amp

- Здравствуйте. Я на консультацию к хирургу. - Молодой парень с играющими светом глазами протянул паспорт в окошечко, отделанное вокруг дорогим серебристым металлом. Над окошечком было написано: “Рады приветствовать в центральной городской больнице г.Санкт-Петербурга. Сегодня вам с радостью поможет специалист регистратуры Мягкова Татьяна Викторовна”
- Здравствуйте. Да-да, конечно. Подскажите пожалуйста, когда вы записывались? Голос у Татьяны Викторовны звучал очень развесисто, мелодично и гладко, в меру по тембру и скорости. Такой голос не подходит Татьяне Викторовне, а должен принадлежать Тане или Танечке, но в полной мере соответствовал молодому упругому сияющему лицу специалиста регистратуры.
- Я сегодня утром записался. Через госуслуги, вот. - Молодой человек протянул к стеклу телефон, на экране которого светилось подтверждение о регистрации в данную больницу.
- Спасибо, не беспокойтесь, мы сейчас вас найдем. Будьте добры, ваше имя, фамилия, дата рождения? - Татьяна посматривала на молодого человека искоса и едва заметно, только одним лишь уголком губ улыбалась.
- Шилов Алексей Викторович, седьмое мая тысяча девятьсот восемьдесят седьмого года.
- Спасибо…так, секунду. Да, вижу, на 16:30 есть запись. Врач Шолохов Михаил Евгеньевич, хороший врач, вам повезло. Алексей Викторович, гардероб слева за углом, вас там встретят и помогут с вещами. Там же расскажут как попасть в зону ожидания. Подождать придется целых двадцать пять минут, чтобы не было чем занять себя - можете попросить журналы и заказать кофе. Кстати, - Татьяна Викторовна игриво улыбнулась, щеки ее при этом заблестели, - очень советую, кофе действительно прекрасный, сама нет-нет отлучаюсь чтобы приготовить себе.
- Хм, - задумался Алексей, - спасибо за совет, я попробую.
Он развернулся и пошел в сторону гардероба, но его окликнул специалист регистрации выскочив из кабинета:
- Алексей Викторович, погодите секундочку…Алексей Викторович…
- Да-да, - Алексей развернулся и удивился совсем невысокому росту Татьяны Викторовны, ее сбитым формам и упругим ногам с подтянутыми играми, видневшимися из-под сдержанного больничного халата.
- Я совсем забыла, простите. Мне право не ловко и это совсем не…в общем, у нас в больнице сейчас проводится контроль качества и…, - Татьяна Викторовна смущенно смотрела в пол и говорила под нос, - не могли бы вы…, - но тут же подняла глаза и затараторила, - больница сейчас опрос проводит в том числе по качеству работы регистратуры. Не могли бы вы заполнить опрос о качестве моей работы. Это займет не более двух минут, можно прямо на госуслугах. Дело в том, что чем больше мы соберем отзывов, тем больше шансов на стажировку в муниципальных и сельских больницах. А там, ну вы понимаете, это ведь шанс.
- Э…ну да, конечно же, никаких проблем, - согласился Алексей.
- Спасибо! Спасибо вам огромное. Извините еще раз. Спасибо.
И Татьяна Викторовна припрыгивая убежала обратно в кабинет, а Алексей снова направился в сторону гардероба предварительно хихикнув про себя “вот дуреха”.

В гардеробе ждал молодой человек азиатской наружности. Как только он увидел посетителя, тут же с особой ловкостью надел белоснежные шелковые перчатки и протянул руки.
- Здравствуйте, Алексей Викторович. Позвольте ваше пальто, вот. Спасибо. Одну секунду.
Алексей ждал пока гардеробщик принесет номерок и рассматривал себя в зеркало, поправил свитер, скинул с него пару длинных женских волосков (”должно быть Татьяна Викторовна”, - подумал он про себя), немного потрепал русую шевелюру, поправил пробор и разгладил бороду.
- Вот, пожалуйста, - Азиат протянул бронзовую пластинку с ровными краями, на которой изящным театральным шрифтом был выгравирован номер 54, - добро пожаловать. Зона ожидания прямо по коридору и направо. Там вас встретят и проводят на место. Подскажите, какой кофе и журналы вы предпочитаете?
- Оу, - смутился Алексей, - а можно я выберу на месте?
- Ну конечно, - азиат сощурил глаза и поклонился, - прошу прошения за спешку. Я пошлю к вам ассистента. Подскажите, могу ли еще чем-либо вам помочь? Ролики для одежды, щетки или еще чего-либо?
Алексей снова осмотрел себя в зеркале и несмотря на не совсем опрятный вид обуви скромно ответил:
- Нет, спасибо, - и развернулся чтобы уйти.
- Алексей Викторович, - заигрывающе позвал его гардеробщик. Алексей остановился, - наверняка вы знаете, но если вдруг нет. В больнице проходит массовый опрос посетителей, и если вам не сложно…
- Что вы, не сложно, - ответил Алексей через плечо, - через госуслуги можно?
- Конечно же, - гардеробщик развел руками.
- Неприменно заполню.

