

Именно в этот период были сформулированы ложные «теории зависимости»  или «марксистская теория зависимости». Ученые-ревизионисты, такие как Гундер Франк и Руй Мауро Марини (и не только они), выступили против идеи о существовании полуфеодальных отношений в странах Латинской Америки. Эти взгляды получили широкое распространение на международном уровне благодаря таким изданиям «салонных социалистов», как «Новый левый отзыв» и «Ежемесячный отзыв», базирующимся соответственно в Англии и США. В своем программном документе «Изменения в производственных отношениях в Индии – наша политическая программа» КПИ (маоистская) также анализирует влияние и сущность этого мелкобуржуазного идеологического наступления на трактовку полуколониальных обществ как полуфеодальных. Индийские коммунисты показывают, как эти ревизионистские и троцкистские интерпретации представляли собой ревизионистское контрнаступление против успехов маоизма и «Весеннего грома» Наксалбари:

«Правящие классы компрадорского толка продвигали “зеленую революцию”, действуя в интересах империализма. Вследствие этого, опираясь на искаженные капиталистические отношения, сложившиеся в таких регионах, как Пенджаб, эти классы инициировали дискуссию о господствующем в стране способе производства. Это был заговор, направленный на подрыв основ вооруженной аграрной революции и стратегии затяжной народной войны. Спор о способе производства, начавшийся в академических кругах в начале 1970-х годов, вскоре охватил и политических активистов. Аргументы излагались в самых разных формах: в виде докладов, аналитических лекций, научных исследований, теоретических выкладок, политического анализа и полевых отчетов. Дискуссия продолжается по сей день на самых разных уровнях. Экономисты, обществоведы, политические активисты, партии правящего класса, ревизионисты и неоревизионисты, а также официальные представители государства, разработчики правительственных программ и многочисленные периодические издания – все они приводили доводы в пользу одного и того же вывода». ⁴⁹

Процесс, наблюдавшийся в Латинской Америке, повторился и в Индии с участием консорциума, объединившего империализм, ревизионизм, местные правящие классы, представителей академических кругов (находящихся преимущественно под влиянием троцкистских «теорий») и агентов старого государственного аппарата, стремившихся «доказать» развитие капиталистического способа производства в этих обществах. Единственное различие в империалистическом дискурсе между янки-империализмом и советским социал-империализмом заключалось в том, что первый ратовал за «империалистическую модель развития», тогда как второй продвигал вымышленную концепцию «некапиталистического пути развития». Тем не менее, оба они отстаивали одно и то же ошибочное положение: возможность национального развития в условиях господства и подчинения со стороны империалистической державы.

«Коммунистический» Рабочий Союз (МЛМ) в своей ошибочной «самокритике» кичится тем, что является наследником тех, кто с 1960-х годов боролся «против догматизма и сектантства и, в частности, против тех, кто отрицает существование и насаждение капиталистических отношений в сельской местности многих угнетенных стран». Он гордится тем, что наследует именно троцкизму, хрущевскому и кастровскому ревизионизму, а также «академическому социализму» 1960-х и 1970-х годов. Тому самому, что «открыл» отсутствие полуфеодализма в сельской местности Латинской Америки и повторяет контрпропаганду янки, утверждающую, будто после Второй мировой войны империализм принес с собой капиталистическое развитие и смел полуфеодализм в полуколониях. КРС дословно отстаивает именно те позиции, которые подвергались резкой критике со стороны индийских маоистов. Посмотрим, как это проявляется в его «Программе колумбийской революции»:

«Империалистический капитал воздействовал на зарождавшиеся в Колумбии формы капитализма, которые возникли в недрах старой феодальной экономики, стимулируя их развитие, особенно начиная с 1945 года. К 1960-м годам этот уклад стал превращаться в господствующий способ производства, вытесняя полуфеодальную систему, пока окончательно не утвердился в качестве доминирующего способа производства как в промышленном, так и в сельскохозяйственном секторах колумбийского общества». ⁵⁰

Руководящий комитет Рабочего союза применяет те же теории, которые подвергаются критике со стороны КПИ (маоистской). Теории, сформулированные при поддержке империализма в 1960-х и 1970-х годах для «анализа» колумбийского общества и выработки якобы «революционной программы». Речь идет не о разногласиях исторического характера или спорах о частностях применения пролетарской идеологии. Это вопросы, затрагивающие саму суть коммунистического учения: фундаментальные проблемы развития империализма в XX веке, его кризиса, а также взаимоотношений между империализмом и колониями и полуколониями. Это вопрос, требующий предельной принципиальности и четкого, решительного разрыва с ревизионистскими и империалистическими позициями. Давайте подробнее рассмотрим, как индийские маоисты подходят к этой проблеме и анализируют природу данного противоречия, опираясь на дискуссии, состоявшиеся на IX съезде маоистской КПИ в 2007 году:

«Объединенная партия, КПИ (маоистская), провела политические дебаты о способе производства, сложившемся в некоторых штатах Индии, особенно в Пенджабе, на Девятом съезде Объединения, в соответствии с принципом демократического централизма. Съезд подчеркнул, что, хотя в некоторых районах Индии, включая Пенджаб, существуют искаженные капиталистические отношения, способ производства формируется полуфеодальными производственными отношениями, и что полуколониальное, полуфеодальное общество неравномерного развития должно быть искоренено путем затяжной народной войны с применением соответствующей тактики, и тогда будет совершена Новая демократическая революция. И это обогатило партийную линию». ⁵¹

В то же время КПИ (маоистская) анализирует, как та же схема повторилась в период восстания в Наксалбари, когда реакционные силы пытались противостоять наступлению вооруженной аграрной революции, выдвигая ложные теории о капиталистическом развитии Индии:

«С другой стороны, империализм практически одновременно оценил серьезные внутренние и международные последствия, к которым могло бы привести усиление Народной войны в Индии. Действуя по указке империализма, правящие классы компрадорского толка объявили нашу Партию “главной угрозой внутренней безопасности страны”.

