Сказка о возвращении Домой
Однажды жило-было волшебство.
Хотя нет… не "однажды", оно было всегда.
А всегда — это не время.
В нём не было ни начала, ни конца.
А волшебство — было.
Не как сияние. Не как звук.
А как бесконечно глубокое и многогранное
«может»
и
«быть»
в одном целом.
У них много имён, например Шакти и Шива, Пракрити и Пуруша, движение и покой, возможности и жизнь, энергия и сознание.
И Оно было настолько насыщенно, что не могло не перелиться через край.
Так родились искорки.
Тончайшие, будто дыхание света.
Каждая — как пуповина бесконечности, растянутая в форму.
И каждая мечтала проявить волшебство в мире, который ещё не освоил любовь, но знал её и искал.
Одной из таких искорок была Она.
Без имени — имена слишком тесны для того, кто помнит целое.
Она рождалась в звёздах, танцевала в неонах, проживала жизни травинки, поэта и даже тёплой варежки. Но однажды оказалась в истории, где было трудно.
Где мир был резким и тяжёлым, а сказки — только в книжках.
Эта форма жизни называлась семья, и именно туда она выбрала воплотиться.
— Зачем ты идёшь туда? — спрашивали другие искорки.
— Там ведь будет больно.
— Именно там волшебство нужнее всего, — ответила она, с грустью и огоньком.
Она родилась тонкой, чувствующей, мечтательной.
Сквозь неё снова и снова хотело прорваться воспоминание об Истине.
Но, сталкиваясь с холодом, суетой, страхами — она пыталась уйти вперёд, к ожиданиям других, или назад — раствориться.
Но мир обтёсывал её.
И она становилась сложнее. Острее. Жёстче.
Чтобы быть услышанной — становилась громкой.
Чтобы быть любимой — нужной.
Чтобы не умереть от одиночества — полезной.
Так она бродила.
От идеи — к роли,
от роли — к мечте,
от мечты — к очередной потере.
И всё ждала:
— Где же он, мой волшебный Дом?..
Пока однажды, на дне очередной потери, она не решила всё бросить и отправиться на поиски волшебства, которое ей так не хватало.
Мир поддерживал её, посылал встречных путников, давал ключи.
И однажды она встретила незнакомца, что выглядел как её дальний родственник.
Он дал ей волшебную карту — и инструкции, как ею пользоваться.
Каждый раз, когда она следовала карте, её возвращало в детские ощущения:
внутри — тёплая тишина,
снаружи — мрак и опасность.
Чем смелее она пользовалась картой, тем больше скрежетал мир.
Через годы поисков она заметила, что живёт прошлым, сжимается, гаснет…
всё как в детстве — в ожидании подвоха.
Внимание ускользало наружу — в отношения, в борьбу, в попытки быть.
И вновь она теряла себя.
Но каждый раз, возвращаясь по карте — попадала в глубокое молчание.
Привычки влекли её прочь.
Но однажды… она осталась.
Там, в этой загадочной тишине.
И в этом молчании
она вдруг почувствовала тепло.
В груди.
Нежное. Родное.
После стольких поисков и разочарований оказалось:
Дом был не снаружи.
Он всегда был здесь.
Просто её слишком долго не было дома.
И когда она вернулась —
не было фанфар.
Небо не разверзлось.
Но она впервые не хотела ничего объяснять,
не искала одобрения,
не нуждалась, чтобы её поняли и полюбили.
Она сидела дома. С собой.
Укутанная в собственное волшебство.
И тогда к ней начали приходить другие.
Сначала робко. Потом ближе.
И каждый, кто приходил,
вглядывался в неё — в надежде увидеть самого себя.
А она больше не искала.
Не растворялась.
Не нуждалась.
И однажды, глядя в окно, она прошептала:
— Как странно…
Всю жизнь я искала любовь снаружи.
А теперь я знаю:
все просто ищут дорогу к себе.
Она улыбнулась.
Грустно и светло.
И распахнула дверь.