В зале больного встретила совсем юная девушка (вероятно стажер) с самой яркой и при этом естественной улыбкой, какую Алексею доводилось видеть за последние десять минут. Она изящно присела в танцевальном па, приподнялась на носочках и громко и радостно поприветствовала:
- Здравствуйте, Алексей Викторович. Меня зовут Лика, и эти короткие пятнадцать минут, что остались до вашего посещения врача я помогу вам не чувствовать нужды.
- Здравствуйте. - Алексей был заворожен улыбкой и манерными жестами девушки, мягкой музыке, которая негромко звучала сразу со всех сторона под шуршание воды, источник которого, вероятно, находился где-то в глубине lounge-зоны в виде небольшого фонтана, как это часто бывает в типовых больничных зонах ожидания.
- Пройдемте со мной. Чай, кофе? Могу предложить ароматный осенний напиток с имберем и лимоном, прекрасно восстанавливает силы… - Лика двигалась как кошка при этом изящно раскачивала попой, округлости которой вот-вот вылезали из-под короткой белой юбки стилизованной под больничную. Алексей не мог оторвать взгляд, самозабвенно смотрел на молодое девичье тело и не заметил как в животе засвербило, но тут же очнулся и ответил на вопрос, который прозвучал в тумане задумчивости:
- Да, конечно. Спасибо, да, да, - но взгляд так и срывался на тонкую красную ленточку увлекая сознание обратно в туман.
- Вот, пожалуйста. Через пять минут вам принесут имбирный напиток. Он будет горячим, а у вас осталось всего двенадцать минут до приема, но, пожалуйста, не торопитесь. Оставьте чашку здесь, когда будете уходить, я заберу ее как только освобожусь. Могу ли я еще чем-либо помочь?
- Эмм…, - Алексей задумался чем бы еще он мог задержать внимание ассистента и не нашел ничего лучше сказать, - а подскажите, какие журналы у вас есть?
- Да, конечно. - Лика наклонилась к посетителю, и показала на лежащий на столе каталог, - смотрите, здесь полный каталог. Если вдруг решите что-то прочитать, просто нажмите кнопку вот здесь, - Лика показала спрятанную в складках кожанного дивана красную кнопку, - советую почитать вот этот, там рассказывается о современной городской инфраструктуре и новых веяниях урбанистики. Отдыхайте, Алексей Викторович, скоро вам принесут напиток.
Лика развернулась и игривой походкой запорхала между стоек, пальм и стеклянных статуй, которыми была усеяна зона ожидания.
- Постойте, Лика, - успел окликнуть Алексей, - а вас тоже можно оценить в рамках опроса, что проходит в вашей больнице?
Лика покраснела и смущенно ответила:
- Да, конечно. Спасибо большое!