Воспользовавшись сложившейся ситуацией, оппоненты партийной линии вновь усилили теоретическую критику, развернув дискуссию о производственных отношениях. Появилось множество как зарубежных, так и отечественных экспертов, которые поставили под сомнение прежние оценки: является ли социально-экономический строй Индии полуфеодальным или же он трансформировался в капиталистический, и сохраняет ли актуальность стратегия «затяжной народной войны» или же она превратилась в устаревшую теорию. В 2011 году в Оксфордском университете состоялся крупный научный семинар. Кроме того, проводились и продолжают проводиться масштабные исследования. В ходе этого процесса представители академических кругов, связанных с правящими классами, начали изучать ситуацию в индийских деревнях. Для финансирования этой деятельности империалистические силы выделяли неправительственным организациям миллионы рупий». ⁵²

В среде индийской интеллигенции существует сильное течение, которое сформировалось под влиянием маоизма и не стремится мистифицировать производственные отношения в стране. Сторонники этого течения утверждают, что Индия носит полуфеодальный характер. Однако империализм стремится продвигать иную тенденцию, активно ее поддерживая:

«Второе течение исходит из того, что Индия больше не является полуфеодальной страной, а превратилась в капиталистическое общество. Это течение поддерживается прежде всего империализмом и правящими классами. Его представляют враждебные агенты, контрреволюционные силы, оппортунистически-ревизионистские элементы вне партии, а также предатели, покинувшие партию и перешедшие на сторону врага». ⁵³

В недавнем документе, ссылающемся на этот отрывок из материала КПИ (маоистской), КПБ (P.C.B.) подчеркивает, что индийские маоисты проявили поразительную прозорливость:

«Приведенный выше вывод оказался в высшей степени пророческим: те, кто отрицает полуфеодальный характер Индии, – это "агенты врага", ревизионистские и предательские силы, капитулировавшие перед противником. Еще в 2021 году руководство КПИ (маоистской) предвидело саму суть капитулянтской ревизионистской линии Сону. В  своем письме "Временный отказ от вооруженной борьбы" Сону утверждает, что в индийском обществе "главное противоречие проходит уже не между феодализмом и народными массами, а между бюрократической компрадорской буржуазией и массами", и что "если феодализм перестал быть центральным звеном, то стратегия партизанской войны в сельской местности устарела, а борьбу следует перенести в города и промышленные пояса"». ⁵⁴

В своей театральной, рассчитанной на внешний эффект самокритике КРС кичится тем, что «с честью выступает главным в Колумбии проводником поддержки и солидарности с революцией в Индии, с народной войной и с Коммунистической партией Индии (маоистской), которая ее возглавляет». ⁵⁵  Они называют себя «главными сторонниками», однако в своем международном анализе следуют той самой линии, которую продвигают империализм и ревизионизм, которые так сильно критикует КПИ (маоистская). Они заявляют, что для них «честь» проявлять солидарность с КПИ (маоистской), в то же время буквально копируя и редактируя формулировки индийского интернет-ревизиониста, являющегося открытым врагом народной войны и партии, которая ее ведет и возглавляет. На деле же они продвигают старую оппортунистическую практику использования революционных процессов в других странах ради деклараций солидарности, преследующих единственную цель: саморекламу и продвижение собственной гнилой оппортунистической и ревизионистской линии.

Возвращаясь к упомянутому ранее серьезному характеру позиций Коммунистического рабочего союза (МЛМ) эта группа использует фальшивую солидарность не только для того, чтобы обмануть доверчивых людей и под видом маоизма навязать ревизионистскую линию. Эти ревизионисты также использовали свою показную поддержку народной войны, возглавляемой КПИ (маоистской), для нападок на колумбийские партизанские отряды, отказавшиеся принять реакционный «мирный план» империализма и правящих классов. Объявив о своем участии в демонстрациях против операции «Кагаар» 28 марта, Рабочий союз выступил со следующим заявлением:

«Многие наши читатели, вероятно, когда-либо слышали о Народной войне в Индии. Естественно, особенно в Колумбии,  когда речь заходит о войне, люди склонны ассоциировать это понятие либо с преступными, кровопролитными войнами, развязанными империалистическими державами, либо с конфликтами, которые ведут такие группировки, как Армия национального освобождения (ELN) или Революционных вооружённых сил Колумбии (FARC). Десятилетиями эти организации занимались захватом территорий и контролем над гнусным наркобизнесом, прикрываясь при этом лживой риторикой о деятельности на благо народа и его интересов. В действительности же население становилось жертвой бесчинств, творимых этими группировками в погоне за прибавочной стоимостью, которую приносит торговля наркотиками». ⁵⁶

