Почему Тэмин не жалеет о том, что стал знаменитым в 14 лет: «Даже если меня не будут сильно любить, я этого не боюсь» (Эксклюзив)

К-Рор айдол, выпустивший свой новый сольный проект «Phase 1: Soft Violence» 31 августа, многому научился за почти 20 лет работы в индустрии. Автор: Брендан Ле
Опубликовано: 31 августа 2026 года, 20:00 EDT

Спустя почти два десятилетия карьеры в K-Рop Тэмин как никогда чувствует себя самим собой.

33-летний Ли Тэмин обрел мировую известность в возрасте 14 лет, когда в 2008 году дебютировал в составе бой-бэнда SHINee. Спустя шесть лет после старта карьеры он зарекомендовал себя как успешный сольный артист, выпустив мини-альбом «Ace», который возглавил южнокорейские чарты. После завершения 23-месячной обязательной военной службы в апреле 2023 года звезда сразу же вернулся к работе, выпустив мини-альбом «Guilty» в октябре того же года.

31 августа Тэмин возвращается с новым проектом «Phase 1: Soft Violence». Под крылом своего нового агентства Galaxy Corporation он получил беспрецедентный уровень творческого контроля. Артист выступил соавтором текста или музыки к 9 из 11 треков мини-альбома, а в поддержку релиза отправится в мировой тур «Liminal», включающий 19 концертов.

«Начиная с этого альбома, я был действительно глубоко вовлечен в процесс, и верю, что эта работа по-настоящему искренне отражает мои чувства и мысли»,

— поделился Тэмин с изданием PEOPLE.

По его словам, «Soft Violence» рассказывает о «самых разных проявлениях любви», включая «любовь между возлюбленными». Хотя артист признает, что в его индустрии эта тема традиционно считается табуированной, Тэмин привык справляться с пристальным вниманием к каждому своему шагу.

«Есть режим включения и выключения,

— объясняет он.

Люди могут чего-то от меня ожидать, и порой их ожидания не имеют ничего общего с тем, какой я на самом деле».

В рамках релиза «Soft Violence» и предстоящего мирового тура он откровенно рассказал PEOPLE о том, как справлялся со славой в раннем возрасте, вписал свое имя в историю фестиваля Coachella и обрел собственную творческую индивидуальность.

Прежде всего, хочу поздравить вас. Вы стали первым сольным K-Рop артистом среди мужчин, выступившим на фестивале Coachella. Каково это — стоять на этой сцене?

Быть частью Coachella — огромная честь для меня, но в то же время я испытывал одновременно и смущение, и радость. Это колоссальный фестиваль, хотя поначалу я этого даже не осознавал. Мне казалось, будто я нахожусь в некоем замкнутом пространстве, но, попав на Coachella, я увидел огромное количество разных артистов и самых невероятных способов наслаждаться музыкой, так что я смог узнать и почерпнуть для себя очень многое.

Что бы вы хотели, чтобы слушатели узнали о вас через альбом Soft Violence?

Я верю, что любовь проявляется в самых разных формах. Это может быть любовь к семье, поклонникам, питомцам или к любимому человеку. В сфере, где я выступаю, разговоры о романтических отношениях между партнерами будто бы считаются табу. Разумеется, я уважаю эти правила, но как человек я почувствовал, что мне действительно хочется выразить эти чувства.

Есть и другие послания, которые мне хотелось адресовать миру. К примеру, сегодня мне кажется, что в людях стало больше ненависти, зависти и критики в адрес окружающих. И я задаюсь вопросом: почему их посещают подобные мысли? В одном из треков моего альбома мне очень хотелось передать эту грусть и боль. Я стремился поделиться тем опытом, который приобретал по мере взросления.

В этом альбоме представлено такое разнообразие звучаний. «Gooey» и «Float», два заглавных трека, — полные противоположности. Какую музыку вы слушаете в повседневной жизни, что формирует ваш вкус и звучание этой пластинки?

Думаю, меня больше вдохновляют личности, чем музыка как таковая. К примеру, я видел Джастина Бибера на фестивале Coachella. Мы с ним одного возраста, да и дебютировали примерно в один и тот же период. Но он смог выйти за привычные рамки и подняться на совершенно иной уровень. Мне кажется, сейчас у него отличная жизнь, хотя пройти этот путь наверняка было непросто. Я знаю, что ему пришлось пережить сложные времена, но он проявил настоящую смелость, и его творчество меня искренне восхищает. У него очень сильное «эго» — в хорошем смысле этого слова, — и мне этого как раз не хватает.

Если говорить о музыке, то я только что заглянул в свой плейлист: там звучал трек «Blame U» артиста Odeal. Это очень искренняя, необработанная композиция, которую просто приятно слушать. В ней нет идеального сведения или выверенного звука, но благодаря этому создается ощущение, что музыка по-настоящему живая.

Вы дебютировали в 14 лет, и как айдол с самых ранних лет наверняка сталкивались с пристальным вниманием к каждому своему шагу. С развитием соцсетей и интернета такое давление только усилилось. Как вам удавалось справляться с этим на протяжении всей карьеры?

У меня есть два режима: «вкл» и «выкл». Общество ждет от меня определенных вещей, и порой эти ожидания не имеют ничего общего с тем, какой я на самом деле. Сейчас я чувствую, что стал намного ближе к самому себе. Мне комфортнее в этом состоянии, и даже если я не получу всеобщую любовь за то, что просто остаюсь собой, меня это больше не пугает. Я просто хочу идти вперед, глубже понимать себя, рефлексировать и стать тем, кто я есть на самом деле. Раньше я немного боялся этого, но такое отношение пошло на пользу моему ментальному здоровью — я стал чувствовать себя намного лучше.