Прошло несколько минут как принесли имбирный чай на подносе вместе с нарезанным лимоном, красиво уложенном на белом блюдце с красной каемочкой. Алексей расслабленно пил горячую жидкость с резким вкусом и ароматом вспоминая Лику, снова погрузился в туман и не заметил как пролетело оставшееся время и кто-то коротким мягким тычком в плечо вернул его к реальности.
- Простите, простите, Алексей Викторович. Вас ожидает Михаил Евгеньевич, пожалуйста пройдемте. - Почти не удалось разобрать лица, разбудившего Алексея. Работник больницы ловко взял его за руку и повел сначала по зоне ожидания, потом по каким-то коридорам. Когда они подошло к нужному кабинету, ассистент открыл дверь и услужливо пригласил больного в кабинет. Как только Алексей переступил порог, по всему кабинету выстланному белоснежным мрамором, эхом разлетелся громкий, смелый и задорный голос врача.
- Алексей Викторович, здравствуйте-здравствуйте, - Михаил Евгеньевич, мужчина лет сорока но уже с лысой головой, какие часто встречаются в городских больницах. Он очень гармонично и заразительно улыбался, а лицо его выглядело как-то стерильно и гладко.
- Добро пожаловать, - продолжал он, - приношу свои извинения за столь долгое ожидание, но кто же знал что вы придете так рано. Все приходят за пять, ну максимум десять минут до приема, что даже не успевают посмотреть сад камней, что не так давно сделали в зоне ожидания. Вам, кстати удалось посмотреть?
- М…нет, если честно, - ответил Алексей.
- Как же, как же. Судя по вашему ответу вы и не знали что такой сад есть. Ай-ай-ай. Я говорил главному врачу, не стоит нанимать молоденьких интернов для работы в зоне ожидания - они все путают и постоянно что-то забывают. Да что вы стоите, Алексей Викторович, пройдемте, присаживайтесь здесь, вот, - и Михаил Евгеньевич взяв за локоть своего дорогого посетителя провел его на кушетку и умело усадил, - так вот. А главный врач говорит, что если мы тот тут то там будем отказывать интернам лишь по причине их рассеянности, то как же они наберутся опыта во врачебном деле? Шансы должны быть равны у всех, - Михаил Евгеньевич покачал головой нахмурив светлые брови, - разве нет? И я вам скажу - сложно не согласиться с главным, мудрейший человек. Однако не стоит забывать и про здоровую конкуренцию, ведь именно она обуславливает достижение успеха. Как, спрашивается, равные шансы может иметь неуклюжая ассистентка в короткой юбчонке и всезнающий специалист регистратуры? Вы их видели? Разве у них одинаковые шансы? Вы слышали что они все, прямо все как один хотят попасть в муниципальные да сельские больницы. Уму не постижимо, как можно…эх, - врач махнул рукой, - горе этим неустоявшимся системам. Да и что я все о своем да о бедах, вы простите меня право. Вы о себе расскажите, все таки в этом и есть цель вашего визита, не так ли. Да, позвольте мне записать. На что жалуетесь, Алексей Викторович?
Алексей утомившись длинным рассказом о больничной жизни начал без промедления:
- Михаил Евгеньевич, дело в том, что мне необходимо ампутировать руку.
- Руку? - опешил врач, - так ведь…как руку? Руку? - Лоб врача покрылся неисчислимым количеством мясистых морщин.
- Ну да. Я сегодня утром записался через госуслуги к хирургу, чтобы проконсультироваться и запланировать когда это можно сделать.
- Так-так, погодите…, - Михаил Евгеньевич встал и начал нервно ходить по кабинету, - руку. А что вы понимаете…прям всю?
- Ну…я думаю что достаточно до плеча. Вот тут, где заканчивается дельтовидная мышца, чуть ниже ее. У меня просто очень сильные мышцы плеча, если часть оставить будет смотреться лучше. Или так нельзя?
- Нет-нет, что вы, можно и так, правда…
- Я думал о том, чтобы отрезать полностью и вынуть плечевой сустав, но прочитал, что по врачебным законам или как-то там нельзя ампутировать сразу все, это вроде как запрещено. Однако, сколько можно я тоже не нашел, поэтому и выбрал до плеча.
- Да-да, это верно вы прочитали. Но…
- Я думал пойти во вторую городскую, - Алексей говорил быстро и отчетливо, без остановки и самозабвенно, - но прочитал отзывы, посмотрел список врачей и выбрал вашу. Есть еще третья и центральная, туда правда сложней попасть, но…операция ведь не такая сложная чтобы несколько дней ждать пусть и лучшую, но все таки равнозначную больницу, правда?
- Нет, конечно не стоит таких ожиданий, что вы, - отмахнулся похода от третей и центральной Михаил Евгеньевич, - да и не рекомендую я вам в те больницы. Хоть у них рейтинги и лучше, и знают их люди только с положительной стороны, мы, как врачи, очень осведомлены о профессионализме и этичности персонала. И скажу вам…хотя не стоит так о коллегах по цеху.
- Так вот, - продолжил Алексей, - говорят, там такие ампутации делают без проблем…
- Ну-ну, - перебил его хирург, - такой статистики вам никто не предоставит. Видите ли, врачебная тайна не позволяет.
- И тем не менее, в сети ходит много хвалебных отзывов именно о такого рода операциях. Неужели вам самому не доводилось об этом слышать и, что вводит меня сомнения о том, что я пришел в верную больницу, делать такие операции самостоятельно?
- Что вы, что вы, - занервничал хирург, - я не могу оглашать весь свой послужной список, конечно же, но думаю, если я скажу о самом факте наличия подобного рода операциях, ничего не произойдет. Да, безусловно такие операции мне доводилось делать, и не раз. Хорошо, что ж. - Михаил Евгеньевич подошел к столу и стал что-то записывать и перелистывать книги что-то при этом бормоча.
- Так, - выкрикнул он как закончил, - что ж, думаю для начала вам нужно пройти вот эти анализы, - врач протянул листок, - и я записал вас через три дня на операцию. Сегодня с вами свяжется мой помошник и расскажет как готовиться к операции.
Алексей встал и возмущенно ответил:
- Через три дня!? Только через три? Неужели невозможно быстрее?
Михаил Евгеньевич побледнел и изменился в лице:
- Увы, раньше никак. Видите ли, подготовка очень сложная, потом пациентов достаточно велик и к тому же…послушайте, я попробую устроить так, чтобы операция была проведена утром, а не днем. Скажем, в шесть или семь часов утра если вам это удобно. Но раньше совсем никак.
Алексей глубоко вздохну и вместе с воздухом выпустил накопившуюся внутри злость.
- Хорошо, это все равно быстрее чем ждать в центральной, думаю. Пусть будет через три. Но было бы неплохо, если бы вы предупреждали о таких сроках еще на этапе прохождения регистрации, - с этими словами Алексей направился на выход из кабинета.
- Мы ведь не знали, прошу прощения, Алексей Викторович. Но я обязательно доложу об этом главному вруча. Коль скоро мы ориентируемся на удовлетворение клиентов, нельзя допускать их недовольства ни в коем случае. Алексей Викторович…
Но Алексей уже вышел и закрыл за собой дверь, причем совсем не тихо.