Они вновь бесстыдно повторяют империалистический нарратив, поддерживаемый оппортунистическим правительством Петро. Согласно нему крестьянские партизанские движения в Колумбии являются «наркопартизанами», а их жертвами становится сам народ. Чем эта характеристика вооруженной борьбы в Колумбии отличается от риторики Трампа, стремящегося использовать именно такую трактовку для углубления военного вмешательства в дела Колумбии, Венесуэлы и Эквадора? Что еще более абсурдно, они используют пример Народной войны в Индии для нападок на вооруженную борьбу крестьян в Колумбии и попыток криминализировать ее. Мелкобуржуазные революционные концепции опираются на значительную объективную социальную базу, играя особую роль в наших полуколониальных, полуфеодальных и угнетенных обществах. И служат политическим выражением интересов тех классов или слоев, которые входят в состав FUR. Более того, идеологические и политические разногласия – постоянное явление внутри FUR. Коммунистическая позиция (марксистско-ленинско-маоистская) в отношении FUR строится на принципах единства и борьбы, а не на тиражировании взглядов реакционеров. Правая, ультрареакционная позиция, подобная той, что выдвигает руководство КРС, совершенно недопустима. Она должна быть осуждена, а ее сторонники –  разоблачены перед лицом Международного коммунистического движения, международного пролетариата и народных масс всех стран!

Таким образом, партизанская борьба, которую ведут Армия национального освобождения (не сложившая оружия перед старым государством) и диссиденты из Революционных сил (отвергшие «мирный план» империализма), пока еще не представляет собой Народную войну. То есть крестьянскую войну под руководством коммунистической партии, нацеленную на окружение городов из сельской местности и создание тем самым красной власти Нового государства вплоть до полного завоевания власти. Это еще не она. Тем не менее, на протяжении десятилетий они ведут крестьянские войны против старого государства, против империализма и против системы латифундий. Идеологическая ограниченность не позволяет им продвигаться быстрее и наносить более мощные удары по империализму и реакции. Эта ограниченность свойственна крестьянскому мелкобуржуазному сознанию, часто отмеченному влиянием ревизионизма (кастроистского толка в том числе). И все же это подлинные крестьянские войны, подобные различным формам «бродячего» бандитизма: таким как кангасу в Бразилии или отряды изгоев, действовавшие вместе с председателем Мао в горах Цзинган. Бандитизм и «бродячий» характер – это ограничения, свойственные крестьянским войнам. Лишь пролетарское руководство способно их преодолеть, превратив тем самым эту затяжную крестьянскую войну в мощную и непобедимую Затяжную народную войну.

Однако КРС сам признает, что отказался от этой исторической задачи коммунистов в Колумбии. Тем самым он отвергает подлинную суть опыта организаций, опиравшихся на идеи Мао Цзэдуна – таких как PCC-ML (под руководством Рендона), которые с 1960-х годов стремились обеспечить пролетарское руководство этими вооруженными крестьянскими восстаниями.

Восстание в Наксалбари (Индия) произошло в 1967 году. Крупные столкновения с участием «Республики Маркеталия» в колумбийском департаменте Толима имели место в 1964 году. В Индии коммунисты вскоре взяли на себя руководство крестьянским восстанием. Этот шаг ускорил раскол с современными ревизионистами в 1969 году и привел к созданию КПИ(МЛ) и CCM. В Колумбии коммунисты также пытались возглавить «Республику Маркеталия», но поначалу не преуспели, поскольку влияние кастроистских идей в Латинской Америке было гораздо сильнее, чем в Азии. В результате Тиро Фихо основал Революционные силы, ориентируясь скорее на кубинский, чем на маоистский курс, хотя и отстаивал аграрную программу, отвечавшую реалиям колумбийской деревни.

В Колумбии деятельность компартии (PCC-ML) развивалась по тому же пути, что и деятельность Чару Мазумдара в Индии: Рендон был убит в 1968 году, а Мазумдар – в 1970-м. В Индии организации PCI(ML)-GP и CCM обеспечивали коммунистическое, пролетарское руководство крестьянской войной. Создание маоистской КПИ стало результатом десятилетий этой колоссальной работы и самоотверженности. В Латинской Америке, а славным исключением компартии Перу под руководством председателя Гонсало – подавляющее большинство сил, руководствующихся идеями Мао Цзэдуна и взявшихся за оружие в 1960-х и 1970-х годах, потерпели поражение от сил реакции и не смогли сохранить набранный темп борьбы. Это было обусловлено прежде всего ревизионистским капитулянтством и предательством в партийном руководстве – как это произошло в Бразилии, где предательство и переход на ревизионистские позиции клики Амазонаса привели к ликвидации революционной линии народной войны и возникновению новой ревизионистской партии (в данном случае – ходжаистской), сохранившей за собой аббревиатуру PCdoB. Аналогичная ситуация сложилась и в Колумбии после гибели Рендона и появления различных фракций.

Коммунистический рабочий союз отстаивает путь, противоположный тому, который выбрали Рендон и Мазумдар. Эта организация берет на вооружение худшие ревизионистские тезисы и использует их как теоретическое обоснование, чтобы уклониться от выполнения марксистско-ленинско-маоистского долга – организации крестьянской революционной войны и руководства ею. Она утверждает, что отказ от работы в сельской местности ради перемещения в крупные городские центры был правильным шагом. Ныне она трусливо нападает на революционные силы, которые вопреки всем трудностям продолжают вооруженную борьбу. Она вторит риторике Трампа и Петро о «наркопартизанах» и, подобно неисправимым ревизионистам, использует блестящий пример Народной войны в Индии для нападок на эти крестьянские партизанские движения. Они поступают прямо противоположно тому, что делают индийские маоисты в своей стране, внося вклад в дело международного пролетариата. Они отвергают великий пример, который КПИ (маоистская) подает международному пролетариату: необходимость платить кровавую цену ради обеспечения коммунистического руководства крестьянской войной. Какова бы ни была эта цена, индийская компартия (маоистская) заплатила ее, и именно этот блестящий пример она являет коммунистам всего мира.