Если люди меня любят — это прекрасно. Но кто-то может остаться и недоволен. Я лишь хочу, чтобы у всех всё было хорошо. Единственное, что я могу сделать, — это выкладываться на максимум и позволить вещам идти своим чередом.

Что из того, что вы знаете о славе сейчас, вам хотелось бы знать в самом начале пути?

Могу сказать, что я слишком сильно доверял людям. Тогда я был очень наивен и находился в идеальных условиях — под защитой, в окружении действительно добрых и замечательных людей. Однако реальность далеко не всегда такова.

К знаменитостям никто не проявляет грубости, со мной все очень любезны. Из-за этого у меня не сформировалось умение видеть истинное лицо людей, ведь судить о человеке нужно по тому, как он относится к окружающим — например, к своим подчиненным.

Вы выступаете на сцене уже почти 20 лет. Как, по вашему мнению, на вас повлиял дебют в 14-летнем возрасте?

В то время я проходил через подростковый период, и многие вещи, обычные для моих сверстников, оказались мне недоступны. Я работал наравне со взрослыми и занимался бизнесом. Полагаю, некоторые вещи я мог бы осваивать не спеша, но из-за столь раннего старта мне пришлось учиться всему гораздо быстрее других.

Кроме того, я был мощен и молод, мне приходилось нелегко. Но однажды я задумался: «Хм, мне было тяжело. Это потому, что я начал так рано?» Нет, я думаю, что нечто подобное переживают практически все люди в этом возрасте. Другие айдолы ровесники, вероятно, чувствовали то же самое.

Мне действительно повезло: я получил огромную любовь аудитории, и многие мне даже завидовали. Думаю, у меня действительно был талант. Поэтому, если бы меня спросили: «Жалеешь ли ты об этом?», я бы ответил: «Нет, не жалею». Я невероятно ценю этот опыт и считаю, что приобрел гораздо больше, чем потерял.

В чем преимущества 14-летних подростков, начинающих свой путь сегодня, по сравнению с вашим временем? И в чем им приходится сложнее?

Здесь есть свои плюсы и минусы. Из положительного: сегодня качество тренировок, обучающих материалов и уроков стало гораздо выше. Когда я был моложе, мне приходилось одалживать видеокассеты у старших коллег. Помню запись танцора Mr. Wiggles — мне давали ее всего на одну неделю. Я пересматривал кассету столько раз, что магнитная лента буквально износилась. В наши дни любой материал можно легко найти на YouTube.

Один из главных недостатков заключается в том, что современная система слишком жестко регламентирована. Мы занимаемся искусством, однако пространства для развития творческой индивидуальности практически не остается, так как всё стало однотипным. От артистов ждут соответствия стандартам, а аудитория оценивает даже то, какие наряды им больше идут. По сути, продукт полностью формируется компаниями, а артисты лишь получают огромный поток обратной связи от фанатов.

Безусловно, это тоже необходимо, но я убежден, что артист должен обрести свой уникальный стиль и собственное звучание. Сегодня же вокальные педагоги чаще твердят: «Нет, так петь нельзя» или «Это неправильно». На мой взгляд, именно артистам должен принадлежать контроль над собственным творческим ростом, но в нынешних реалиях это довольно сложно. К сожалению, в наши дни всё слишком систематизировано.

Вы самый младший участник группы SHINee. Бывало ли у вас ощущение, что статус макнэ загоняет вас в рамки определенных ожиданий поклонников или коллег по группе? Как менялся ваш образ с началом сольной карьеры?

Здесь можно выделить три этапа. На первом этапе — когда я был совсем юным, только дебютировал — мне, как парню, очень хотелось казаться мужественным. Мне хотелось нравиться девушкам, и очень не нравилось, когда ко мне относились как к макнэ, то есть как к самому младшему.

К моменту выхода первого сольного альбома я немного повзрослел. С возрастом эта мужественность проявилась естественным образом. Я старался выглядеть суровее, но ведь и остальные участники SHINee тоже взрослели, поэтому для них я всё равно оставался «младшеньким».

Мы ведь как семья: они ворчат, мы общаемся. И когда хёны — старшие участники — начинают давать мне наставления, я отвечаю что-то вроде: «Ой, да ладно вам, хватит». На самом деле разница в возрасте у нас небольшая, всего два-три года. И всё же сегодня я полностью принимаю свой статус самого младшего. На первом этапе меня бы ужасно раздражало такое отношение, но сейчас я думаю: «Да и ладно, я просто принимаю это».

Мне кажется, фанатам действительно нравится эта моя черта, и порой они ждут от меня именно такого поведения как от макнэ SHINee. Впрочем, сегодня я не особо переживаю о том, что думают окружающие. Я просто позволяю себе быть собой.

Показываете ли вы свои новые проекты коллегам по SHINee до их официального выхода? Получаете ли вы от них обратную связь?

Раньше я показывал им то, над чем работал, но в последнее время мы проводим вместе меньше времени. Изредка, когда мы всё же пересекаемся, я могу сказать: «Вот, я тут кое-над чем работаю. Послушай».

В этот раз — нет. Минхо впервые услышит этот материал только после релиза. К тому же он и сам выпускает альбом, и я точно так же послушаю его работу уже после выхода. Так что мы не говорим друг другу: «Здесь можно было сделать лучше». Мы просто поддерживаем: «Отличная работа. Ты приложил столько усилий. Ты огромный молодец». Мы глубоко уважаем друг друга. Я знаю — и они знают, — что каждый из нас выкладывается на максимум.

Перевод: Taemin's Soul