***
Из статистики опроса посетителей первой городской больницы города Санкт-Петербурга, проведенного центральным отделом статистики государственных услуг.

- 89% посетителей довольны качетсвом работы специалистов регистраторы.
- 76% посетителей довольны сервисом и размещением посетителей в зонах ожидания.
- 98% посетителей довольны качеством обслуживания в зоне ожидания.
- 82,5% посетителей довольны качеством услуг хирургии.
- 89% посетителей довольны качеством услуг терапии.
- 93% посетителей довольны качеством услуг гинекологии.

***
Голос после наркоза вялый, мозг тоже. Первым делом спросил удачно ли прошла операция, сказали что все в порядке. Не поверил, попросил показать руку, но санитарка улыбнулась и положив ладонь на лоб сказала чтобы я отдыхал и не тратил силы. По всей видимости от нервов сердце забилось чаще и аппарат контроля жизнеобеспечения протяжно запищал собрав вокруг себя гору врачей. Это наруку, можно попробовать подергать ногами и настоять на том чтобы показали руку. Врачи шумят вокруг койки, махают планшетами и какими-то бумагами, что-то кричат, но слов не понять потому что слишком много народу. Санитарка обратила внимание наконец. Говорю, что чувствую руку, чувствую обе, не верю что операция прошла успешно. Она опять смеется, оглядывается на свору врачей (кажется среди них Михаил Евгеньевич), вдруг становится серьезной и говорит что все и правда прошло успешно, и первое время руку я буду чувствовать и ничего с этим не поделать, но советовала стараться ей сильно не шевелить, чтобы не растревожить рану на культе. Насчет самой руки сообщили также, что сейчас ее показать не смогут, но через неделю передадут, как я и просил, в колбе, залитой смесью формальдегида и метилового спирта. После этого сознание медленно поплыло и я выключился.