Мир вступил в новый период революций в мировой истории. Операция «Потоп Аль-Аксы», начавшаяся 7 октября 2023 года, стала неизгладимой приметой этого нового революционного периода. Империалистическая система переживает кризис беспрецедентного разложения. Единственная гегемонистская сверхдержава империализма янки своими действиями ускоряет собственный закат. Обостряются все фундаментальные противоречия, и прежде всего главное противоречие эпохи: противоречие между угнетенными нациями и народами и империализмом. Героическое палестинское национальное сопротивление, наряду с героическим сопротивлением в Иране и Ливане, служит великолепным примером формирования субъективных условий для мировой революции. Национально-освободительное движение, как один из двух потоков мировой пролетарской революции и ее фундамент, движется к последовательной борьбе против империализма, и в первую очередь против империализма янки. Успех этого движения зависит от союза, который МКД силами своего маоистского авангарда, выступающего в качестве руководящего потока, должно выстроить твердо и решительно. Это предполагает создание широкого мирового единого фронта и развертывание народных войн на всех континентах для продвижения и расширения мировой революции. Она является единственным условием предотвращения новой, третьей империалистической мировой войны (подготовка к которой усиливается с каждым днем) или же, в случае ее начала, ведения ее как мировой народной войны, сметающей империализм и всю реакцию с лица земли.

Международное пролетарское движение – и его авангард, международное коммунистическое движение (МКД), возглавляемое маоистским авангардом, – также добилось значительных успехов. Империализм США и его младших партнеров по НАТО направил свои усилия на подавление продолжающихся народных войн. Помимо ведения захватнических войн и грабительских кампаний на Украине, на Большом Ближнем Востоке и в странах Африки, а также организации пиратского вторжения в Венесуэлу и похищения ее конституционного президента Мадуро, они несут ответственность за убийство председателя Гонсало в тюрьме после 29 лет полной изоляции, за гибель товарищей Бенито и Вильмы, исторических лидеров Коммунистической партии Филиппин, за убийство товарища Басавараджа, генерального секретаря КПИ (маоистской), а также других ключевых лидеров и видных командиров антиимпериалистических и антисионистских войн национального сопротивления. Однако эти атаки не смогли остановить ни народную войну, ни войны за национальное освобождение. Эта борьба остается энергичной и бескомпромиссной, твердо противостоя контрреволюционной волне и сохраняя стойкость перед лицом всего мира. Это в полной мере относится к народной войне в Турции, возглавляемой героической TKP/ML, и к народной войне в Перу, которая продолжается в рамках процесса общей реорганизации PCP. Продолжение народных войн и подготовка к новым, создание новой международной пролетарской организации (Международной коммунистической лиги) а также недавно сформированной Международной антиимпериалистической лиги составляют важнейшие субъективные достижения внутри МКД. Коммунисты и революционеры должны приложить все усилия, чтобы шаг за шагом срывать планы империализма. Сегодня важнейшей международной задачей для революционеров и последовательных демократов является борьба в защиту национального сопротивления Палестины, Ирана и Ливана, обеспечение провала операции «Кагаар» и поддержка продолжающихся народных войн.

Продвижение в этой борьбе возможно лишь в условиях бескомпромиссной схватки с ревизионизмом и всеми формами оппортунизма. Ревизионизм представляет собой главную угрозу для революции именно потому, что он является замаскированным врагом внутри народных движений. Разгром правых сил, уничтожение «пятой колонны» и кара для предателей революции – это насущная необходимость, процесс осуществления которой уже идет полным ходом. События 28 марта минувшего года имели огромное значение. «Пятая колонна» нанесла тяжелый удар по КПИ (маоистской), народной войне и сельским массам, однако ей не удалось обезглавить ни КПИ (маоистскую), ни маоистское революционное движение. Безумная попытка фашиста Моди и участников «операции Кагаар» уничтожить маоистское движение провалилась. Уже ведется подготовка к контрнаступлению, и пусть с опозданием, но все же революция одержит победу. Международное пролетарское движение выполнит свою задачу, нанося удары по империализму, его приспешникам и ревизионизму – неразрывно, неустанно и не идя ни на какие уступки.

Долой операцию «Кагаар»!

Да здравствует новодемократическая революция в Индии!

Да здравствует затяжная народная война!

Да здравствует Коммунистическая партия Индии (маоистская) – КПИ (маоистская)!

Товарищ Басаварадж бессмертен!

Смерть ревизионизму и любому оппортунизму! Смерть Сону и его клике гнусных предателей!

Разоблачайте политическое соучастие защитников антимаоистских тезисов – этих мнимых сторонников народной войны в Индии и КПИ (маоистской) – в предательстве, совершенном кликой Сону – Сатиша – Девджи!

Да здравствует мировая пролетарская революция!