Через время, точно не знаю сколько, очнулся снова. Из персонала рядом никого не было, палата индивидуальная, над койкой развешен балдахин из марли. Он колыхался от ветра, который создавал вентилятор какого-то аппарата, к которому был подключен. Хватило сил, чтобы поднять голову и наконец увидеть культю. Отрезали как и просил левую и, как кажется, ровно чуть ниже дельтовидной мышцы. В остальном ничего сказать нельзя, все перемотано бинтами. Не болит, хотя есть подозрения что накачали разного рода наркотой и обезболивающими. Главное не болит, это было самым страшным. Большее сил не хватило, улыбаясь вырубился.

Еще через время встал уже со светлой головой. Накормили какой-то теплой кашей из ложечки, вполне съедобная. Кусочек правда упал на простынь оставим жирный масленный след, а простынь не меняли еще часа три, хотя я просил. Организм сильный, удивительно как быстро возвращаюсь к полноценной жизни. Хотя ампутация руки совсем не то же самое что полосная операция, или микрохирургия, когда приходится либо череп сверлить и раскалывать или органы в таз перекладывать. Подобные операции, когда часть тела просто перебирают по органам, пережить сильно сложней чем отсечение внешней части. Хотя где начинается “внутри” а где “снаружи” вопрос философский (а может и врачебный). Вполне себе может быть, что нарушение целостности кожи уже является нарушением внутреннего строения организма.
Говорят, что из реанимации выпишут уже завтра утром, а с больницы через несколько дней. Сегодня накричал на санитара и заставил наконец принести руку, пригрозил жалобами куда нужно и подчеркнул, что лучше бы пошел в центральную городскую и не выпендривался. Удалось задеть самые глубинные врачебные чувства и добился таки своего. Низкорослая санитарка внесла огроменную колбу и поставила на столик рядом. Смотрелась внушительно - колба как трехлитровая банка диаметром доверху залита жидкостью желтоватого оттенка, в которой плавает прикрепленная какой-то проволокой ко дну и крышке бывшая в употреблении рука. То ли она иссохлась, то ли на самом деле у меня такие худощавые руки. Опять засомневался что все таки моя. Нужно было перед этим сделать татуировку. Но эти врачи олухи всегда что-нибудь да придумают.

Завтра выписывают. Без руки очень неудобно, конечно, это мягко сказано, наверное, стоит заказать протез.
Наконец хватает сил зайти в сеть и посмотреть новости и статистику. За неделю, что торчу здесь, произошло много нового, хотя концептуально ничего не поменялось, я все еще в ампутационном тренде. Из главных новостей - Петербуржцы вышли на улицы с протестами и требованиям к властям, чтобы те дали разрешение на проведение фестиваля ампутированных конечностей на марсовом поле, пока не ударили холода. Власти идут на встречу, хотя с неохотой. Городская дума все еще пытается пересмотреть закон об инвалидности, но опять не знаю с чего подступиться. Европа, как обычно, выступает против запрета на ампутацию, снова вводят что-то вроде санкций. Концептуально ничего не изменилось. Если разрешат мероприятие на марсовом, попробую тоже пойти. Возможно, кого-то пригласят, знаменитого певца или блогера какого-нибудь.

Наконец выписали. Дома встретили шумно и весело. Отец хоть и все еще злится, но сделал традиционный праздничный шашлык. Отмечали всей семьей, мама даже пригласила соседку тетю Валю (она кстати тоже сидела и смотрела неодобрительно). Все спрашивали как все было от начала до конца, за каждый этап поднимали бокал. Руку не показывал долго, сохраняя тайну и дожидаясь пока все напьются. Отец пил очень мало, в отличие от сестры, которая подсела и на ухо рассказала что тоже хочет, но на самом деле боится. Во-первых отец, мудак, ее запугивает, во-вторых она девчонка конечно, очень понимаю. Испытываю легкое чувство гордости как старший брат, хочу как-то поддержать и помочь сестре. Не помню что сказал, но она расплакалась и обняла меня, сказала спасибо долго потом сопела в свитер, испачкав его тушью, смешанной со слезами.
Когда тетя Валя ушла, решил объявить самое главное, что отдаю руку в детский дом. Мама ахнула, и ужаснулась и пошатнулась, отец вообще вышел смачно сплюнув на пол. Я объяснил что ради этого все и сделал, и сейчас это основной тренд, можно сказать захватил самый пик волны. Никто не понял о чем речь. Жаль семья у меня старомодная, как же жаль. Только на сестру надежда.