Сноски:

1. В последние годы Сону был международным представителем PCI (маоистской) и выступал с заявлениями под псевдонимом Амрут.
2. Журнал Nazariya, «Репрессии не остановят нашу работу», по материалам heraldorojo.org, 2026 г., наш перевод.
3. FACAM, цитируется по heraldorojo.org, 2026 г., наш перевод.
4. PCI (маоистская), apud, LCI, «Реакция обречена на поражение, а народная война в Индии обречена на победу!», 2025
5. LCI: «Реакция обречена на поражение, а народная война в Индии – на победу!» (2025 г.)
6. P.C.B.:Защищать народную войну в Индии и КПИ (маоистскую) – значит защищать их общую политическую линию и борьбу против ревизионизма», 2025 г.
7. КПБ, «Защищать Народную войну в Индии и КПИ (маоистскую) – значит защищать их общую политическую линию и борьбу против ревизионизма», Декабрь 2025 г.
8. UOC(MLM), Заявление Руководящего комитета UOC (MLM) по поводу новой атаки со стороны Коммунистической партии Бразилии, январь 2026 г.
9. UOC(MLM), Заявление Руководящего комитета UOC (MLM) по поводу новой атаки со стороны Коммунистической партии Бразилии, январь 2026 г.
10. «Защищать Народную войну в Индии и КПИ (маоистскую) – значит защищать их общую политическую линию и их борьбу против ревизионизма» (КПБ, декабрь 2025 г.).
11. UOC(MLM), Заявление Руководящего комитета UOC (MLM) по поводу новой атаки со стороны Коммунистической партии Бразилии, январь 2026 г.
12. UOC(MLM), Заявление Руководящего комитета UOC (MLM) по поводу новой атаки со стороны Коммунистической партии Бразилии, январь 2026 г.
13. КПБ, Новая демократическая революция – главная движущая сила мировой пролетарской революции, декабрь 2023 г.
14. В. И. Ленин, «Империализм как высшая стадия капитализма», Полное собрание сочинений, изд-во «Прогресс» (Москва), т. 27, с. 441; перевод и выделение жирным шрифтом – КПБ.
15. Председатель Мао, «Китайская революция и Коммунистическая партия Китая», Избранные произведения, изд-во «Литература на иностранных языках» (Пекин), т. 2, с. 321; перевод и выделение жирным шрифтом – КПБ.
16. UOC(MLM), «Программа революции в Колумбии», 2015 г.; курсив – UOC(MLM), перевод и выделение жирным шрифтом – наши.
17. КПБ, «Новодемократическая революция – главная сила мировой пролетарской революции», декабрь 2023 г.; выделение жирным шрифтом и курсив – в оригинале, подчеркивание – наше.
18. КПБ, «Новодемократическая революция – главная сила мировой пролетарской революции», декабрь 2023 г.; выделение жирным шрифтом и курсив – в оригинале, подчеркивание – наше.
19. UOC(MLM), «Заявление Руководящего комитета UOC (MLM) по поводу новой атаки со стороны Коммунистической партии Бразилии», январь 2026 г.
20. PCI(Maoist), «Изменения в производственных отношениях в Индии – наша политическая программа», 2021 г.
21. Важнейшие изменения в экономике Индии на этапе торгового капитализма: 1. Возрождение разрушавшихся феодальных отношений ради удовлетворения интересов британского колониализма; 2. Утрата крестьянами традиционных прав на землю и превращение земли в товар, проникновение товарно-денежных отношений; 3. Разрушительное воздействие на индийскую промышленность и торговлю; 4. Разрушение самодостаточного сельского хозяйства, ликвидация крестьянства и ремесленников как классов; 5. Ликвидация ряда крупных независимых индийских торговцев и банкиров, а также превращение в окрепший торговый класс тех купцов и ростовщиков, которые выступали посредниками для британцев; 6. Дальнейшее сужение внутреннего рынка». КПИ (маоистская), «Изменения в производственных отношениях в Индии – наша политическая программа», 2021 г. Перевод и выделение жирным шрифтом – наши.
22. «Колониальное господство создало социальную базу, препятствующую развитию независимого капитализма в нашей стране». КПИ (маоистская), «Изменения в производственных отношениях в Индии – наша политическая программа», 2021 г. Перевод и выделение жирным шрифтом – наши
23. «Возрождение феодальных отношений: Ост-Индская компания укрепляла позиции феодальных правителей, навабов и других феодальных сил, стремясь прежде всего присвоить значительный излишек урожая, производимого крестьянами, и продукцию ремесленников. Там, где компания могла установить прямое управление, она создавала новые феодальные владения». КПИ (маоистская), «Изменения в производственных отношениях в Индии – наша политическая программа», 2021 г. Перевод и выделение жирным шрифтом – наши.
24. UOC (MLM), «Программа революции в Колумбии», 2015 г.; курсив – UOC (MLM), перевод и выделение жирным шрифтом – наши.
25. «Финансовый капитал сыграл ключевую роль в формировании новых феодальных сил на базе взаимосвязанной сети государственных и негосударственных структур – “партия – кооператив – панчаят – полиция” – в деревнях». КПИ (маоистская), «Изменения в производственных отношениях в Индии – наша политическая программа», 2021 г. Перевод и выделение жирным шрифтом – наши.
26. «После Второй мировой войны американский империализм выступил мощной силой, став единственной сверхдержавой в мире. Великобритания и Франция, победившие в войне, а также Германия, Япония и Италия, потерпевшие поражение, оказались в состоянии глубокого экономического упадка». КПИ (маоистская), «Изменения в производственных отношениях в Индии – наша политическая программа», 2021 г. Перевод и выделение жирным шрифтом – наши.
27. «Кроме того, подъем национально-освободительной борьбы, вызванный возникновением мощного социалистического лагеря, еще сильнее ослабил империализм в глобальном масштабе. Это привело к изменению соотношения классовых сил. Империализм практически утратил способность создавать колонии с режимом прямого управления». КПИ (маоистская), «Изменения в производственных отношениях в Индии – наша политическая программа», 2021 г. Перевод и выделение жирным шрифтом – наши.
28. «Стремясь обратить неблагоприятные для себя условия в свою пользу, империалисты начали проводить политику эксплуатации косвенного, неоколониального типа. Империалистический капитал вступил в союз как с феодальными силами, так и с компрадорскими промышленниками в бывших колониальных и отсталых странах. (…)

Для достижения своих целей империализм стал позиционировать себя как защитник демократии, якобы выступающий против колониальной политики. Еще до Второй мировой войны он начал проникать на рынки ряда колониальных стран под лозунгами свободной торговли, свободной конкуренции и свободного рынка, постепенно усиливая контроль над их экономикой». КПИ (маоистская), «Изменения в производственных отношениях в Индии – наша политическая программа», 2021 г. Перевод и выделение жирным шрифтом – наши.

1. Эти отрасли были созданы в рамках международного разделения труда, организованного международными монополистическими капиталистическими предприятиями. Они работали исключительно на экспорт. Следовательно, развитие, происходящее в таких странах, как Индия, в рамках международного разделения труда, не является подлинным капиталистическим развитием самой страны. Индийские правящие классы кичатся стремительным капиталистическим развитием, но на деле речь идет о полуколониальной экономике, а не о независимом капиталистическом развитии». КПИ (маоистская), «Изменения в производственных отношениях в Индии – наша политическая программа», 2021 г. Перевод и выделение жирным шрифтом – наши.
2. «В результате глобализации практически все рыночные сектора, существующие в западных капиталистических странах, возникли и в Индии. Однако, поскольку они вступили в союз с феодальным базисом, они не сформировались так, как это произошло в западных странах. На самом деле в эпоху глобализации феодальный базис служит интересам западных капиталистов и способствует получению ими сверхприбылей». КПИ (маоистская), «Изменения в производственных отношениях в Индии – наша политическая программа», 2021 г. Перевод и выделение жирным шрифтом – наши.
3. «Положение полуколониальной страны еще более ухудшилось. Зависимость возросла. Поскольку речь идет о полуколониальной стране неоколониального типа, возможности для полноценного развития промышленного сектора отсутствуют. Таким образом, происходящие изменения отвечают потребностям империалистов и компрадорских правящих классов, а также нуждам в сырье и рынках сбыта. Реакционная сущность этих классов остается неизменной». КПИ (маоистская), «Изменения в производственных отношениях в Индии – наша политическая программа», 2021 г. Перевод и выделение жирным шрифтом – наши.
4. UOC(MLM), «Программа революции в Колумбии», 2015 г.; курсив в оригинале, перевод и выделение жирным шрифтом – наши.
5. UOC(MLM), «Программа революции в Колумбии», 2015 г.; курсив в оригинале, перевод и выделение жирным шрифтом – наши.
6. UOC(MLM), «Программа революции в Колумбии», четвертое издание, 2015 г.; перевод выполнен КПБ, выделение жирным шрифтом – наше.
7. «Второе течение выдвигает на первый план модель международного “развития”, спонсируемую империалистами. Оно утверждает, что классификация, данная маоистской партией, возможно, была применима к концу 1960-х годов, но в настоящее время “феодализм” крайне ослаб, а в сельскохозяйственном секторе в значительной степени господствуют капиталистические производственные отношения. Поэтому оно пытается теоретически доказать бессмысленность вооруженной аграрной революции в сельской местности. Для этого оно использует определенных предателей, которые изменили революционной партии, народу и революции и склонились перед врагом. Они прибегают к клевете, поднимают шум вокруг партийной линии и предпринимают тщетные попытки внести путаницу в ряды революционного лагеря». CPI(Maoist), «Изменения в производственных отношениях в Индии – наша политическая программа», 2021 г. Перевод и выделение жирным шрифтом – наши.
8. UOC(MLM), Programa para la revolución en la Colombia [Программа революции в Колумбии], 4-е изд., 2015 г.; перевод и выделение жирным шрифтом – наши.
9. «Первый вопрос – феодальный гнет: большинство населения страдало от феодального гнета. Поскольку в стране не произошло антифеодальной демократической революции, феодальные классы нисколько не пострадали». КПИ(М), «Изменения в производственных отношениях в Индии – наша политическая программа», 2021 г.; перевод и выделение жирным шрифтом – наши.
10. «Мы видели, как индийские эксплуататорские правящие классы, поправшие программу перераспределения земли (земельные реформы), взялись за реализацию альтернативных программ повышения продуктивности сельского хозяйства – таких как программы развития общин, IADP, кооперативы и “зеленая революция”, – не меняя при этом по существу полуфеодальных отношений в сельском хозяйстве, унаследованных от британской эпохи. Однако эти программы помогли им реорганизовать феодальную гегемонию, начиная с уровня деревенских панчаятов. В результате возникли новые феодальные силы и новые формы эксплуатации». КПИ(М), «Изменения в производственных отношениях в Индии – наша политическая программа», 2021 г.; перевод и выделение жирным шрифтом – наши.
11. «В этот период были заложены основы контрактного/корпоративного сельского хозяйства благодаря сотрудничеству этих новых феодальных сил с финансовым капиталом». КПИ(М), «Изменения в производственных отношениях в Индии – наша политическая программа», 2021 г.; перевод и выделение жирным шрифтом – наши.
12. Кооперативный банк представляет собой важную институциональную форму сочетания бюрократического капитализма и полуфеодализма. Финансирование этого банка осуществляет NABARD (Национальный банк сельского хозяйства и развития сельских районов), который, в свою очередь, финансируется Всемирным банком. Значительную долю в капитале банка составляют также излишки средств местных эксплуататоров, прежде всего помещиков. Таким образом, мы видим, что кооперативный капитал представляет собой смесь инвестиций империалистов, компрадорской бюрократической буржуазии и местных полуфеодальных излишков. Контроль над этой организацией осуществляют исключительно местные эксплуататоры, избранные от различных партий. Для них это служило не только источником легкодоступных кредитов, но и мощным инструментом власти. Кооперативные банки существенно расширили возможности получения и доступность институционального кредитования. В результате на смену традиционным отношениям в сельской местности пришли новые отношения, носящие внешне современный характер». КПИ(М), «Изменения в производственных отношениях в Индии – наша политическая программа», 2021 г. Перевод и выделение жирным шрифтом – наши.
13. «(…) в сельской местности, опираясь на местную власть, сформировался новый класс феодалов. В рамках земельных реформ 1970-х годов в ряде районов штатов Керала и Западная Бенгалия излишки земли распределялись между семьями бедных и безземельных крестьян при условии их вступления в коллективные хозяйства. Однако на практике их право собственности на землю носило формальный характер. Хотя в советы директоров этих коллективных хозяйств входили представители бедных и безземельных крестьян, а также выходцы из отсталых каст и далиты, они не имели права продавать землю или распоряжаться ею по своему усмотрению. По сути, то, что официально оформлялось как собственность коллективных хозяйств, на деле являлось корпоративной собственностью членов совета директоров, находившейся под тем или иным контролем государства. Занять эти позиции им удалось благодаря поддержке правительства и его капиталу. Этот феодализм представляет собой еще одну форму собственности компрадорской бюрократической буржуазии. Это новая форма, при которой реальные собственники использовали государственный аппарат власти для установления феодальных отношений, основанных на кастовой гегемонии и угнетении непосредственных тружеников». КПИ(М), «Изменения в производственных отношениях в Индии – наша политическая программа», 2021 г. Перевод и выделение жирным шрифтом – наши.
14. Хотя бедные крестьяне и часть крестьянства среднего достатка лишились своих земель (или оказались отстранены от владения землей и иными орудиями труда), они не превратились в наемных сельскохозяйственных рабочих или сельский пролетариат. Они оставались привязанными к той же земле в качестве издольщиков. Они владели определенными средствами производства, например плугом, и несли часть производственных расходов. Это характерная черта докапиталистических отношений собственности. Из-за крайней нужды издольщики продавали урожай задолго до сбора или получали зерно (продовольствие) и деньги в качестве аванса от землевладельцев, торговцев и скупщиков риса. В счет этих новых долгов крестьяне были вынуждены отдавать и следующий урожай. Они попадали в порочный круг, из которого невозможно было выбраться. Они были привязаны к земле. Они сталкивались как с полуфеодальной, так и с торгово-ростовщической эксплуатацией». КПИ(М), «Изменения в производственных отношениях в Индии – наша политическая программа», 2021 г. Перевод и выделение жирным шрифтом – наши.
15. «Бедные фермеры арендуют землю двумя способами: на основе фиксированного договора или на условиях издольщины. (…) В настоящее время большинство безземельных и бедных фермеров в большинстве районов берут землю в аренду по устной договоренности для ведения хозяйства. Согласно официальной статистике, они не являются ни собственниками, ни партнерами, ни даже совладельцами земли. По сути, их можно назвать кабальными рабами». КПИ(М), «Изменения в производственных отношениях в Индии – наша политическая программа», 2021 г. Перевод и выделение жирным шрифтом – наши.
16. «По мере роста наемного труда, принимающего форму капиталистической эксплуатации, эти внешние изменения становятся частью существующей полуфеодальной системы эксплуатации». КПИ(М), «Изменения в производственных отношениях в Индии – наша политическая программа», 2021 г. Перевод и выделение жирным шрифтом – наши.
17. «Феодальная эксплуатация сохраняется в форме принуждения согнанных с земли крестьян работать в качестве наемных сельскохозяйственных рабочих или арендаторов». КПИ(М), «Изменения в производственных отношениях в Индии – наша политическая программа», 2021 г. Перевод и выделение жирным шрифтом – наши.
18. «Различные виды ревизионистов видят форму, а не содержание, и занимаются политическим развлечением масс. Они сводят на нет антиимпериалистическую и антифеодальную борьбу. Они скрывают необходимость коренного преобразования полуколониального, полуфеодального общества». КПИ(М), «Изменения в производственных отношениях в Индии – наша политическая программа», 2021 г. Перевод и выделение жирным шрифтом – наши.
19. «С 15 августа 1947 года, после окончания прямого колониального господства британского империализма, Индия стала полуколонией. Индийское общество уже было полуфеодальным. Поначалу революционные коммунисты не имели принципиальных разногласий по этому вопросу. В 1946–1951 годах развернулась великая вооруженная борьба крестьян Теланганы за землю, хлеб и освобождение. Руководство единой Коммунистической партии отказалось от вооруженной борьбы и предало ее. (…) Это усилило правый оппортунизм в партии. Если взглянуть на последующую стратегию партии, то ее руководство прибегло к словесным уловкам и стало рассматривать Индию как принципиально независимую капиталистическую страну». КПИ(М), «Изменения в производственных отношениях в Индии – наша политическая программа», 2021 г. Перевод и выделение жирным шрифтом – наши.
20. Однако революционное крыло партии никогда не принимало эту правооппортунистическую тенденцию. Когда в 1960-х годах единая Коммунистическая партия раскололась на КПИ и КПИ (марксистскую), революционное крыло оказалось в составе КПИ(М). Тем не менее, оно выступало против неоревизионистской линии руководства. Вскоре многие лидеры первого эшелона – такие как товарищ С.М. и товарищ К.С., основатели и наставники нашей партии (КПИ (маоистской)), проложившие путь индийской революции, – а также рядовые активисты четко заявили, что индийское общество является полуколониальным и полуфеодальным, и поставили вопрос о вооруженной аграрной революции. В результате в 1967 году в Северной Бенгалии развернулась вооруженная борьба крестьян Наксалбари. Вскоре эта борьба распространилась на ряд других регионов страны. Возникшие в 1969 году КПИ (марксистско-ленинская) и МСС (Маоистский коммунистический центр) также четко определили индийское общество как полуколониальное и полуфеодальное. Эти партии взяли на вооружение линию затяжной народной войны и поставили перед собой цель осуществления новодемократической революции. Успешный VIII съезд КПИ (МЛ), состоявшийся в 1970 году, единодушно подтвердил верность этому курсу». – КПИ(М), «Изменения в производственных отношениях в Индии – наша политическая программа», 2021 г. (Перевод и выделение жирным шрифтом – наши).
21. «Компрадорские правящие классы инициировали «зеленую революцию» в интересах империалистов. Вследствие этого, опираясь на искаженные капиталистические отношения, сложившиеся в таких районах, как Пенджаб, эти классы инициировали дискуссию о способе производства в стране. Это было частью заговора, направленного на уничтожение самой основы для вооруженной аграрной революции и линии затяжной народной войны. Дискуссия о способе производства началась в начале 1970-х годов в академических кругах, а затем охватила и политических активистов. Мнения высказывались в самых разных формах: в виде докладов, аналитических записок, научных исследований, теоретических положений, политического анализа и отчетов с мест. Свидетельства этого можно найти в материалах, исходящих от экономистов, обществоведов, политических активистов, партий правящего класса, ревизионистских и неоревизионистских партий, а также представителей государственных структур, разработчиков правительственных программ и публикаций в различных журналах». КПИ(М) «Изменения в производственных отношениях в Индии – наша политическая программа», 2021 г. Перевод и выделение жирным шрифтом – наши.
22. UOC (MLM), «Программа революции в Колумбии», четвертое издание, 2015 г.; перевод, выделение жирным шрифтом и подчеркивание – наши.
23. «Объединенная партия КПИ (маоистская) провела политическую дискуссию о способе производства в Индии – вопрос, возникший в связи с ситуацией в ряде штатов, особенно в Пенджабе, – в ходе Объединительного (Девятого) съезда, руководствуясь принципом демократического централизма. Съезд подчеркнул, что, хотя в некоторых районах Индии (включая Пенджаб) и существуют искаженные капиталистические отношения, в основе способа производства лежат полуфеодальные производственные отношения; было заявлено, что полуколониальное, полуфеодальное общество с неравномерным развитием должно быть ликвидировано на пути затяжной народной войны посредством применения соответствующей тактики, а также должна быть осуществлена новодемократическая революция, – тем самым партийная линия получила дальнейшее развитие». КПИ(М), «Изменения в производственных отношениях в Индии – наша политическая программа», 2021 г. (Перевод и выделение жирным шрифтом – наши).
24. «С другой стороны, к этому времени империалисты оценили тяжелые последствия – как во внутреннем, так и в международном плане, – к которым могло бы привести усиление народной войны в Индии. По указке империалистов правящие классы объявили нашу партию "главной угрозой внутренней безопасности страны". Пользуясь этой ситуацией, они вновь усилили теоретические нападки на партийную линию, инициировав дискуссию о производственных отношениях. По всему миру и внутри страны возникло множество аналитических центров, финансируемых империалистами. Они подняли вопрос о том, является ли социально-экономический строй Индии полуфеодальным или же он трансформировался в капиталистический, а также о том, сохраняет ли актуальность стратегия затяжной народной войны или же это устаревшая теория. В 2011 году в Оксфордском университете состоялся крупный семинар; кроме того, было проведено и продолжается по сей день огромное количество исследований. В ходе этого процесса некоторые ученые, связанные с правящим классом, занялись обследованием деревень. Финансируемые империалистами НПО вкладывают в эти цели огромные средства (десятки миллионов рупий)». КПИ(М), «Изменения в производственных отношениях в Индии – наша политическая программа», 2021 г. (Перевод и выделение жирным шрифтом – наши).
25. «Вторая тенденция заключается в том, что Индия вовсе не является полуфеодальной страной, а трансформировалась в капиталистическое общество. Это направление поддерживается главным образом империалистами и правящими классами. Эту тенденцию олицетворяют вражеские агенты, контрреволюционные силы, оппортунистические ревизионистские элементы, изгнанные из Партии, а также предатели, покинувшие Партию и перешедшие на сторону врага». КПИ(М), «Изменения в производственных отношениях в Индии – Наша политическая программа».
26. КПБ, 2025 г. Защита народной войны в Индии и КПИ (маоистской); защита генеральной политической линии и борьба с ревизионизмом. Выделение жирным шрифтом – КПБ, подчеркивание – наше.
27. UOC (MLM), 2026 г. Заявление Руководящего комитета UOC (MLM) по поводу новой атаки со стороны Коммунистической партии Бразилии. Перевод и выделение жирным шрифтом – наши.
28. UOC (MLM), 2026 г. Международная кампания против операции «Кагаар» в Индии.